Ереси в истории Церкви: от Оригена до Аполлинария (+Видео)

Иеромонах Димитрий (Першин) на епархиальных миссионерских курсах, организованных Миссионерской комиссией при Епархиальном совете Москвы совместно с Миссионерским факультетом Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета прочитал лекцию по истории Церкви, посвященную христианским ересям. Как рождалась Истина в спорах?

Что есть ересь?

Существует представление, что ересь — это коварный замысел, чье-то сознательное решение, злой умысел против Церкви. Мы очень часто воспроизводим это клише в своих дискуссиях, особенно когда мы обнаруживаем черты древних ересей и учений в современных сектах — скажем, в догматике «Свидетелей Иеговы».

Иеромонах Димитрий (Першин)

Иеромонах Димитрий (Першин)

Полезно понять две вещи. Первое: ересь не возникает на пустом месте. Второе: практически все еретики были довольно ревностными христианами. Некоторые запомнились Церкви еще и как проповедники, сражались за истину, претерпели за это скорби и гонения.

В том, как ереси перетекают одна в другую, есть своя логика. Проблема ереси — это часто неумение абстрагироваться, слышать, быть готовым пожертвовать своим самолюбием. Нередко это проблема неумения мыслить.

Я хотел бы предложить вашему вниманию несколько зарисовок о ересях, о которых мы слышим очень часто, особенно сейчас, в наши дни, в постоянно ведущейся (особенно в последние годы с выходом большого количества антихристианских фильмов) полемике вокруг христианства.

Мы слышим в адрес Церкви и христианства обвинения в том, что они притесняли и обижали Оригена и иных учителей. Отчасти это так. Церковь не всегда в истории была справедлива. Но интереснее посмотреть, как возникали и решались эти проблемы.

Ориген: первый систематизатор

Вспомним кто был в истории Церкви первым систематизатором? Кто создал первую богословскую систему? Это был Ориген.

Одной из главных проблем Оригена было отсутствие богословского контекста в ответе на вопрос: что было первым? Он опирался скорее на философский контекст — неоплатонизм, платонизм с элементами стоицизма.

Портрет Оригена. Работа неизвестного

Портрет Оригена. Работа неизвестного

В платоническом мировоззрении представления о Боге как первоначале были пронизаны вечностью до такой степени, что время растворялось, а само многообразие мира представлялось не совершенством, а последствиями деградации.

Вспомним неоплатонический образ родника, из которого разливается первобытие и постепенно замерзает, охлаждается, деградирует, облекается в тела, в плоть.

Ориген, внеся в свою систему эти элементы платонизма, поставил под вопрос свое Православие. Хотя он претерпел гонения в 251–252 годах, а через полгода после пыток скончался. Его почитали как исповедника и мученика, его гробница долго посещалась.

Вечность Оригена

Многие вещи в богословии в то время были еще не разрешены, и богословие Оригена давало возможность для целого спектра пониманий. На что оно опиралась? Во-первых, Ориген еще не научился различать в Боге актов природы и актов воли, для него они совпадали. Позже это формулировали Афанасий Великий и Иоанн Дамаскин. Ориген этого еще не знал.

С другой стороны, главное, что двигало Оригеном — Вечность. Вечность — это высшая ценность. Бог вечен, поэтому мир, который мы наблюдаем во всем его многообразии, тоже вечен.

Возникает вопрос: почему в многообразии мира происходит деградация? По мысли Оригена, оно происходит потому, что изначально сотворенное было равным для всех, и люди, и ангелы в какой-то момент утрачивают интерес к Богу, начинают постепенно остывать, отклоняться от Бога, облекаться в тело (что уже деградация), а некоторые проваливаются еще ниже и становятся бесами, демонами, падшими духами.

Единственная душа, дух, который сохраняет веру Богу — это душа Иисуса. Благодаря этому Бог может явить себя в мире. Приход Христа — это, скорее, акт педагогики, Он обучает нас.

Что важно: Логос. Это, по сути, некий инструмент, через который Бог присутствует в этом мире. Мир вечен, вечен Логос, вечен и дух, и поэтому в некоторых текстах Оригена мы читаем, что сын Божий — творение. Поскольку творение вечно, то он тоже вечен.

