Сейчас Бутовский полигон становится все более известен как место массовых расстрелов, место подвига мучеников за веру.

В 30-е годы жители дачного поселка видели, как с периодичностью примерно раз в два дня, к полигону подходила довольно вместительная крытая машина с надписью «хлеб». Люди недоумевали: зачем его привозят в таком количестве на объект военного назначения с небольшой территорией?

Как из выдающихся деятелей очень мало прославленных святых, так и из убитых в ХХ веке – много пострадавших, но мало мучеников за Христа. Христианский образец на все времена остается один и тот же, и не внешние обстоятельства жизни важны, даже и такие как насильственная смерть во время гонений, а внутренняя жизнь христианина, его праведность в очевидном и ясном выражении заповедей Господних.

Как они любили Господа? Это выражалось в первую очередь в молитве, в церковных службах. Мы вас постоянно призываем совершать утренние и вечерние молитвы. Но сможете ли вы прочесть все эти молитвы от начала и до конца без книги, на память? А если нам придется попасть в тюрьму и не будет книг?

Мученики могли столько терпеть потому, что у них смирение было. А если человек не может терпеть, когда его обличают в чем-то, когда говорят о его грехах, укоряют, — то он не сможет быть и мучеником. Это обман.

Препятствием для власти было не противодействие Церкви, а, как раз, Ее непротивление и личность таких архиереев, как Патриарх Тихон, митрополит Вениамин, епископ Илларион Верейский, митрополит Серафим (Чичагов). Их облик, человеческие качества, глубокая образованность и христианское смирение составляли слишком заметный контраст облеченному властью невежеству.

Человек только пассажир в этом историческом поезде, на который ему Промыслом Божиим выдан билет, и беда, если человек не изучил, откуда едет поезд и куда, и даже не догадывается о его расписании. Горькое разочарование наступает у людей, когда они думают, что едут туда, куда им хочется. Так было в 1918 году, когда поезд остановился не в процветающем оазисе, а на глухом полустанке массового террора и бессудных убийств

5 ноября 1937 года на Бутовском полигоне под Москвой в числе других расстрелянных за веру, за Христа, за проповедь, среди тысяч новомучеников Бутовского полигона был расстрелян священник Владимир Амбарцумов. Об отце Владимире мы писали не раз: публиковали его житие, воспоминания его дочери Моли Бога о нас: Часть 1, Часть 2, Часть 3. Сегодня мы хотим познакомить читателей с протоколом допроса отца Владимира.

Я буду жить надеждой скоро опять быть с вами, и хочется всех вас найти вместе. Читайте вместе, кроме Евангелия, и послания апостолов. Старшие сестры, объе­диняйте сестер ваших. Просите Патриарха Тихона взять «цыпляточек» под свое крылышко. Устройте его в моей средней комнате. Мою келью - для исповеди, и боль­шая - для приема.

Будите себя, свою мысль, свою душу, будите и своего пастыря, спрашивайте его, требуйте от него продуманных, обоснованных ответов. Всякое явление жизни надо освятить светом Христовой истины. Нет такой области жизни, куда бы этот [свет] не мог, или не должен был проникать.

После ухода белых и утверждения на Северном Кавказе советской власти начались гонения, разгар которых пришелся на 1922 год – время изъятия церковных ценностей. Местные власти, однако, относились с большим уважением к священнику, и их представители не раз приходили к нему домой и предупреждали о готовящемся аресте: «Николай Андреевич, готовятся документы на ваш арест, уезжайте, мы дадим вам лошадей, берите и уезжайте».

В любую погоду, в дождь и метель, к этим воротам подъезжали машины. Из них выводили осужденных людей - неграмотных крестьян и профессоров, женщин, подростков и стариков, священников, митрополитов и монахов – на расстрел.

Эти письма написаны в наше время современным языком, но теми людьми, кто уже предстоит в лике святых Богу. Удивительно видеть их письма, удивительно иметь возможность соприкоснуться с ними посредством сети интернет.

Мы продолжаем знакомить читателей с письмами новомучеников и исповедников Российских - удивительными документами, написанными в наше время современным языком, но теми людьми, кто уже предстоит в лике святых Богу.

Особенно сильное впечателение производят письма, настоящие письма из 20-х годов, из лагерей и ссылок. Первым мы публикуем фрагмент письма священномученика Николая Агафонникова, написанное из тюрьмы в 1923 году.

Священномученик Василий родился 28 января 1887 года в селе Бабка Павловского уезда Воронежской губернии в семье крестьянина Никиты Максимова. Семья жила бедно, а кроме того, Никита тяжело заболел и ослеп. Василий рос мальчиком благочестивым и послушным, и местный священник благословил его прислуживать в алтаре.

Данные, полученные делением общего числа пострадавших за веру выпускников университета на число всех окончивших университет в 1880 - 1930-е гг. говорят о том, что самый высокий процент пострадавших дал МГУ (4.5%), СПбГУ (3%), почти столько же у Казанского университета (2,7%).

Священномученик Иоанн родился 30 января 1864 года в станице Кавказская Кубанской области. Отец его, священник Иоанн Восторгов, был сыном магистра богословия, профессора Владимирской Духовной семинарии Александра Восторгова, мать звали Татьяной Ксенофонтовной.

Священномученик Сергий родился в 1876 году в селе Подлесная слобода Луховицкого уезда Рязанской губернии в семье священника Михаила Кроткова. Отец его умер, когда мальчику исполнилось три года, и с этого времени Сергей стал жить у родственников. И хотя они были людьми материально состоятельными, годы детства, проведенные у них, остались в его памяти как время тяжелое и безрадостное.

Преподобноисповедник Георгий (в миру Герасим Дмитриевич Лавров) родился 28 февраля 1868 года в деревне Касимовка Ламской волости Елецкого уезда Орловской губернии в крестьянской семье. Отца звали Дмитрием Абрамовичем, мать – Феклой Архиповной, старших братьев – Алексеем и Петром.

Мой отец — священник Михаил Владимирович Шик — один из тысяч православных священников, расстрелянных или замученных в страшные 30-е годы, когда набиравшее силу советское государство пыталось искоренить религию.

Один из обычных случаев тех лет. Отец Александр идет по улице с дочерью, держа ее за руку, а прохожие оборачиваются и плюют священнику вслед. Дочь сжимает его руку крепче и думает: «Господи, да он же самый хороший!» Отец, чувствуя, каковы в этот момент переживания дочери, спокойно говорит ей: «Ничего, Танюша, это всё в нашу копилку».

"На вопрос о носимом ею на шее кресте Гримблит неоднократно отвечала: "За носимый мною на шее крест я отдам свою голову, и пока я жива, с меня его никто не снимет, а если кто попытается снять крест, то снимет его лишь с моей головой, так как он надет навечно".

Теперь у нас нет гонений и кажется, что все наладилось. Но я помню, как закрывали этот храм, а надпись над его вратами "Свет Христов просвещает всех" срывали со стены и бросали на пол. Кто это делал? Варвары, невежи, ничего не знающие о христианстве? Нет! Все эти люди прежде учились Закону Божьему

Сначала мы и не подумали, что это святой. Решили, что просто священник, похороненный возле храма. Но нам сразу бросились в глаза некоторые странности. Во-первых, покойный батюшка был одет не по чину: риза зеленого цвета, поручи – желтого, плат на лице – красного.

Из тюрьмы на протяжении двух недель, предшествовавших казни, священномученик Василий (Соколов) писал письма своим кровным и духовным детям. Эти письма являются драгоценнейшим свидетельством исповедничества нового времени.

2007 год – это год многих забытых юбилеев. 90 лет февральской и октябрьской революции. И, так сложилось что это юбилейный год и для 1937 года. Этот год – целая веха церковной истории, и всей мировой истории - одна из самых массовых волн расстрелов.

Вся история Церкви — это история гонений и кратких периодов спокойной жизни: мученичество первых веков, гонение на Православие арианствующих императоров и императоров-иконоборцев... Бывали притеснения Церкви и со стороны русских царей и императоров, и тогда Русская Церковь выдвигала мучеников и исповедников.

Новомученик российский Александр Хотовицкий родился 11 февраля 1872 года в городе Кременце в благочестивой семье ректора Волынской духовной семинарии протоиерея Александра, память о котором как о добром пастыре долго хранилась в сердцах православных жителей Волыни.