Ересь принятия всех

Разговаривать. Задавать вопросы. Отвечать на вопросы – так решили публицист Валерий Панюшкин и священник Сергий Круглов. Решили и объявили совместную колонку. Валерий будет задавать вопросы, отец Сергий – размышлять над ними – вместе с читателями будут искать ответ.

Валерий Панюшкин

Валерий Панюшкин

Валерий Панюшкин. фото: Валерий Лукьянов

В миланском монастыре Санта Мария ди Кьяравалле я оказался на две недели случайно, по стечению обстоятельств. Это было начало 90-х годов, и я был одним из первых российских аспирантов, получивших грант на учебу в Италии. Разумеется, никто тогда не умел оформлять грантов, никто не умел подписывать договора с европейскими университетами и переводить деньги на счета европейских университетов. Одним словом, деньги мои потерялись, и я оказался в Италии буквально без копейки денег, буквально бомжом на улице.

Некоторое время (продолжая ходить по архивам и на лекции) я жил в сквоте арабских торговцев наркотиками, но они (из лучших побуждений, желая дать мне подзаработать) то и дело настаивали на том, чтобы я торговал героином. И пришлось уйти.

Тогда совершенно случайно по учебным делам встреченный цистерцианский монах падре Лоренцо предложил мне пожить в монастыре.

«Вообще-то, – сказал Лоренцо. – Святой Бернард Клервосский прямо написал в уставе ордена, что мы монахи-цистерцианцы должны давать кров и еду всякому, кто постучит в ворота. На самом деле немного сложнее. Ну, надо позвонить в монастырь и спросить, есть ли свободные гостевые кельи».
Мне выделили келью с душевой кабиной, солдатской кроватью, письменным столом и распятием. Меня кормили три раза в день в общей трапезной под чтение жития святого Бернарда. И так продолжалось две недели, пока не нашлись на счетах университета мои потерявшиеся деньги.

Это не было со стороны цистерцианцев миссионерством, никто не склонял меня перейти в латынскую веру, наоборот искренне интересовались, как у православных то, да как у православных это. Да мне и не захотелось в католики.

Но мне захотелось научиться вот этому принятию чужого человека, просто потому что ему некуда идти и он постучал в ворота. Меня «сохранили яко немощна» и «окормили яко странна». И мне захотелось учиться этому у людей, которые это умеют.

Вернувшись в Россию, я стал искать таких людей и такое место, где умели бы принимать человека безусловно, просто потому что он человек. И нигде не находил. Везде выдвигались условия: мы тебя примем, если ты бросишь курить, покаешься в том, покаешься в этом, отречешься от апокатастасиса, уверуешь во ад… Поймите, я не пытался лезть в чужие монастыри со своим уставом, я выбрасывал сигареты за версту до Оптиной пустыни, а потом два дня на всех службах вместо Бога думал только о табаке. Я не хотел, чтобы мне разрешили грешить. Но я искал людей, которые умели бы не осуждать грешников.

И я нашел. Главного врача Первого московского хосписа Веру Миллионщикову. К ней в Хоспис я ходил чаще, чем в церковь. Там принимали всех – бедных, богатых, злых, добрых, праведников, убийц… Несколько лет Хоспис был моим храмом и Вера была моим исповедником. Поговорив с нею, мне легко было зайти в любой храм, где любой поп накрывал мне голову епитрахилью и допускал к причастию.

С тех пор, как Вера умерла – вот уж два года — некому учить меня этой ереси принятия всех.

Священник Сергий Круглов

Знакомо-знакомо!…

Священник Сергий Круглов

Священник Сергий Круглов

У нас в Минусинске при Спасском соборе нет специальной службы, «заточенной» под принятие постояльцев, гостиницы, хосписа и проч. Тем не менее, ситуация принятия странников знакома и нам.

Во дворе собора есть у нас маленький крестильный храм, а под ним – подвал, в котором и просфорня с большой печью, и комнатка, где переодеваются священники, там же имеется пара диванов. И каких только странников туда ни принимали… Воцерковленные и невоцерковленные, паломники, освободившиеся зеки, беглые виссарионовцы (секта «Последнего Завета» располагается в соседнем Курагинском районе, люди, находящиеся там, обычно передают всё свое имущество во владение администрации Виссариона, и коли захотят потом уйти, то идти им некуда…), болящие с детьми и без детей, люди в самых разных житейских обстоятельствах – все, так сказать, промелькнули перед нами, все побывали тут.

