“Глаголы любви” в Новом Завете

Опубликовано в альманахе “Альфа и Омега”, № 5, 6; 1995
“Глаголы любви” в Новом Завете

Настоящая статья задумывалась как филологическое подспорье для экзегетического рассмотрения новозаветного понимания любви. Метод работы в целом определялся известным тезисом Меланхтона о том, что филологическое прочтение текста Священного Писания должно предшествовать его богословскому осмыслению, поэтому позднейшие толкования привлекаются минимально и в их филологическом аспекте. Из-за этого, конечно, сужается круг затронутых вопросов, но автор надеется, что этот недостаток хотя бы отчасти будет искуплен большей конкретностью в рассмотрении материала на указанном уровне.

В словаре древнегреческого языка для определения в слове понятия любви служат четыре глагола — ἐρᾶν, φιλεῖν, στέργεῖν, ἀγαπᾶν, а также соответствующие им имена. Два из них — φιλεῖν и ἀγαπᾶν встречаются в греческом тексте Нового Завета. Однако чтобы понять специфику словоупотребления и семантики этих глаголов в языке Св. Писания, нам необходимо будет предварительно обратиться к их функционированию в языке классическом или, как это вернее было бы сказать применительно к нашей теме, к греческому языку доновозаветного периода.

I. Ἐρᾶν, или, в поэтическом языке — ἐρᾶσθαι означает: направлять на объект всецелостное чувство, ради него чувствовать и воспринимать. Это значение постоянно для всех лексико-семантических вариантов. Если объектом являются личности, то ἐρᾶν может означать:

1) Чувственную любовь, которая бывает недостойной, когда речь, например, идет о супружеской измене или когда все содержание чувства сводится к физическому сожительству.

2) Высокую степень чувства, страстную любовь в более широком смысле.

Когда речь идет о неживых предметах, ἐρᾶυ понятийно близко подходит к ἐπιθυμεῖν, так что с инфинитивом соответствует русск. желать.

II. Φιλεῖν — глагол отыменный. Φίλος же происходит от местоименного корня. Убедительная и совершенно безупречная этимология отсутствует, зато очевидно происхождение от корня, связанного со значением “свой”, “собственный”1.

О значении φιλεῖν прежде всего следует сказать, что оно более всего соответствует русск. любить и имеет антонимами μισεῖν и ἐχθαίρεν. Φιλεῖν означает в сущности внутреннюю склонность к лицу, а в некоторых случаях, где изложение не допускает никакой непристойности, также и чувственную любовь.

Но главный оттенок значения этого глагола — склонность к лицу, проистекающая из внутренней общности, из личного общения. У Гомера мы найдем значение “по-дружески поддерживать”, “дружески общаться с кем-либо”, “относится по-дружески”. Часто в этом смысле употребляется применительно к отношению богов, когда они поддерживают людей в их делах. О людях: любезно принимать других у себя.

Уже после Гомера развилось значение “целовать” (с прибавлением τῷ στόματι и без него), так как это по сути означает внешнее выражение задушевной общности или близости любящих или друзей.

С добавлением αυτόν φιλεῖν приобретает значение себялюбия.

Далее это слово применяется ко всякому виду любви к тем лицам, с которыми мы состоим в каких-либо близких отношениях и при том, по объяснению Аристотеля (Arist. Khet. I, II), ради и из-за них самих.

Как чувство естественно развивающееся, φιλεῖν не имеет морального или моралистического оттенка. Этой любовью дурной человек может любить дурного, а хороший — хорошего. Здесь же — склонность или приверженность к какой-либо группе, партии, к государству, к народу в тех случаях, когда она не особенно глубока и искренна (в последнем случае грек употребил бы στέργεῖν).

Применительно к неодушевленным объектам φιλεῖν означает приязнь к предметам, явлениям, которые нам милы или дороги, обладание которыми или контакт с которыми нам приятны. При этом сохраняется отсутствие моралистического оттенка, и сюда включаются скверные и достойные презрения склонности. С инфинитивом получается значение весьма близкое к лат. solere — “делать охотно, иметь обыкновение”. Φίλος — друг, человек, с которым мы связаны узами взаимной любви. Наиболее характерен для этого слова как раз оттенок личной симпатии, внутренней склонности. Также и φιλία — дружественное отношение, нежное выражение внутреннего расположения любящих.

III. Στέργεῖν этимологически сближается с кельтскими названиями любви: древнеирл. serc; галльск. serch; бретонск. serc’h (наложница). Принимается во внимание еще праслав. *stergti, *strego “стеречь”; и.-е. *sterg/sterk с чередованием k/g.

Στέργεῖν означает не страстную любовь или склонность, не порыв к объекту, который овладел нашим сердцем и является целью наших устремлений, а напротив, спокойное, постоянное, непрерывное чувство любящего, в силу которого он осознает объект любви как близко ему принадлежащий, тесно с ним связанный, и в этом признании обретает душевный мир. Такова любовь к родителям, жене или мужу, к детям, к ближайшим родственникам вообще, а затем к вождю, царю, отечеству.

В στέργεῖν проявляется душевная склонность, которая присуща человеку от природы; это слово относится к органической, родовой связи, не расторгаемой в силу этой прирожденности даже злом, а не к склонности, проистекающей из общения с лицом, вещью (φιλεῖν) и не к вырывающейся наружу и ищущей удовлетворения страсти (ἐρᾶν). В силу этого при соединении с именами вещей или абстрактных понятий στοργεῖυ сохраняет нравственную окраску. По этой же линии нерасторжимости, прирожденной эмоциональной связи возникает значение “довольствоваться, быть довольным, удовлетворяться”. Как указывает Шмидт2, στέργεῖν может означать “спокойно и с терпеливо выжидающим чувством смиряться с неизбежным” (часто по отношению к окружающим нас обстоятельствам и вещам).

Заканчивая разбор словоупотребления στέργεῖν, уместно будет привести замечание Шантрена о том, что “семантическое поле στέργεῖν явно отлично от φιλεῖν и частично совпадает с ἀγαπᾶν”3.

IV. Ἀγαπᾶν или, у Гомера, ἀγαπάζευν прежде всего означает любовь, проистекающую из рассудочной оценки, поэтому не страстную, как ἐρᾶν, и не нежную любовь детей и родителей, как στέργεῖν. В общегреческом словоупотреблении глаголов любви ἀγαπᾶν выражает слабейшую эмоцию, которая больше соответствует русск. ценить, чем любить. Да это и понятно: чем более рассудок отдает себе отчет в симпатии или чувстве, тем менее такая любовь является непосредственной и внутренней.

Ἀγαπᾶν может значить даже “правильно оценивать”, “не переоценивать”. А так как оценка основывается на сравнении, сравнение же подразумевает выбор, то ἀγαπᾶν включает в себя понятие свободно избирающего объект направления воли4. С другой стороны, ἀγαπᾶν может быть сказано и о тех людях, которые оценивают что-либо (вещи, обстоятельства) как удовлетворяющие их и не стремятся к иному5.

Остановимся на соотношении ἀγαπᾶν и φιλεῖν. Первый глагол, как более рассудочно-моральный, не включает в себя понятие непосредственно из сердца исходящего действия, которое выявляет внутреннюю склонность, и, естественно, лишен значений “делать что-либо охотно”, “иметь обыкновение что-либо делать”, а также “целовать”. К тому же ἀγαπᾶν не является (как φιλεῖν) склонностью, соединенной с самим лицом, но скорее с его признаками и свойствами. Аристотель объясняет это следующим образом (Rhet. 1, 11): “быть любимым значит быть ценимым ради самого себя”, то есть не по каким-то внешним причинам, а именно из-за самой личности любимого. Таким образом ἀγαπῶν описывает качества личности, а φιλῶν — саму личность. Первый означает, что человек отдает себе отчет в своей склонности, у второго в значении заложено, что она проистекает непосредственно из общения. Поэтому в первом случае чувство окрашивается морально, а во втором подобной характеристики не имеет.

На основании вышесказанного можно сделать вывод, что основным значением для φιλεῖν, при всей широте семантического поля этого слова, являлась любовь естественной склонности, чувство, не определяемое ни рассудком, ни направле-нием воли — лат. amare, в то время как характерной чертой ἀγαπᾶν было обозначение любви как направления воли, как склонности, определяемой рассудком и нравственным чувством: лат. diligere6. Практически все исследователи указывают на сходство соотношения между diligere и amare с тем соотношением, которое имеется между ἀγαπᾶν и φιλεῖν7.

Таким образом, наиболее характерные черты четырех глаголов любви суть следующие:

Ἐρᾶν относится к любви страстной, выражает преимущественно аффективную и чувственную ее сторону; страсть к вещам; с инфинитивом — “желать, жаждать”. Эмоция, безусловно носящая ярко выраженный личный характер.

Στέργεῖν — непрерывное, внутреннее, нерасторжимое даже через зло чувство к лицам или сообществам, с которыми у субъекта существуют надличные, родовые, а из родовых — и общественные связи.

Ἀγαπᾶν — “ценить”; чувство происходящее более из соответствующей оценки рассудка, оно не сильно и не нежно, а скорее суховато. В кругу значений ценить сравнивать выбирать подразумевает любовь как направление воли, определяемой рассудком. Тo же и об обстоятельствах: удовлетворяться ими в результате умения оценить через сравнение.

Φιλεῖν — здесь мы приведем характеристику о. П. Флоренского: “1. Непосредственность происхождения, основанная на личном соприкосновении, но не обусловленная одними лишь органическими связями — естественность; 2. Направленность в самого человека, а не только оценка его качеств; 3. Тихий, задушевный, нерассудочный характер чувства, но в то же время и не страстный, не импульсивный, не безудержный, не слепой и не бурный. 4. Близость и притом личная, нутряная”8.

Абстрактные существительные, по выражению Шмидта, показывают “крайности значений”9. В самом общем виде можно предложить следующие соответствия: ἔρως — страсть, στοργή — привязанность, φιλία — приязнь. О ἀγάπη речь пойдет ниже.

Рассмотрим теперь употребление глаголов и имен любви в греческом языке на материале книг Нового Завета.

