Чемодан, вокзал, Союз?

Однажды мой приятель из Петербурга собирался в Нижний Новгород. Купил билет по подозрительно низкой цене, приехал на вокзал. И только сев в поезд, узнал, что едет в Новгород Великий. Потому что билетов в Нижний Новгород не бывает. Станция назначения до сих пор называется Горький.

Города Свердловск на карте России давно нет. А область вокруг Екатеринбурга, где находятся святые места, связанные с мученической кончиной царской семьи, носит имя Якова Свердлова – одного из «заказчиков» убийства царя-страстотерпца, его семьи.

Старинный город Вятка по-прежнему называется Киров в честь коммуниста-большевика, известного тем, что в годы, когда он возглавлял Ленинградский обком, было снесено несколько десятков петербургских храмов и разгромлена Академия наук.

Таких примеров на карте современной России десятки, если не сотни.

На прошлой неделе случилась странная история. 9 июля по всем новостным лентам прошла информация о том, что Ленинградскому вокзалу в Москве возвращено историческое название Николаевский, и указ об этом подписал глава ОАО «Российские железные дороги» Владимир Якунин. Решение поддержал директор Института российской истории РАН Владимир Лавров, руководитель синодального Отдела по взаимоотношениям церкви и общества протоиерей Всеволод Чаплин, председатель фонда «Возвращение» Юрий Бондаренко и многие другие. Однако, спустя несколько часов пресс-служба «РЖД» опровергла это сообщение, назвав его технической ошибкой. Переименование вокзала признано несвоевременным. Что могло заставить Якунина отозвать свое распоряжение? Говорят, звонок из Кремля. Косвенно этот факт подтверждает неожиданно четко и жестко сформулированная позиция губернатора Санкт-Петербурга Валентины Матвиенко, которая назвала решение руководства «РЖД» «необдуманным» .

В условиях экономического кризиса, чреватого социальной нестабильностью, коммунистические лозунги могут вновь стать востребованными, народ может выйти на улицы. И вот из Кремля послан сигнал: дразнить коммунистов лишний раз не стоит. Оставьте им вокзал, не будите лихо.

В контексте бурных дискуссий последних месяцев о коммунизме и сталинизме, вызванных сначала проектом учебника истории, в котором оправдываются репрессии, затем – шокирующим ходом голосования в проекте «Имя Россия», и совсем недавно – однозначно негативной оценкой личности Сталина архиепископом Волоколамским Илларионом, отказ переименовать вокзал приобретает символический смысл.

Российская топонимика отражает трагическую раздвоенность национального самосознания, бесплодные попытки сшить расползающуюся самоидентификацию россиян в историческом процессе. Начиная с конца 90-х власть предпринимала попытки сформулировать государственную идеологию, и все они оказывались искусственными и нежизнеспособными. Тем не менее, каждая следующая попытка базируется на том же исходном постулате: развитие страны – это позитивный поступательный процесс от Российской Империи через СССР к новой России. Другими словами, современную Россию силятся представить преемницей одновременно и Российской империи, и большевистского государства, ее уничтожившего. Как ни странно, шизофреничность такой историософии для многих неочевидна: уж больно соблазнительной выглядит надежда всех со всеми примирить. Вот и красуются на картах городов и весей имена палачей рядом с именами жертв, а на центральных площадях – свежая позолота восстановленных храмов с поблескиванием кепки вождя мирового пролетариата. А глава правительства устанавливает памятники на могилах Ивана Ильина и Антона Деникина, но при этом пеняет им за «нетерпимое отношение к советскому государству» .

Парадокс, но одними из самых горячих противников переименования Ленинградского вокзала выступают крайние либералы, среди которых авторы сайта «Каспаров.ру».  Они готовы слиться в едином порыве даже со своими исконными врагами – КПРФ, лишь бы не поддержать «православного государственника» с «белогвардейскими пристрастиями» Якунина. Апеллируют к отсутствию демократических процедур: дескать, народ против переименований, люди привыкли.

Здесь стоит напомнить, что жители возмущались в свое время и переименованием Куйбышева в Самару (подробнее). А в Москве были протесты против переименования Большой Коммунистической улицы в улицу Солженицына. Кстати, на этой улице расположен храм св. Мартина Исповедника, настоятель которого протоиерей Александр Абрамов уже несколько лет назад установил на храме табличку «Большая Алексеевская, д. 15» (так улица называлась до 1924 г.). Имя Солженицына стало удачным компромиссом.

В 2005 году издательство «Посев» выпустило «Черную книгу имен, которым не место на карте России», где собраны 122 справки о людях и событиях, сыгравших разрушительную роль в нашей истории, в честь которых названы улицы российских городов. Жанр справки предполагает сухую констатацию фактов, без обличительного пафоса. Но именно такая простая констатация через запятую полнее всего раскрывает суть содеянного.

Думаю, что каждый, кто прочел бы этот сухой перечень «деяний», не захотел бы жить на улице или в городе, названном в честь Ленина, Свердлова, Кирова, Каляева, Урицкого, Фрунзе, Белы Куна, Фурманова, Войкова, Засулич и других. Для коммунистической власти называние города или улицы было своеобразным «актом канонизации», прославлением того, в чью честь они были названы. Отказ в переименовании означает, что современная власть и народ хотят поддерживать эту привычную для них коммунистическую мифологию, отрекаясь, таким образом, от наследия дореволюционной России, не принимая подвиг сонма новомучеников и исповедников Российских и царственных страстотерпцев, не почитая память миллионов уничтоженных советским режимом и лишенных Родины.

В деле с переименованием вокзала есть еще одна деталь. В отозванном распоряжении Якунина был пункт о строительстве на Николаевском вокзале часовни во имя святого Николая Чудотворца. В связи с отменой указа о переименовании, ее судьба оказалась неясной. В 2000-2008 годах православные часовни были открыты на всех железнодорожных вокзалах Москвы, кроме Ленинградского. Видимо, пассажиры, отбывающие в город Санкт-Петербург, смогут помолиться на дорогу только после того, как перестанут ездить с расположенного на Комсомольской площади Ленинградского вокзала через Ленинградскую же область. Неужели до сих пор «дело Ленина живет и побеждает?»