Гуманитарное образование в России. Основная проблема современного студента – неприученность думать

Почему падает интерес к книге? Можно ли это изменить? Есть ли смысл в преподавании религиозной культуры в школе? Как учатся студенты, поступившие по ЕГЭ? Как изменились студенты сегодня? Каким будет прием в МГУ в 2010 г? – ответы гостя портала «Православие и мир». Отвечает на вопросы по этим и другим темам гость портала «Православие и мир» кандидат филологических наук, доцент, заведующая учебной частью филологического факультета МГУ и заместитель ответственного секретаря приемной комиссии филологического факультета МГУ Анна Валерьевна Архангельская.

Вторая часть беседы:Гуманитарное образование в России. Об Интернете, Болонской системе и человеколюбии

Анна Валерьевна! Разве есть резон обсуждать  наше гуманитарное образование, не определив  смысл жизни человека? Не определив  его, на мой взгляд, все разговоры  о гуманитарном образовании не имеют  никакой перспективы. Мы хотим говорить о том, «КАК ИДТИ», не определившись с тем «КУДА ИДТИ». Валентин

Уважаемый Валентин!

Смысл жизни человек подчас ищет всю  жизнь. Он обретается часто путем  трудных поисков, падений и ошибок, набивания шишек и неожиданных  прозрений. Каждый из нас, наверное, не раз, в отчаянии или с надеждой, но спрашивал: «Господи, каков же Твой замысел обо мне?» А сколько людей до конца не понимают этого смысла ни в сорок лет, ни в пятьдесят, ни в семьдесят…

Перед образованием стоят, мне кажется, несколько  иные задачи. Образование не ведет. Оно дает человеку определенную сумму знаний, приемы, навыки и умения, которые могут ему пригодиться в избранной профессиональной сфере, знакомит с материалом и методами работы с ним. В общении с преподавателями человек перенимает определенный опыт, опять-таки, прежде всего – профессиональный. Но приобретение этого опыта, овладение определенными навыками и умениями, чтение разнообразной литературы, общение с педагогами и т. д., т. е. все то, что происходит в процессе получения образования, дает нам возможность в том числе и получить более полное представление о жизни. А в результате, возможно, мы окажемся чуть ближе к результату наших поисков.

Но, разумеется, это только одна из многих дорог, приводящих человека к пониманию смысла жизни.

Уважаемая Анна Валерьевна! Многое в системе гуманитарного образования  зависит от ОСМЫСЛЕННОГО ЧТЕНИЯ художественной литературы. Работаю учителем русского языка и литературы 40 лет – вижу, как стремительно падает интерес к СЛОВУ, к КНИГЕ… В чём, по-вашему, причина? Какие действенные меры, на Ваш взгляд, могли бы изменить ситуацию? Или процесс необратим? Ксения

Уважаемая Ксения!

Почему  люди меньше читают и почему люди стали читать менее осмысленно – это, мне кажется, два несколько разных вопроса. Меньше читают, наверное, прежде всего потому, что существуют более привлекательные формы времяпрепровождения. Особенно это касается детей. Вариативность, предлагаемую нынешней телепрограммой, не сравнить с тем, что было 20, а тем более 30 лет назад. Индустрия компьютерных игр усовершенствовалась настолько, что, сидя за монитором, можно конструировать собственные виртуальные миры. Книге сложно с этим конкурировать: в отличие от телевизора, чтение требует вдумчивости, а в отличие от компьютера – скорее навязывает тебе, чем подчиняется твоей воле. Любовь к чтению надо воспитывать с детства (и то бывает, что она проходит, например, под влиянием примера одноклассников), а сейчас родители заняты на работах, дети больше предоставлены сами себе…

Кроме того, жизнь становится быстрее. Чтение не терпит суеты, недаром идеал для человека читающего – уютное кресло или диван, плед, чашка чая, камин и много свободного времени. В метро трудно читать Достоевского (хотя не скажу, что совсем невозможно), вот и берут что-то попроще или предпочитают слушать плеер, а то и дремать.

Насчет  осмысленного чтения – еще сложнее. Во-первых, этому надо учить. То есть, как минимум, предполагается, что родители обсуждают с ребенком каждую прочитанную им книгу. Предполагается, что в школе на уроках литературы учат интерпретировать художественный текст. Предполагается, что ребенку вообще есть где и с кем обсудить прочитанное. Оглядевшись вокруг, я понимаю, что, по нынешним временам, это уже почти утопия. Литература – пожалуй, один из самых сложных школьных предметов для преподавания. Вызвать отвращение здесь – легче легкого, а убедить, что это можно и нужно полюбить, может только по-настоящему тонкий профессионал. Можно натаскать на решение физических задач, заставить вызубрить правила русской грамматики, вдолбить лексический минимум по английскому языку, набить руку в черчении и т.д. Но нельзя натаскать на чтение и заставить понимать прочитанное… Надо учитывать, конечно, и специфику современной школьной программы: мы все-таки должны отдавать себе отчет в том, что тот мир, который предстает со страниц русской классической литературы, фантастически далек от современного подростка. Они иногда половины слов не понимают, что уж тут говорить о вдумчивом чтении.

Вопрос  о мерах, конечно, понятен, но в то же время фактически является риторическим. Заставить читать нельзя законодательно. Потребность в чтении должна ощущаться и обществом в целом, и отдельными индивидами.

Анна Валерьевна, если бы Вам в свое время предложили (а может, предлагали) подписать т.н. «письмо 227» (об официальном введении в российских школах вариативного курса изучения православной религиозной культуры на основе добровольного выбора (для детей из семей других религиозных традиций – альтернативные курсы изучения религиозной культуры ислама, иудаизма и т.д.; для детей из семей неверующих – альтернативный курс нерелигиозной этики); о введении в государственной системе аттестации научных работников ученых степеней кандидата и доктора теологии с разрешением ВАК Минобрнауки создания диссертационных советов для защиты диссертаций на соискание указанных ученых степеней с последующей выдачей дипломов государственного образца). (http://www.interfax-religion.ru/orthodoxy/print.php?act=documents&id=716“), вы бы подписали? И почему? Сергей Попов

Уважаемый Сергей!

Именно  это письмо я бы, наверное, не подписала. Во-первых, потому что мне не нравится его стилистика. Во-вторых, у меня разные мнения по поводу объединенных в этом письме пунктов.

Про включение  теологии в число ВАКовских специальностей было отдельное письмо, которое я  и подписала в свое время. В  этом я не вижу ничего особенного. А вот к школьному курсу изучения православной религиозной культуры я отношусь скорее отрицательно. Если курс будет читаться на добровольной основе, слушать его будут дети православных родителей, которые и так и слышат, и узнают всё это, причем при гораздо более подходящих обстоятельствах: в семье, в храме, в воскресной школе. Зачем тогда и в общеобразовательной школе еще?

Если каждый ребенок (а точнее, как мы понимаем, родитель) должен будет выбрать один из этих курсов, то, возможно, на ОПК запишутся дети из индифферентных к религии семей. Как это часто бывает, такие дети, скорее всего, будут воспринимать эти уроки как то, что им по какой-то неясной для них причине навязывается. Как относится школьник к тому, что навязывается, объяснять, кажется, не надо. И какого же уровня профессионализма должен быть преподаватель, чтобы сломить это предубеждение? И есть ли уверенность, что этот предмет во всех школах будут читать профессионалы, обладающие даром апостольским, а не первые попавшиеся учителя по разнарядке. В их исполнении и светская этика, простите, может быть ужасна. Поэтому я считаю, что в этом деле навредить гораздо легче, чем сделать хорошо. А в школе это очень серьезно. И очень опасно.
Абитуриенты. Прием в ВУЗ.
Уважаемая Анна Валерьевна, я работаю в педагогическом вузе, на историческом факультете. Как в вашем вузе обстоят дела с результатами “ЕГЭшных” абитуриентов. Каков процент тех, кто не оправдал своих баллов? И какова их судьба? Ведь отчисление возможно всегда, но тогда вузу сократят финансирование? За чей счет выживать педагогам – за счет платных студентов? Или пересмотр формы вступительных испытаний все же необходим? Еремина Светлана Сергеевна

Уважаемая Светлана Сергеевна!

Вопрос  пока еще преждевременный. Сессия покажет, тем более, что до нее уже меньше месяца осталось. Пока должна сказать, что результаты промежуточной аттестации по основным предметам у нас в целом не хуже прошлогодних. Да и преподаватели в большинстве своем, насколько я знаю, не склонны считать ситуацию на первом курсе катастрофической. Но, кажется, следует увидеть проблему в другом: внедрение ЕГЭ делает образование принципиально другим. Написание тестов предполагает … ну, простите, несколько иной уровень ментальности. В результате надо обсуждать не вопрос о «липовых» ЕГЭ, а вопрос о других студентах, не таких, которые были раньше. У них несколько иной подход к материалу, другой принцип аналитизма. Они в тексте иногда совсем на другие вещи обращают внимание. Это, конечно, надо будет учитывать в преподавании.

Конечно, отчисление будет. Есть ребята, поступившие  вне конкурса с очень низкими  баллами ЕГЭ, они просто не справляются с учебной нагрузкой, их базовых знаний не хватает для того, чтобы осваивать университетский курс. Но я так понимаю, что все вузы, столкнувшиеся в этом году с такой проблемой, в следующем уже воспользуются правом устанавливать свой минимальный балл ЕГЭ по предметам.

Есть  и новая проблема: некоторые ребята уже на первых порах поняли, что  они ошиблись при выборе специальности. При наличии вступительных экзаменов  абитуриент целенаправленно  готовится   на определенный факультет, при приеме только по ЕГЭ во многом действует принцип: «куда пройду». В результате человек, начав учиться, понимает, что это всё-таки не его…

Мне уже  приходилось говорить, на мой вкус, наилучшим способом приема было бы брать всех и отсеивать на первой-второй сессии. Увы, это невозможно по целому ряду причин. Поэтому в наших условиях, мне кажется, наилучшим вариантом было бы совмещение: результаты ЕГЭ и одно вступительное испытание, проводимое вузом. В исключительных случаях (прежде всего – при наличии высокого конкурса) – два собственных экзамена.

Как вы относитесь к тем публикациям, которые  появились про диктант на журфаке – действительно ли такой низкий уровень у ЕГЭ-отличников, или это позиция вузов – мы будем против ЕГЭ?

Поскольку я не видела результатов диктанта, к статье в МК я отношусь… осторожно. Я не ставлю под сомнение факт наличия именно таких ошибок, я говорю о способе подачи материала. Журналисты сосредоточили внимание на самых ужасных ошибках, в результате у читателя возникает ощущение, что именно эти ошибки встречаются чуть ли не в каждой второй работе. Кроме того, диктант, на мой взгляд, – самая сложная форма проверки грамотности. Можно составить такой диктант, что без ошибок его не напишут даже профессиональные филологи.

В то же время, я согласна с утверждением о том, что уровень грамотности школьников и студентов катастрофически падает. Дети мало читают и мало пишут. Но я бы не связывала это явление именно с этим годом и с набором по ЕГЭ. Это началось не вчера и не год назад. Хотя, конечно, ЕГЭ тут тоже причастен: ориентированность на тестовую систему предполагает, что от ребят больше требуется знание правил, чем опыт их применения.

1. Каких  знаний и умений явно не хватает нынешним абитуриентам, становящимся первокурсниками гуманитарных факультетов?

2. Если  сравнивать с предыдущими поколениями первокурсников – что в уровне знаний и жизненной позиции изменилось качественно? Что стало лучше, а что – хуже?

Виктор  Судариков

Уважаемый Виктор!

У меня лично всегда было ощущение, что  основная проблема – это неприученность думать. Первокурсник часто приходит с убеждением, что на занятиях научат, «как надо». Есть предметы, на которых так и происходит, но мне как литературоведу важно другое: умение размышлять над текстом, по-разному интерпретировать его фрагменты, способность «оживить» текст, наполнить его всей полнотой не только заданных автором смыслов, но и возможных прочтений. Тут нужна определенная внутренняя свобода, и прежде всего – свобода от убеждения в том, что может быть только одна точка зрения. А эту свободу как раз таки и губит натаскивание и на вступительные экзамены (сколько было разговоров про сниженные отметки за сочинение, если точка зрения абитуриента отличалась от точки зрения проверяющих; при всей относительности этого факта – знаю массу примеров, когда экзаменаторы как раз оказывались в состоянии оценить способность поступающих размышлять и делать нестандартные выводы, – бытовало мнение, что, готовясь к сочинению, надо выучить традиционные трактовки), и на тесты ЕГЭ (в еще меньшей степени признающие вариативность мысли).

Есть, правда, и другая крайность, как раз особенно развивающаяся в последнее время, когда человек любую чушь произносит с умным видом, а в случае возражений становится в позу: «А это мое  мнение». Я говорю о другом: об умении обосновать свое мнение, аргументировать точку зрения. О способности к выбору нестандартного угла зрения. О стремлении преодолеть накатанную колею, если угодно.

Что касается изменившейся жизненной позиции, то мне кажется, что нынешние студенты становятся все более и более прагматичными. Мы в свое время задумывались, чем нам хотелось бы заниматься. Именно поэтому многие из нас в девяностые годы были вынуждены бросить любимое дело ради необходимости содержать семью или просто зарабатывать на жизнь. Нынешнее молодое поколение гораздо больше (да и раньше) задумывается над тем, что и как применимо в этой жизни. Наверное, это хорошо и правильно. Хотя иногда бывает жаль того наивного идеализма…

Хватает ли им знаний, чтобы качественно  оформлять курсовые, дипломные работы ?

Насколько  они уверенно пользуются графическим редактором в учебной практике? Василий

Уважаемый Василий!

Вы знаете, меня чрезвычайно удивляло, причем уже давно, что современные дети, казалось бы, выросшие за компьютером, далеко не всегда задумываются над тем, как оформить свой текст красиво. Наберут, распечатают, принесут – без титульного листа, параграфы то с отступом, то без него, абзацы начинаются с разного отступа, текст не выровнен. Это – тоже определенная культура, к которой надо приучать.

Именно  про графические редакторы не скажу, в моей сфере это не так уж часто необходимо. Поэтому тут, как правило, те, кому это действительно надо, осваивают и пользуются успешно.

Почтеннейшая  Анна Валерьевна. Как Вы оцениваете степень любопытства абитуры  и студентов первых курсов к темам исследования религий? Студент светский – по натуре нахал, для него невелика опасность зомбирующей силы, положим, ОПК для первоклассников, ешивы или медресе. Не стоит ли открыть в МГУ нечто вроде ф-тов Библеистики или аналогов изучения иных конфессий?

Благодарю, Никколо.

Уважаемый Никколо!

Мне кажется, если любопытство присутствует, студент  найдет ему применение. Насчет факультетов  – не уверена, поскольку имеют место учебные заведения, непосредственно дающие либо духовное, либо гуманитарное православное образование. В то же время, конечно, довольно трудно изучать, например, историю западных литератур или русской литературы без знания основ христианства, ни разу не открыв Библию. Поэтому у нас на факультете на первом курсе читается лекционный курс «Библия и культура». И я на семинарах по древнерусской литературе говорю со студентами о Евангелии, о библейских мотивах в тех или иных памятниках. И не только я, разумеется. Поэтому мне кажется правильным не относить эти вопросы к сфере деятельности каких-то отдельных специализированных факультетов, а по мере необходимости включать в те профессиональные дисциплины (свои для каждого гуманитарного факультета), для которых эти связи важны и актуальны.

Я поступала  на филологический факультет МГУ  в этом году, не хватило баллов, но я не отчаиваюсь и намерена поступить в следующем.

Хотелось  бы узнать, каких нововведений ждать от абитуры-2010 и к чему готовиться?

Будет ли действителен диплом олимпиады Ломоносов-2009?

Заранее благодарю, Влада.

Уважаемая Влада!

Это, увы, чрезвычайно сложный вопрос, на который пока еще нет окончательного ответа. В соответствии с недавно принятым Федеральным законом об особом статусе Московского и Санкт-Петербургского университетов этим вузам разрешено проведение собственных вступительных испытаний. Так что, видимо, дополнительно к результатам ЕГЭ надо будет сдавать один или два экзамена (из этого же набора предметов, который, похоже, сохранится и на следующий год). Сколько и каких – пока еще не ясно. Правил приема в МГУ на 2010 год пока еще нет, а порядок приема, утвержденный Минобрнауки, появился буквально на днях. Я понимаю, как тяжело находиться в таких условиях и абитуриентам, и их родителям. Поверьте, и нам тоже трудно. Мы очень надеемся, что ситуация с приемом 2010 года прояснится к январю. Или хотя бы к марту.

А вот  дипломы всех олимпиад, кроме заключительного  этапа Всероссийской олимпиады  школьников, к сожалению, действуют  только один год.

Удачи Вам!

Вторая часть беседы:Гуманитарное образование в России. Об Интернете, Болонской системе и человеколюбии

Фото Александра Болмасова taday.ru
Помоги Правмиру
Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!
Пожертвования осуществляются через платёжный сервис CloudPayments.
Похожие статьи
Литература в прокрустовом ложе идеологии – новые старые грабли?

Нужно ли на уровне государственных концепций подчинять преподавание литературы задаче воспитания патриотизма?

Образование, каким оно должно быть

Педагоги, которые лучше всего помогают детям, — это те, кто ценит и изо всех сил старается…

Дорогие друзья!

Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!