Укажем сразу, что в переводе LXX слова ἐρᾶν, ἔρως крайне редки уже в Ветхом Завете, да и там они употребляются почти исключительно в отрицательном значении. В книгах Нового Завета мы не находим их вовсе. Неслучайность этого факта несомненна. Нравственному, возвышенному характеру любви, о которой идет речь в Новом Завете, эти слова, служившие (хотя и не всегда, как мы указывали выше), для выражения чувственной человеческой страсти, а в обыденном языке, надо полагать, окруженные особой атмосферой моральной нечистоты, явно не соответствовали. Священнописатели избегали этого слова сознательно — сомневаться на приходится. Но основание для этого может лежать глубже. Само по себе употребление ἔρως в чувственном смысле еще не закрывало дорогу к переосмыслению этого слова. Как указывает Тренч, “с ἔρως и ἐρᾶν могло произойти то же, что произошло и со многими другими словами: они могли были быть заново освящены, несмотря на их глубокую деградацию в прежней истории”10. Нельзя сказать, что для этого не было оснований хотя бы в платоновском и платоническом обозначении стремления, страстного влечения к невидимой, но вечной красоте. С аналогичным значением находим у Филона Александрийского выражение οὐράνιος ἔρως. Отнюдь не избегают его мужи апостольские и святые отцы византийской эпохи от Игнатия Смирнского, у которого находим фразу ὁ μὸς ἔρως ἐσταύρωται (Ad Rom. 7) “моя любовь [к миру] распята”, до Григория Богоcлова (Carm. II, 34, 151 Ἔρως δὲ θερμὸς δυδκαθεκτὸς τε πόθος “любовь есть пламенное, неудержимое желание”), Иоанна Златоуста (Epist. ad Philipp. Hom 1, 8 πνευματικὸς ἔρως) и даже Николая Кавасилы и Симеона Нового Богослова с его обширным сочинением Ἔρωτες, то есть “Эросы”. Но простой факт, что ἔρως выражает влекущее к объекту желание, стремление к тому, чем не обладаешь (вспомним, что у Платона Ἔρως является отпрыском Πενία, то есть Бедности, см. Пир 203B) и притом чувство, связанное с аффектом и исключительно личное, является основанием того, что њrwj оказалось в корне неподходящим для общего обозначения нового вида христианской любви, благовестие о которой заключено в Новом Завете.

Отсутствует в корпусе рассматриваемых текстов также στέργεῖν и соответствующие ему имена (если не считать единственного сложного слова φιλόστοργος Рим 12:10). Причины этого не столь очевидны как в случае с ἐρᾶν. Позволим себе высказать следующее предположение. Глагол στέργω в целом становится заметно менее употребительным именно в период κοινή11. Вспомним, что эта эпоха является временем билингвизма, то есть все сколько-нибудь образованные греки знали и латынь. А для человека, равно владеющего обоими этими языками, греческое στέργω, очевидно, не могло не вызвать ассоциаций с латинским stercus “навоз”. Возможно, именно вследствие этого στέργω стали избегать, пусть даже и бессознательно. И естественно, что это явление, прежде всего свойственное живому языку, отразилось преимущественно не в сочинениях, написанных людьми литературно образованными, а там, где язык был более всего близок повседневному, как в Новом Завете. Думается, что в пользу высказанного предположения говорит также и тот факт, что слова stercus и Stercorius римляне охотно применяли как позорную и оскорбительную кличку для христиан, о чем свидетельствуют эпиграфические данные12. Это в плане выражения. Но и значения στέργεῖν, στοργή не были удобоприменимыми для общего обозначения любви. Уже указывалось выше, что στοργή первоначально выражает чувство семейное, родовое, врожденное, а лишь потом — общинное и общественное. Таким образом, с одной стороны, врожденность, то есть отсутствие возможности выбора для субъекта, а с другой, — родовая или общинная направленность, то есть замкнутость на определенном круге людей, делали невозможным употребление στοργή без кардинального изменения его семантики для общего обозначения той любви, о которой идет речь в Новом Завете, любви, во-первых, со стороны субъекта свободно избирательной, а во-вторых, не ограниченной рамками какого-то сообщества, то есть вселенской.

Представляется весьма вероятным, что именно сочетание этих двух факторов обусловило отсутствие στέργεῖν и στοργή в корпусе Нового Завета.

Таким образом для рассмотрения нам остаются две группы слов: I. ἀγαπάω, ἀγάπη, ἀγαπητός и II. φιλέω, φιλός, φίλημα, φιλία (лишь однажды Иак 4:4).

Начнем с первой группы, тем более, что она гораздо больше второй и богаче лексико-семантическими вариантами. Три слова, входящие в нее, встречаются почти во всех книгах Нового Завета в общей сложности 320 раз13. Ἀγαπάω – 143 раза (более всего Ин — 37 раз, 1–3 Ин — 31), ἀγάπη — 116 раз (в особенности 1 Ин — 21, 1 Кор — 14, Еф — 10), ἀγαπητός — 61 раз (в особенности 1–3 Ин — 10, Рим — 7, 2 Петр — 6). Если же рассматривать всю группу в целом, то в Ин и 1–3 Ин мы имеем 106 случаев употребления (44+62, то есть одна треть от общего количества), в Павловых посланиях — 136, у синоптиков (вместе с Деян) всего только 37 и в остальных частях Нового Завета — 41. При взгляде же на отдельные книги Нового Завета более всего случаев употребления данных слов мы обнаружим в 1 Ин — 51, Ин — 44, Рим — 24, Еф — 22, 1 Кор — 20, Лк — 16, 2 Кор — 15, Мф — 12 и Кол — 11. Достойно упоминания также отсутствие ἀγαπάω и ἀγάπη в Деян и ἀγαπητός в Ин, 2 Ин и Откр.

Чтобы не возвращаться более к цифрам, приведем их и для слов второй группы. Они встречаются в рассматриваемых текстах всего 56 раз. Φιλέω — 21 раз (более всего Ин — 10), φιλός — 27 раз (более всего Лк — 14), φίλημα — 7 раз и однажды φιλία.

Итак, глагол ἀγαπάω (у LXX всегда соответствует еврейскому еheb). Тексты Нового Завета — важнейшая веха в истории этого глагола. Впервые мы наблюдаем резкие изменения в его семантике. Суховатое и рассудочное ἀγαπᾶν наполнилось новым живым духовным содержанием и на основании присущего этому слову уже в классическом греческом круга значений ценить сравнивать выбирать (с присовокуплением доселе несвойственного ему оттенка любви-жалости, любви сострадательной и даже жертвенной) приобрело — в качестве своего основного оттенка — значение чувства, свободно избирающего себе объект направлением воли, чувства сознательного и нравственно оцениваемого, и при этом стало употребляться везде, где речь идет о любви в сфере нового учения, о любви христианской во всей ее широте: от любви к Богу до любви к женам.

Рассмотрим теперь основные варианты употребления ἀγαπᾶν.

I. Это слово всегда употребляется там, где речь идет о зависимости от направления чьей-либо воли, то есть о любви так или иначе заповедуемой или предписываемой. Объекты чувства при этом разнообразны. Это может быть:
а) Сам Бог: Мф 22:37 (также Мк 12:30,33; Лк 10:27)

Ἀγαπήσεις Κύριον τὸν Θεόν σου ἐν ὅλῃ τῇ καρδίᾳ σου καὶ ἐν ὅλῃ τῇ ψυχῇ σου καὶ ἐν ὅλῃ τῇ διανοίᾳ σου. Возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим и всею душею твоею и всем разумением твоим.

б) ближний: Мф 22:39

Ἀγαπήσεις τὸν πλησίον σου ὡς σεαυτόν. Возлюби ближнего твоего, как самого себя.

(также Мф 5:42; 19:19; Мк 12:31,33; Лк 10:27; Рим 13:9; Гал 5:14; Иак 2:8);

в) враг: Мф 5:44

Ἀγαπᾶτε τοὺς ἐχθροὺς ὑμῶν… Любите врагов ваших…

(также Лк 6:27,35);

г) “взаимность”, то есть некая общность людей, каждый из которых с любовью относится к каждому: 1 Ин 4:7

᾿Αγαπητοί, ἀγαπῶμεν ἀλλήλους, ὅτι ἡ ἀγάπη ἐκτοῦ Θεοῦ ἐστιν… Возлюбленные! будем любить друг друга, потому что любовь от Бога…

(также 1 Ин 3:23);

д) мир (с отрицанием, то есть призывом не любить его): 1 Ин 2:15

Μὴ ἀγαπᾶτε τὸν κόσμον μηδὲ τὰ ἐν τῷ κόσμῳ. Не любите мира, ни того, что в мире.

е) братство: 1 Петр 2:17

…τὴν ἀδελφότητα ἀγαπᾶτε … братство любите…

ж) жены: Кол 3:19

Οἱ ἄνδρες, ἀγαπᾶτε τὰς γυναῖκας Мужья, любите своих жен

(также Еф 5:25,28,33).

Объект может быть и не указан: 1 Ин 4:19

῾Ημεῖ ἀγαπῶμεν (Conj.), ὅτι αὐτὸς πρῶτος ἠγάπησεν ἡμᾶς. Будем любить Его, потому что Он прежде возлюбил нас.

(также 1 Ин 3:18).

Здесь будет уместно сделать следующее замечание. Никогда в подобной позиции в Новом Завете не будет употреблено φιλεῖν. Да это и понятно. Любовь дружескую, внутренне интимную, на личной симпатии основанную, предписать, заповедать невозможно. Каждого следует любить так как своего ближнего, но не по отношению к каждому может зародится в сердце дружеская симпатия. Можно предписать (ἀγαπᾶν) врага, то есть заново оценить его как человека, как личность, обладающую своими достоинствами и недостатками, но несущую в себе образ Божий, и решением своей воли (пусть и мучительно тяжелым) направить свое сердце на его достоинства, осознать их как суть этого человека, а на недостатки закрыть глаза. Но нельзя требовать (φιλεῖν) врага, стать его задушевным другом, если даже не по отношению к каждому близкому человеку это возможно.

В подобном же смысле нужно понимать контексты, в которых идет речь о любви к женам. Семьи, где мужья (φιλοῦσιν) жен, где искренняя и непосредственная симпатия к супруге как к самобытийной единице, монаде господствует в их сердце, — счастливые семьи, но нельзя же потребовать этого от всех. Зато понять, что жены суть “сосуд немощный”, что они такие же ближние, как и все другие люди, и выработать к ним соответствующее отношение может и призывается каждый христианин.

II. Ἀγαπᾶν употребляется там, где речь идет об отношениях любви:
1) Отца к Сыну — Ин 3:35

Ὁ πατὴρ ἀγαπᾷ τὸν Υἱὸν Отец любит Сына

(также Ин 10:17; 15:9; 17:24–26)

и 2) Сына к Отцу — Ин 14:31

Ἀγαπῶ τὸν Πατέρα Я люблю Отца

(слова, вложенные в уста Иисуса).

Однажды о любви Отца к Сыну сказано φιλεῖν — Ин 5:20

Ὁ γὰρ Πατὴρ φιλεῖ τὸν Υἱὸν καὶ πάντα δείκνυσιν αὐτῷ ἃ αὐτὸς ποιεῖ… Ибо Отец любит Сына и показывает Ему все, что творит Сам…

На основании сказанного выше о различии сфер употребления ἀγαπᾶν и φιλεῖν, пожалуй, можно заключить, что св. евангелист Иоанн хотел здесь сделать акцент на личностной стороне любви14. Сказать же, почему именно здесь автор четвертого Евангелия посчитал нужным применить φιλεῖν, мы затрудняемся. Заметим лишь, что постановка φιλεῖν в данном контексте была непонятна даже переводчику Вульгаты — бл. Иерониму (ок 340–420 гг.), который по сути дела исправил, подровнял греческий текст. Дело в том, что в целом Вульгата последовательно передает ἀγαπᾶν через diligere (кроме только 2 Петр 2:15), а φιλεῖν — через amare, кроме Ин 15:19, 1 Тим 3:15 и настоящего стиха, где стоит diligere: Pater enim diligit filium et omnia demonstrat ei, quae ipse facit…

Не решимся следовать за Иеронимом и “исправлять” греческий текст Нового Завета. Если здесь стоит φιλεῖν, значит, на то у евангелиста Иоанна были свои основания, но задачу выяснения, каковы они, мы оставляем более чуткому исследователю.

III. Любовь людей к Богу, к Отцу и Сыну также в подавляющем большинстве контекстов выражается через ἀγαπᾶν, из них 8 раз у Иоанна, причем по большей части в условных периодах, например, Ин 14:15

᾿Εὰν ἀγαπᾶτέ με, τὰς ἐντολὰς τὰς ἐμὰς τηρήσετε. Если любите Меня, соблюдите Мои заповеди.

(см также Ин 8:42; 14:21,23,24). Один раз у Ин с отрицанием: Ин 14:24

Ὁ μὴ ἀγαπῶν με τοὺς λόγους μου οὐ τηρεῖ. Нелюбящий Меня не соблюдает слов Моих.

см. также Еф 6:24

῾Η χάρις μετὰ πάντων τῶν ἀγαπώντων τὸν Κύριον ἡμῶν Ἰησοῦν Χριστὸν ἐν ἀφθαρσίᾳ. Благодать со всеми, неизменно любящими Господа нашего Иисуса Христа.

Во всех вышеприведенных контекстах объектом любви был назван Χριστός, ниже — Θεός.
Рим 8:28

Οἴδαμεν δὲ ὅτι τοῖς ἀγαπῶσιν τὸν Θεὸν πάντα συνεργεῖ εἰς ἀγαθόν… Притом знаем, что любящим Бога… все содействует ко благу.

1 Кор 8:3

Εἰ δὲ τις ἀγαπᾷ τὸν Θεόν, οὗτος ἔγνωσται ὑπ᾿ αὐτοῦ. Но кто любит Бога, тому дано знание от Него.

(также 1 Кор 2:9; Еф 6:24; Иак 1:12; 2:5; 1 Петр 1:8; 1 Ин 4:10, 20, 21; 5:1,2).

Нельзя оставить в стороне еще один очень интересный контекст. Это троекратное вопрошание Петра о любви (Ин 21, 15–17), породившее множество толкований. Оно очень важно и для нашей работы, так как здесь мы имеем единственное во всем Новом Завете место, где в рамках единого смыслового отрезка встречаются друг с другом ἀγαπᾶν и φιλεῖν, причем весь смысл ситуации основывается на нетождественности значений этих глаголов. Приведем поэтому диалог Спасителя с ап. Петром полностью:

15. ῞Οτε οὖν ἠρίστησαν, λέγει τῷ Σίμωνι Πέτρῳ ὁ ᾿Ιησοῦς, Σίμων Ἰωάννου ἀγαπᾷς με πλεον τούτων; λέγει αὐτῷ, Nαὶ Κύριε, σὺ οἶδας ὅτι φιλῶ σε. λέγει αὐτῷ, Βόσκε τὰ ἀρνία μου. Когда же они обедали, Иисус говорит Симону Петру: Симон Ионин! любишь ли ты Меня больше, нежели они? Петр говорит Ему: так, Господи! Ты знаешь, что я люблю Тебя. Иисус говорит ему: паси агнцев Моих.
16. λέγει αὐτῷ πάλιν δεύτερον, Σίμων Ἰωάννου ἀγαπᾷς με; λέγει αὐτῷ, Ναὶ Κύριε, σὺ οἶδας, ὅτι φιλῶ σε. λέγει αὐτῷ, Ποίμαινε τὰ προβατά μου. Еще говорит ему в другой раз: Симон Ионин! любишь ли ты Меня? Петр говорит Ему: так, Господи! Ты знаешь, что я люблю тебя. Иисус говорит ему: паси овец Моих.
17. λέγει αὐτῷ τὸ τρίτον, Σίμων Ἰωάννου, φιλεῖς με; ἐλυπήθη ὁ Πέτρος ὅτι εἶπεν αὐτῷ τὸ τρίτον, Φιλεῖς με; καὶ εἶπεν αὐτῷ, Κύριε, πάντα σὺ οἶδας, σὺ γινώσκεις ὅτι φιλῶ σε. λέγει αὐτῷ ὁ Ἰησοῦς, Βόσκε τὰ προβατά μου. Говорит ему в третий раз: Симон Ионин! любишь ли ты Меня? Петр опечалился, что в третий раз спросил его: любишь ли Меня? и сказал Ему: Господи! Ты все знаешь; Ты знаешь, что я люблю Тебя. Иисус говорит ему: паси овец Моих.

Традиционное толкование, которое находим, в частности, у Кремера15, сводится к тому, что троекратный вопрос соответствует троекратному отречению Петра, что смущенный и пристыженный ученик не решается на вопрос Учителя ответить тем же словом, которым Тот его спрашивает, и вместо свободной любви своей воли ставит любовь склонности, и что третьим вопросом Петру преподается еще больший урок смирения.

Эта в целом очень стройная трактовка не учитывает, на наш взгляд, один важный момент. При подобном понимании текста φιλεῖν оказывается качественно низшей ступенью любви, как бы неким наследием прошлого, место которого в среде христиан должна занять любовь агапическая. Но вряд ли это так. Нравственная, свободно избирающая себе объект любовь, выдвигаемая новым учением как сама его суть, едва ли может находиться в противоречии с естественной дружеской склонностью. Ἀγάπη — равномерная, общеобязательная для христиан любовь ко всем и к каждому в их единстве, к ближним и любящим так же, как к врагам и ненавидящим, отнюдь не исключает, но даже и подразумевает φιλία — особенную, глубоко личную, для каждого человека индивидуальную и действительно от его воли не зависящую любовь к некоторым, даже к одному в их выделении из общего единства. Обе стороны любви, и агапическая, и филическая могут быть независимы, чаще помогают друг другу, но вряд ли когда-нибудь являются взаимопротиворечащими. Причем количественное преобладание ἀγαπᾶν — не контраргумент. Слово, раз выбранное для сферы космической, всеобщей, общинной, общественной христианской любви, употреблялось последовательно во всех случаях, где о такой любви говорилось, — а говорилось о ней уже в силу самого содержания Нового Завета много и подробно. Там же, где чувство носит характер личный, интимный, стоит φιλεῖν. Характерно, что заметное большинство случаев употребления последнего глагола (равно как и φιλός) мы находим в повествовательных частях Нового Завета — Евангелиях и Деяниях, — где уделяется большее внимание личным взаимоотношениям. Другое дело, что впоследствии άγαπᾶν начнет становиться, а в современном греческом и станет наиболее общим обозначением для всякой любви вообще. Несомненно и то, что столь значительное количественное преобладание ἀγαπᾶν именно в Новом Завете явилось важнейшим стимулом к будущему расширению сферы словоупотребления и семантики ἀγαπᾶν, но проследить, как и когда это происходило в последующие эпохи — задача дальнейшего исследования.

Возвращаясь теперь к беседе Иисуса с Петром, попытаемся понять ее с учетом высказанных положений (за основу берется изъяснение свящ. П. Флоренского16).

Ἀγαπᾶς με; — спрашивает Иисус Петра, спрашивает о любви общеобязательной для всех христиан, которую каждый из них должен оказывать всякому человеку, равно врагу и ближнему.

Ναὶ Κύριε, σὺ οἶδας, ὅτι φιλῶ σε, — отвечает Петр,— Да, Господи, Ты знаешь, что я друг тебе. Петр явно хочет сказать, что он более, чем любящий последователь учения, нет, он друг Учителя, он-то, Петр, из числа тех трех учеников, которых как наиболее доверенных и любимых избрал Иисус, наконец, он один из тех, кого Сам Иисус недавно назвал друзьями (Ин 15:14–15). Но Иисус снова спрашивает: Ἀγαπᾷς με; — Нет, о дружбе речь не идет, Петр оскорбил это чувство своим предательством и можно говорить лишь о другой любви, которую следует питать ко всем людям. Но Петр не желает слышать намека, не желает замечать фигуру умолчания. Он повторяет: Φιλῶ σε — Я друг Тебе. И тут Иисус задает ему вопрос уже об этой его дружеской любви: Φιλεῖς με; — и, вероятнее всего, тоном упрека и недоверия: Это ты Мне друг? И лишь теперь понял Петр, что его поведение было тягчайшим проступком против дружбы, что в свое время, не отрекаясь от Иисуса как от Мессии, он трижды отрекся от Него как от друга в саду первосвященника и что вот теперь лишь на третий раз соглашается заговорить Иисус о дружеской любви, но при этом выражает сомнение, есть ли она у Петра.

И восскорбел Петр, и уже, надо полагать, не самоуверенно ответил: Κύριε, σὺ πάντα οἶδας, σὺ γινώσκεις ὅτι φιλῶ σε (так и слышится сердечное волнение в прерывающейся этой фразе), — утверждая, несмотря на все падения, крепость и непосредственную сердечность своей дружбы.

Мы не случайно так подробно остановились на разборе этого места; оно как ни одно другое дает почувствовать нетождественность значений φιλεῖν и ἀγαπᾶν. С другой стороны, сама эта беседа для адекватного понимания нуждается хотя бы в некотором комментарии.

III. Ἀγαπᾶν употребляется там, где имеет место избрание или осознанный выбор (eligere — negligere), предпочтение, отдаваемое чему-либо или кому-либо. Здесь же и значение “ценить более всего”, вытекающее из предыдущего. При этом реже объектом являются лица, чаще — предметы или явления.
Мф 6:24

Οὐδεὶς δύναται δυσὶ κυρίοις δουλεύειν· ἢ γὰρ τὸν ἕνα μισήσει καὶ τὸν ἕτερον ἀγαπήσει Никто не может служить двум господам: ибо или одного будет ненавидеть, а другого любить…

Рим 9:13

…τὸν Ἰακὼβ ἠγάπησα, τὸν δὲ Ἠσαῦ ἐμίσησα. …Иакова Я возлюбил, а Исава возненавидел.

(также см Мф 5:46; Лк 6:32).

Приведенные два стиха интересны еще тем, что здесь антонимом к μισεῖν выступает ἀγαπᾶν в то время как в классическом греческом в подобных контекстах по большей части употреблялось φιλεῖν.

Ниже приведены примеры, где объектами являются имена абстрактные.

Ин 12:43

Ἠγάπησαν γὰρ τὴν δόξαν τῶν ἀνθρώπων μᾶλλον ἤπερ τὴν δόξαν τοῦ Θεοῦ. Ибо возлюбили больше славу человеческую, нежели славу Божию.

— где перевод: “Предпочли славу человеческую славе Божией”, — вполне отразит суть высказывания.

2 Тим 4:10

Δημᾶς γάρ με ἐγκατέλιπεν ἀγαπήσας τὸν νῦν αἰῶνα… Ибо Димас оставил меня, возлюбив нынешний век…

— “выбрав, предпочтя век нынешний”.

Откр 12:11

Καὶ αὐτοὶ… οὐκ ἠγάπησαν τὴν ψυχὴν αὐτῶν ἄχρι θανάτου. Они… не возлюбили души своей даже до смерти.

— сходное словоупотребление см. также в Ин 3:19; 2 Тим 4:8; Евр 1:9; 1 Петр 3:10.

Объект может быть и более материально-конкретен. Так, лжеучители заблудились, идя по следам Валаама, который μισθὸν ἀδικίας ἠγάπησεν — “выше всего поставил мзду неправедную” (см. также Лк 11:43; Откр 20:9).

IV. Повсеместно встретим ἀγαπᾶν там, где речь идет о любви Бога (Θεός, Πατήρ, Χριστός) к людям, к человечеству в целом или отдельным общинам попеременно с φιλε῀ν, где чувство направлено на отдельную личность или на неширокий круг ближайших учеников. Здесь глаголу ἀγαπᾶν, хотя и в разной степени, в большинстве контекстов присущ оттенок свободной, неорганической жалости, любви сострадательной, который совершенно не был свойственен этому слову в классическом греческом, то есть является специфически новозаветным (ср. у LXX διὰ ἕλεον ἠγαπησάσε — Втор 10:15; Ис 60:10).

Вот один из самых выразительных контекстов:

Ин 3:16

Οὕτω γὰρ ἠγάπησεν ὁ Θεὸς τὸν κόσμον, ὥστε τὸν Υἱὸν τὸν μονογενῆ ἔδωκεν, ἵνα πᾶς ὁ πιστεύων εἰς αὐτὸν μὴ ἀπόληται, ἀλλ᾽ ἔχῃ ζωὴν αἰώνιον. Ибо так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего Единородного, дабы всякий верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную.

— Ибо так возлюбил Бог мир [то есть так сильно сжалился над миром], что отдал Сына Своего Единородного.

О любви Отца (Πατήρ) говорится в Ин 14:21 (также Ин 14:23; 17:23)

Ὁ δὲ ἀγαπῶν με ἀγαπηθήσεται ὑπὸ τοῦ πατρός μου κἀγὼ ἀγαπήσω αὐτόν… …а кто любит Меня, тот возлюблен будет Отцем Моим; и Я возлюблю его…

Не менее отчетливо жертвенный, сострадательный характер любви проявляется и в тех контекстах, где субъектом ее является Χριστός.
Ин 13:1

Πρὸ δὲ τῆς ἑορτῆς τοῦ Πάσχα εἰδὼς ὁ Ἰησοῦς ὅτι ἦλθεν αὐτοῦ ἡ ὥρα ἵνα μεταβῇ ἐκ τοῦ κόσμου τούτου πρὸς τὸν Πατέρα, ἀγαπήσας τοὺς ἰδίους τοὺς ἐν τῷ κόσμῳ, εἰς τέλος ἠγάπησεν αὐτούς. Пред праздником Пасхи Иисус, зная, что пришел час Его перейти от мира сего к Отцу, явил делом, что, возлюбив Своих сущих в мире, до конца возлюбил их.

(см также Ин 13:34; 14:21; 15:12; Рим 8:37; 9:25; Гал 2:20; Еф 5:2; Фес 2:16; 2 Кор 9:7; Апок 1:5).

В подтверждение того же положения о любви-жалости еще одна цитата.

Еф 2:4

Ὁ δὲ Θεὸς πλούσιος ὢν ἐν ἐλέει, διὰ τὴν πολλὴν ἀγάπην αὐτοῦ ἣν ἠγάπησεν ἡμᾶς Бог, богатый милостью, по Своей великой любви, которою возлюбил нас…

Соответственно через пассивное причастие описываются те, в которых эта любовь принимала участие таким образом, что стала непреходящей реальностью их жизни.

2 Фес 2:13

Ἡμεῖς ὀφείλομεν εὐχαριστεῖν τῷ Θεῷ πάντοτε περὶ ὑμῶν, ἀδελφοὶ ἠγαπημένοι ὑπὸ Κυρίου… Мы же всегда должны благодарить Бога за вас, возлюбленные Господом братия…

(также 1 Фес 1:4; Иак 3:12).

Теперь приведем контексты, где речь идет о взаимоотношениях на уровне отдельных личностей. О любимом ученике (ученик его же любляше Иисус) в четырех случаях сказано ὁ μαθητὴς ὃν ἠγάπα ὁ Ἰησοῦς (Ин 13:23; 19:26; 21:7,20), а однажды, в Ин 20:2, с необыкновенной чуткостью поставлено φιλεῖν (в утро Воскресения Мария Магдалина, увидев Христа, бежит к апостолам):

Τρέχει οὖν καὶ ἔρχεται πρὸς Σίμωνα Πέτρον καὶ πρὸς τὸν ἄλλον μαθητὴν ὃν ἐφίλει ὁ Ἰησοῦς… Итак, бежит и приходит к Симону Петру и к другому ученику, которого любил Иисус…

О любви Иисуса к Лазарю и его сестрам также говорится попеременно ἀγαπᾶν и φιλεῖν:
Ин 11:3

Ἀπέστειλαν οὖν αἱ ἀδελφαὶ πρὸς αὐτὸν λέγουσαι, Κύριε, ἴδε ὃν φιλεῖς ἀσθενεῖ. Сестры послали сказать Ему: Господи! вот, кого Ты любишь, болен.

Иисус отвечает, что болезнь Лазаря не к смерти (11:4), а затем мы читаем следующее: Ин 11:5

Ἠγάπα δὲ ὁ Ἰησοῦς τὴν Μάρθαν καὶ τὴν ἀδελφὴν αὐτῆς καὶ τὸν Λάζαρον. Иисус же любил Марфу и сестру ее и Лазаря.

Ин 11:36 (Речь идет о реакции иудеев, увидевших, что Иисус прослезился, восскорбев о Лазаре)

Ἔλεγον οὖν οἱ Ἰουδαῖοι, Ἴδε πῶς ἐφίλει αὐτόν. Тогда Иудеи говорили: смотри, как Он любил его.

Приведенные выше стихи подтверждают, что там, где упоминается эмоциональная связь на личностном уровне, употребляются попеременно άγαπᾶν и φιλεῖν. Проникнуть в тончайшие нюансы значений сейчас трудно, но все же, пожалуй, можно сделать вывод, что если священнописатель хочет сделать акцент на непосредственно эмоциональном характере связи, ставится φιλεῖν, а если на восприятии друг друга в свете идеи либо в свете общественных отношений — ἀγαπᾶν. При такой расстановке акцентов становится ясным, что нельзя было чувство Иисуса к юноше, который понравился Ему своими достойными ответами, но которого Иисус видел впервые, выразить через φιλεῖν.
Мк 10:21

Ὁ δὲ Ἰησοῦς ἐμβλέψας αὐτῷ ἠγάπησεν αὐτὸν… Иисус, взглянув на него, полюбил его…

— “проникся к нему симпатией”, как предполагают перевести Бальц и Шнейдер.

Интересно сравнить также два параллельных стиха Евр 12:6 и Откр 3:19. В первом случае форма выражения более лаконична, изложение ведется от третьего лица и стоит ἀγαπᾶν:

Ὃν γὰρ ἀγαπᾷ Κύριος παιδεύει… Ибо Господь, кого любит, того наказывает…

Во втором — повествование от первого лица, добавлен сильный глагол ἐλέγχω “обличать” и, как следствие, здесь оказалось уместнее более эмоционально напряженное φιλεῖν:

Ἐγὼ ὅσους ἐὰν φιλῶ ἐλέγχω καὶ παιδεύω. Кого Я люблю, тех обличаю и наказываю.

V. Наконец, ἀγαπᾶν служит для обозначения любви христиан между собой. Количественно это довольно большой раздел текстов, но с точки зрения семантики особых оттенков он в себе не содержит и внутри самого себя делению не поддается. Объекты по большей части указаны:

а) ἀλλήλους. Например, Ин 15:17

Ταῦτα ἐντέλλομαι ὑμῖν, ἵνα ἀγαπᾶτε ἀλλήλους. Сие заповедую вам, да любите друг друга.

(также см Ин 13:14; 15:12; 1 Ин 3:11,23; 4:7,11–12; 2 Ин 5; Рим 13:8; 1 Фес 4:9; 2 Фес 2:13; 1 Петр 1:22).

б) ἀδελφόι. 1 Ин 2:10

ἀγαπῶν τὸν ἀδελφὸν αὐτοῦ ἐν τῷ φωτὶ μένει καὶ σκάνδαλον ἐν αὐτῷ οὐκ ἔστιν. Кто любит брата своего, тот пребывает во свете, и нет в нем соблазна.

(1 Ин 3:10,14; 4:20,21).

в) τὰ τέκνα τοῦ Θεοῦ 1 Ин 5:2

Ἐν τούτῳ γινώσκομεν ὅτι ἀγαπῶμεν τὰ τέκνα τοῦ Θεοῦ, ὅταν τὸν Θεὸν ἀγαπῶμεν καὶ τὰς ἐντολὰς αὐτοῦ ποιῶμεν. Что мы любим детeй Божиих, узнаем из того, когда любим Бога и соблюдаем заповеди Его.

г) отдельные лица 3 Ин 1:1

Ὁ πρεσβύτερος Γαΐῳ τῷ ἀγαπητῷ, ὃν ἐγὼ ἀγαπῶ ἐν ἀληθείᾳ. Старец — возлюбленному Гаию, которого я люблю по истине.

(также 2 Ин 1; 2 Кор 11:11; 12:15).

Ἀγαπᾶν ставится также без объекта по большей части для обозначения братской и общественной любви, например, 1 Ин 3:18..

Τεκνία, μὴ ἀγαπῶμεν λόγῳ μηδὲ τῇ γλώσσῃ, ἀλλὰ ἐν ἔργῳ καὶ ἀληθείᾳ. Дети мои! станем любить не словом или языком, но делом и истиною.

(также 1 Ин 3:14; 4:7–9); но однажды субъектом чувства была названа прощенная Христом грешница (Лк 7:47):

…ἀφέωνται αἱ ἁμαρτίαι αὐτῆς αἱ πολλαί, ὅτι ἠγάπησεν πολύ· ᾧ δὲ ὀλίγον ἀφίεται, ὀλίγον ἀγαπᾷ. …прощаются грехи ее многие за то, что она возлюбила много, а кому мало прощается, тот мало любит.

Переходя к рассмотрению семантики и словоупотребления φιλεῖν, необходимо отметить, что этот глагол в отличие от ἀγαπᾶν никакого специфического оттенка по сравнению с употреблением его в языке классическом не принял. Сфера словоупотребления несколько сократилась, в частности за счет области любви общественной. Также если гомеровский и классический грек и говорил о любви в отношении божества к человеку, то применял обычно φιλεῖν, теперь же — ἀγαπᾶν. Прочие же лексико-сематические варианты φιλεῖν сохраняются, хотя в аналогичных позициях и в достаточно близком значении можно встретить и ἀγαπᾶν, кроме двух, только φιλεῖν присущих вариантов значения, которые, правда, относятся к периферийным областям чувства: I. osculare “целовать” и II. solere “охотно что-либо делать, иметь обыкновение”.

I. Первый лексико-семантический вариант φιλεῖν встречается трижды.
Лк 22:47

…Ἰούδας, εἷς τῶν δώδεκα προήρχετο αὐτοὺς καὶ ἤγγισε τῷ Ἰησοῦ φιλῆσαι αὐτόν. …а впереди его <народа> шел один из двенадцати, называемый Иуда, и он подошел к Иисусу, чтобы поцеловать Его.

Также (Мф 26:48; Мк 14:44).

В совершенно аналогичном значении мы встречаем также καταφιλεῖν (в Вульгате: deosculor, в славянском переводе: φιλεῖν “лобызать”, καταφιλεῖν “облобызать”). Так в Мф 26:48–49 (парал. Мк 14:44–45) об одном и том же действии Иуды сначала говорится φιλεῖν, а потом καταφιλεῖν. Он перед совершением акта предательства говорит пришедшим с ним людям:
Мк 14:44

…Ὃν ἂν φιλήσω αὐτός ἐστιν… …Кого я поцелую, Тот и есть…

И за тем (Мк 14:45)

…προσελθὼν αὐτῷ λέγει, Ῥαββί, καὶ κατεφίλησεν αὐτόν… …подошел к Нему и говорит: Равви! Равви! и поцеловал Его.

(Последний глагол стоит также в Лк 7:38,45; 15:20; Деян 20,47).

Заметим, что все приведенные выше контексты, относятся к текстам синоптиков. В Павловых Посланиях повсеместно будет употреблено ἀσπάζεσθαί.

II. Φιλεῖν с инфинитивом означает solere, по меткому замечанию Квинтилиана (9,3) quae amanter facimus, saepe facimus “что делаем с любовью, то делаем часто”. Здесь можно привести лишь один случай употребления: Мф 6:5

Καὶ ὅταν προσεύχησθε, οὐκ ἔσεσθε ὡς οἱ ὑποκριταί, ὅτι φιλοῦσιν ἐν ταῖς συναγωγαῖς καὶ ἐν ταῖς γωνίαις τῶν πλατειῶν ἑστῶτες προσεύχεσθαι… И, когда молишься, не будь, как лицемеры, которые любят в синагогах и на углах улиц, останавливаясь, молиться…

III. В соединении с неодушевленными объектами φιλεῖν, как и в языке классическом, означает расположенность к предметам или состояниям, которые доставляют нам удовольствие. При этом отсутствует моралистический оттенок, стало быть, могут включаться и осуждаемые склонности.

В двух параллельных стихах идет речь о фарисеях и книжниках, которые осуждаются за их тщеславие и любовь к первенствованию.
Мф 23:6

φιλοῦσι δὲ τὴν πρωτοκλισίαν ἐν τοῖς δείπνοις… также любят предвозлежания на пиршествах…

(аналогично Лк 20:46). В Откр 22:15 говорится об оказавшихся вне Нового Иерусалима

Ἔξω οἱ <…> πᾶς φιλῶν καὶ ποιῶν ψεῦδος. А вне — <…> всякий любящий и делающий неправду.

Равно и в Ин 12:25 описывается предосудительное стремление сохранить свою жизнь, ведущее, напротив, как раз к гибели духовной.

φιλῶν τὴν ψυχὴν αὐτοῦ17 ἀπολέσει αὐτήν… Любящий душу свою погубит ее…

IV. Φιλεῖν употребляется также там, где речь идет о духовной связи, идущей от человека к человеку, от самобытной личности к самобытной личности, и при этом делается акцент на непосредственно-эмоциональном характере этой связи.
На ряде контекстов: от любви Иисуса к Лазарю (Ин 11:3,36), к ученику (Ин 20:2), Петра к Иисусу (Ин 21:15–17), Отца к Сыну (Ин 5:20) — мы уже останавливались и теперь обратимся к другим стихам, из которых — Мф 10:37

φιλῶν πατέρα ἢ μητέρα ὑπὲρ ἐμὲ οὐκ ἔστι μου ἄξιος, καὶ ὁ φιλῶν υἱὸν ἢ θυγατέρα ὑπὲρ ἐμὲ οὐκ ἔστιν μου ἄξιος…

Кто любит отца или мать более, нежели Меня, не достоин Меня; и кто любит сына или дочь более, нежели Меня, не достоин Меня…

— не нуждается в особом комментарии. Для сферы естественной, натуральной (то есть природной) любви родителей к детям и детей к родителям, причем оцениваемой здесь отрицательно, как препятствие к духовному росту, постановка φιλεῖν вполне понятна. Применительно к Ин 16:27 —

αὐτὸς γὰρ ὁ πατὴρ φιλεῖ ὑμᾶς, ὅτι ὑμεῖς ἐμὲ πεφιλήκατε καὶ πεπιστεύκατε ὅτι ἐγὼ παρὰ τοῦ Θεοῦ ἐξῆλθον ибо Сам Отец любит вас, потому что вы возлюбили Меня и уверовали, что Я исшел от Бога

— вполне справедливо замечание Титтмана, что речь здесь идет об особенных отношениях Отца к ближайшим последователям Иисуса, а не ко всем людям вообще в их совокупности.
Стихи Ин 15:19

εἰ ἐκ τοῦ κόσμου ἦτε, ὁ κόσμος ἂν τὸ ἴδιον ἐφίλει если бы вы были от мира, то мир любил бы свое

и 1 Кор 16:22

Εἴ τις οὐ φιλεῖ τὸν Κύριον, ἤτω ἀνάθεμα Кто не любит Господа Иисуса Христа, анафема

менее очевидны, но, вероятно, и здесь постановка φιλεῖν была вызвана отсутствием в данных контекстах рефлективной нравственной мотивировки.
Тит 3:15

…Ἄσπασαι τοὺς φιλοῦντας ἡμᾶς ἐν πίστει …Приветствуй любящих нас в вере

подравнивался под общее правило уже бл. Иеронимом, передавшим здесь φιλοῦντας через qui diligunt. Действительно, во всех многочисленных аналогичных позициях ставится всегда ἀγαπᾶν.

Подведем некоторые предварительные итоги:

1. В Новом Завете из четырех глаголов любви мы находим ἀγαπᾶν и φιλεῖν.

2. Первый из них впервые в истории греческого языка получил более чем значительное количественное преобладание именно в новозаветном корпусе, который и является первым письменно зафиксированным этапом на пути утверждения ἀγαπᾶν как наиболее общего глагола любви.

3. При этом у ἀγαπᾶν значительно расширилась сфера словоупотребления; это слово стало последовательно и повсеместно применяться там, где речь идет о такой любви, которая понималась священнописателями как сопричастная сфере вероучения, то есть о любви Бога к людям и людей к Богу, а также о любви общественной, то есть о таком чувстве, когда осуществляется восприятие друг друга в свете идеи общества в целом, то есть “все общество, проектируемое на личность, является объектом любви”18.

4. Произошло также значительное изменение и семантического поля ἀγαπᾶν. Сохранив значение чувства, свободным решением воли избирающего себе объект (как в языке классическом), ἀγαπᾶν, бывшее ранее выражением слабейшей из эмоций, приобрело в Новом Завете характер любви-жалости, любви сострадательной, часто даже жертвенной, “причем внутренняя энергия слова стала обратно-пропорциональной той энергии, которая связывалась со словом в языке классическом”19.

5. Φιλεῖν никакого нового оттенка по сравнению с языком классическим не приобрело, сохранив значение естественного чувства, опирающегося на личную склонность и личное общение, а также специфические значения osculare и solere.

6. В сфере личного чувства ἀγαπᾶν и φιλεῖν практически взаимозаменимы с тонкостью оттенков, не всегда понятной современному читателю.

Теперь перейдем к рассмотрению имен, прежде всего ἀγάπη. У LXX (2 Цар 13:15; Песн 2:4,5,7; 3:5,10; 5:8; 7:6; 8:4,6; Иер 2:2; Еккл 9:1,6; Прем 3:9; 6:17,19; Сир 4:8,11) = ahabah. В Новом Завете полностью отсутствует в Деян, Мк, Иак, всего по разу в Мф, Лк, дважды в Евр и Откр, но весьма часто употребляется в Посланиях Павла, Иоанна, Петра, Иакова. Слово это в XIX в. самыми авторитетными филологами определялось как “vox solum biblica et ecclesiastica”, “vox profanis ignota”, “vox mere biblica”20, однако открытия в области папирологии, сделанные на грани XIX и XX вв., заставили усомниться в правильности такого заявления. Об этих открытиях речь идет в ряде трудов А. Дайссмана21. Он приводит следующие данные: слово ἀγάπη содержится 1) в письме некоего Дионисия к Птолемею, отысканном в архиве Серапеума (Pap. Par 493) и относящемся ко времени 164–143 гг. до Р. Х.; 2) во фрагментарной Писидийской надписи императорского периода, но языческого происхождения; 3) в только что открытом тогда в Геркулануме тексте Филодема (I в. до Р. Х.) — подтверждает словарь Liddell & Scott’а; — и приходит к выводу22, что ἀγάπη первоначально принадлежало нелитературному народному языку и употреблялось здесь в чувственном смысле, в каком оно потом применяется и у LXX, например, в Песне Песней. В пользу этого, по мнению А. Дайссмана, говорит еще и тот факт, что число действительных новообразований в языке Нового Завета незначительно, всего около 50 чисто “христианских” или “библейских” слов среди почти 50 000 слов Нового Завета23. Христианство обогатило словарь греческого языка позднее, в церковную эпоху с ее гигантским объемом и тончайшим дифференцированием догматических, литургических и канонических понятий. Точку зрения Дайссмана поддержали такие авторитетные ученые как А. Тумб, Дж. Миллиган, Н. Н. Глубоковский, С. И. Соболевский24. Однако исследования библеистов XX столетия о технике перевода LXX, а также об арамейской праформе евангельских текстов, равно как отсутствие, насколько нам известно, новых находок с употреблением ἀγαπᾶν, вынуждают авторов новейшего экзегетического словаря — Бальца и Шнайдера признать, что “до сих пор остается спорным, было ли ἀγάπη перед появлением в переводе LXX литературно подтверждено”25.

Проблема действительно не простая. С одной стороны, для не слишком образованного грека или для эллинизированного обитателя восточносредиземноморской ойкумены, у которого на слуху были такие соответствия как τιμή → τιμάω; ὁπμή → ὁπμάω; σιγή → σιγάω, вполне естественно было образовать по аналогии пару ἀγαπάω → ἀγάπη. Но, с другой стороны, и переводчиков на греческий Ветхого Завета (с их стремлением передать еврейский оригинал по возможности с буквальной точностью) сама форма слова ahabah могла подтолкнуть к образованию соответствующего греческого неологизма ἀγάπη, коль скоро этому уже предшествовала уже пара ahab — ἀγαπάω. Таким образом проблему никак нельзя считать решенной.

Но каково бы ни было происхождение ἀγάπη, следует доказать, что это слово есть характерный признак именно языка Нового Завета (сравним менее десяти случаев употребления в небиблейском языке, полтора десятка в Ветхом Завете и 112 в Новом Завете), где ему было придано новое, возвышенно-духовное, вполне специфическое значение. О том, что дело обстоит именно так, свидетельствует употребление ἀγάπη в языке раввинистической литературы (куда оно попало в числе прочих заимствований из греческого) без всякого подобного оттенка, а также уже упомянутая выше писидийская надпись, как на это указывает все тот же А. Дайссман26, подчеркивая, что уже в эту эпоху влияние христианства на греческий язык выразилось если не в словообразовании, то в его действии по преобразованию понятий.

Теперь, прежде чем перейти к рассмотрению конкретных текстов, приведем два определения агапической любви. Первое принадлежит Кремеру, второе Фоккову27. 1. “Ἀγάπη означает любовь, которая избирает себе объект (dilectio) с такой решительностью воли, что делается самоотрицающимся и сострадательным отданием себя для и ради этого объекта.” 2. “Ἀγάπη — задушевная привязанность, глубокое уважение, любовь, основанная на понимании высоких совершенств ума и характера.”

Наиболее характерные черты ἀγάπη, не в лингвиcтическом, конечно, плане, приведены в “Гимне любви” ап. Павла (1 Кор 13:1–13). Вульгата при передаче этого слова последовательно избегает amor в пользу caritas и dilectio.

Обращаясь к семантике, сразу укажем, что в основном ἀγάπη следует здесь за глаголом, отличаясь лишь в одном терминологическом значении.

1. Итак, ἀγάπη служит для выражения отношений любви между Отцом и Сыном.
Ин 15:10

 …ἐγὼ τὰς ἐντολὰς τοῦ πατρός μου τετήρηκα καὶ μένω αὐτοῦ ἐν τῇ ἀγάπῃ …и Я соблюл заповеди Отца Моего и пребываю в Его любви

Ин 17:26; Кол 1:13

…τοῦ υἱοῦ τῆς ἀγάπης αὐτοῦ… …возлюбленного Сына Своего…

2. Это слово ставится также для обозначения сострадательной любви к людям Бога-Отца и Христа.
Рим 5:8

Συνίστησι δὲ τὴν ἑαυτοῦ ἀγάπην εἰς ἡμᾶς ὁ Θεὸς, ὅτι ἔτι ἁμαρτωλῶν ὄντων ἡμῶν Χριστὸς ὑπὲρ ἡμῶν ἀπέθανε. Но Бог Свою любовь нам доказывает тем, что Христос умер за нас, когда мы были еще грешниками.

(Также Рим 8:39; 2 Кор 13:13; Лк 11:42; 1 Ин 3:1, 4:10; Ин 15:9).

Здесь уместно указать, что выражение ἀγάπη τοῦ Θεοῦ (Χριστοῦ) может означать и любовь Бога к человеку (грамматически Genetivus subjectivus), например,
Рим 5:5

…ἡ ἀγάπη τοῦ Θεοῦ ἐκκέχυται ἐν ταῖς καρδίαις ἡμῶν… …любовь Божия излилась в сердца наши…

Еф 3:19

γνῶναί τε τὴν ὑπερβάλλουσαν τῆς γνώσεως ἀγάπην τοῦ Χριστοῦ, ἵνα πληρωθῆτε εἰς πᾶν τὸ πλήρωμα τοῦ Θεοῦ и уразуметь превосходящую разумение любовь Христову, дабы вам исполниться всею полнотою Божиею

(также 1 Ин 3:17; Еф 2:4; Иуд 1:21; Рим 8:35; 2 Кор 5:14; Ин 15:10), в каковом значении и употребляется чаще всего, но также и любовь людей к Богу (то есть Genetivus objectivus, о чем речь пойдет ниже); последнее встречается реже, так как в соответствии с общими тенденциями κοινἠ предпочтение перед Genetivus objectivus будет отдаваться предложным конструкциям28.

3. Но все же несколько раз в Посланиях Иоанна отношения людей к Богу-Отцу и Христу выражаются через Genetivus оbjectivus.
1 Ин 2:5

ὃς δ’ ἂν τηρῇ αὐτοῦ τὸν λόγον, ἀληθῶς ἐν τούτῳ ἡ ἀγάπη τοῦ Θεοῦ τετελείωται… а кто соблюдает слово Его, в том истинно любовь Божия совершилась…

1 Ин 2:15

…Ἐάν τις ἀγαπᾷ τὸν κόσμον, οὐκ ἔστιν ἡ ἀγάπη τοῦ πατρὸς ἐν αὐτῷ …кто любит мир, в том нет любви Отчей

1 Ин 5:3

Αὕτη γάρ ἐστιν ἡ ἀγάπη τοῦ θεοῦ, ἵνα τὰς ἐντολὰς αὐτοῦ τηρῶμεν… Ибо это есть любовь к Богу, чтобы мы соблюдали заповеди Его…

Также Ин 5:42, 1 Ин 3:17; 4:12 и лишь одно место в Павловых Посланиях (2 Фес 3:5, предложная конструкция с πρός в Флм 1:5). Для сравнения можно привести употребление Genetivus objectivus при существительном φόβος, например, в Деян 9:31

…πορευομένη τῷ φόβῳ τοῦ κυρίου… …ходя в страхе Господнем…

(то есть пред Господом) или ставшее нарицательным выражение διὰ τὸν φόβον τῶν Ἰουδαίων (Ин 7:11) — страха ради иудейского, то есть перед иудеями.

4. Далее, как указывает Н. Н. Фокков, “ἀγάπη может означать любовь как необходимейший атрибут, как существеннейшее свойство Бога”29.
1 Ин 4:8,16

Ὁ Θεὸς ἀγάπη ἐστίν, καὶ ὁ μένων ἐν τῇ ἀγάπῃ ἐν τῷ Θεῷ μένει καὶ ὁ Θεὸς ἐν αὐτῷ. Бог есть любовь, и пребывающий в любви пребывает в Боге, и Бог в нем.

2 Кор 13:11

…ὁ Θεὸς τῆς ἀγάπης καὶ εἰρήνης ἔσται μεθ’ ὑμῶν. …Бог любви и мира будет с вами.

Гал 5:22

Ὁ δὲ καρπὸς τοῦ πνεύματός ἐστιν ἀγάπη …любовь Божия излилась в сердца наши Духом Святым, данным нам…

К названным выше примыкает еще ряд контекстов, где ἀγάπη определяется как феномен, источником которого является Бог.
1 Ин 4:7

…ἡ ἀγάπη ἐκ τοῦ θεοῦ ἐστίν… …любовь от Бога…

(Также 1 Ин 3:1,16; 4:10,17; 2 Ин 1:3).

5. Но чаще всего ἀγάπη употребляется для обозначения отношений людей (собственно — христиан) друг к другу и определяется как наивысшая из христианских добродетелей. Объекты могут быть указаны (обычно πάντας или ἀλλήλους). Чаще всего тогда имеем управление ἀγάπη εἴς τινα, см., например, Кол 1:4

ἀκούσαντες τὴν πίστιν ὑμῶν ἐν Χριστῷ Ἰησοῦ καὶ τὴν ἀγάπην ἣν ἔχετε εἰς πάντας τοὺς ἁγίους… услышав о вере вашей во Христа Иисуса и о любви ко всем святым…

(также Еф 1:16; 2 Кор 2:4,8; Флм 1:5; 1 Петр 4:8).
1 Фес 3:12

ὑμᾶς δὲ ὁ κύριος πλεονάσαι καὶ περισσεύσαι τῇ ἀγάπῃ εἰς ἀλλήλους καὶ εἰς πάντας… А вас Господь да исполнит и преисполнит любовью друг к другу и ко всем…

(Также 2 Фес 1:3.).

Дважды употреблен предлог ἐν:
Ин 13:35

Ἐν τούτῳ γνώσονται πάντες ὅτι ἐμοὶ μαθηταί ἐστε, ἐὰν ἀγάπην ἔχητε ἐν ἀλλήλοις. По тому узнают все, что вы Мои ученики, если будете иметь любовь между собою.

2 Кор 8:7

…τῇ ἐξ ὑμῶν ἐν ἡμῖν ἀγάπῃ …любовью вашею к нам…

Однажды встречаем конструкцию с μετά:
1 Кор 16:24

ἀγάπη μου μετὰ πάντων ὑμῶν ἐν Χριστῷ Ἰησοῦ. любовь моя со всеми вами во Христе Иисусе.

Однако значительно чаще ἀγάπη в данном варианте употребляется абсолютно. Привести все контексты не представляется возможным, поэтому мы процитируем лишь несколько особенно выразительных и характерных, а в отношении остальных ограничимся ссылками на соответствующие стихи. В Ин 15:13 определяется высшая ступень любви как жертвование собою ради других

Μείζονα ταύτης ἀγάπην οὐδεὶς ἔχει, ἵνα τις τὴν ψυχὴν αὐτοῦ θῇ ὑπὲρ τῶν φίλων αὐτοῦ. Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих.

В 1 Кор 13:13 — в заключении “Гимна любви”30 — ἀγάπη упоминается как главнейшая, по сравнению с двумя другими, составляющая триады веры, надежды и любви

Νυνὶ δὲ μένει πίστις, ἐλπίς, ἀγάπη, τὰ τρία ταῦτα· μείζων δὲ τούτων ἡ ἀγάπη. А теперь пребывают сии три: вера, надежда, любовь; но любовь из них больше.

И еще одна цитата, где характеризуется совершенная любовь:
1 Ин 4:18

Φόβος οὐκ ἔστιν ἐν τῇ ἀγάπῃ ἀλλ’ ἡ τελεία ἀγάπη ἔξω βάλλει τὸν φόβον… В любви нет страха, но совершенная любовь изгоняет страх…

Также см.:

Мф 24:12; Ин 15:13;

Рим 12:9; 13:10; 14:15;

1 Кор 4:21; 8:1; 13:1–4,8,13; 14:1; 16:14;

2 Кор 6:6; 8:8,24;

Гал 5:6,13;

Еф 1:4; 3:18; 4:2,15–16; 5:2; 6:23;

Флп 1:9,17; 2:1,2;

Кол 1:8; 2:2; 3:14;

1 Фес 1:3; 3:6; 5:8,13; 2 Фес 2:10;

1 Тим 1:5,14; 2:15; 4:12; 6:11;

2 Тим 1:7,13; 2:22; 3:10;

Тит 2:2; Флм 1:7,9;

Евр 6:10; 10:24;

1 Петр 4:8; 5:14; 2 Петр 1:7;

Иуд 1:2; 2 Ин 1:6; 3 Ин 1:6;

Откр 2:4,19.

6. Наконец в двух случаях ἀγάπη означает вечерю любви (русский термин для таких собраний — агапы).
Иуд 1:12

Οὗτοί εἰσιν οἱ ἐν ταῖς ἀγάπαις ὑμῶν σπιλάδες… Таковые бывают соблазном на ваших вечерях любви…

(Также 2 Петр 2:13).
В этом же значении существительное употреблялось и позднее. Например, Ign. Sm. 8, 2; Acta Pauli et Theclae 25; Passio Perpetuae 17. Об агапах упоминает и Юлиан Отступник 305B:

τῆς λεγομέυης παρ᾽αὐτοῖς ἀγάπης καὶ ὑποδοχῆς καὶ δεκαιονίας τραπεζῶν. участвующий в так называемой у них агапе и пиршестве и застолье.

Таким образом,

1) Существительное ἀγάπη, родилось ли оно в разговорном нелитературном языке или в среде авторов перевода Септуагинты, впервые было введено как основное обозначение понятия любви именно в Новом Завете.

2) Священнописатели, отдав предпочтение ἀγάπη перед употреблявшимися в классическом греческом φιλία, στοργή, ἔρως, стали последовательно употреблять это слово для обозначения любви вообще и любви в религиозном и религиозно-нравственном смысле прежде всего.

3) Именно Св. Писание Нового Завета является тем письменным памятником греческого языка (и притом языка народно-разговорного), который послужил базисом для последующего утверждения ἀγάπη в качестве наиболее общего речения для понятия любви, что мы наблюдаем в современном греческом языке.

Теперь обратимся к отглагольному прилагательному ἀγαπητός. По сравнению с языком классическим здесь можно отметить некоторые особенности. Ἀγαπητός там употреблялось в двух основных вариантах: 1) Part. Perf. Pass. ἠγαπημένος, “dilectus, carus, amatus, то есть “возлюбленный, любимый”; 2) “amabilis”, то есть “достойный любви, любезный, дорогой, милый”, причем в последнем варианте ἀγαπητός нередко служило определением к предметам неодушевленным, так что мы встречаем выражение типа τὰ καλά τε κ᾽ἀγαπητά (Xenoph. Memor. 3, 10, 5) и даже единственный оставшийся у человека глаз мог быть назван ἀγαπητός ὀφθαλμός (Arist. Rhet. 1, 7). В текстах же Нового Завета ἀγαπητός ни разу не употребляется в значении amabilis, но только dilectus, и ни разу не прилагается к предметам неодушевленным, но только к личностям. С другой стороны, мы встречаем ἀγαπητός в функции, не свойственной этому слову в языке классическом, в функции обращения (в Посланиях), причем опять же, впервые в истории греческого языка.

Шантрен считает ἀγαπητός формой вежливости31. Позволим себе с ним не согласиться. Слово, впервые получившее широкое распространение как обращение в Новом Завете, не могло тут же и десемантизироваться. Ἀγαπητέ, ἀγαπητοί — это не привычные клише вежливого человека, но выражение искреннего чувства, истинной теплоты сердечной по отношению к адресату. Приведем в доказательство хотя бы один стих:
1 Ин 4:7

Ἀγαπητοί, ἀγαπῶμεν ἀλλήλους, ὅτι ἡ ἀγάπη ἐκ τοῦ Θεοῦ ἐστιν, καὶ πᾶς ὁ ἀγαπῶν ἐκ τοῦ Θεοῦ γεγέννηται καὶ γινώσκει τὸν Θεόν. Возлюбленные! будем любить друг друга, потому что любовь от Бога, и всякий любящий рожден от Бога и знает Бога.

В ряде контекстов ἀγαπητός весьма близко приближается по значению к ἐκλεκτός, а то и вовсе употребляется практически синонимично. Наименование Христа в Лк 9:35 ὁ υἱός μου ὁ ἀγαπητός имеет себе параллелью Мф 12:18 ὁ υἱός μου ὁ ἐκλελεγμένος ὁ ἀγαπητός, и оба стиха восходят к Исх 42:1, где в переводе LXX это место передано через ὁ ἐκλεκτός μου. Здесь же уместно привести 1-е стихи 2-го и 3-го Посланий Иоанна, в которых текст, явно совпадающий по смыслу и форме выражения, различается определениями адресата: ἐκλεκτός — ἀγαπητός.
2 Ин 1:1

Ὁ πρεσβύτερος ἐκλεκτῇ κυρίᾳ καὶ τοῖς τέκνοις αὐτῆς, οὓς ἐγὼ ἀγαπῶ ἐν ἀληθείᾳ… Старец — избранной госпоже и детям ее, которых я люблю по истине…

3 Ин 1:1

Ὁ πρεσβύτερος Γαΐῳ τῷ ἀγαπητῷ, ὃν ἐγὼ ἀγαπῶ ἐν ἀληθείᾳ Старец — возлюбленному Гаию, которого я люблю по истине.

(ср. также 2 Ин 1:13 — ἀδελφῆς ἐκλεκτῆς “сестры избранной”). Список соответствий можно было бы продолжить еще и еще. Речь не идет, конечно, о совпадении значений ἐκλεκτός и ἀγαπητός, но их семантическая близость несомненна (сравн. русск.: возлюбленный — избранник).

Итак,

1. У синоптиков ἀγαπητός употребляется только применительно к отношениям Отца к Сыну; см. указанные выше контексты + Мф 3:17

…ὁ υἱός μου ὁ ἀγαπητός, ἐν ᾧ εὐδόκησα. …Сын Мой возлюбленный, в Котором Мое благоволение.

(Также Мк 12:6; 20:13; Мф 17:5; Мк 1:11; 9:7; Лк 3:22; 9:35; 2 Петр 1, 17).

В Посланиях мы встретим это слово и как согласованное определение, и как субстантивированное.

2. В первом случае чаще всего определяемым словом бывает ἀδελφός, причем в обращениях во всех случаях без исключения.
Флп 4:1

Ὥστε, ἀδελφοί μου ἀγαπητοὶ καὶ ἐπιπόθητοι, χαρὰ καὶ στέφανός μου, οὕτως στήκετε ἐν κυρίῳ, ἀγαπητοί Итак, братия мои возлюбленные и вожделенные, радость и венец мой, стойте так в Господе, возлюбленные.

(Также 1 Кор 15:58; Иак 1:16,19; 2:5).
Флм 1:16

οὐκέτι ὡς δοῦλον ἀλλὰ ὑπὲρ δοῦλον, ἀδελφὸν ἀγαπητόν не как уже раба, но выше раба, брата возлюбленного…

(Еф 6:21; Кол 4:7, 9; 2 Петр 3:15).

Часто встречается ἀγαπητός и в качестве определения к τέκνον.
1 Кор 4:14

Οὐκ ἐντρέπων ὑμᾶς γράφω ταῦτα, ἀλλ’ ὡς τέκνα μου ἀγαπητὰ νουθετῶν. Не к постыжению вашему пишу сие, но вразумляю вас, как возлюбленных детей моих.

(Также 1 Кор 4:17; Еф 5:1; 2 Тим 1:2).

В Кол 1:7 находим выражение ὁ ἀγαπητός σύνδουλος. В остальных случаях ἀγαπητός ставится с собственными именами: Деян 15:25; Рим 16:5,8,9,12; Кол 1:14; Флм 1:1; 1 Ин 1:1.

3. Как существительное употребляется также преимущественно в обращениях. Sg. 3 Ин 1:2,5,11. Последний стих:

Ἀγαπητέ, μὴ μιμοῦ τὸ κακὸν ἀλλὰ τὸ ἀγαθόν Возлюбленный! не подражай злу, но добру.

Pl. 1 Кор 10:14

Διόπερ, ἀγαπητοί μου, φεύγετε ἀπὸ τῆς εἰδωλολατρίας. Итак, возлюбленные мои, убегайте идолослужения.

(Также Рим 12:19; 2 Кор 7:1; 12:19; Евр 6:9; 1 Петр 2:11; 4:12; 2 Петр 2:1,8,14,17; Иуд 1:3,17,20; 1 Ин 2:7; 3:2,21; 4:1,7,11).

Но несколько раз ὁ ἀγαπητός является членом предложения:
Рим 11:28

Κατὰ μὲν τὸ εὐαγγέλιον ἐχθροὶ δι’ ὑμᾶς, κατὰ δὲ τὴν ἐκλογὴν ἀγαπητοὶ διὰ τοὺς πατέρας… В отношении к благовестию, они враги ради вас; а в отношении к избранию, возлюбленные Божии ради отцов.

(Также Рим 1:7; 2 Фес 2:8; 1 Тим 6:2). Остается только указать, что там, где ἀγαπητός определяется существительным, конструкция будет с родительным падежом во всех случаях за исключением
1 Фес 2:8

ἀγαπητοὶ ἡμῖν ἐγενήθητε …стали нам любезны,

где употреблен дательный.

В заключение повторим, что важнейшей специфической чертой словоупотребления ἀγαπητός в Новом Завете является широкое применение этого слова как обращения и отсутствие сочетаемости с именами неодушевленных предметов. И та, и другая тенденции получат свое продолжение в дальнейшей истории греческого языка.

Наш анализ φίλος будет короче, во-первых, потому что с точки зрения семантики и словоупотребления φίλος в Новом Завете не обнаруживает каких-либо особенностей по сравнению с языком классическим, а, во-вторых, потому что с точки зрения синонимики имеет смысл, прежде всего, анализ пары φίλος — ταῖρος, который выходит за рамки настоящей работы. Ἀγαπητός же и φίλος в Новом Завете ни в каких контекстах друг другу не противопоставляются.

1. Итак, первое и основное значение слова φίλος “друг”, человек, с которым мы связаны узами взаимной любви. (Все же кратко укажем для сравнения: ταῖρος — товарищ, с которым мы что-либо совместно предпринимаем, преследуем общую цель. Мф 20:13; 22:12; 26:50).
Лк 15:6 (из притчи о потерянной и найденной овце)

καὶ ἐλθὼν εἰς τὸν οἶκον συγκαλεῖ τοὺς φίλους καὶ τοὺς γείτονας… и, придя домой, созовет друзей и соседей…

Аналогично Лк 15:9

…τὰς φίλας καὶ γείτονας… …подруг и соседок… ,

где встречаем единственный раз во всем Новом Завете ἡ φίλη — подруга. (Также Лк 7:6; 11:5,6,8; 12:4; 14:12; 15:29; 16:9; 21:16; Ин 3:19; 11:11; Деян 10:24; 27:3; 3 Ин 1:15). Однажды в ласковом обращении:
Лк 14:10

φίλε, προσανάβηθι ἀνώτερον… …друг! пересядь выше…

О том, что плохие люди могут быть φίλοι с плохими не менее, чем хорошие с хорошими, свидетельствуют следующие контексты:
Лк 23:12

ἐγένοντο δὲ φίλοι ὅ τε Ἡρῴδης καὶ ὁ Πιλᾶτος ἐν αὐτῇ τῇ ἡμέρᾳ μετ’ ἀλλήλων… И сделались в тот день Пилат и Ирод друзьями между собою…

Ин 15:14–15

Ὑμεῖς φίλοι μού ἐστε <…> ὑμᾶς δὲ εἴρηκα φίλους, ὅτι πάντα ἃ ἤκουσα παρὰ τοῦ πατρός μου ἐγνώρισα ὑμῖν Вы друзья Мои <…> но Я назвал вас друзьями, потому что сказал вам все, что слышал от Отца Моего.

При φίλος часта, как и в классическом греческом, конструкция с Genetivus subjectivus, например, Иак 2:23

…καὶ φίλος θεοῦ ἐκλήθη. …и он наречен другом Божиим.

Иак 4:4

…ὃς ἐὰν οὖν βουληθῇ φίλος εἶναι τοῦ κόσμου, ἐχθρὸς τοῦ Θεοῦ καθίσταται. Итак, кто хочет быть другом миру, тот становится врагом Богу.

2. В Мф 11:19 и парал. Лк 7:34 встречаем факультативное значение “sodalis”, то есть тот, с кем мы близки по приятельски, с кем находимся в постоянном общении.

…ἄνθρωπος φάγος καὶ οἰνοπότης, φίλος τελωνῶν καὶ ἁμαρτωλῶν …вот человек, который любит есть и пить вино, друг мытарям и грешникам.

3. В Ин 3:29 стоит употребленное в возвышенном переносном смысле выражение ὁ φίλος τὸν νυμφίον, которое в повседневном языке по сути являлось terminus technicus32; друг жениха — это человек, объединявший функции нашего шафера и тамады.

4. Наконец, однажды φίλος выступает как прилагательное и управляет уже дательным падежом.
Деян 19:31

Τινὲς δὲ καὶ τῶν Ἀσιαρχῶν, ὄντες αὐτῷ φίλοι Некоторые из правителей Азии, будучи к Нему благосклоны [дружественно расположены]33.

Еще меньше можно сказать о слове φίλημα. Оно имеет во всех контекстах единственное значение “поцелуй”, то есть внешнее выражение любви, дружеского чувства, которое, как всякое внешнее выражение, может быть истинным, а может быть и лицемерным (Лк 22:18 — поцелуй Иуды). Укажем лишь на два устойчивых выражения, которые впоследствии станут формулами: τὸ ἅγιον φίλημα (Рим 16:16; 1 Кор 16:20; 2 Кор 13:12; 1 Фес 5:6) и τὸ φίλημα ἀγάπης (2 Петр 2:14). Таким образом мы видим, что φίλος и φίλημα в словоупотреблении Нового Завета никакими особенностями по сравнению с классическим не обладают.

Подводя теперь общий краткий итог и одновременно намечая план будущей работы, можно отметить следующее:

1. Словоупотребление и семантика слов φιλεῖν, φίλος, φίλημα в языке Нового Завета почти полностью соответствуют тому, что было в языке классическом, они не приобрели никакого специфического оттенка.

2. Напротив, ἀγαπᾶν, ἀγαπητός, ἀγάπη нашли как никогда ранее широкое применение именно в Новом Завете.

3. При этом сфера их словоупотребления была значительно изменена и расширена, равно значительные изменения произошли и в семантике. Оба явления связаны с тем, что ἀγάπη, ἀγαπητός, ἀγαπᾶν стали последовательно употребляться для словесного выражения принципиально по-новому понятой любви, любви в религиозном и религиозно-нравственном смысле.

4. Относительно ἀγαπᾶν и ἀγάπη с уверенностью можно утверждать, что в Новом Завете следует видеть первую ступень и одновременно основу для их будущего утверждения в греческом языке в роли наиболее распространенных слов любви.

5. Ἀγαπᾶν и φιλεῖν употребляются семантически дифференцировано, но, учитывая значительное количественное преобладание ἀγαπᾶν и одновременно почти неуловимое различие оттенков в целом ряде вариантов, можно уже в языке Нового Завета увидеть зарождение тенденции (и пока не более того) к вытеснению φιλεῖν на семантическую периферию понятия любви.

1Schmidt H. Synonymik der griechischen Sprache. Bd. 1–4, Lpz., 1876–1886, Bd. 3, S. 134 (далее — Schmidt). Все другие источники при повторном их упоминании обозначаются фамилиями авторов.

2Schmidt, S. 482.

3Chantraine P. Dictionnaire йtymologique de la langue grecque. Paris, 1968–1975, p. 1052.

4Свящ. Павел Флоренский. Столп и утверждение истины. Сергиев Посад, 1914, с. 397.

5Cremer, H. Biblisch-theologisches Wörterbuch der Neutestamentlichen Gräcität. Gotha, 1895, S. 11.

6В основном по Кремеру (с. 11) и по Флоренскому (с. 399).

7Trench, R. C. Synonyms of the New Testament. L., 1906, pp. 38–39; Heine, G. Synonimik des Neutestamentlichen Griechischen. Lpz., 1898, S. 151; Ludow, C., Grimm, W. Lexicon Graeco-Latinum in libros Novi Testamenti. Lipsiat, 1879, p. 453; Stephanus, H. Thesaurus Linguae Graecae. Vol. i, Parisiis, 1831, p. 202; Смирнов С. Филологические замечания о языке новозаветном в сличении с классическим. М., 1873, с. 32.

8Флоренский, с. 400.

9Schmidt, S. 488.

10Trench, p. 41.

11Койнэ — форма греческого языка, которая была понятной для носителей всех его диалектов; эпоха койнэ началась в IV в. до Р. Х. — Ред.

12Уваров А. С. Христианская символика. М., 1908, с. 2.

13Данные здесь и ниже сверены автором по: Moulton, W. F., Geden, A. S. Concordance to the New Testament. Edinburgh, 1899; Balz, H., Schneider, G. Exegetisches Wörterbuch zum Neuen Testament, Bd. I, Stuttgart, 1980.

14Schnakenburg, K. Das Johannesevangelium. Teil II. Lpz., 1971, S. 131.

15Cremer, SS. 31–32.

16Флоренский, сс. 404–405.

17Как предлагают Ludov—Grimm — cupidus vitae servandae. — См. Ludov C., Grimm W. Lexicon Graeco-Latinum in libros Novi Testamenti. Lipsiat, 1879, S. 453 (далее — LudovGrimm; все другие источники при повторном их упоминании обозначаются фамилиями авторов).

18Свящ. Павел Флоренский. Столп и утверждение истины. Сергиев Посад, 1914,
с. 410.

19Там же, с. 411.

20“Речение только библейское и церковное”, “речение, незнакомое непосвященным”, “слово чисто библейское”…Cremer H. Biblisch-theologisches Wörterbuch der Neutestamentlichen Gräcität. Gotha, 1895, S. 11 ; LudovGrimm, p. 2; Смирнов С. Филологические замечания о языке новозаветном в сличении с классическим. М., 1873, с. 32; Фокков Н. К синтаксису греческого новозаветного языка и византийского. М., 1887, с. 111.

21Deissman A. Licht vom Osten (Das Neue Testament und die neuentdeckten Texte der Hellenistischen-römischen Welt). 3 Aufl. Tübingen, 1909, SS. 12f, 48f; Он же. Bibelstudien. Marburg, 1895, S. 80; Он же. Neue Bibelstudien. Marburg, 1897, S. 27.

22Он же. Theologische Literaturzeitung. 1912, № 17, SS. 522f.

23Он же. Licht vom Osten, S. 49.

24Thumb A. Die Griechische Sprache im Zeitalter des Hellinismus. StraЯburg, 1901,
S. 185; Глубоковский Н. Н. Греческий язык Нового Завета в свете современного языкознания. СПб., 1915, №№ 2–8, № 5, сс. 122–123; Соболевский С. И. Κοινή — общий греческий язык // Православная богословская энциклопедия. Т. X, с. 659.

25Balz H., Schneider G. Exegetisches Wцrterbuch zum Neuen Testament, Bd. I, Stuttgart, 1980, S. 21.

26Deissman A. Licht vom Osten, S. 49.

27Cremer, S. 15; Фокков, с. 111.

28Genetivus subjectivus — грамматическая конструкция, в которой в родительном падеже стоит имя деятеля; genetivus objectivus — конструкция, в которой в родительном падеже стоит имя объекта действия: строения предков постройка дома. Ред.

29Фокков, с. 257.

30См. Муратов М. Д. Новозаветная Песнь Любви сравнительно с “Пиром” Платона и “Песнью Песней”. М., 1903. Там же прекрасный русский перевод автора. Этот перевод полностью приведен П. А. Флоренским (Флоренский, сс. 651–653).

31Chantraine P. Dictionnaire йtymologique de la langue grecque. Paris, 1968–1975, p. 7.

32Terminus technicus — специальное обозначение некоторого специфического явления или предмета, ср. ниже шафер и тамада. Ред.

33Перевод автора, ср. в синодальном переводе: Также и некоторые из Асийских начальников, будучи друзьями Его… — Ред.

Поскольку вы здесь…

… у нас есть небольшая просьба. Все больше людей читают портал "Православие и мир", но средств для работы редакции очень мало. В отличие от многих СМИ, мы не делаем платную подписку. Мы убеждены в том, что проповедовать Христа за деньги нельзя.

Но. Правмир — это ежедневные статьи, собственная новостная служба, это еженедельная стенгазета для храмов, это лекторий, собственные фото и видео, это редакторы, корректоры, хостинг и серверы, это ЧЕТЫРЕ издания Pravmir.ru, Neinvalid.ru, Matrony.ru, Pravmir.com. Так что вы можете понять, почему мы просим вашей помощи.

Например, 50 рублей в месяц – это много или мало? Чашка кофе? Для семейного бюджета – немного. Для Правмира – много.

Если каждый, кто читает Правмир, подпишется на 50 руб. в месяц, то сделает огромный вклад в возможность нести слово о Христе, о православии, о смысле и жизни, о семье и обществе.

Похожие статьи
Проповеди. Воскресенье перед Рождеством…

Опубликовано в альманахе “Альфа и Омега”, № 50, 2007

В сети появился электронный архив журнала «Альфа и Омега»

«Альфа и Омега» некоммерческий культурно-просветительский журнал, посвященный богословским вопросам православия

Дорогие друзья!

Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: