Беседы с Архипастырем. О женах-мироносицах и женщине в современном мире

2 мая вышла в эфир телепрограмма из цикла «Беседы с Архипастырем», подготовленная телестудией Саратовской митрополии.
Беседы с Архипастырем. О женах-мироносицах и женщине в современном мире

Вед.: Здравствуйте! Воскресенье 3 мая ― Неделя святых жен-мироносиц. Иногда этот день называют «православным женским днем». Об этом празднике, а также о роли женщины в семье, обществе, в Церкви мы беседуем с Митрополитом Саратовским и Вольским Лонгином. Здравствуйте, Владыка!

Митрополит Лонгин: Христос воскресе!

Вед.: Воистину воскресе! Владыка, почему же Церковь выделила отдельную неделю, да еще такую важную — после Пасхи ― для того, чтобы почтить святых жен-мироносиц?

Митрополит Лонгин: Это сделано для того, чтобы, как Вы правильно сказали, почтить память тех женщин, которые сопровождали Христа, сопутствовали Ему во время Его земной жизни и проповеди. Не надо забывать, что их подвиг состоит еще и в том, что, когда практически все ученики Христа бежали, рассеялись, жены-мироносицы вместе с Божией Матерью стояли на Голгофе во время Его распятия, погребали Его вместе с Иосифом и Никодимом. Как бы в награду за этот подвиг они первыми узнали и о Воскресении Христовом. А мироносицами Церковь называет их потому, что в первый день после субботы они пошли на гроб Христа для того, чтобы исполнить погребальный обряд и возлить на Его тело миро — специальные ароматические вещества, которые готовились именно для того, чтобы возливать на погребенного человека. Вместо того, чтобы исполнить задуманное, они увидели пустой гроб, пелены, Ангела, который благовествовал им о Воскресении, а Мария Магдалина, как рассказывает одно из Евангелий, встретилась и с Самим Господом.

Вед.: Владыка, в связи с этим праздником хотелось бы поговорить о роли женщины в современном мире. Создается ощущение, что традиционные ценности, вечные для всех женщин, в современном мире утрачиваются. Если раньше идеал женщины ― это, безусловно, хранительница очага, то сейчас это успешная бизнес-леди, которая реализуется и в карьере, и в профессии, занимается спортом, следит за собой… Как к этому относится Церковь?

Митрополит Лонгин: Вообще, Бог создал человека — мужчину и женщину — определенным образом и с определенной ответственностью в мире. И у мужчины, и у женщины свое предназначение. Действительно, сегодня дети, семья в сознании людей, претендующих на то, чтобы быть очень современными, отходят на второй план, причем не только у женщин, но и у мужчин. Мы знаем, как много людей сегодня совершенно не имеют никакого желания связывать себя узами брака, и прежде всего, детьми, потому что это хлопотно, это заставляет тратить свою жизнь, свое здоровье, средства на других людей, пусть даже это и собственные дети. Это очень плохо.

Для женщины до конца существования человеческого рода всегда будет важным именно то, ради чего создал ее Господь, ― семья и дети. Это важно и необходимо. Другое дело, что сегодня далеко не все готовы видеть в воспитании детей, в создании семьи цель своей жизни. Когда это начиналось, это назвалось «равноправием женщины». Сегодня это феминизм, причем агрессивный в самых крайних своих проявлениях. Но здесь трудно говорить о том, что это какая-то альтернатива Богом установленному порядку человеческого существования. Скорее, это просто вырождение, деградация. Все равно семья, дети — я думаю, всегда будут главными в жизни нормальных людей.

Тот путь, которым идет сегодня феминистское движение в своем крайнем варианте — конечно, тупиковый. А вот нормальное соучастие в жизни общества для женщин вполне естественно, если только они будут находить нормальную, правильную меру между своим истинным предназначением — быть матерью, хранительницей очага, как высокопарно, но достаточно точно выражались в древности, ― и какой-то общественной, политической, деловой активностью. Если женщина будет это равновесие находить — тогда ей честь и хвала.

Вед.: Владыка, если уж мы подняли тему о распределении ролей в семье, сложно не вспомнить чин венчания. Чаще всего вспоминаются слова: «Жена да убоится своего мужа»…

Митрополит Лонгин: И эти слова обычно вырываются из контекста. Но если мы внимательно прочитаем то апостольское послание, откуда взяты эти слова, то увидим, что там рисуется удивительный, замечательный образ сбалансированных отношений в семье. Муж должен любить свою жену, как самого себя, заботиться о ней, должен быть по отношению к ней нежен и предупредителен, а она в ответ должна «бояться», ― но бояться в том смысле, в котором мы боимся оскорбить, или обидеть, или доставить неприятность любимому человеку. Если кто-то любит кого-то, он боится его обидеть. Это совершенно естественное, правильное чувство.

Вед.: Очень часто бывает, что женщина первой в семье приходит в храм. И ей больно сознавать, что супруг, подросшие дети — все они остаются бесчувственными, не следуют за ней. А им же, в свою очередь, бывает досадно, что она так много времени проводит в храме, они не понимают и не разделяют ее чувств…

Митрополит Лонгин: Вы знаете, во все времена это, наверное, самое большое искушение. И для того, чтобы его преодолеть, чтобы эту проблему разрешить, нужна большая любовь, чувство такта и готовность терпеть друг друга. Если этих качеств в семейной жизни не выработалось даже в отношении других, более нейтральных, вещей, то, конечно, будут проблемы. И муж будет ругаться ― почему жена в воскресенье в церкви, и почему «детей туда потащили»… И жена будет переживать ― почему муж, скажем, в Страстную пятницу вместо того, чтобы уважить ее чувства, шашлык жарит, или смотрит какой-то матч по телевизору, или еще что-нибудь…

Это зависит уже от общей культуры, от общего умения или неумения учитывать интересы других людей. Ведь в любой семье мужчина и женщина, муж и жена не могут повторять друг друга во всем. У них есть какие-то свои интересы, свои предпочтения, свои представления о чем-то. Но если эта семья крепкая, если она построена на здравых началах, то в ней люди приучены, по крайней мере, слушать другого человека.

Что можно посоветовать такой верующей женщине? Ходить в церковь, но при этом, конечно, не забывать мужа, не бросать его, скажем, без обеда. Люди старшего поколения как-то выходили из этой ситуации: шли на раннюю Литургию, потом домой и готовили все, что необходимо, исполняли свои обязанности жены и матери. Это очень большое испытание, и, прежде всего, испытание терпения, любви и вообще основных человеческих качеств.

Вед.: Владыка, но ведь есть еще такой путь, как монашество. И многие считают, что монахинями становятся женщины, которые не смогли, не сумели каким-то образом устроить свою женскую судьбу…

Митрополит Лонгин: Это не так. Принципиально не так. И среди мужчин, и среди женщин монахами и монахинями становятся те, кто любит Бога. Причем любит настолько, что все остальные, даже самые замечательные, естественные, правильные вещи, такие, как создание семьи, отходят на второй план или вообще становятся необязательными. Монашество — это путь человека, который настолько полюбил Бога, что отказался ради Него от очень хороших вещей. Не потому, что он гнушается браком, и уж тем более не потому, что брак не удался по какой-то причине. Хотя иногда такая неудача может просто подтолкнуть человека в определенном направлении, и он пойдет по пути, ведущему к Богу, к духовной жизни и, может быть, в конце концов вступит на монашеский путь. Но все равно это будет уже от любви к Богу.

Если человек приходит в монастырь от житейской неудачи, то неудача постигнет его и в самом монастыре. Вообще мой опыт многолетнего наблюдения говорит о том, что самые хорошие монахи и монахини получаются из тех, кто был бы самыми хорошими мужьями и женами в обычной жизни. Нельзя сказать, что вот этот человек был бы хорошим монахом, но к семейной жизни он не очень-то подходит. Раз не подходит к семейной жизни, так же будет неподходящим и к монашеской, и наоборот.

Вед.: Владыка, в наших церквях всегда больше женщин, чем мужчин. Но мы же знаем, что в других странах, например, в Грузии, Греции, другая картина. Почему так?

Митрополит Лонгин: Да, действительно, это наша проблема, связанная с общим состоянием нашего народа. Ведь не только в Церкви нет мужчин, их много где нет…

Вед.: Их и на работе нет…

Митрополит Лонгин: И на работе. И в филармонии их не так много. Если мы пойдем на концерт, то, обернувшись, увидим тоже в основном женщин и детей. Более того, после определенного возраста у нас вообще мужчин очень мало, потому что в нашей стране они живут гораздо меньше женщин. И, скажем, если вы видите в церкви женщин старше 60-ти, и их много, а мужчин этого возраста не видите, то это не только потому, что они дома сидят,― нет, многие уже умерли. Это следствие тех чудовищных испытаний, которые выпали на долю нашего народа не только в XX веке, при советской власти, но и в последние двадцать лет. Несмотря на многие замечательные вещи, которые мы наблюдаем, есть и страшные явления, которые действуют на людей убийственно.

В Греции такого не было. В Грузии тоже было несколько иначе, чем в остальном СССР. Даже на Западной Украине в храмах на службах есть и мужчины, и женщины. Там, где в меньшей степени разрушен традиционный жизненный уклад, и там, где не было таких чудовищных испытаний, ситуация другая.

Вед.: Сейчас мы узнаем от самих наших телезрительниц, что их тревожит, я зачитаю вопросы. «В православном храме женщина должна быть в храме с покрытой головой, она не может входить в алтарь, стать священником. В остальном мире у других конфессий уже нет таких правил. Моя подруга считает, что в этом проявляются отсталость и дискриминация. Как мне ее переубедить?»,— спрашивает Ольга.

Митрополит Лонгин: По поводу покрытой и непокрытой головы, по-моему, мы с Вами говорили уже раза три… Опять же надо отослать Вашу подругу к словам апостола о том, что покрытая голова женщины — это некий символ ее служения, того, к которому она предназначена Богом. Протестовать против этого можно. Будет ли в этом большой смысл, я, честно говоря, не уверен. У нас все-таки есть древняя традиция, которая существует с апостольских времен, женщине ходить в храм с покрытой головой. Кстати, эта же традиция есть и у мусульман: ведь эти так часто поминаемые хиджабы — на самом деле та же самая библейская традиция, идущая еще от Ветхого Завета и оставшаяся в Новом, принятая и мусульманами. Она предназначена для того, чтобы демонстрировать некую иную роль (я бы не сказал «подчиненную», спросите у любого мусульманина, кто кому подчинен в семье — там тоже будет не так все просто). Иное служение, иное предназначение женщины.

А, скажем, в православной Греции, если вы придете в церковь, увидите, что большинство женщин на праздники — с непокрытыми головами и с роскошными прическами, как правило. Почему так сложилось? Потому что во времена турецкого ига, когда все мусульманки носили хиджабы, то христианки на территории Османской империи, чтобы отличаться от них, ходили без головных уборов. И сегодня на Ближнем Востоке, если вы увидите на улице женщину с непокрытой головой, вы можете со стопроцентной уверенностью сказать, что это христианка.

Так что это традиции. В них нет чего-то жесткого и обязательного. Но их ни в коем случае не надо рассматривать как какую-то отсталость. Потому что, честное слово, не в этом современность и не в этом продвинутость — в том, чтобы обязательно прийти с непокрытой головой в храм.

Что касается остальных вопросов, которые затронуты в письме ― невозможности для женщины быть в алтаре, стать священником… Можно ответить Вашей подруге, что тех же взглядов придерживаются и католики ― самая большая христианская конфессия на земле, более миллиарда человек. Поэтому утверждение Вашей подруги как минимум неточно с фактической точки зрения.

Вед.: Следующая телезрительница задает вопрос в продолжение затронутой нами темы: «Есть ли возможность церковного служения для женщин?».

Митрополит Лонгин: Сколько угодно. Женщины и поют, и читают, помогают на службе. Сколько угодно возможностей: это и волонтерство, и служение милосердия. Недаром слово «сестра» сохранилось в наших больницах даже при советской власти ― «сестра» потому, что раньше за больными, и на Западе, и у нас на Востоке, ухаживали монахини. И сегодня это служение возрождается, хоть и не так быстро, как нам хотелось бы, просто потому, что мы находились и находимся в слишком сложном положении. Так что священником женщина быть не может, а участвовать в богослужении может, и участвует.

Вед.: Марина задет вопрос: «В Писании есть слова, что женщина спасается через чадородие. Мне 45 лет, у меня только один уже взрослый ребенок. Многие мои подруги вообще не смогли создать семью. Что же нам делать? Как относиться к этим словам?»

Митрополит Лонгин: Ну, во-первых, надо успокоиться, ведь тут не имеется в виду многодетность ― «чем больше детей, тем ближе спасение». Вот родился ребенок, и если не было каких-то страшных грехов, абортов или подобных вещей, то само воспитание ребенка, отдача себя ребенку — это и есть спасение для женщины, о котором говорит апостол.

