Человек с лицом

Олегу семнадцать лет и у него врожденная артериовенозная дисплазия лица. Еще недавно сосуды были воспалены и перепутаны так, что нос распух до невероятных размеров, а сосудистый клубок подбирался к глазу. На лице молодого человека появлялись всё новые и новые следы от операций, а сами вмешательства не приносили облегчения. Год назад Олег умирал. Чтобы его спасти, врачи совершили невероятное – вырастили ему на руке нос. Как это было и какова роль «Правмира» – читайте на нашем сайте.

Смертельно честное зеркало

Он умирал не так, как умирают тяжелобольные люди, лежа в своей постели, в окружении родственников. Олег ходил, разговаривал, читал, занимался другими делами, каждую секунду ожидая массивного кровотечения. Мечты учиться, играть в волейбол, хоть раз нырнуть с головой, просто умыться, в конце концов, улетучивались, едва он подходил к зеркалу. Он ждал. Ждал смерти, пугаясь своего отражения и стараясь с ним лишний раз не встречаться.

Родители отказались от Олега еще при рождении. В детском доме он каким-то чудом дожил до четырнадцати лет. Его даже несколько раз оперировали, пытаясь распутать этот сложный клубок артерий и вен, но все попытки вернуть подростку лицо были безуспешными. В 14 лет, проходя реабилитацию после очередного хирургического вмешательства, Олег встретил того, кто в будущем заменит отца и подарит надежду на жизнь.

Владимир Хавшабо. Фото: личная страница Владимира в Фейсбуке

Владимир Хавшабо. Фото: личная страница Владимира в фейсбуке

Владимир Хавшабо работал в центре, где проходили реабилитацию ребята из детских домов с  тяжелыми заболеваниями. Он рассказывает, что многие из них нуждались в целой серии операций:

«Для того, чтобы после каждой нам не приходилось отправлять их домой и они могли жить рядом с больницами, мы – работники центра, брали их под опеку. Это была «производственная необходимость». Так у нас появился и Олег, став самым старшим из пяти приемных детей.

К тому моменту, как мы все решились на операцию, Олег перенес не одно вмешательство, хотя при этом мы почти не продвинулись в плане его лечения. Обильные кровотечения, которые было сложно остановить, мучительные головные боли сопровождали его постоянно. Олег переносил всё мужественно, но мы знали, что он переживает, и мучились от невозможности облегчить его страдания. Было тяжело смотреть на это и осознавать, что не можешь помочь».

Олег переехал в семью Хавшабо не один. С ним была кошка Принцесса. И первое время его новая сестра Анна была против: девушка страдала аллергией на шерсть. Но потом она поняла, что это его единственный друг. Анна Хавшабо вспоминает, что сначала Олег был очень замкнутый, ему было сложно даже поздороваться с членами семьи, а потом произошло стремительное сближение. Страшные эпизоды, которые пришлось наблюдать, объединили всех.

12734175_1008705115862139_116221981166531654_n

«До операции у Олега несколько раз открывались массивные кровотечения. Однажды это случилось ночью. Олег не стал никого будить, постеснялся, решил, что сам справится. Я проснулась и увидела, как он стоит в ванной, а ванная вся в крови! Побежали за полотенцем, вызвали скорую. Врачи приехали и сказали, что ничем не могут нам помочь. Это случалось не единожды.

Надежда на жизнь и новую внешность

Несмотря ни на что, Олег начал учиться в МИРЭА. Но даже на машине добраться до института было большой проблемой. Каждая поездка заканчивалась сильнейшими приступами головной боли и кровотечениями. Отчаяние нарастало. Казалось, выхода нет или риск слишком велик:

«Трудности у меня были еще в школе. Я не мог поиграть в футбол: слишком велика была опасность получить удар мячом. Не мог пойти в поход с друзьями. Со временем самочувствие ухудшалось. Пришлось искать выход. Решение об операции было самым сложным – хорошего результата никто не гарантировал. Я долго думал, прежде чем сказать «да, будем оперировать».

Опекун Олега Владимир Хавшабо подчеркивает, что надеждой на спасение подросток обязан в первую очередь журналисту и публицисту Наталье Лосевой. Это она за небольшой срок смогла собрать информацию о заболевании Олега и медицинских учреждениях, где ему могли бы помочь. Выяснилось, что путь от смерти к новой жизни лежит через Индию. По крайне мере, там диагноз Олега – артериовенозная мальформация – удивления не вызывал.

Поддержать подростка и его семью на этом сложнейшем пути мог только благотворительный фонд. БФ «Православие и Мир» объявил сбор средств. Наталия Лосева убеждена, что это был личный подвиг директора Милы Гераниной и всех жертвователей, которые понимали – даже если шанс равен одному проценту – его надо использовать:

Наталья Лосева

Наталья Лосева

«Сбор средств мы начинали с большой тревогой и без лишних надежд. Взрослый парень – на таких собирать деньги сложно. Я лично надеялась только на своих друзей, и они откликнулись. Многие из них жертвовали огромные суммы, по несколько сотен тысяч рублей. Были и незнакомые люди, которые писали: «Я сейчас без работы, сама лечусь, но могу послать для Олега хотя бы 200 рублей».

Наталия вспоминает, что совместно с фондом «Православие и Мир» было сделано невозможное: получены официальные отказы экспертов в России, собраны необходимые документы. Разрешение на выезд для Олега пришлось добывать с боем, а впереди ждала неизвестность, окрашенная в мрачные тона:

«Решение об операции в Индии принималось очень тяжело. Нас сразу предупредили: мальчик может не выжить во время операции. Деньги и связи уже не могли помочь, на всё была воля Божья. Я написала пост, что остается только молиться за мальчика, и он получил тысячи перепостов. Уже совершенно незнакомые мне люди объединились вместе с моими друзьями в молитвенной поддержке Олега. История Олега – это потрясающая история неравнодушия!»

Нос на руке и обретение лица

Аэропорт. Рейс «Москва-Дели». Самолет выруливает на взлетную полосу, опекун Олега непрерывно молится, и вовсе не из-за страха перед полетами. Сам подросток сдержан и спокоен. Погибнуть во время кровотечения на операционном столе? Даже это лучше, чем каждую секунду прислушиваться к себе и вздрагивать в ожидании смерти.

Анна Вербина, руководитель компании MedIndia в России, рассказывает, что до поездки в Индию Олега оперировали более десяти раз. И эти операции только ухудшали состояние мальчика:

Анна Вербина. Фото: radiomayak.ru

Анна Вербина. Фото: radiomayak.ru

«Если изначально его патология была неприятной, но не угрожающей жизни, то после проведения хирургических вмешательств в России в любую минуту у него могло начаться серьезное артериальное кровотечение. Каждое из таких кровотечений могло стать для Олега последним.»

Около недели Олега обследовали в Индии. Семь специалистов самого высокого уровня до последнего момента не говорили, возьмутся ли за операцию. Олег мог лишиться глаза и погибнуть. В то же время все понимали: если операцию не провести, у подростка нет шансов. Консилиум постановил, что хирург всё же проведет рискованное вмешательство.

Анна Вербина описывает три сложнейших этапа лечения, первый из которых достоин сценария фантастического фильма:

«На первом этапе лечения врачи вырастили Олегу… новый нос на руке. Его родной нос был поражен болезнью таким образом, что его пришлось удалить целиком. Ткани для нового носа взяли из ребра Олега. Нос рос полтора месяца, после чего был назначен второй этап лечения – операция, которая называется «эмболизация сосудов».

Эмболизация – сложная многочасовая операция. Врачи спаяли изнутри сосуды с помощью агрессивного вещества, чтобы избежать кровотечения в ходе третьего этапа лечения. Впереди был третий этап – операция по пересадке носа. Операция шла с раннего утра до позднего вечера, врачи задействовали несколько бригад.»

