Детский дом. Личный опыт

В воскресенье первый раз в жизни мы съездили с мужем в детский дом.

До этого я ни разу не была в подобных заведениях. Может кому-то покажется смешным, но так сложно было решиться на этот простой, ни к чему не обязывающий шаг: просто поехать, посмотреть, поиграть с детьми, сделать им воскресенье чуть более радостным.

Какие только отговорки не лезли ко мне в голову, вот самые «неопровержимые»:

1) У мужа, фактически, один выходной, пусть он отдохнёт.
2) Съездим в гости к друзьям — когда же нам ещё видеться?
3)У меня и так с нервами не в порядке — я этого не выдержу.
4) Своих троих хоть бы воспитать.
5) Что ж мы своих оставим без присмотра и к чужим поедем?
6) Зачем туда ехать? — только бедных детей раздразнить.

И так далее и тому подобное… ЧУШЬ ПОЛНАЯ!

Отец Роман и матушка София с нашими друзьями ездят туда с 2008 года. Это не совсем обычный детский дом – коррекционный, для «трудных» детей. Детки там «большие» — самым маленьким 11 лет, пятый класс. Все почти с диагнозами «олигофрения» или еще что-то в этом роде.

Встречи происходят всегда по одной и той же схеме. Сначала отец Роман проводит для всех желающих в музыкальном зале что-то вроде воскресной школы. Рассказывает о Боге, о святых, о праздниках. Могут даже коротко выступить докладчики из приезжих гостей. Потом расспрашивает детей и взрослых про случаи помощи Божьей, про личный опыт молитвы. Все вместе обсуждают. Желающих поучаствовать было много – почти полный зал.

Что интересно, во время доклада дети сидели, как мышки. Тихо-тихо. Так, что мне даже было слышно, как вялая октябрьская муха пролетела мимо меня со страшным шумом.

Отец Роман говорит, что воспитатели тоже всё слушают, кивают головами, участвуют в обсуждениях и задают больше вопросов, чем дети. Батюшка даже пошутил: «Не знаю, кому мы там нужней – детям или взрослым».

Потом все приехавшие гости разделяются и расходятся по «квартирам». Дети живут небольшими группами по возрасту. В таких блоках у них свои комнаты-спальни по 3-4 человека, большая игровая на всех с телевизором, туалет, душевые, сушка. В каждой «квартире» у каждой «семьи» своя «мама»-воспитательница.

Мы с мужем, не знаю почему, волновались очень сильно. Своих детей не стали брать в поездку, хотя нам сказали, что можно. Батюшка с матушкой всё время берут с собой своего семилетнего сынишку. Мне почему-то казалось, что детям в детдоме будет больно смотреть на счастливую семью с тремя детьми. Тоже, наверное, глупость.

И за своих страшно — вдруг они ляпнут что-нибудь обидное, а тем ведь и так не сладко.

Пока ехали в машине, друг всё время успокаивал: «Да расслабьтесь вы, дети как дети. Только спиной не поворачивайтесь, телефоны и драгоценности спрячьте…» Шутки шутками, а мы все равно переживали. Уже чуть-чуть.
В самом здании и на территории – всё старое и унылое. В музыкальном зале повеселее. В «квартирах» тоже сносно.

Когда стали расходиться по «квартирам» для более тесного общения, нам с Серёгой «достались» самые маленькие – 11-13 лет.

Меня поразили эти дети! Как они держатся – это достойно восхищения. Они как маленькие стойкие оловянные солдатики – такая самостоятельность, такое недетское мужество в глазах. Они знают, что никто их никогда не усыновит. Наверное, им так говорят, настраивают: «Плывите сами, старайтесь, гребите изо всех сил!»

Мы привезли немного к чаю. Ребятишки сами принесли несколько столов в игровую. Воспитательница поставила чайник.

Конфеты и печенье ели с достоинством, в благодарном спокойствии, никто не хватал себе побольше. Один мальчик спросил:»А по сколько можно?» А другой тут же ему ответил:»Сейчас съедим по одной, а потом посчитаем и распределим.»

Мы стали расспрашивать ребятишек, как кого зовут, кто чем увлекается. Они с таким удовольствием откликнулись, оказалось, им есть о чём рассказать.

Что меня удивило, они меньше баловались, чем обычные дети. Ну, то есть не прыгали, не шумели, не старались друг друга перекричать. Тут придёшь к нашим в школу, такого насмотришься!

И я все думала: а мы «побаивались» идти к «трудным» детям…

Оказалось, многие любят петь, а один мальчик прямо-таки здорово поёт! На мой взгляд даже лучше, чем его любимый Юра Шатунов. Кто хотел, исполнил любимую песню в караоке.

Одна маленькая, как воробушек, девочка Юлечка отлично шьёт — обшивает всех кукол в округе. Мальчик Петя делает из бумаги оригами — уже всё украсил своими поделками.

Я смотрела на них – всех вместе и по отдельности… Сейчас они ещё дети, почти все выглядят младше своего возраста, а по психическому развитию и говорить нечего – диагнозы дают о себе знать. Кто-то косит, кто-то ножку подволакивает. Миленькие, кому же они нужны – и здоровых-то редко усыновляют? Пока в полной мере действует детское очарование. Что же их ждёт?

Вели себя очень адекватно, тактично, вежливо. Это и удивительно. Потом, когда мы все уже освоились, некоторые осмелели и стали дотрагиваться, брать за руку. Один мальчик несколько раз сказал мне:

- Я – Петя, я – сирота.

- А меня тётя Таня зовут, — погладила его по голове.

- А вы можете усыновить? — дежурной фразой, спокойным голосом спросил он.

- Нет, Петенька, пока нет…

Он отошёл и продолжил со всеми играть как ни в чем не бывало. Ребёнок знал ответ, но ему все равно надо было спросить – на всякий случай.

Их воспитательница – Даметкен Махмудовна – достойна отдельного рассказа. Бывают же такие люди на белом свете! Как она радовалась вместе с детьми! Говорит:

- Мы вас ждём в воскресенье, ничего не планируем, думаем, когда же батюшка Роман придёт. У нас такая радость, вчера женщина одна подарила детям по сто рублей, а я добавила своих, и мы купили электрический чайник! Вот, теперь можем с вами чайку попить свободно и сами, когда захотим!

«Добавила своих»! Наверное, часто у неё так получается — всё своими силами.

Они все её мамой зовут, но на «вы». Мне рассказали, что она работает здесь уже 20 лет на одной «квартире» вместе со своей родной сестрой – сменяют друг друга. Говорят, каждая на выходные брала по одному ребёнку к себе домой, чтобы дети могли покушать домашнего, помыться в ванной, поиграть. Разумеется, на свои деньги. У детей даже график был составлен.

У Даметкен Махмудовны двое своих детей, не знаю, как уж у сестры. У неё муж русский, они сказали отцу Роману, что хотели бы свою шестилетнюю дочь покрестить.

Из ребят многие были некрещёные, вот, недавно группу желающих вместе с воспитательницей батюшка покрестил.

Заглянул к нам отец Роман во время нашего чаепития. Говорит:

- Кем вы, дети, хотите стать, когда вырастете?

Дети давай рассказывать: «Продавцом». «А я певцом!» «Я хочу парикмахером»…

А отец Роман к воспитательнице:

- А Вы кем хотели в детстве быть, Даметкен Махмудовна?

А она засмущалась и говорит:

- У меня эта мечта до сих пор осталась, может, когда на пенсию пойду… Я в доме престарелых хочу за старичками ухаживать!

На полном серьёзе, люди добрые!

Погода была хорошая, и мы пошли потом на улицу. Кто как мог, играли с ребятами. Некоторые просто беседовали.

Потом мы попрощались и поехали домой.

А они пошли опять в свой детский дом…

Я самый обычный рядовой человек, и я всё время думала, что всё равно не смогу ничего изменить. Пока мы думаем, такие же рядовые люди идут и всё меняют.

Мы нужны там, поверьте.

Фото: Елена Ерзенкова, Евгений Троицкий.

Читайте также:

	Российские детские дома: любовь без семьи Это страшно, когда ребенок растет без мамы и папы, и конфета от чужой тети, это другая конфета, конфета для кукушонка. Государство практически ничего не делает для того, чтобы поддержать «плохие семьи», которые стали таковыми опять же потому, что семейная система не приоритетна.

• Tweet
• 
•