Гражданское оружие и «стокгольмский синдром»

|

Разрешать в России гражданское огнестрельное оружие или же запретить даже травматическое? Недавняя стрельба в Москве, жертвами которой стали шесть человек, опять вызвала к жизни спор о праве россиян владеть, хранить и носить оружие. Однако проблема запретов на оружие не столько надуманна, сколько вторична: корни ситуации закопаны гораздо глубже.

Приключившаяся на прошлой неделе история на северо-востоке Москвы, когда 29-летний юрист расстрелял своих сослуживцев в приступе неразделенной любви, опять подлила масла в огонь вялотекущих споров о гражданском оружии.

Первые рефлекторные телодвижения МВД по этой проблеме уже опубликованы: министерство намерено серьезно ограничить права на ношение травматического оружия в общественных местах. Притом настолько серьезно, что это оружие будет проще вообще не носить, чем носить законно.

Естественно, в этой накаленной атмосфере любой довод в пользу либерализации оружейного законодательства (самым очевидным здесь является мягкое и постепенное разрешение гражданского огнестрельного короткоствола, т. е. пистолетов и револьверов) утонет в шквале эмоций.

В последние несколько лет тема преступлений с применением травматиков активно педалируется прессой. Рефлекторная реакция одна: травматическое оружие надо запретить. А теперь можно ждать еще и запретительных мер в отношении обладателей гладкого или нарезного охотничьего длинноствола — московский юрист Виноградов стрелял с двух рук, в которых держал абсолютно законные, со всеми выправленными лицензиями, карабины «Сайга» и Benelli.

«Этим» давать оружие нельзя

Фото: Александр Ольшанников, photosight.ru

Фото: Александр Ольшанников, photosight.ru

Начать разговор придется издалека, и совсем не со стороны оружейной проблематики. Аргументы обеих сторон — и прогибиционистов (сторонников запрета), и «легалайзеров» — изучены давно, ковались годами. Среди них игры со статистикой преступлений в разных странах и разные формы психологических и даже этнонациональных аргументов, наподобие того, что отдельные народы «не доросли» до оружейной культуры.

Но смотреть придется не со стороны мелких пуговиц, а со стороны покроя самого пиджака. Российское общество при всем формальном равенстве граждан, вписанных в, с позволения сказать, законы, было и остается глубоко сословно расслоенным.

Особые сословия (силовые, чиновно-служивые и к ним приравненные) обладают в стране не только хорошо заметными формально-статусными привилегиями, недоступными «тягловому» населению, но и целым набором неформальных прав по вытрясанию из этого подотчетного населения «ресурса» — от преимущественного права проезда на дорогах до, порой, прямого вымогания денег.

При этом активный человек всеми силами старается вырваться из стада в пастухи, чтобы буквально на следующий день забыть, кто он по своему рождению. А возможно, во многом благодаря этому, — и начать выделяться над «быдлом», стараясь исступленно забыть собственное восхождение в «элиту».

(Оба слова забраны в кавычки, потому что в человеке на самом деле ничего не поменялось — он остался тем же, кем был до формального изменения сословного статуса. Но объяснить ему это вы уже не сможете: слишком сильно влияют на покореженную психику формальные и неформальные привилегии, отделяющие выпасающего от выпасаемых и стригущего от остригаемых.)

Именно поэтому сама идея легализации оружия будет встречать у российского чиновничества и служивого сословия иррациональное эмоциональное отторжение. Потому что «этим» давать оружие нельзя: «сядут на голову» и начнут посылать Богом Данное Начальство вдоль забора, — а ведь они «должны по жизни».

Пистолет у «подотчетного контингента» становится генератором неосознанного раздражения привилегированных. И ведь понятно, что в разговоре с госслужащим или, тем более, с полицейским, даже зарвавшимся на улице, использовать оружие как аргумент никто не будет —во-первых, бессмысленно,во-вторых, себе дороже. Но гложет, гложет какое-то смутное беспокойство.

Хочешь иметь оружие — иди в армию

Как водится в таких случаях, отторжение будет тщательно рационализироваться — обертываться в плотные слои внешне логических доводов, согласно которым легализация оружия совершенно невозможна, потому что невозможна в принципе.

Некоторые, которые поумнее, скажут: таков реальный мир, и нечего тут посягать на чужое право стричь овец. Хочешь иметь оружие — иди служить в армию, в полицию или в чекисты. То есть приобрети сословный статус, который и станет тебе внезаконной защитой. (Оружие? А причем здесь оружие?)

В то же время человек, почувствовавший себя уверенно хотя бы на улице, не будет прогибаться под вороватого чинушу и наглого «правоохранителя». А это — источник дискомфорта для привилегированных сословий. Вместо этого обыватель обязан всеми силами терпеть выходки преступников, а потом жаловаться «правоохранителям». А они, так уж и быть, снизойдут.

Вот этот философский гражданский аргумент чаще всего не рассматривается при спорах о легализации короткоствола, а между тем совершенно зря. Он выглядит натянутым, но именно он и лежит в основе чисто российского феномена — агрессивного отторжения идеи о гражданском оружии власть имущими и прочими обладателями оружия «табельного».

А заодно и пораженных «стокгольмским синдромом» обывателей, нетвердо запомнивших по срочной службе в рядах вооруженных сил и участию в нескольких нетрезвых уличных приключениях (с обеих сторон), что «нашему народу» давать оружие в руки «нельзя», а то…

Длительное унижение и выученная беспомощность

Впрочем, это не только «стокгольмский синдром» в виде извращенной любви к своим пастухам, спасающей психику от мучительного конфликта. Когда-то писатель Вячеслав Рыбаков ввел термин «синдром длительного унижения», описывающий необратимые деформации психики в условиях подчинения.

А буквально несколько недель назад вышел доклад Центра стратегических разработок, где проанализирован еще один сходный системный механизм, по которому строится отечественный социум — авторы назвали его «синдром выученной беспомощности», когда человек в силу давления окружающей среды становится принципиально не готов что-то менять в своей судьбе.

Это не вина, это — застойная социальная болезнь, наподобие туберкулеза или алкоголизма. Вся эта виктимная механика прекрасно изучена многими и многими российскими поколениями на собственной шкуре. Вопрос, в сущности, один: надоела она им или нет?

И проблема легализации или же тотального запрещения гражданского оружия на его фоне разом превращается в частность. Пусть и многозначительную, — как та капля, по которой станут судить об океане.

Константин Богданов, обозреватель РИА Новости

Читайте также:

Генерал Владимир Усманов: когда мы излечим язвы общества, тогда и оружие нам будет не нужно

Священник Феодор Людоговский: Лучше слабое государство, чем анархия

Протоиерей Александр Ильяшенко: Вооруженного человека нельзя безнаказанно унизить

Поскольку вы здесь…

… у нас есть небольшая просьба. Все больше людей читают портал "Православие и мир", но средств для работы редакции очень мало. В отличие от многих СМИ, мы не делаем платную подписку. Мы убеждены в том, что проповедовать Христа за деньги нельзя.

Но. Правмир — это ежедневные статьи, собственная новостная служба, это еженедельная стенгазета для храмов, это лекторий, собственные фото и видео, это редакторы, корректоры, хостинг и серверы, это ЧЕТЫРЕ издания Pravmir.ru, Neinvalid.ru, Matrony.ru, Pravmir.com. Так что вы можете понять, почему мы просим вашей помощи.

Например, 50 рублей в месяц – это много или мало? Чашка кофе? Для семейного бюджета – немного. Для Правмира – много.

Если каждый, кто читает Правмир, подпишется на 50 руб. в месяц, то сделает огромный вклад в возможность нести слово о Христе, о православии, о смысле и жизни, о семье и обществе.

Похожие статьи
Чиновники против Евангелия – в чем причина?

Люди не понимают разницы между Царством Божиим и государством человеческим

Услышав о стрельбе в церкви, он схватил винтовку и ринулся в бой

Как техасский сантехник остановил убийцу и предотвратил еще большую трагедию

Дорогие друзья!

Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: