«Бог в душе»… А как ты смог пригласить Его туда?

Почему так велик разрыв между количеством людей, декларирующих свою принадлежность к православию, и количеством тех, кто реально вовлечен в церковную жизнь?

В преддверии Рождества департамент социологии Финансового университета при Правительстве России провел опрос в российских городах, где проживает более 250 тысяч человек, чтобы выяснить степень вовлеченности населения различных областей страны в православную культуру и веру.

Исследование проводили среди взрослого населения, лидером стали такие города как Липецк (95% опрошенных назвали себя православными), Курск (94%), Белгород (91%), Воронеж (90%), Тамбов (89 %), Рязань (88%), Калуга (86 %) и Брянск (79 %).

При этом картина по посещению религиозных служб по городам следующая. От числа тех, кто считает себя православными, регулярно (несколько раз в месяц и чаще) религиозные службы посещают около 12%. Посещение заметно различается по городам: от 15-18% по таким городам, как Москва, Воронеж, Белгород, Курск, Калуга до 10-12% среди православного населения национальных региональных центров (Казань, Набережные Челны, Стерлитамак, Уфа, Якутск, Грозный, Махачкала). Чемпионом по посещению храмов является Москва (храмов много, удобная транспортная сеть).

Получается знакомая картина: православными себя называют многие – большинство населения больших городов – а в церковь ходят лишь 10–12%. Если спросить почему, многие ответят так: «У меня Бог в душе, зачем мне Церковь?». О «Боге в душе» размышляет протоиерей Сергий Николаев, настоятель Христорождественского храма в селе Заозерье Павлово-Посадского района Московской области.

***

Протоиерей Сергий Николаев

Обращаясь к христианам греческого города Коринфа, апостол Павел писал: «…к стыду вашему скажу, некоторые из вас не знают Бога» (1 Кор. 15, 34). Апостол упрекает не язычников, действительно не знавших истинного Бога, а своих же братьев по вере. Почему же? За что?

Да потому, что представление о Боге у немалой части христиан коринфской общины не выходило за рамки: «Он существует». Дальше начиналось неведение. Неведомы были ни свойства Божии, ни дела Его. Вера жила сама по себе, не имея плода, не имея практики, не воплощая себя в делах и стремлениях.

Каким был человек до просвещения словом Христовым, таким и оставался.

«Бог в душе»

Минуло почти две тысячи лет, ушли в мир иной те, кого пытался устыдить невежеством Апостол, славный город Коринф потерял былое величие и название, кажется, чего и вспоминать «дела давно минувших дней»? Однако и сегодня очень ко времени звучат слова: «некоторые из вас не знают Бога».

Как часто вера и наших современников ограничивается лишь признанием существования Бога!

Многие ли смогут сказать, в какого Бога они верят? Где Он находится и откуда взялся? Чем занимается? Какой Он? Что Ему от нас нужно?

Одни не знают Его еще, пока что, до времени, но стремятся узнать. Не о них речь. Другие упорно знать не хотят. Им довольно верить в «нечто и туманну даль». Вот от них-то, упорных, чаще всего и приходится слышать: «Бог у меня в душе».

На чем же основано нежелание знать Бога? На нежелании менять свою жизнь. Ведь знание о свойствах Бога непременно вмешается в нашу жизнь. Разделит все наши деяния, слова и мысли на Божии и не-Божии.

Среди не-Божиих, или греховных, могут, и даже обязательно окажутся, привычные и приятные для нас дела и вожделенные цели. А когда к своему греху нет неприязни и расставаться с ним нет охоты, да к тому же неприятно ощущать себя грешником, вот тогда-то – самое время туманной фразе: «Бог у меня в душе».

Оно так удобно – незнание Бога и Божиего закона: нет закона – нет и греха. Нет греха – нет и ответственности.

Веря в «незнаемого» Бога, можно любой безнравственный поступок представить (даже самому себе) как высоконравственный. Муж уходит из семьи к другой женщине, потому что разлюбил жену и считает для себя безнравственным притворяться любящим. Или жена уезжает от мужа, потому что считает его пример вредным для детей. Знаю случай, когда женщина, многодетная мать, покинула мужа, потому что он был недостаточно церковен.

Или еще – пришли как-то на церковный двор два молодых человека и протягивают мне большой золотой нательный крест: «Мы хотим передать его в церковь». Я спросил у них: «А это ваш крест?» – «Нет, это крест одного нехорошего человека». «Он сам отдал вам его?» – «Нет, мы забрали у него крест, потому что этот человек не имеет права носить его».

Кстати, они забрали у него и еще некоторые вещи, на которые, по их представлениям, он также не имел права. А вот каким образом они определили, что нехорошесть того человека превосходит их личную нехорошесть, они не объяснили. Понятно, что крест я не взял. Вот вам пример своей правды, своей нравственности, своего «Бога в душе».

Кому-то «Бог в душе» не мешает (конечно, из «высших» побуждений) сообщать о проступках одних ближних другим ближним и при этом не считать это сплетней. «Это ведь скрывать правду от общественности – безнравственно, а открыть чужой грех – очень даже нравственно», – думает общительная соседка или шустрый журналист. Думает так, потому что не знает, что перед Богом грех, а что – нет. Не знать Бога – величайшая беда.

«Неведение не ведает своего неведения, неведение удовлетворено своим ведением… Оно способно наделать множество зла, нисколько не подозревая, что делает его», – писал святитель Игнатий (Брянчанинов).

«Бог в душе» … А как ты смог пригласить Его туда? Высшее Существо, Всесовершенный Дух? Да к тому же Личный Дух, то есть Личность, имеющую Свои личные свойства, или, как говорят о людях, характер.

Как ты определил, что Он там? Ты ведь совсем не знаком с Ним.

Скорее всего, то, что ты ощущаешь в душе и о чем говоришь – это бог твоей души. То, что ты сам назвал богом. Твое персональное божество, по законам которого ты и стараешься жить. Вообще-то, и законы эти – твои собственные законы. И получается, что у всех людей они разные. И если на уровне третьего класса они разные у двоечника и отличника, то что же дальше?

Когда словами «Бог в душе» исчерпывается вся духовная жизнь, нелепо говорить о вере. Точнее – это тоже вера, но мертвая. И бесы веруют в Бога, по словам Апостола (см. Иак. 2, 19).

Как может проявиться вера у «не знающего Бога»? Она мертвым, не созидающим грузом будет лежать в его душе. Именно грузом, неудобным и тяжелым. Потому что состояние признания Бога без призывания Бога, то есть без активного действенного желания общения с Ним, без проявления веры в Него, очень тяжко для человека.

Фото: blagopskov.ru

Фото: blagopskov.ru

«Невидимая» вера

О вере также можно услышать: «Он очень верующий человек, но верит в душе. Без всяких внешних атрибутов». Говорят, полагая, что вера в Бога, как явление духовное, должна быть невидимой.

На самом деле вера всего лишь отчасти невидима, потому что живая вера непременно выразит себя внешним образом. Так же, как Бог, Который есть Всесовершенный Дух, невидим, но проявления Его могут быть видны. Тому пример – весь наш сотворенный Господом видимый мир.

О вере в душе, или, еще усугубляя – вере в глубине души, обычно говорят с оттенком некоторого превосходства перед верой видимой, с внешними атрибутами. Еще бы! Ведь внешнее так легко подделать, а в глубине души нет надобности фальшивить. Все равно никому не видно, что там, на донышке, находится. Поэтому считается, что вера-невидимка – более настоящая и заслуживает большего уважения. Правда, чем отличается глубинно-верующий человек от неверующего не совсем понятно…

Да мы и не станем сравнивать, а лучше предоставим слово святителю Феофану Затворнику:

«Вера, когда жива и пламенна, не может укрываться в сердце без обнаружения, а сама собой выходит и в слове, и во взоре, и в движении, и в делах».

В доказательство того, что истинная вера выражает себя и во взоре, и в движении, приведу некоторое воспоминание.

Это сейчас в церковные праздники все могут беспрепятственно посещать храм. И верующие, и просто любопытные. Лет сорок назад попасть на пасхальную службу просто так, поглазеть, было не так-то просто. Перед церковными калитками и дверями стоял кордон из дружинников-комсомольцев. Они должны были пропускать в церковь верующих и не пускать – любопытствующих.

Задание деликатное и на первый взгляд – трудное. Ладно еще, если лишний десяток случайных зевак проглядишь и пустишь на службу, а если верующему человеку вход преградишь? Ведь вся эта пропускная кампания была устроена якобы исключительно в интересах верующих.

Частично оно, конечно, так и было. Но что интересно, сколько я ни наблюдал за дружинниками, не помню, чтобы они хоть раз ошиблись именно в отношении верующих и кого-то из них не пустили. Хотя они не спрашивали: верит человек в Бога или просто посмотреть пришел. Верующих они сразу определяли. Значит, невидимая вера как-то видимым образом проявлялась «и во взоре, и в движении».

Вера непременно выражает себя и в образе жизни, а именно – в благочестии, то есть в благом почитании Бога, в устроении своей жизни по Божиему закону.

«Благочестие – это признак духовно живущего человека», – говорит святитель Тихон Задонский.

К сожалению, сегодня расхожее понятие духовной жизни несколько иное, чем в Церкви. Сегодня духовной жизнью принято называть чтение журналов, посещение театров, концертов, выставок, клубов, светских тусовок. В этом смысле самые духовные люди в нашем обществе это артисты, художники, телеведущие. Попробуйте сказать, что художник такой-то или артист сякой-то не живет духовной жизнью. Вас засмеют. В духовности слесаря или повара еще могут усомниться, но в духовности артиста или модельера – никогда.

Правда, такая духовность ни к чему не обязывает и благочестие ей не к чему. Она вполне совместима и с самой грубой лексикой, и с участием в развращающих нравы телепроектах, и с грехами против естества. Но речь не о ней.

Вера в Бога подразумевает стремление к праведности, то есть к состоянию правоты перед Богом. Не некое сердечное стремление, не видимое постороннему оку, а вполне конкретное, проявляющееся в делах, поступках, словах. Вера человека усматривается не из его заявления о ней, не из его душевного устроения и интеллекта, а из его действий, поведения, отношений с другими людьми, из его оценки своих поступков.

Веришь в душе? Но во что? Будьте всегда готовы всякому, требующему у вас отчета в вашем уповании, дать ответ с кротостью и благоговением, – говорит Апостол (1 Пет. 3, 15). Веруя, мы непременно должны знать, во что веруем. Именно поэтому при крещении взрослого человека от него требуется прочтение Символа веры, то есть молитвы, где последовательно перечисляются объекты его веры, понятия и явления составляющие ее. А как же иначе?

«Правило веры нашей начинается знанием, проходит чрез чувство и завершается жизнью, овладевая через это всеми силами существа нашего и укореняясь в основах его», – учит нас святитель Феофан Затворник.

Когда о своей вере говорят: «Верю, но в душе» – чаще всего лукавят. Лукавят из боязни жизненных изменений, боясь духовной жизни, как лишней нагрузки. Так проще – верить в глубине души, не давая воли своей вере, никак не обозначая ее. Но есть ли смысл в такой законсервированной вере? Приближает ли она к спасению? Дает ли надежду на жизнь вечную?

Зачем нужны посредники?

Количество верующих и церковных людей не одинаково. Ведь церковная жизнь включает в себя правила, обязанности, ограничения. Не говорю, что она состоит только из ограничений и обязанностей, но они есть. Эти-то ограничения и останавливают немалое число верующих на пороге Церкви. Таинство Крещения да маленький нательный крестик на шнурке или цепочке остаются для них единственной связью с православием.

Есть люди добрые, трудолюбивые, порядочные от природы или благодаря воспитанию. Казалось бы, зачем им нужна Церковь? Может они могли бы достичь Царства Небесного и без нее?

Человеку, никогда не совершавшему дурных поступков, трудно поверить, что его душа может погибнуть, что и ей нужна помощь. Однако попробуйте спросить такого, во всем порядочного, человека, откуда у него взялось мнение о своей порядочности? Отсутствие упреков совести? Но есть люди, у которых совесть вообще молчит. У нас немалая часть преступников считают себя невинно пострадавшими.

Может быть, это мнение других людей? Но, если это друзья или знакомые, где уверенность, что они объективны? Личное мнение? Но можно привести множество примеров, когда человек рассматривает свою порядочность просто на фоне непорядочности других. «Пью, но на свои», «часто упрекаю, но не бью», «беру взятки, но борзыми щенками».

Священник Александр Ельчанинов писал: «Слепота к своим грехам – от пристрастия. Мы, пожалуй, много видим, но оцениваем неправильно, извиняем, даем неправильное соотношение: чувство почти инстинктивное».

Грех познается лишь на фоне отсутствия греха, то есть Истины. А это возможно только в Церкви, где пребывает эта Истина, которая есть Христос.

Прожить жизнь порядочным, честным человеком можно, но спастись без Церкви нельзя.

Надеющийся достигнуть Царства Небесного своими силами, подобен человеку, который прочитал дома учебник по вождению самолета и думает, что уже может самостоятельно долететь до нужного места.

Спаситель пришел в этот мир и пострадал в нем ради создания Церкви. И до Него были на земле пророки и учителя, учившие как надо жить. Однако пример и благодатная помощь, без которой невозможно следовать в своей жизни этим заповедям и учениям, были даны только Христом. Я с вами во все дни до скончания века (Мф. 28, 20), – обещал Он. И пребывает с нами невидимо в таинствах Своей Церкви, через которые нам даются силы проводить жизнь честно и двигаться в сторону Царства Небесного.

Самое главное таинство – Причастие. В Евангелии от Иоанна Господь говорит: Если не будете есть Плоти Сына Человеческого и пить Крови Его, то не будете иметь в себе жизни (Ин. 6, 53). Без Причастия о небесном гражданстве можно и не мечтать, да и здесь, на земле трудно оставаться в рамках духовного закона.

Если вне Церкви греховная жизнь практически норма, то внутри нее это скорее исключение. Обратим внимание на курильщиков. Сколько из них хотели бы бросить курить?! Но как мал процент тех, кому это удалось. А вот в Церкви курящий человек – редкость. То же и со сквернословием. Такова реальная благодать церковной жизни, помогающая человеку преодолеть свой грех. В Церкви, конечно, есть и грешники. Но вне Церкви – нет святых.

Так называемые «внешние ритуалы Церкви», которые кажутся ненужными нецерковному человеку, оказываются необходимыми, исходя из двухсоставности человека. Человек имеет видимую и невидимую составляющие. Получая благодать в таинствах, человек по своей природе нуждается в телесном подтверждении того, что таинство совершилось.

При крещении человека погружают в освященную воду и при этом вслух произносят слова молитвы. Исповедуясь, мы называем свои грехи, преклоняем голову, а священник покрывает ее епитрахилью и читает разрешительную молитву. Соединяясь с Христом в Таинстве Причастия, мы принимаем Его Пречистую Плоть и Кровь под видом хлеба и вина. И так далее. Духовные переживания очень тонки и не всегда могут быть правильно восприняты человеком, потому так премудро устроено в Церкви, что в ней есть и внешняя составляющая.

Сам Господь сопровождал какое-либо духовное действие внешним – преклонял колена, возводил очи. Так как в человеке душа и тело связаны, то состояние души естественно отражается и на состоянии тела. И наоборот.

Кроме того, внешние обряды Церкви показывают, что Церковь и все мы едины, в какую бы православную церковь мы не пришли даже в другой стране, везде служба совершается одинаково, везде есть иконы, горят лампады, священнослужители облачены в одинаковые одежды, совершают одинаковые действия. Церковь – это общество людей объединенных таинствами. Мы говорим, что Церковь – это тело Христово. Но такое объединение в единое тело вряд ли возможно без единых церковных обрядов. А значит – они нужны.

Человека спасает не честная жизнь, не поступки, потому что тогда незачем было бы воплощаться и страдать Сыну Божию, человека спасает Сам Господь. Но как? Через благодать, которая дается ему в Церкви. По словам святителя Филарета Московского, как необходима человеку для рождения в жизнь утроба матери, так же необходима ему для духовного рождения духовная утроба матери-Церкви.

«Верить в душе», не будучи членом Церкви, все равно, как носить фотографию любимого человека в кармане, избегая встреч с ним.

Такой «роман» обречен. «Вне Церкви нет духовной жизни и духовно живущих лиц», – писал святитель Феофан Затворник. То, что многие принимают за духовную жизнь «без посредников», на самом деле просто букет эмоционально-интеллектуальных переживаний в комплекте с религиозно-бытовой атрибутикой. Разговор о Боге за чаем, при свечах и под иконами.

И чтобы не заканчивать разговор на этой грустной и кому-то обидной ноте еще раз напомню – будущая наша жизнь начинается здесь, на земле. Узнать, что такое вечное мучение, пусть в микроскопической дозе, можно и вне Церкви. Но получить представление о будущем блаженстве возможно только в Церкви. И каждый церковный человек испытал это на собственном опыте.

Господь каждому по-своему дает почувствовать его. Бог, как говорил старец Паисий Святогорец, иногда дает человеку конфетку просто так, незаслуженно, чтобы показать, какая ему на небесах уготована небесная кондитерская. Желаю и вам этого сладкого знания.


Читайте также:

Понравилась статья? Помоги сайту!
Правмир существует на ваши пожертвования.
Ваша помощь значит, что мы сможем сделать больше!
Любая сумма
Автоплатёж  
Пожертвования осуществляются через платёжный сервис CloudPayments.
Комментарии
Похожие статьи
Церковь хорошим людям не нужна?

«Не будите меня в воскресенье – я не собираюсь сегодня в храм»

Зачем ходить в храм, если Бог в душе?

Что общего у притчи о блудном сыне и рассказа о детстве Христа

Что важнее – ходить в церковь или быть хорошим человеком?

Может ли и должна ли Церковь делать людей хорошими? В чем истинный смысл церковной жизни? О…