Антиохийская школа

В истории Церкви особенно хорошо известны две богословские школы: Александрийская и Антиохийская. Антиохия была ближе к библейской традиции, она опирается на историю, для нее важны время, конкретные земные события.

Пример различий Александрии и Антиохии: толкование на «ризы кожаные», в которые Бог облекает Адама. Для Александрийской традиции — это наша плоть. В Антиохийской понимается буквально — кожаные ризы. Бог берет животное, сдирает с него шкуры: «Смотри, ты смерть в этот мир втащил, смотри какая это смерть», — все очень конкретно, осязаемо, грубо.

Именно в Антиохийской традиции начинается рецепция Оригена и полемика с ним.

Модализм

Тогда возникает ересь модализма. Ее озвучивали Савелий и Павел Самосатский. Ересь модализма предполагает, что есть некая единая божественная сущность (кстати, термин «единосущный» первым использует и вводит в оборот как раз Ориген). Павел Самосатский выстраивает учение о том, что Бог являет себя либо в разных ситуациях в образе Отца, Сына и Святого Духа (динамический модализм), либо во времени — как Отец в Ветхом Завете, как Сын сейчас и как Святой Дух в грядущем (исторический модализм).

Лица Троицы в модализме — это некие проявление, эпифании, силы, действия. Это не Личности в том смысле, который мы вкладываем в слово, это не субъекты действий, а некие грани, в которых проявляет себя единая сущность. Поэтому термин «единосущный» ассоциировался с этой ересью, в которой отрицается личностность Троицы и он был осужден Церковью.

Полемика с Оригеном: Арий

В развитии полемики с Оригеном появляется замечательный мыслитель — Арий, тоже представитель антиохийской традиции. Споры, порожденные им, шли полтора столетия. Он создал для Церкви целую серию очень серьезных проблем. Поначалу Арий был ревностным борцом с оригенизмом.

Для Оригена Бог — Творец, Он вечно творит мир. Он вечно рождает Сына и вечно творит вечного же злого духа. Если творение совечно отцу, то имеет место учение о двух началах — дуализм. Творение наделяется божественными свойствами.

Арий как человек более близкий к библейской традиции, естественно, протестует против этого. Он говорит, что творение есть акт. Это точка начала, до которого творения не было, а Бог был. Арий четко разводит эти категории.

Но после Оригена есть четкая связка, что Сын и Дух — это орудия, благодаря которым Отец присутствует в этом мире, создает и творит его.

Соответственно, если творение не вечно, если оно приходит вместе со временем, то, соответственно, и Сын, и Дух, будучи инструментами, приходят тогда же.

Арий отрицает единосущие Сына и Духа Отцу. Сын и Дух Отцу не единосущны, то есть они — только высшие творения Бога-Отца. Они сохранили верность Богу и не отпадают от Него.

Если нет единосущия…

Почему это учение ложное? Что оно вычеркивает из жизни, из реальности?

Не происходит встречи Бога и человека. Если даже Христос не единосущен Отцу, то возникает вопрос — каким образом мы спасены? Каким образом случилось наше освящение? Творение не может дать то, чего у него нет. Только Бог может дать человеку Себя Самого, вытащить его. Если этого не случилось, если не Бог очеловечился, то тогда мы не спасены, наша природа не освящена, не вошла в общение с Богом.

Этот аргумент выдвигается против Ария, потом против ересей-духоборцев, которые отрицают единосущие.

Афанасий Великий: единосущие

Афанасий Великий вводит различение природы от Бога. В чем оно состоит? По природе происходит рождение Сына и исхождение Духа. Бытие — это акт природы, Бог не может не родить Сына. Творение мира — это акт свободной воли. Бог мог не творить мир, это не является для него обязательным и необходимым.

Еще раз повторю: Бог — предвечный Отец, но не предвечный творец. У мира нет никакого основания, кроме воли Божией. Это в свою очередь означает, что у него есть цель. Афанасий говорит: это обожение, вхождение в славу Божью, и эту цель должен был осуществить Адам, в котором все свойства и все аспекты этого мира воссоединяются. Он должен был войти в себя, войти в общение с Богом, мир должен был быть освящен и обожен.

Этого не произошло. Мир погружается в тление. Тогда этим путем проходит Бог — Сын Божий, становится Сыном Человеческим.

Афанасий отстаивает термин «единосущие Сына Отцу», наполняет его другим смыслом, и в ходе всей этой дискуссии происходит чудо. Император Константин собирает и проводит первый Вселенский Собор, участники которого принимают некую часть Символа Веры, но не понимают, за что они голосовали, потому что большая часть участников Вселенского Собора потом отпадает в ересь.

Император Константин

Можно это по-разному воспринимать: может быть, это решение провел император, а у него было некое озарение, может, сердец епископов — участников Собора — коснулась благодать, а потом Арий потом нашел новые аргументы. Главное, Константин, который проводит первый Вселенский Собор, поддержал позицию православных: то есть святителя Афанасия, который был тогда еще простым дьяконом.

Потом святой равноапостольный Константин склонился на сторону большинства — арианства. Это вполне логично: единый Бог, единое начало, Иисус — творение. Но и большая часть Церкви оказывается Арианской или близкой к Арианству, не принимает термина «единосущие».

Константину же нужно управлять страной. Он как император — гарант стабильности. Еретичность императора — это сильный козырь в руках тех, кто устраивает перевороты, пытается взорвать империю, узурпаторов. И чтобы выбить этот козырь из рук потенциальных претендентов на престол и вообще создавать поменьше проблем, чтобы консолидировать нацию, империю, императоры лавируют.

Есть разные сценарии. Один из них — лавировать, идти за большинством, понуждать православных молчать, затыкать им рот. Другой, гораздо более редкий — отстаивать православие из чисто идейных соображений.

Так или иначе, Константин переходит на сторону арианцев. Арий возвращается из ссылки, получает возможность проповедовать. Афанасий Великий анафеманствован на нескольких Соборах, уходит прятаться в пустыни.

«Лествица» о святителе Афанасии

Познакомьтесь с «Лествицей». Это — точка опоры для богословия, итог очень долгой истории.

Есть в «Лествице» эзотерическая глава, закрытая от непосвященных: «Для пастырей». Она отличается от прочих: там описаны ситуации, в которых лучше не оказываться, но которые на нашу голову иногда обрушиваются.

Одна из таких проблем — можно ли лгать? Иоанн Лествичник пишет, что вообще лгать нельзя, диавол изначально лжец и человекоубийца, но бывают ситуации выбора не между лучшим и хорошим, хорошим и хорошим, хорошим и плохим, а между плохим и худшим. Бывают ситуации, когда умолчать что-то бывает лучше, чем рассказать. Конечно, не очень хорошо, но еще хуже будет посвятить народ в какие-то грязные истории.

Житейская ситуация: Маша звонит Жене и говорит: «Таня такая-то… Такая неприятная история». Потом звонит Таня той же самой Жене и говорит: «Слушай, а тебе Маша про меня ничего не рассказывала?» У Жени дилемма – либо пересказать и полить грязью, либо последовать Евангелию, «Блаженные Миротворцы». Лучше сказать: «Don’t worry, be happy. Никто ничего не рассказывал, не парься».

Так вот, Иоанн Лествичник (он трудился на горе Синай, это очень близко к Александрии, и предания о жизни Афанасия Александрийского, если где-то и могли быть, то именно там) приводит в пример, как Афанасий Великий избегал гонения.

Ситуации была критическая: Афанасий в то время был практически единственным богословом, который мог мыслить вслух. Его аргументы достигали цели, были убедительны и внятны. У него были сторонники, но они не были столь же талантливы, не умели артикулировать свои мысли или просто боялись. Он был столп Церкви в тот момент.

Естественно, у него была агентура, свои глаза, и когда император в очередной раз посылает за ним воинов, чтобы его арестовать и лишить права голоса, а может быть, и головы вместе с голосом, заточить его в тюрьму — Афанасий об этом узнает раньше, чем прибывает галера с солдатами, садится в лодочку и плывет к монахам. Потому что Афанасий, в том числе, составитель жития первого монаха, Антония.

(Написанный Афанасием текст жития Антония доходит до Запада и пробудил Августина. Афанасий был не очень образованный человек относительно Августина, у которого за плечами и хорошее юридическое образование, и неоплатонизм, а до того и еще некоторые секты, в которых он побывал — но Августин прочитал, и его это зацепило. Он только-только начинал воцерковляться и жить в Церкви — и потрясенный текстом Афанасия, поднимается на ту высоту, с которой начал говорить.)

Так вот, Афанасий плывет на лодочке к монахам, у которых укрывается, а в пустыне поди найди какого-то бродягу. И видит, как навстречу гребет галера солдат: «Слушай, тут архиепископ не проплывал? Афанасия не видел? Старик, не видел?».

Как вы думаете, что отвечает Афанасий? Афанасий отвечает, по версии Иоанна Лествичника: «Видел, вот туда проплыл. Ребята, догоняйте».

Этическое отступление: манихейский бред

Не суть важно, действительно ли Афанасий так провел этих воинов, солдат. Важно, что для Иоанна Лествичника, который пишет изначально этот текст, адресованный тем, кому приходится общаться с людьми и строить отношения, это оказывается аргументом в пользу того, что не всегда и не везде надлежит говорить правду.

Христианская любовь покрывает и такие ситуации тоже и в некоторых случаях идет навстречу. Больше того, она говорит, что есть такой кластер действий, которые вообще не подлежат суду. Скажем, дышать (есть, спать) — это плохо или хорошо? В принципе, хорошо, но настанет момент, когда мы перестанем. Это естественный ход вещей.

Другой момент, что все естественное можно исказить. Но необходимо помнить о вненравственных действиях.

Часто мы начинаем делить мир на черно-белый порядок. В психиатрии это называется «Манихейский бред». Есть добро, есть зло, между ними война, поле битвы — сердца людей, и от нас очень многое зависит, скорее всего, все. Человек все время сражается: то с ювенальной юстицией, то против абортов, то с какими-то неправильными миссионерами или с сектантами. Считается, что Гитлер был одержим манихейским бредом — это одна из возможных интерпретаций его поведения…

Нам очень важно помнить, входя в Церковь, что мир не делится на две черно-белые половинки, что у всего есть свой замысел, свой путь у Бога, и есть вещи, которые не относятся к делению на «плохо-хорошо».

Цель оправдывает средства?

Для Иоанна Лествичника во многих случаях цель оправдывает средства. Это не повод к тому, что я теперь могу лгать на автопилоте. Просто бывают ситуации, когда есть выбор между большим или меньшим злом и приходится выбирать меньшее.

Классическая ситуация для современной России — взятки. Хорошо, если вы рабочий или преподаватель, и это проблема вашего руководства, а если вы — начальник?

Строительный бизнес: чтобы построить, половину надо отдать чиновникам — «откат» называется. Вот меня спрашивает хозяин такого бизнеса: «Как быть? Я могу уйти». Я говорю: «Ты уйдешь, а те полторы тысячи человек, которые работают, куда денутся?». Они останутся ни с чем. Приходится понимать: ты сам не воруй, себе с этого не зарабатывай, сделай все, что можно, чтобы не наживаться на лжи, но ради этих полутора тысячи человек и их семей (то есть эти полторы тысячи еще умножить на четыре) лучше заказ принять.

В таких ситуациях мы оказываемся часто. Есть вещи недопустимые — скажем, убивать нельзя.

Вопрос — а возможны ли ситуации, в которых современный человек, вне военных операций, может оказаться перед необходимостью убить? Внематочная беременность: в 95% случаев, почти всегда она заканчивается очень плохо, однозначно плохо для ребенка и не менее плохо для матери. А вы акушер-гинеколог, вам привозят женщину, и есть все симптомы того, что еще два часа — и вы ее отправите в морг…

Это ситуация, когда нет идеальных решений. Здесь совершить внутриполостную операцию — меньшее зло, чем обречь на смерть и ребенка, и мать. Во всяком случае, такой была логика святителя Луки (Войно-Ясенецкого), который был противников абортов, как таковых, но в таких редчайших случаях, один из десяти тысяч — допускал.

Я это говорю к тому, что есть некие моменты, когда нравственную оценку давать сложно. Сейчас есть мода на шпаргалки на все случаи жизни. Но ответов на все вопросы нет!

Искать ли мученичества?

Афанасий борется за Православие, избегая гонений и репрессий, потому что он не лез на рожон. Вопрос — а до Афанасия мы такую стратегию встречали в Церкви? Да, встречали в эпоху гонений. Епископы советуют не искать мученичества. И сами не спешат — уходят из городов, укрываются рядом.

Церковь часто обличают в сергианстве. Митрополит Сергий, говорили, пошел навстречу власти, сдал каких-то архиереев, не сопротивлялся активно тому, что людей репрессировали — а надо было идти до конца. Но говорили это те, кто волею судеб оказался за пределами России и там мог поддерживать монархию. А история Церкви показывает, что гораздо чаще стратегия выживания была такая — сохранить жизни людей и постараться не выводить власть из себя.

Единосущие и благочестивое рейдерство

Следующий этап дискуссии — долгий спор по поводу «единосущия». Что делают отцы? У них нет репрессивного аппарата. Гонитель христианства, язычник, император Юлиан никого не трогал. Он считал, что надо дать волю всем: пусть эти христиане друг друга загрызут. В других случаях были репрессии, направленные против Церкви.

Что делает, например, Василий Великий? Как он полемизирует с духоборцами? Духоборцы отрицали не Сына, а уже Духа. Василий понимает, что у слова «единосущие» есть негативный контекст, оно осуждено Собором… И есть подозрение почему единосущие вызывает такой протест: в нем подозревают модализм. Единосущие понимают так, что есть единая сущность, она же ипостась — эти термины тогда еще не научились различать до конца. А если едина ипостась и сущность, то мы теряем личностность Отца, Сына и Духа.

Василий не науськивает никого на императора и еретиков. Он предпринимает некоторые «рейдерские захваты» — в частности, он уговаривает Григория Богослова стать епископом Сасима (это такая деревушечка, село в пустынной местности), чтобы эта территория не отошла к арианам. Григорий Богослов только ради дружеских отношений с Василием откликается на его просьбу, даже не появляясь в этой Самиме.

Григорий Богослов и относительность канонов

Есть канон, который запрещает покидать епархию, епископ должен быть на одном месте всю жизнь. Теперь посмотрите церковные календари: там каждый год встречаются перемещения архиереев, — и сделайте вывод об относительности канонов. Это не икона, а инструмент решения проблем, некий вектор, которому надо следовать. Но в некоторых случаях не следовать канонам нормально.

Когда возникла идея снять Григория Богослова с Константинопольского престола, ему вменяют то, что он покидает Сасиму. Григорий, страшно обиженный, пишет ехидный текст о том, кто был на Соборе — галки да вороны.

Межконфессиональная толерантность

Василий не прибегает ни к каким иным мерам административного порядка. В этот период нет еще двойных иерархий. Ариане не посвящают епископов на кафедры, где находятся православные, а православные не дублируют ариан.

В наши дни пример такой толерантности, при том, что есть дискуссии, полемика и даже взаимные обвинения — это наши отношения с католиками. У нас нет кафедр с латинскими названиями, нет Римской кафедры. Большинство кафедр Русской Православной Церкви и других Православных Церквей на исторической территории Римской Церкви носит название не той местности, где служит епископ, а какой то, может, даже не существующей здесь и сейчас епархии.

Скажем, Антоний Сурожский служил-то в Англии, а Сурож — это Судак, Крым. Потому что признается по умолчанию, что Англия — это каноническая территория Рима. При всех расхождениях (а это не только догматы, это образ молитвы и благочестия — если посмотреть через призму православных отцов, он стал губительным) есть память и отношение к Римской Церкви, как к временно отошедшей от единства Православия. По крайней мере есть надежда, что католики вернутся, мы делаем все для этого.

Не цепляться за слова

Василий Великий не привлекает никакие силовые ресурсы, а начинает интерпретировать, наполнять учение о Духе ясными аргументами.

В его книге о Святом Духе слово «единосущный» вообще не упоминается ни разу. Он не требует от своих оппонентов, македониан, духоборов, принять слово «единосущный». Он пытается донести до них смысл, значение, семантику, смысловое пространство нашего православного учения о Троице. Хорошо, если вас так раздражает слово «единосущный», давайте не будем об этом сейчас говорить. Давайте продумаем как мы можем осмыслить бытие духа? Дух Святой — это кто? Как мы крестились? Как возможно от творения получить те дары, которые может дать только Бог? А если Святой Дух — это не творение, тогда что?

Я сейчас говорю не только о ереси, но и о том, как Церковь решила эти проблемы, с помощью такой «мягкой силы», очень разумной стратегии, попыткой разъяснить смыслы.

Мы видим, что в Символе веры Дух не именуется единосущным. Одна и та же слава, то же поклонение, то же наименование Господом, но слово «единосущный» здесь не применяется. Но контекст и смысл тот же самый, что единосущие Сына Отцу.

Церковь в эпоху гонений, репрессий, находила не репрессивные формы ответа на вопросы, и они оказывались убедительными. В конце концов, практически без конфликтов большая часть македонян входит в полноту Церкви. Святые отцы приводят людей в Церковь не силой.

Аполлинарий

Среди тех, кто борется с Арием, есть человек по имени Аполлинарий Лаодикийский. Его ересь состояла в том, что божественный образ во Христе заменил ум.

Аполлинарий — это старый никеец, он противник Ария. Поэтому к нему с симпатией относится уже стареющий Афанасий Великий и начинающий богослов Василий Великий. Он очень ревностный, аскет, подвижник, пастырь. Но при этом, как и у Ария (тоже весьма ревностный товарищ) и у многих других еретиков, у которых нет глубины, он строит еще одну попытку создать целостную систему богословия и рассуждает так: если Христос — совершенный человек, если в нем нет греха, а ум человеческий не может не работать с какой-то нечистотой, то во Христе вообще нет ума человеческого. Его ум заменяет логос.

То есть, Христос — такая сложная конструкция, у которой есть тело человеческое, душа человеческая, а вот ума нету. В ответ на это отцы приводят аргумент: «Если у Него нет ума, то мы не спасены, потому что у нас-то он есть, а то, что не воспринято, то не уврачевано». Значит, мы не можем войти в Царствие Божье, а значит, Спасение не совершилось.

Этот аргумент вы можете использовать в полемике с современными оппонентами.

Читайте также:

Христианское в советской культуре? (+ ВИДЕО)

О Кощее Бессмертном и победе над смертью (+ Видео)

Как прогнать незваных гостей из своей души? (+ ВИДЕО)

Поскольку вы здесь…

… у нас есть небольшая просьба. Все больше людей читают портал "Православие и мир", но средств для работы редакции очень мало. В отличие от многих СМИ, мы не делаем платную подписку. Мы убеждены в том, что проповедовать Христа за деньги нельзя.

Но. Правмир — это ежедневные статьи, собственная новостная служба, это еженедельная стенгазета для храмов, это лекторий, собственные фото и видео, это редакторы, корректоры, хостинг и серверы, это ЧЕТЫРЕ издания Pravmir.ru, Neinvalid.ru, Matrony.ru, Pravmir.com. Так что вы можете понять, почему мы просим вашей помощи.

Например, 50 рублей в месяц – это много или мало? Чашка кофе? Для семейного бюджета – немного. Для Правмира – много.

Если каждый, кто читает Правмир, подпишется на 50 руб. в месяц, то сделает огромный вклад в возможность нести слово о Христе, о православии, о смысле и жизни, о семье и обществе.

Похожие статьи
Обязательно ли креститься, чтобы обрести вечное спасение?

Если речь идет о самом важном, экономить усилия просто нелепо

Есть ли у мирян особое призвание в Церкви?

Часто священники противятся тому, чтобы миряне причащались за каждой литургией...

Хранитель церковной науки, от которого не осталось имени

К 90-летию со дня рождения Евгения Алексеевича Карманова

Дорогие друзья!

Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: