«Достали!» (+ВИДЕО)

Почему возникают разногласия между детьми и родителями? Как не допустить отчуждения между ними? О проблеме современных отцов и детей размышляет протоиерей Андрей Юревич.

Сегодня поговорим о проблеме «дети и родители». Во-первых, эта проблема была всегда. Поколения детей и родителей всегда находились между собою в определенном противостоянии и конкуренции.

Протоиерей Андрей Юревич

Протоиерей Андрей Юревич

Эта проблема всегда была чисто возрастной. У каждого возраста свой взгляд на мир, на окружающую жизнь. Это объективно, было всегда и будет всегда. Даже существуют выражения: «Пока молодой, надо успеть, а то буду старый». Или, например: «Ты что, забыл, как ты был молодым!». Или: «Старику что-то не к лицу». Так было всегда.

Реже возникали идеологические, мировоззренческие проблемы. Например, 1917 год. Резкий разлом. Капитализм уходит, социализм, взгляд на коммунизм — приходит. Понятно, что молодые поколения, которые стремятся к чему-то новому, к новизне жизни, ощущений, более восприимчивы к революционным идеям, чем люди зрелые, пожилые.

1991 год. Наоборот, от социализма вновь к некоему капитализму. Опять, как мы посмотрим, люди зрелые, пожилые больше держатся за социалистические идеалы, за партию коммунистов. А люди молодые, в основном, кидаются в либерализм, в бизнес, в оппозицию.

И все-таки при этом столетиями основные, базовые цивилизационные ценности оставались одними и теми же, незыблемыми. Сейчас жизнь ускоряется настолько, что эти основные ценности меняются очень быстро.

Я вспоминаю себя школьником. У нас был один мир — на меня с сестрой, на наших родителей, бабушек и дедушек. Это были даже одни и те же технические новинки. Я помню, когда появился цветной телевизор, для всех для нас это было что-то новое, потрясающее — хоть для детей, хоть для родителей.

У нас был один и тот же спортинвентарь, одни и те же праздники, одни и те же культурные ценности. У нас были одни музеи, одни телепередачи, одни новые фильмы.

Сегодня мир детей ушел от мира взрослых. Стало два совершенно разных мира. Например, я читаю книгу, дети сидят за компьютером. Я разговариваю со своими друзьями по телефону, дети общаются в социальных сетях. Я катаюсь на лыжах и велосипеде, дети — на скейте и сноуборде.

Это детали, которые для меня, может быть, не важны, а для детей — очень важны. Дети неслучайно говорят о нас: «Да вы просто допотопные какие-то, а мы вот идем в ногу со временем».

В этом смысле мы действительно немного разные. Возник даже такой термин — «молодежная субкультура». Раньше этого понятия не было.

Всегда, испокон веков все, что делала, творила молодежь, что она вносила в культуру, в общекультурные ценности, было именно достоянием всей культуры. Лермонтов в 27 лет уже погиб, Пушкин до 30 лет написал огромное количество произведений. Это у нас сейчас считается — до 35 лет — молодежная секция творческих союзов.

На самом деле — мелочи

Думаю, что у людей верующих такой проблемы, как разделение мира детей и мира взрослых в глобальном смысле быть не должно. У верующих как раз должен быть единый мир. Мы замечали, что со всеми этими маленькими проблемками и натяжками, о которых я сказал, в нашей семье, в которой почти все дети родились и воспитались в вере, — на самом деле — один мир на всех.

Господь, Который — во главе угла — Он должен объединять семью. Если в семье родители и дети могут сказать: «Христос посреди нас», – то это очень важно. Это то, что объединяет. И тут уже не важны велосипеды, скейты, музыка, которую кто-то слушает, фильмы, которые кто-то смотрит. Это все уходит на второй план. А если главного нет, то все подобные мелочи становятся главным и служат разделяющим фактором.

Кризисы, кризисы

Если говорить об отношениях детей и родителей, есть здесь объективные опасности. Психология знает возрасты, в которые происходят кризисы. Например, младенческий возраст (3–5 лет), младший школьный возраст (7 — 9 лет), подростковый возраст (13, 15 лет) и так далее.

Кстати, кризис может случиться с человеком совершенно в любом возрасте. Это уже зависит от каких-то субъективных причин. От его жизни, обстоятельств, внутреннего устроения, от событий, которые происходят в его жизни.

Итак, взрослея, маленький человек проходит через кризисные периоды. Как самый главный кризисный возраст я выделил бы где-то около 14 лет (может быть, чуть раньше, может быть, чуть позже). Именно в это время человек становится в своем самосознании взрослым. Мальчик становится мужчиной, а девочка — женщиной. Это даже чисто физически, телесно, объективно.

Перед ними открывается совершенно новый мир, у них появляются новые эмоции, новые желания, новые задачи и цели в жизни, новые мотивации. Они еще не готовы к этому, и как бы на ощупь, но по-новому переоценивают весь мир. Это сложно.

Все зависит от того, что в это время оказывается вокруг них. Если просто — их молодежная среда, которая научает их, как жить в этом новом, взрослом мире — получается один человек. Если оказывается масса книг, из которых они берут некую мудрость (опять же — смотря, какие книги), — получается, может быть, совсем другой человек.

Но если рядом оказываются взрослые люди, которые могут поддержать, подставить плечо, стать друзьями и ввести как некие поводыри в этот мир взрослых, мир новых совершенно идей, — это большая ценность и, я бы сказал, редкость.

В этом случае кризисный возраст проходит почти безболезненно.

Ребенок в это время может замкнуться, если он не увидит среди взрослых единомышленников, людей, которые его понимают. Самый большой кризис бывает даже не внутренний, а случается в отношениях с окружающим миром, с теми, кто оказывается ближе всех. А кто ближе все? Родители, бабушки-дедушки.

Почему взрослые не понимают, они же сами были детьми? Забыли. Я иногда забываю в общении со своими детьми как я, когда был ребенком, общался со своими родителями. Когда начинаю вспоминать — бывает до смешного. Я вспоминаю, как в юности я зимой выхожу на улицу, и мама кричит: «Андрюша, надень шапку!» Я отвечаю: «Мама, ну я же понимаю, контролирую ситуацию, холодно или не холодно. И вообще я иду на свидание с девушкой, а ты про шапку! Это же неприлично, неинтересно!»

И сейчас, когда кто-то из моих детей-старшеклассников или даже студентов куда-то зимой отправляются, я говорю: «Надень шапку!» И если я вспоминаю ту ситуацию, то мне становится смешно. Я наступаю на те же самые грабли. Пусть ребенок сам поймет, что ему делать. Даже если он простудится и заболеет — это будет его проблема, его опыт, его урок.

Не раздражать детей

Если обратиться к Священному Писанию, то там есть советы и детям, и родителям. В Послании к Ефесянам у апостола Павла есть такие слова: «Дети, повинуйтесь своим родителям в Господе, ибо сего требует справедливость» (Еф. 6:1) Мы, взрослые, конечно, любим слова из Писания выбирать, которые касаются послушания детей. Я помню, когда воспитывал своих детей, когда они были еще маленькие, то очень любил, как молодой священник, делать подборки всяких разных воспитательных текстов и заставлять детей самих вслух читать.

А, между прочим, у апостола Павла рядом есть и другой текст, который относится к родителям. «И вы, отцы, не раздражайте детей ваших». Родители очень часто забывают, что они не могут, не должны раздражать своих детей. А мы постоянно их раздражаем. Своим поведением, своим начетничеством каким-то, своим упрямством, своим «сделай так, как я, не надо твоего собственного опыта».

Проблема здесь в том, что мы не хотим войти в мир ребенка, встать на его позицию и посмотреть на жизнь его глазами. А это очень важно.

Имея свой собственный опыт, важно даже на себя самих посмотреть глазами ребенка. Мы-то себя любим, ценим, уважаем, считаем умными, знающими жизнь. Но ребенок нас часто оценивает по-другому.

От детей можно услышать: “достали!” В этом слове большой смысл. Что значит «достали»? Можно достать что-то, например, из-под кровати: глубоко протиснуться и достать. В этом смысле мы глубоко входим в душу ребенка, до самого сердца, до самого его нутра залезем, потом еще покопошимся там… Достаем. Детям это не только не нравится, а и вредно. Этого делать не нужно.

Матушка моя долгое время ведет семейный клуб. И там среди тем есть такая — «Как ужиться со своими детьми и при этом не сойти с ума», а есть — «Как ребенку ужиться со своими родителями и не сойти с ума».

Мы думаем, что только у нас проблемы со своими детьми! Да им в первую очередь с нами можно сойти с ума!

Я думаю, что всегда надо помнить, что дети — это не наши враги. Есть поговорка, она, может быть, смешная, но не имеет отношения к христианской действительности. «Почему внуки любят своих бабушек и дедушек? И бабушки и дедушки любят своих внуков? Потому что внуки для бабушек и дедушек — враги их врагов». В том смысле, что когда-то дети этих бабушек и дедушек, теперешние папа и мама, были их врагами. Маленькие дети — теперь враги папы и мамы. Значит, они друзья бабушки и дедушки.

В этой шутке есть доля правды. В обычных семьях очень часто именно так и складывается, что дети дружат со своими бабушками и дедушками, а родители не дружат ни с кем из них.

Я думаю, что решение проблемы в том, чтобы вся семья была объединена Богом, Церковью, верой. И тогда можно решить любые вопросы. Тогда мы друг у друга просим прощения, вместе молимся, вместе идем к одной цели, к спасению, к Царству Божьему.

Тогда, в этом случае, можно быть друзьями между собой — родители и дети, дети и родители.

Можно ли научиться понимать своих родителей?

Андрей Максимов: Как не стать врагом собственному ребенку (ВИДЕО)

Переходный возраст: бои без правил

Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.
Похожие статьи
Чем подрывается родительский авторитет

Рассказывают публицисты и психологи Ирина Лукьянова и Людмила Петрановская

«Сколько можно за тебя краснеть?»

Как мы приходим на помощь нашим детям и... наказываем их

Дорогие друзья!

Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!