Борис Корчевников: «Ненависть — то, чего этот фильм не должен вызывать»

Источник: журнал "Фома"
|

Или снова о фильме «Не верю!»

«Не верю!» — этот фильм-расследование, недавно показанный на НТВ, вызвал ожесточенную дискуссию. Что это было — ответ на антицерковные выпады? Разоблачение? Но почему же тогда фильм начинается с рассказа о священнике, усыновившем беспризорников, и заканчивается беседой с принявшим Православие немцем, ныне — клириком московского храма?..

Наш разговор о замысле фильма «Не верю!» и о реакции на него — с автором, журналистом Борисом Корчевниковым.

Наш ответ Чемберлену?

— Борис, мы еще толком не начали разговор, а Вам уже несколько раз звонили с телевидения. Почему Вы отказываетесь выступать в передачах?

— А зачем? Зовут же чтобы с кем-нибудь столкнуть, втянуть в конфликт. В фильме конфликта нет, и после — не будет. Все, что можно было сказать, сказано.

— Многие восприняли Ваш фильм как ответ на информационные выпады против Церкви. Такой «наш ответ Чемберлену»…

— Отвечать на всякий выпад бессмысленно — на это всю жизнь можно потратить. Ответ — это дела и люди Церкви, глядя на которых ты заряжаешься жизнью, какой-то созидательной энергией. И фильм-то про них.

Я ведь и искал истории о таких вот людях, потому что понимал: на них все будет строиться. Без этого бессмысленно делать кино! Вариант лучше — сделать фильм только про них.

— Почему он не прошел?

— Может, еще и пройдет. Здесь другого хотелось: проанализировать информационную кампанию против Церкви.

— Но это две разные задачи…

— А на стыке жанров и рождается что-то новое.

— Каков был Ваш замысел, идея, от которой Вы отталкивались? Вам было больно за Церковь?

— Как и всем православным людям, кто слышит о ней гадости… Понимаете, у любого верующего человека, я думаю, за последнее время создалось впечатление: то, что он видит в Церкви, и то, что он о ней читает в некоторых СМИ, — как минимум, разное.

А еще в это был вызов. Профессиональный и человеческий: как про ту реальность, которую мы все в Церкви переживаем, говорить по телевизору?

— Никак — тоже вариант?..

— Да, кстати, так можно. А может, все-таки попробовать? А вдруг получится? Может и не получиться. Это был эксперимент: попытаться пройти между Сциллой и Харибдой, рассказать, как все есть на самом деле. И при этом… какую-то симпатию, даже любовь сохранить к тем людям, которые сегодня выступают против Церкви.

— Разве не получилось тут черного и белого? Тут — хорошие, светлые, там — плохие, темные?

— Ведь я искренне хотел избежать этого! Встречаясь с теми людьми, которых рецензенты теперь записывают в «лагерь темных», я думал: мы сейчас поговорим, и нам удастся из разговора что-то вытянуть неожиданное, мы их покажем с другой стороны… Получилось то, что получилось. И я бы не хотел расставлять оценки — в фильме этого не делал, и не хочу, чтобы в интервью они прозвучали. Были важны точные, насколько это возможно, портреты этих людей.

О тех, кто обиделся

— Тем не менее, блоггеры ругаются, чувствуют себя оскорбленными…

— Обижаются ведь те, кто мыслит категориями гражданской войны, противопоставляют, моментально навешивают ярлыки. И обиделись-то уже заранее, до выхода фильма. А после — большинство комментариев крутилось вокруг непрофессионализма и «приемов пропаганды». А в чем они? Никто не говорит. Опять ярлык. Ну, может, в самой форме — в излишней напористости: мы в 45 минут все впихнули, и вышло тесновато. Там не вздохнуть. Соглашусь в целом с тем, что чересчур порывистый монтаж, иногда неуместная клиповость (к чему нас принуждал и общий «нерв» канала) местами «съели» некоторые смыслы – за ними люди просто не успевали. Но по оценкам-то было понятно, что большинство зрителей «продрались» через этот темп, этот «нерв» и увидели в фильме все, что в нем заложено.

— Как дальше строить отношения с теми, кто обиделся?

— Я этим летом прочитал книгу протоиерея Александра Шаргунова «Вчера и сегодня» — о новых мучениках за веру в ХХ веке и наших современниках (таких тоже много). Там есть очень сильная фраза, кажется, она звучит как-то так: невозможно проповедовать крест Господень и при этом никого не обидеть, не задеть. Я фильмом ничего не проповедовал, конечно, но я все чаще думаю о том, что правда, оказывается, может тоже очень-очень сильно разделить людей. Точнее, отделить тех, кто ее принимает, от тех, кто не принимает. Часто она разделяет и с теми, кто тебе дорог. Но отказываться от правды нельзя из-за этого. Однако фильм «Не верю!» — не тот случай все-таки: всерьез обиженных им я пока не видел.

— Блоггеры особенно обвиняют Вас в «предательстве учителя», Леонида Парфенова… Хотя ведь это штамп: учитель он в какой-то мере для всех, кто тогда работал на НТВ. Вы ведь тоже делали сюжеты для его программы «Намедни», так?

— Да, верно.

— Как бы то ни было, что бы Вы ответили на обвинение?

— Посмотрите фильм повнимательнее. Он не про это.

О сомнениях

— Вы говорили, что у Вас были сомнения: лучше фильм или молчание. Как они разрешились?

— Лучше фильм.

— Вы не пожалели?

— Нет, и не пожалею уже.

— Чего Вы боялись? Что заставило бы Вас пожалеть о своей работе?

— Я очень боялся, что фильм принесет вред Церкви, возбудит и так агрессивно настроенных против Бога (хотя часто они говорят, что это «против РПЦМП» или против еще чего-то). Я боялся хрупкости этой темы. Поэтому для меня так важно было соблюсти, насколько возможно, нейтралитет: не занимать ничью позицию.

— Ваша первая передача, затрагивающая тему веры, — «Хочу верить!» на СТС. Посыл был похожий тогда?

— Нет, совсем другой.

— В чем разница?

— Там была идея просто сделать жанр исторического репортажа: то есть это репортаж с места события, которое произошло, может быть, тысячелетие назад. Но в этой передаче было много субъективизма.

— А в нынешней?

— Здесь хотелось поймать Истину, просто жизнь – а она всегда объективна. И сама расставит оценки. Сложность была в том, чтобы увидеть, отобрать: это то или не то. И когда писал сценарий, вычищал все оценки, чтобы оставались только факты, лица… Вот батюшка, ругающий сына за то, что тот 400 рублей на фотоаппарат не отложил, а теперь просит у отца; а параллельно — вот блоггер, говорящий, что Церковь — это бизнес на Боге… Когда это вместе складываешь в единую линейку — оно само за себя говорит.

Об агрессивной журналистике

— Сегодня на телевидении, в прессе даже самые правдивые факты могут быть поданы так, что получится ложь…

— Не надо думать, что это только о Церкви так пишут. Так пишут обо всем, всё превращают в конфликт. У нас в России реально — телеистерика зашкаливает. В других странах реже встречаешь такое напористое телевидение, такую агрессивную журналистику, как у нас в последние 15 лет.

— Часто люди, когда приходят к вере, стремятся и в свою профессию привносить то, чем они «горят»…

— У меня то же самое.

— Но ведь Вы готовите передачу про юмор на СТС…

— Место Бога везде, во всех проявлениях жизни, и даже интереснее Его обнаружить там, где Его присутствие «неочевидно». В сугубо нерелигиозных, светских сферах, индустриях, срезах нашей жизни и нашей культуры — какова там мера Любви?

Самый ценный комментарий

— Вы читаете обсуждение фильма в блогах, в СМИ?

— В первые день-два читал: мне было интересно развитие мысли и скорость нарастания «снежного кома» — просто как явление. В Твиттере под моим именем кто-то пишет глупости. И число подписчиков этого твиттер-аккаунта за два дня после эфира — выросло в пять раз. Какая-то это все подмена, все – нереальность!

— Самая ценная для Вас реакция на фильм?

— Она в том, что этот фильм не оставляет чувства обиды или ненависти к тем, кто с Церковью борется. В лучшем случае — чувство жалости, что эти люди просто не знают, что делают, они запутались. Это ценная рецензия. Потому что чувство ненависти, противостояния — именно то, что этот фильм не должен был бы, по замыслу, вызывать.

Фото Владимира Ештокина

Помоги Правмиру
Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!
Пожертвования осуществляются через платёжный сервис CloudPayments.
Похожие статьи
Борис Корчевников назначен гендиректором телеканала «Спас»

Решение принято по благословению Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Кирилла

Во что не верит Борис Корчевников

Верующий человек говорит о церковных недостатках не для превозношения над ними и глумления, а потому, что…

Протодиакон Андрей Кураев в программе “Собчак живьем” (+ ВИДЕО)

В программе 'Собчак живьем' в гостях у Ксении Собчак протодиакон Андрей Кураев - о защите чувств…

Дорогие друзья!

Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!