Что касается вопроса о тех, кто не смог создать семью, ― конечно, надо стараться создать. Бывают случаи, что и в этом возрасте создают семью и рожают детей. Могу только пожелать, чтобы это сбылось. Нужно только очень захотеть, и именно семью. Не строить в голове какие-то воздушные замки с принцами на белых конях и ждать того, чего не может случиться по определению, а очень хотеть создать семью и учиться оценивать людей не по их внешним качествам, а по внутренним. Я не верю, что человек за десять, двадцать, тридцать лет своей взрослой жизни не сможет встретить такого человека, который, как говорили в старину, может составить его счастье.

Вед.: Следующий вопрос задает Мила: «Мне 34 года, и проблема моя не нова. Очень хочу создать семью, но встречаются мужчины, к которым ни душа, ни сердце не лежит. Подскажите, как мне вымолить счастье?».

Митрополит Лонгин: Молиться Божией Матери, просить о помощи святых супругов ― родителей преподобного Сергия Радонежского, есть и другие примеры в нашем церковном календаре ― тех, кто прожил добрую, долгую, счастливую жизнь в супружестве. И очень важно то, о чем мы только что говорили: не фантазировать, а реально смотреть на жизнь и искать себе человека, исходя из внутренних критериев.

Вед.: Владыка, следующий вопрос нам Наталья задает: «В нашем дворе живет несколько мусульманских семей. Меня поражает то, что женщины-мусульманки горды своими детьми, воспринимают беременность, как награду, они уверены в себе и довольны, счастливы. Почему же у нас молодые супруги как можно дольше стараются прожить без детей, многодетность воспринимается как странность, дети считаются тяжким бременем? Причина в том, что большинство людей у нас небогаты? Или, как я часто думаю, что-то сломалось в нашем народе, в душе людей. Только в Церкви, когда я стала ходить в храм, я встретила счастливые многодетные семьи. Как вы думаете, Владыка, можно ли изменить эту ситуацию?»

Митрополит Лонгин: Наталья поставила очень правильный диагноз: действительно, в народе сломалось не что-то, а самый хребет. Наш народ находится в покалеченном состоянии, прежде всего, в духовном смысле. И все эти заклинания, которые мы постоянно слышим по телевизору ― о том, что нужно заботиться о себе, любить самого себя, брать от жизни всё ― как раз и приводят к такой ситуации, о которой написано в письме. Ведь и у традиционно исламских народов есть всякие примеры: и пьют люди, и аборты делают… По другому относятся к жизни люди верующие. И когда мы видим действительно религиозного человека, то нас поражает его отношение (на самом деле, единственно правильное) к тому, что такое семья и дети — это дар Божий, это радость, это благословение Божие. Дети, много детей ― это, собственно говоря, и обеспечение своей старости, это всё, что угодно.

И Наталья правильно пишет, что в церкви она встретилась с тем же самым, что видела у своих мусульманских соседей. Вот нам говорит: «А что Церковь делает для того, чтобы улучшить демографическую ситуацию?». Что она может делать ― храмы строить, и всё! Потому что чем больше будет в Церкви людей, тем больше их будет осознавать то, о чем мы говорим сейчас, тем больше будет стараться жить нормальной, правильной, естественной, заповеданной Богом жизнью. И если будет так, то и демография улучшится, и даже экология при этом не пострадает.

Я думаю, что такого рода наблюдения есть у многих. Мы постоянно с этим сталкиваемся: и с людьми другой веры, которые ведут себя так, что становится стыдно за себя и за своих единоверцев, и с тем, что только в Церкви по-настоящему раскрывается призвание человека, может быть, в первую очередь, в отношении семейной жизни.

Вед.: …потому что она начинается с нравственных основ.

Митрополит Лонгин: Конечно. С заповедей Божиих.

Вед.: И в заключение, Владыка, что бы вы хотели пожелать нашим женщинам в преддверии праздника?

Митрополит Лонгин: Счастья. По-моему, самое главное, что можно пожелать любой женщине, впрочем, как и мужчине. Счастья семейного, радоваться радостью своих детей, внуков. Это то, к чему стремится каждый человек.

Помоги Правмиру
Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!
Пожертвования осуществляются через платёжный сервис CloudPayments.
Похожие статьи
Неделя Жен-Мироносиц – 30 апреля в 2017 году

Также Православная Церковь отмечает этот день как праздник всех женщин-христианок

Дорогие друзья!

Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!