Девочку забрали в детдом из семьи, и она повесилась. Заявления священников

Органы опеки отобрали трех детей у матери-одиночки в Архангельской области, обосновав это претензиями к пьющему отцу. Старшая девочка не выдержала двух месяцев в детдоме и повесилась. Ни органы опеки, ни суд, ни администрация детского дома – не признают свою ответственность за гибель ребенка. Сейчас мать особенно переживает за судьбу средней дочери, Карины, которую страшное известие о смерти сестры настигло прямо на утреннем построении в детском доме.

Елена Серганова, повар воинской части космодрома Плесецк, обратилась в редакцию сайта Piter.tv с жалобой на действия местных органов опеки. По словам женщины, в сентябре минувшего года по инициативе чиновников она была лишена родительских прав, а трое ее детей, Кристина, Карина и Каролина, были доставлены в детский дом города Североонежск. В ходе одного из своих визитов в этот детский дом мать узнала, что ее старшая дочь, 15-летняя Кристина, повесилась.

Кристина

Кристина

Сама Елена частично признает обоснованность претензий органов опеки – однажды она пришла в детский сад за младшей дочкой в нетрезвом состоянии и это обстоятельство было зафиксировано. Однако, по словам матери, проблемы в семье создавал бывший муж, Сергей Кудряшов, который после развода в 2004 году отказался покидать общую квартиру. В судебном решении суд прямо указал на бывшего супруга как на одну из причин, по которой дети должны быть переданы органам опеки. При этом решение выносилось заочно и мать узнала о нем, когда судебные приставы пришли домой забирать детей.

Редакция Piter.tv знает со слов тети девочек, что их квартира находится в хорошем состоянии, там сделан качественный ремонт, у каждого ребенка было свое игровое место, у старшей дочки был компьютер, у всех детей было много книжек и игрушек.

Администрация детского дома не готова принимать вину в смерти девочки на себя. Заместитель директора детдома Анна Николаева заявила, что девочка была жизнерадостной и веселой, но очень хотела домой и постоянно убегала из детдома. Не считают себя виновными и в органах опеки. Лариса Жаворонкова, специалист отдела образования города Мирный, сообщила Piter.tv по телефону, что раз решение принимал суд, то претензии следует адресовать туда.

Следствие по факту смерти Кристины Кудряшовой не закончено, поэтому возможны разные версии этой трагедии. Сейчас матери погибшей девочки помогает сестра. Она готова забрать оставшихся девочек в свою семью, если органы опеки согласятся на это. Если это невозможно, мать Кристины, Елена Серганова, просит чиновников хотя бы перевести детей из детдома в Североонежске в Кингисепп, где она сейчас проживает.

Пока никто из ответственных чиновников Архангельской области не принял решения о переводе детей.

Евгений Зубарев

Ситуацию прокомментировали известные православные священнослужители: протоиерей Димитрий Смирнов и протоиерей Максим Обухов.

Протоиерей Димитрий Смирнов:


Видео: мультимедийный блог протоиерея Димитрия Смирнова.
Расшифровка: портал “Православие и мир”.

Дорогие братья и сестры! Вчера я по телевизору смотрел сюжет, и там наши граждане говорили о том, что они «за стабильность». Но стабильность может быть, конечно, разной. Я хочу поделиться с вами тем, что меня беспокоит.

Протоиерей Димитрий Смирнов. Фото Юлии Маковейчук

Стабильно убивают русских детей. Убивали в Америке. А теперь наша служба опеки над детьми убила девочку из-под Архангельска. И что символично, это произошло в месте, где есть два города: один — Мирный, который должен быть свидетельством о том, что там живут мирные граждане, а второй — Плесецк, где у нас космодром, это военный город, откуда запускают очень мощные ракеты, которые способны принести смерть противнику.

И вот, на этом фоне повесилась пятнадцатилетняя девочка. Потому что ее отняли у мамы и поместили в детский дом. В нашей стране стабильно отбирают детей у родителей. Система опеки превратилась в карательную систему. Если мы ребенку наносим увечья, то в этом случае человек, нанесший увечья, подлежит уголовному наказанию. Душевная травма от потери родителей — гораздо более серьезная, чем увечье физическое.

И вот те люди, которые призваны к тому, чтобы опекать детей — само слово такое прекрасное «опека» — их убивают. Да, в этой системе много настоящих подвижников, но, к сожалению, в последние годы она стала вырождаться и перерождаться. Это, конечно, связано с построением стабильного капитализма в нашей стране. Деньги правят бал. Наши органы опеки стали продавать детей на Запад. Это хороший бизнес, его ежегодный оборот — десятки миллионов долларов.

Сегодня очень много людей готовы выйти на мороз — хотят власть поменять. Но в нашей стране есть более актуальные задачи, чем даже выборы самых ответственных в государстве людей. На митинг по поводу «хватит убивать детей» я бы даже вышел сам, хотя я на митингах никогда не был.

Я думаю, промыслительно, что это случай стал известным. И промыслительно то, что записали телефонный разговор с сотрудницей органов опеки, где слышно, как она смеется, когда ее спрашивают, не чувствует ли она ответственности за смерть девочки. Эти люди, конечно войдут в историю — те, кто послужили причиной этому самоубийству. И я надеюсь, что придет то время, когда все они пойдут под суд.

Мы, граждане, должны потрудиться над тем, чтобы сломать эту систему, когда без всякого суда, под разными предлогами у родителей отнимают детей. И вся огромная государственная мощь — и милиция, и прокуратура, и судебные приставы — они все наваливаются на слабые в социальном отношении семьи, на бедные семьи. Органы опеки интересуют только внешние параметры жизни маленького человека: чисто ли в комнате, есть ли апельсины в холодильнике и прочие внешние атрибуты. Они думают, что меню в детском доме, где есть апельсины, заменит ребенку мать. Это отвратительно!

Смерть этой бедной девочки должна послужить сигналом нашему обществу. Ведь большинство из нас равнодушны к произволу, и даже один из идеологов Болотной площади — я читал его стихотворение в интернете, где он глумливо смеется над погибшими во время Гражданской войны людьми из племени тутси. Это говорит о том, что многих вовсе не интересует смерть даже миллионов, а интересует, кто какое кресло занимает в стране. И это очень печально.

Наш великий писатель Федор Михайлович Достоевский, про которого, кажется Максим Горький сказал, что он «больная наша совесть», говорил, что весь мир не стоит слезы ребенка. Можно представить, что испытывала девочка, когда ей пришла в голову идея самоубийства… И поэтому, конечно, если наше общество оставит это событие без внимания, то это будет окончательной духовной смертью.

Конечно, если даже всех от мала до велика в этой Архангельской опеке накажут, это не изменит ситуацию. Нужно радикально пересмотреть два положения.

Первое — это продажа детей за границу. Потому что именно эта продажа провоцирует те движения опеки, которые способствуют зарабатыванию денег.

Второе. Сейчас мы находимся в демографической яме, и в детских домах — дефицит детей. А бюджет детского дома зависит от количества детей. Поэтому во что бы то ни стало эти дома нужно наполнить… А ведь органы опеки не достигают целей, поставленных им государством: 90 % детей после выпуска из детского дома попадают в тюрьму. Тратятся огромные деньги для того, чтобы эти детей вырастить, сохранить, но социализируется только 10 %. В первый год по выходы из детдома 40 % воспитанников попадают в тюрьму, а потом добавляется по 10 % процентов с каждым годом. Эти цифры ужасны. Мы тратим деньги на то, чтобы дети были благополучны, а они наполняют российские тюрьмы.

Смерть невинной пятнадцатилетней девочки — это лакмусовая бумажка, которая показывает, насколько мы все душевно больны. Нас интересуют только зарплаты, пенсии, а смерть наших детей — нет. Это о чем говорит? Что мы потеряли национальный иммунитет. Если мы не исправим систему попечения о сиротах, если мы не прекратим продажу детей за границу, если мы не начнем воспитывать наших сирот так, чтобы они вырастали полноценными гражданами, а не преступниками — то тогда, как сейчас принято говорить, у нас «нет никакого будущего». Над этим стоит поразмышлять и об этом стоит помолиться.

Протоиерей Максим Обухов:

Протоиерей Максим Обухов. Фото: Юлия Маковейчук

Я в шоке и не вполне готов дать развернутый ответ. То, что произошло, несомненно будет иметь последствия, гораздо большие, чем можно подумать. Ювенальный беспредел может в корне изменить политическую ситуацию в стране, полностью переориентировать многомиллионное православное большинство, пока еще лояльное власти.

Лично я буду добиваться самого жесткого ответа со стороны родительской и православной общественности. Это не останется без последствий, и дальше мы терпеть не будем. Из ряда вон выходящий случай, причем обратите внимание, что на 5 минуте 24 секунде записи Лариса Жаворонкова, которую корреспондент называет ответственной за изъятие и самоубийство девочки-подростка, на вопрос, не чувствует ли она ответственности, не стесняясь, ХИХИКАЕТ.

Причина в законе и порочной практике, закон позволяет внесудебное изъятие детей, как и вообще изъятие детей по субъективным основаниям. Любое наказание виновных не приведет к изменению ситуации, так как не изменит систему. После этого система призрения сирот должна быть полностью переформирована, а все, что происходит, должно быть предано огласке и должно быть проведено общественное расследование.

Дальше я ожидаю экстренных совещаний родительской общественности и реакции, которая последует очень скоро. Возможно, это будут требования отставки Астахова или смены руководства органов опеки, но такие меры в отдаленной перспективе мало что решат и не изменят порочную систему. Впрочем, увольнения, я думаю, последуют. Необходимо принятие самых экстренных мер и создание системы народного контроля над системой опеки с последующим ее расформированием и полным реформированием. Она превратилась в коррумпированную сеть, несущую угрозу обществу, семьям и детям. Это, фактически, легализованная система похищения и продажи детей за границу. И сама система призрения сирот внутри страны поражена коррупцией. Получая огромные деньги от государства, она заинтересована в увеличении числа сирот.

Я уверен, что этот случай – детонатор, который вызовет огромную волну негодования, хотя, вполне возможно, что уже готовится ответ и ложная экспертиза якобы о том, что девочка была психически больна и прочее, чтобы обелить преступников.

Читайте также:

Если органы опеки забирают ребенка — что делать?

Понравилась статья? Помоги сайту!
Правмир существует на ваши пожертвования.
Ваша помощь значит, что мы сможем сделать больше!
Любая сумма
Автоплатёж  
Пожертвования осуществляются через платёжный сервис CloudPayments.
Похожие статьи
Александру Гезалову разрешили взять в семью «особого» ребенка

«Да, мы простая семья, но все делали в рамках законодательства. И готовились и все понимали зачем.…

Органам опеки запретят забирать детей из семей без суда

Новый законопроект призван исключить произвол по отношению к семье, говорит Елена Мизулина

Свои и чужие: почему Москва требует от детей-сирот «прописку»?

Столичные чиновники не хотят помогать москвичам, взявшим в свои семьи ребят из провинциальных детских домов.