Боль стоит между мною и Господом

|
«Я много раз отмахивалась от этих вопросов, ссылаясь на свою греховность, на то, что есть вещи, которых нам не понять, пока мы находимся здесь, на земле, и что следует заниматься своим спасением и «внимать себе». Только они всё равно возвращались. На разных этапах, в разные моменты, в разных формах...» Читательница «Правмира» рассказывает о своем кризисе веры.

«Я уже не первый год нахожусь в тяжелейшем кризисе веры», – с этих слов начинается письмо, которое пришло на почту «Правмира» от 29-летней Марии. Она пишет, что узнаёт себя в «страшных картинках», описанных православными авторами в книгах о том, как люди уходят из Церкви. Но уходить из Церкви не хочется, потому что «Бог и вера для меня – самое большое сокровище».

Что делать людям, которые считают свой религиозный опыт «провальным»? С чего начать тому, кто после долгих лет церковной жизни вдруг «устал» и «сломался»? Как обрести радость веры, если слишком долго жил страхами, запретами, упорно попирая и отвергая в себе не столько грех, сколько обычное, человеческое? «Мой крик боли – не о том, “кто виноват”, а “что делать”».

И правда, что делать? Публикуем первый очерк из серии «Болевые точки православия».

voskreschrist.cerkov.ru

voskreschrist.cerkov.ru

Все прах и пустота

Одно из самых мучительных и горьких моих сомнений в настоящий момент – как примирить в душе две истины: «Вне Церкви нет спасения» и «Бог есть Любовь».

С одной стороны, есть история о старце Кириаке и несторианском иноке Феофане, которому в видении по молитвам святого было показано «в огне Нестория, Евтихия и Аполлинария, Неагрия и Дидима, Диоскора и Севера, Ария и Оригена, и других». При этом Феофану было сказано: «Я говорю тебе, что если человек все добродетели сотворит, но не будет православно веровать, приидет в это место». А святому Иоанникию Великому, в бытность его иконоборцем, Ангел открыл, что все его подвиги благочестия напрасны, коль скоро он не имеет правой веры.

Я могу привести множество ссылок на святых отцов, подтверждающих это, но… Тогда получается, что 99% всех живущих и живших вотще рождаются и зря умирают? Как написал один из авторов ЖЖ, «все эти континенты, культура, литература, музыка, философия – всё это прах и пустота, т.к. для 99,9% авторов, в том числе глубоких, в том числе христиан инославных, будущее – это вечная мука в аду. И нет разницы по большому счету, был ли человек Клайвом Льюисом или папуасом, Докинзом или Честертоном, католическим проповедником, убитым японцами веке в 17-м или Сталиным, – всех одинаково ждет ад. <…> А вся твоя философия, искусство и гениальность (даже если тебе это Богом дано) – это просто пена, побочный продукт эволюции божественных энергий, изливаемых в мир, т.к. к спасению это всё отношения не имеет».

Всех ждет ад

Неужели у тех, кто сейчас умирает за веру на Ближнем Востоке, на самом деле нет никакого выбора? Их всех одинаково ждет ад вне зависимости от того, примут ли они ислам или «останутся верными даже до крови», ведь сказано, что «если люди не хранят союза и самого искреннего общения с Церковью, даже предали бы себя смерти за исповедание имени Христова, грех их не омоется и самою кровию… Находящийся вне Церкви не может быть мучеником».

Отец Георгий Максимов по этому поводу сказал так: «Мне это кажется честным – если уж я назвал себя христианином, то и верить именно тому, что открыл Бог христианской Церкви. Я прекрасно понимаю, что сегодня сказать, что ты веришь, что еретик Царства Божия не наследует, и что находящийся вне Церкви не может быть мучеником, это очень немодно, и более того – это значит даже со стороны тех, кто называет себя православными, получать плевки и насмешки. Но извините, дорогие отцы, Бог и Его мнение важнее для меня, чем вы, чем убитые иракцы, чем мои собственные эмоции и предпочтения, чем всё в этом мире. И мне кажется, что быть верующим – это значит доверять Богу не только в том, что согласно с твоими мыслями и эмоциями и что модно в современном мире, но и в том, что сейчас совсем не модно».

www.taringa.net

www.taringa.net

Любовь и милость

Я полностью согласна с этими словами. И для меня тоже Бог и всё то, что Он открыл Своей Церкви, важнее всего на свете. Но сердце мое – плачет. Плачет и недоумевает: а где же здесь Любовь? Где здесь Милость? Бог, для Которого ничего не стоит отослать в вечную муку миллионы и миллиарды людей за принадлежность к «неправильным» общинам – точно ли это Бог-Любовь?

Многие из рядовых инославных, не имея богословской подготовки, просто не в силах понять, «как правильно». Богословские сложные проблемы большинству из простых верующих часто кажутся чем-то абстрактным и крайне далеким от повседневной «практики веры». И вовсе не потому, что они такие плохие, ленивые, не желающие знать догматы и трудиться над своим спасением. Просто им не приходит в голову сомневаться в своей вере – так же, как и нам, «право славящим Бога». Я о них сейчас говорю, а не о тех, кто отпал от Церкви по гордыне и высокомерию, противопоставляя Ее чистому учению свои домыслы…

Вера бабушки

У меня вот была бабушка, жила в деревне. Бабушка верующая, православная. Всё время молилась, сокрушалась о грехах, помогала, кому только могла. В ее доме было множество икон, лампадка перед ними часто горела. Но когда я ей пыталась рассказывать о дораскольных святых, живших в странах Западной Европы, она относилась к этим рассказам очень настороженно. Святые были в ее глазах «людьми другой веры».

Потому что ей, всю свою долгую и тяжелую жизнь прожившей в деревне, эта деревня казалась единственным оплотом веры, а на мой вопрос: «Что же, по-твоему, только вы одни тут православные?» она однажды на полном серьезе так и ответила: «Одни мы»…

Ну и как с ней было говорить о канонах, соборах, о том, что есть ересь и что ею не является? Я и не говорила. Ибо – зачем? А теперь она уже не в этом мире.

А сколько их, таких бабушек и им подобных, по всей земле? Для которых совершенно не актуальны споры о филиокве или о природах Христа? А вот о почитании праздников, молитве к Богу и Божией Матери, милосердии к ближнему и верности Спасителю даже перед лицом мучений – это всё для них как раз ясно и понятно…

Отношение Бога к «чужим»

И еще: не могу понять, как вообще могло так получиться, что бóльшая часть мира, называющего себя христианским, на деле находится вне Тела Христова, вне Его Церкви, а значит, и вне спасения? И это тоже заставляет меня сомневаться в любви Творца (прости, Господи!) к людям, в том, что мы Ему по-настоящему дороги. Я знаю, что Он каждому из нас дал свободную волю, да, но ведь инославие – далеко не всегда дело свободного осознанного выбора. Далеко не всегда. Получается, отцы отпали в ересь, учинили раскол, а потомки – расхлебывай…

spbda.ru

spbda.ru

Вот то, что меня гложет и мучает. Я много раз отмахивалась от этих вопросов, ссылаясь на свою греховность, на то, что есть вещи, которых нам не понять, пока мы находимся здесь, на земле, и что следует заниматься своим спасением и «внимать себе». Только они, эти вопросы, всё равно возвращались. На разных этапах, в разные моменты, в разных формах, но – возвращались. Они жгут меня изнутри, я не могу не спрашивать, не могу сказать в себе: «Вот, я тут у себя спасаюсь, а до других мне нет дела». Потому что этих «других» – 99% всех живущих. И мне не всё равно, что будет с ними…

И для меня очень важно понять, как Бог относится не только к «Своим», «верным», но и – к «чужим», «неправильным», «неправославным». Они для Него мертвы? Не существуют? Или просто являются топливом для кошмарной адской печи?

Радость с привкусом боли

Нам, православным, часто говорят, что христианин должен радоваться своей вере. Я ни разу не против, но – как? Как вообще можно радоваться, зная, что большинство людей, живущих на земле, будет на веки вечные брошено в огонь? По-моему, тут слёз всего мира не хватит, чтобы оплакать этих несчастных.

Если такая радость и имеет место, то ее, наверное, можно сравнить с радостью человека, который чудом спасся во время эпидемии чумы. Он бежит по городу, спеша покинуть зараженное место, а вокруг него – трупы, трупы, трупы, обезображенные болезнью и тлением. И среди них он узнаёт своих близких, знакомых, родных, друзей. Да, конечно, он радуется тому, что сам остался жив, только радость эта с таким привкусом горечи и боли, что ее никому не пожелаешь…

vladnews.ru

vladnews.ru

Вот этот крик, эта боль – то, что сейчас стоит между мною и Господом, мешая идти дальше. Что мне делать? И как мне любить вот такого Бога? Бога, о Котором сказано, что это Любовь, и в то же время готового отвергнуть и казнить за любую догматическую неточность?


Читайте также:

Почему колеблется наша вера?

Когда люди уходят из Церкви, остается рана, которую мы чувствуем

Понравилась статья? Помоги сайту!
Правмир существует на ваши пожертвования.
Ваша помощь значит, что мы сможем сделать больше!
Любая сумма
Автоплатёж  
Пожертвования осуществляются через платёжный сервис CloudPayments.
Комментарии
Похожие статьи
Образцовая боль: история одной семьи

Нищета и ненужное смирение сделали нас подпорками друг под друга, но не более того

Вопросы к Богу, возникшие после смерти мужа, не уходят

Младший снял крестик и сказал: «Такого Бога мне не нужно»

Испытание на рассудительность нашей веры

Желание единства, молитва о нем, заповеданные Самим Господом Иисусом Христом, – совершенно естественны для православных христиан