Что для счастья инвалидов сделали лично депутаты?

|
Татьяна Любимова - о высказывании вице-спикера Думы Лебедева, который предложил абортировать детей с пороками развития.

«Недавно увидел такие кадры: девочка родилась без рук. Интересно, о чем думала ее мать? Современная медицина может компенсировать далеко не все врожденные патологии. Если человек без ног, он может передвигаться на коляске, если слепой – существуют шрифты Брайля. Но и в этом случае жизнь превращается в мучение. А если без рук? А если без части мозга?

…Не следует поощрять подобные рождения. То есть, работать надо на уровне пропаганды. На сигаретах же заставляют писать: “Курение убивает”. Почему бы не размещать в медучреждениях обязательные плакаты? Например: “Врожденные патологии – это вечные муки”…. Страдания, которых невозможно избежать и которых человек не заслужил – это гадко и недопустимо».

Татьяна Любимова

Обычно человек, неожиданно столкнувшийся с хамством в свой адрес, испытывает оторопь, потому что не знает, как реагировать на грубое вторжение в свою зону безопасности. У культурных людей сформированы культурные коды, позволяющие жить рядом друг с другом, это стратегия выживания: не надо тратить энергию на защиту себя и потомства. Все эти «пожалуйста», «будьте добры», «благодарю вас» нужны нам для смягчения наших иголок. Не поцарапаешь соседа и не будешь поцарапан сам.

Конечно, случается, что кто-то чувствует себя равнее, умнее, и так далее, расширяя собственную зону комфорта за счёт других. Как правило, более слабых, или наименее способных дать отпор.

Когда дело происходит в трамвае, неприятно, но кратковременно. Когда до уровня хамства опускается вице-спикер Госдумы – страшно.

Публично-виртуально надавав пощёчин родителям детей-инвалидов, два депутата Госдумы, проведшие в законодательном собрании полтора десятка лет, не могут понять, что они не так сказали-то. Они же, вроде, пожалели инвалидов. По-своему. Нет человека – он не мучается, и проблемы нет.

Немного придя в себя от оторопи, от мысли, как вице-спикер Госдумы в принципе может позволить себе подобные эскапады в стране, победившей фашизм, хочется чисто по-человечески задать пару вопросов.

Во-первых, позвольте узнать, что вы делали и делаете за наш счёт в законодательном собрании, какие приняли меры, чтобы улучшить качество жизни таких людей? Что лично вами, как депутатами, сделано для облегчения жизни ухаживающих за тяжёлыми больными родственников?

В.В. Жириновский неоднократно бывал на выставке «Мессе-Дюссельдорф. Интеграция. Жизнь. Общество», на которой представлены практически все достижения современной науки и техники, позволяющие максимально обеспечить высокое качество жизни людей с нарушениями. Не мог Владимир Вольфович не видеть высокотехнологичных протезов, позволяющих не только брать предметы, передвигаться, но и участвовать в марафонах и играть в мяч. Были там и приспособления для лежачих больных, позволяющие ухаживающему за больным человеку, не срывая спину, не наживая грыж, кормить, одевать, перестилать, купать своего подопечного. Можно было прокатиться в электронной коляске, не просто управляемой одним пальцем, но и позволяющей принимать при желании не только сидячее, но и вертикальное положение.

Я уж не говорю о спортивном отделе, который год от года расширяется: там и санки для следж-хоккея, и спортивные коляски, и тир для стрельбы незрячих…

Не мог не встретиться на выставке со спортсменами – паралимпийцами, чудесными, мужественными, весёлыми людьми, рядом с которыми язык не повернётся сказать, что они мучаются.

Только что для счастья этих людей сделали лично депутаты?

Да ничего!

Все эти чудеса техники стоят столько, что доступны только крайне немногим обеспеченным пациентам. Или пользователям фондов. А фондов, на самом деле, не так уж много. И цель их – прикрывать собой дыры, а не подменять функции социального государства.

В.В. посетовал, что очередей за детьми-инвалидами в детдомах нет. А с чего им быть? Пенсия, которую получат родители ребёнка-инвалида – около 20 тысяч рублей в месяц. На эти деньги нужно одеть-обуть-накормить-заплатить коммунальные платежи, купить лекарства, месячная стоимость которых иногда в десятки раз превосходит указанную сумму, возить на реабилитацию, где одно занятие стоит от 500 до 6000 руб. И как-то выжить самому.

Если в семье ребёнок-инвалид, при существующей ситуации один из родителей вынужден остаться дома и ухаживать за ребёнком, возить на занятия и т.д. Как правило, это мама. Папе надо зарабатывать деньги.