Разумеется, никакое доброе дело да не останется безнаказанным, и влетали мы не раз – то проходимцы оказывались, то психбольные, то еще кто…

Помню, однажды приютили мы переночевать одного св. паломника, странствующего по св.обителям Сибири. Вид он имел соответствующе св. : брада, четки, смиренный взор, тихая речь, простите-благословите-во славу Божию… Ну, священнопереночевал, а наутро и ушел не попрощавшись. Собрав заодно (а была зима) в комнате священников все, что может пригодиться паломнику в его пешешествовании: у кого-то шапку, шарф, у дьякона – теплую зимнюю куртку, у меня сумку (хорошо хоть паспорт выложил), деньги у всех какие были… Долго поминали мы его в своих св.молитвах, незлым, тихим словом.

Смех и грех – смехом; но тема, затронутая вами, очень важна… Судя по яркому выражению, употребленному вами – «ересь принятия всех» – вы, поди, думаете, что немилосердие к чужим есть массовое явление, характерное именно для нашей православной Церкви, и почти как бы даже негласная установка?… Думаю (да, скорее всего, думаете и вы, Валерий), что это не так. В нашей Церкви есть немало людей, служителей и мирян, живущих не по понятиям мира сего и его злобы дня, а в соответствии с евангельским устроением своего сердца и ума. Живется им , это да, нелегко, но все силы и труды, которые они тратят, восстанавливает Бог…

Другое дело, что в той же бытовой жизни Церкви немилосердие и ксенофобия распространены, увы, широко, это верно. Но проблема вот в чем: они же распространены и в российском обществе. Часто, критикуя Церковь, критики упускают из виду простую вещь: от общества Церковь не отделена, храмы наполняют те же люди, которые ходят по улицам. Копни любую церковную проблему, из тех, о которых сегодня спорят в СМИ или интернете – и увидишь: проблема-то это общероссийская. Самая что ни на есть нашенская…

То же самое – и в данной ситуации. В той же Италии, вообще в Европе (нисколько их не идеализирую, зане и там смертные человеки живут, как пела группа «Воскресенье» : «Там такое же синее небо и такая же трудная жизнь»…) житейские, повседневные навыки демократии, соблюдения законов, уважительного отношения к личности, нажиты давно, имеют глубокие корни. А у нас, увы – сами знаете… Да и когда бы нам их было наживать: то война, то перестройка, то понос, то золотуха, где уж тут о правах человека думать, когда то воздушная тревога, то на свободу велят идти с чистой совестью…

Априорное уважение к личности человека, уже хотя бы потому, что он не только равен мне перед лицом закона, но главное потому, что он , как и я – Божье дитя, лежит в основе демократии (не помню кто сказал: «Демократия – очень несовершенное общественное устройство, но оно, увы, единственное, в основе которого лежит христианство»). У нас в России какая главная ценность? Правильно: либо идеология, либо как сегодня – газ, нефть, недра…. А человек, личность!… Ерунда какая. Расходный материал, население, которым можно манипулировать так или иначе в тех или иных целях (благих или ужасных – другой вопрос).

Это, конечно, не декларируется – но жизнь показывает: это среда, в которой мы живем каждый день, мы с этим родились, к этому приспособились, для всех нас это естественно. И видеть мир иначе, иначе относиться друг к другу, когда того требует жизнь и заповедь Христова, нам бывает ох как тяжело – хотя, конечно, нас самих, когда мы ведем себя привычно по-мордорски, это нисколько не оправдывает.

Так что выражение «ересь принятия всех» можно сделать красивым слоганом – но на деле, в конкретных житейских случаях, все не так просто…. Источник всякого зла –в сердце человека. Чтоб как-то с ним бороться вовне, надо не пускать его в свое сердце прежде всего. Миловать самим, помогать нуждающимся, не теряя при том и трезвомыслия с рассуждением, не шибко судя тех, кто этого не делает – другими займемся потом. Помните слова Евангелия:

«Светильник для тела есть око. Итак, если око твое будет чисто, то всё тело твое будет светло; если же око твое будет худо, то всё тело твое будет темно»?

Вот они – примерно про это.

Поскольку вы здесь…

… у нас есть небольшая просьба. Все больше людей читают портал "Православие и мир", но средств для работы редакции очень мало. В отличие от многих СМИ, мы не делаем платную подписку. Мы убеждены в том, что проповедовать Христа за деньги нельзя.

Но. Правмир это ежедневные статьи, собственная новостная служба, это еженедельная стенгазета для храмов, это лекторий, собственные фото и видео, это редакторы, корректоры, хостинг и серверы, это ЧЕТЫРЕ издания Pravmir.ru, Neinvalid.ru, Matrony.ru, Pravmir.com. Так что вы можете понять, почему мы просим вашей помощи.

Например, 50 рублей в месяц – это много или мало? Чашка кофе? Для семейного бюджета – немного. Для Правмира – много.

Если каждый, кто читает Правмир, подпишется на 50 руб. в месяц, то сделает огромный вклад в возможность о семье и обществе.

Похожие статьи
Дорогие друзья!

Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: