Александр Гезалов: Бэби-боксами мы подталкиваем матерей к отказам от детей

В Красноярске произошел очередной случай оставления ребенка во дворе возле местного Дома малютки. Маленькую девочку, завернутую в одеяло, и записку рядом случайно нашла пожилая женщина, которая передала малышку врачам. В записке мать сообщала, что оказалась в безвыходной ситуации, но когда-нибудь вернется за дочкой. О том, почему родители идут на такой шаг и можно ли изменить ситуацию, размышляет Александр Гезалов, общественный деятель, специалист в области социального сиротства.

Произошедшая история — очередное проявление жестокости. Но жестокости не столько материнской, сколько общественной и даже государственной. Такие женщины всегда были, раньше они сдавали детей в монастыри, потом в приюты. Но с тех пор в государстве произошли кое-какие перемены: мы платим налоги, делим доходы от нефти, занимаемся всем, чем можно, но абсолютно равнодушны к проблемам материнства.

Представить себе, что будет с оставленным ребенком, несложно. Полгода полиция будет искать его мать, за это время он побывает в разных приютах и Домах ребенка. Скоро попасть в семью он мог бы только в случае, если бы у него был официальный отказ. Найдут или не найдут мать, неизвестно. Но в обществе уже расставлены акценты — мать жестока или слаба, она виновата. Все начинают кричать, что кому-то что-то надо отрезать, кого-то за что-то надо убить. Общество еще более жестоко, чем сама мать.

Она оказалась в сложном положении, она отказалась от ребенка, ей нужна помощь. Отсутствие такой помощи — признак слабости государства, а не матери. Именно государство до сих пор не понимает, что мать — основная ценность, какая бы она ни была.

К этой проблеме надо подходить с гуманизационными методами, а не карательными. Забота о женщине должна начинаться еще до того, как она принимает решение либо оставить ребенка, либо бросить его в муравейник. Во время беременности с ней должен работать и психолог, и социальный работник, и другие ответственные люди. Они должны выяснить, что с отцом, что с родственниками, почему женщина оказалась в затруднительном социальном положении. Нужно составлять зоны риска — от регистрации брака до разводов, уделять особое внимание семьям, в которых кто-то потерял работу. И это не ювенальный стандарт, это норма. Когда учтены все эти факторы, можно построить маршрут дальнейшего следования матери и ребенка. В случае, если у нее нет возможности и желания воспитывать ребенка, он может оказаться, например, у родственников.

Разве кто-то этим занимается? Сегодня мать не знает, куда деться, к кому обратиться, какой сервис подключить, на что она имеет право. Какое-то время она должна выстоять, а мы ее бросаем одну. И, полностью пребывая в неведении и одиночестве, она совершает страшный шаг. Но где были все мы? У нас почему-то стоят биллборды, где родители прижигают сигаретой ребенка, но я не видел ни одного биллборда, где бы предлагались какие-то услуги женщинам, которые оказались в сложном положении: ни психологические, ни материальные, ни юридические.

Причем в законе прописано, кто должен это делать. За всех женщин, детей и вообще всех, кто проживает на территории муниципального образования, отвечает мэр. Его задача — напрячь все институты, подключить все общественные организации, чтобы решить проблему. Не нравственность надо подтягивать, а свою работу: никто не должен выпадать из государственной заботы. Это все прописано и в Конституции, и в Конвеции по правам человека.

А мы ничего не делаем, а потом видим панацею — бэби-бокс. Но бэби-бокс — это не панацея, это свидетельство отсутствия государственной семейной политики. Это работа со следствием, а не причиной проблемы. Если мать принимает анонимное решение сдать ребенка, а мы возводим это в норму, это станет нормой. «Я не виновата, ведь государство создало бэби-боксы», — рассуждает женщина. Нельзя создавать условия, которыми мы будем подталкивать нормальных женщин приносить детей в бэби-боксы. Сегодня в бэби-боксы детей несут те, кто родил в роддоме, кто более или менее социален. Те, кто приносит малыша на помойку, никогда не понесут его в бэби-бокс. Но и с теми, и с другими женщинами можно работать на ранней стадии — на самом деле, очень многое можно изменить.

Общество и государство должны понять, что своим отношением к этим проблемам они порождают иждивенческие настроения в духе «сдал и забыл». Именно такой патернационализм приводит к тому, что у нас сейчас 70 тысяч детей-сирот.

Записал Роман Кизыма

Понравилась статья? Помоги сайту!
Правмир существует на ваши пожертвования.
Ваша помощь значит, что мы сможем сделать больше!
Любая сумма
Автоплатёж  
Пожертвования осуществляются через платёжный сервис CloudPayments.
Комментарии
Похожие статьи
Социологи: Россияне поддержали существование бэби-боксов

Около 64% респондентов называют отказ матери от ребенка вынужденной мерой

Большинство россиян выступили против запрета бэби-боксов

Четверть из них считает, что это шанс на спасение ребенка, и его нельзя отнимать