Не секрет, что чем тяжелее патология, тем больше нужно средств на лечение и реабилитацию. Где их взять семье, в которой, допустим, папа врач или учитель? Благодаря оптимизированным вами медицине и образованию, он или сокращён, или получает такую издевательскую, особенно по сравнению с вашей, зарплату, при катастрофически возросшей нагрузке и отчётности, что содержать семью и уделять внимание проблемному ребёнку он физически не в состоянии. Хотя, возможно, и рад бы был, и мог бы обеспечить приёмного ребёнка не только родительским теплом, но и квалифицированной помощью в реабилитации.

Мы уже знаем, вы видели на выставке, что современные технологии позволяют максимально обеспечить высокое качество жизни и доступную среду даже самым тяжёлым инвалидам. Только где доступная среда, господа депутаты? Вы бы попробовали сами, лично проехаться с коляской из конца в конец Москвы, сами попробовали воспользоваться пандусами, где они вообще есть. Появились на маршрутах приспособленные для людей на колясках автобусы. Но они ходят по непредсказуемому графику пару раз в день!

С особым малышом надо ездить на развивающие занятия, гимнастику, массаж, всевозможные терапии (по большей части не бесплатные, в рамках «оптимизации» были закрыты государственные лекотеки, сокращены ставки дефектологов и логопедов в детсадах и школах). Только тот, кто путешествовал с коляской городу на метро и других видах транспорта, знает, каких сил это стоит. Альтернатива – на машине, только парковки нынче платные, а места для инвалидов вечно заняты даже у поликлиник. У поликлиник, школ и детсадов, кстати, запрещено парковаться, а нести лежачего ребёнка на руках, что тащить его на коляске – то ещё развлечение, особенно зимой. Альтернатива собственной машине – социальное такси, но заказать его – особый квест. О реабилитационных центрах в шаговой доступности можно только мечтать.

Особый разговор – получение необходимого лечения. Нужные лекарства достаются с боем. Кто принял закон о дженериках? Для людей с эпилепсией, например, подобрать лекарство в принципе очень сложно, менять тоже, потому что это усугубляет ситуацию.

Расспросите родственников постинсультных больных. Кому-то повезёт попасть в современный центр реабилитации, а кто-то не впишется в оптимизированные квоты, и остаются дома, спасибо, ещё с прописанными в ИПР памперсами. Люди, которых при должном уходе можно было бы поднять на ноги, остаются беспомощными инвалидами. Их тоже лучше сразу, в больничке добивать, чтобы не мучились? Но я знаю писателей, которые после тяжёлых инсультов нечеловеческими усилиями воли восстанавливались, и пишут, ведут активный образ жизни, преподают, кстати, инвалидам… Без них мы очень многого бы не узнали!

Это мы говорим про город. В сельской местности инвалиды вообще остаются без каких-либо надежд на реабилитацию.

Кто, как не государственные мужи, должны в принципе заниматься проблемами, чтобы облегчить жизнь и сохранить человеческое достоинство наименее защищённых его граждан, кто напрямую зависит от государства? Но решающими проблемы мы видим Смолина, Ломакина-Румянцева, ещё двух-трёх депутатов, годами пробивающих лбом бетонную стену непонимания проблем инвалидов. Ну, что ж, теперь мы видим, в чём основная проблема. Видимо, реально решать реальные проблемы несколько сложнее, чем дарить на выставке одеколон имени себя.

Тем не менее, детей-инвалидов возят, развивают, учат, в том числе, и усыновлённых. Дети взрослеют. Что дальше?

Раньше подросшие инвалиды могли получить профессию в ПТУ, которые затем стали колледжами, а затем, по большей части, оптимизировались, то есть, исчезли вместе с рабочими местами, которые давно и прочно заняты гостями из солнечных республик.

Сейчас по инициативе педагогов и родителей появляются колледжи, частные мастерские, оформленные как предприятия социального предпринимательства. Ребята получают профессию, посильно работают, делая сладости, выполняя переплётные работы, занимаясь столярным, гончарным ремёслами, керамикой, ткачеством, рисованием. Продукция некоторых проектов пользуется стабильным спросом. Не получая от государства ни копейки помощи, предприятия и работающие на них инвалиды, внимание, ИСПРАВНО ПЛАТЯТ НАЛОГИ.

То есть, фактически, вопреки создавшейся в государстве системе, инвалиды, в том числе, и с врождёнными аномалиями, которым отказывают в праве на жизнь депутаты Госдумы, на свои налоги содержат этих самых депутатов!

Спортсмены-паралимпийцы защищают честь нашей страны на соревнованиях самого высокого ранга, среди инвалидов есть учёные, писатели, художники, программисты. И просто любимые, любящие, замечательные люди. Со своим особым взглядом на мир, учащие нас оптимизму и мужеству. Очень нам нужные, каждый на своём месте.

На своём ли месте депутаты, позволяющие себе хамские выпады?

У меня остался один вопрос.

Господа, вам не стыдно?

Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.
Дорогие друзья!

Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!