Пока лор-специалисты, реконструктивные и пластические хирурги творили настоящее чудо, пересаживая новый нос, опекун Олега Владимир Хавшабо не находил себе места:

«Олег держался молодцом, стараясь не выдавать своего волнения, а мне было очень страшно. Это сейчас кажется, что всё в прошлом, а тогда я не находил себе места. Единственное, что спасало от страха – молитва и поддержка тысяч людей, которую, как мне казалось, я ощущал физически. Только здесь я понял и впервые в жизни почувствовал силу соборной молитвы.

Последняя операция была самой тяжелой и решающей, и длилась больше двенадцати часов. Все боялись, что может начаться кровотечение и наступит момент, когда врачи уже не смогут его остановить. И вот последние минуты перед тем, как Олега увезут. Медсестра передает мне его нательный крест, я с ужасом смотрю в глаза доктору Сингху и прошу оставить его с Олегом, хотя бы под подушкой. Доктор соглашается, берет меня за руку и обещает сделать всё, чтобы спасти Олега. Операция проходит успешно».

Отражение любви

Врачи знают – после операций на лице первое, что просит пациент – это зеркало. Олег о своем отражении не думал. Ему было важно, что он жив, что рядом надежный Владимир, усталые, но счастливые врачи. Они стали его первым отражением новой жизни. Отражением любви.

«Уже тогда я стал чувствовать себя лучше, поднялось настроение. До операции я не мог нормально купаться и даже умыться. Мне нельзя было мочить нос. Сейчас нет никаких проблем с водными процедурами, самочувствие улучшилось! Больше всего я мечтаю закончить лечение и вернуться к учебе».

Впереди у Олега – долгий период восстановления и адаптации. Специалисты в Индии, говорит Анна Вербина, еще должны провести несколько небольших оперативных вмешательств по формированию окончательного вида лица:

«При проведении предыдущих операций врачи брали много лоскутов с лица Олега. У него осталось много рубцов от былых вмешательств, которые сильно портили общий вид. Лицо Олега не должно носить характер многократных повреждений. Лечение закончится примерно через год. Вряд ли после него что-то будет напоминать о том, сколько Олег перенес в жизни.

Мне жаль, что именно из-за этой патологии Олега оставили его родные родители, ведь она корректируема! К сожалению, мало кто в России об этом знает. Если бы родители Олега знали, что делать, и медицина была на более высоком уровне, его могли прооперировать в возрасте нескольких месяцев. Олег мог прожить другую жизнь».

Олег Латышев

Владимир Хавшабо подтверждает, что у приемной семьи еще долгий путь:

«Каждые шесть недель мы летаем в Индию и возвращаемся домой, где нас очень ждут и поддерживают родные, а еще любимица Олега – кошка Принцесса. Она особенная, умеет выполнять разные трюки, подавать лапу. Олег за нее очень беспокоится и всегда старается привезти ей сувенир. А кошка всегда с нетерпением ждет его и радостно встречает.

Олег очень спортивный: любит коньки, ролики, с удовольствием гоняет мяч с пацанами, плавает в бассейне, в море. Без страха может полететь на одномоторном самолетике, броситься в мощную струю воздуха, чтобы парить над землей. Любит от души смеяться в компании знакомых и незнакомых взрослых над веселой шуткой. И сейчас он всё свободнее и проще, чем в начале нашей истории…» 

История спасения Олега Латышева еще не окончена, его ждут новые этапы лечения, но вы подарили ему надежду. Помочь другим подопечным фонда «Православие и мир» можно здесь.

Понравилась статья? Помоги сайту!
Правмир существует на ваши пожертвования.
Ваша помощь значит, что мы сможем сделать больше!
Любая сумма
Автоплатёж  
Пожертвования осуществляются через платёжный сервис CloudPayments.
Комментарии
Похожие статьи
Детский хоспис: вперед, в школу

Ребенок должен учиться, даже если не держит карандаш и знает три слова

Вы это сделали! Спасибо!

Мы верили, порой сомневались, а вы поднимали нас над этими сомнениями и вели дальше!