Игры разума, или зачем будущие пастыри играют в журналистов?

В пятницу 11 декабря студенты Санкт-Петербургской духовной академии со всей доступной им серьезностью… играли. Под руководством Владимира Романовича Легойды, председателя Синодального информационного отдела Московского Патриархата, главного редактора журнала «Фома» и профессора МГИМО, будущие пастыри Церкви и богословы стали участниками ролевой игры. Такой же участи на этой неделе не избежали слушатели общецерковной аспирантуры. О том, зачем это им понадобилось, и вообще о ролевых играх в учебном процессе рассказывает Владимир Легойда.

Читайте также: Тренинги на службе Церкви

Владимир Романович, посвятите нас в курс дела: что такое ролевая игра?

Ситуационные, ролевые, деловые игры — это одна из форм обучения, тренинга. Она давно используется в современной методике образования. Практиковать ролевые игры мы начали несколько лет назад с журналистами в МГИМО, перенимая этот опыт на международных конференциях.

Ролевая или ситуационная игра заключается в попытке в игровой форме отработать какую-то вполне конкретную профессиональную ситуацию. На самом деле это просто расширение традиционного учебного поля, потому что когда человек делает доклад на семинаре, он тоже отрабатывает на практике определенные навыки — скажем, навыки публичного выступления. Только в ситуационной игре ты выступаешь не от себя, а берешь на себя какую-то роль.

Но так как это все-таки учеба, то главное — не только отработка ситуации, а последующий подробный, детальный анализ того, что было сделано правильно, что нет, и как можно было бы сделать лучше.

Вы считаете, такой вид обучения можно широко использовать среди студентов духовных школ?

Я не вижу здесь никаких противопоказаний, кроме одного: вовлеченные в ситуационную игру должны серьезно к этому относиться. Как раз таки одно из моих основных замечаний к студентам Академии и Семинарии заключалось в том, что они не до конца серьезно этот эксперимент восприняли. Если игра превращается в КВН, то она теряет свою учебную составляющую.

Какую ситуацию Вы моделировали с питерскими студентами?

Та игра, которая была мной предложена студентам Санкт-Петербургской Академии, моделировала пресс-конференцию: несколько человек «давали» пресс-конференцию и отвечали на вопросы, остальные – несколько десятков студентов – эти вопросы задавали, играя роль журналистов.

Почему Вы в Духовной академии проводили ролевую игру, подходящую скорее для студентов-журналистов?

Я оказался в Академии по приглашению владыки ректора — епископа Амвросия. Почему предложил игру? Немного ранее я провел со студентами беседу по проблемам современного информационного общества. А для того, чтобы они как-то испробовали на практике то, что о чем я рассказывал, я и предложил провести игру.

Почему именно пресс-конференция? Дело в том, что с ролью ньюсмейкера большинству из них, скорей всего, предстоит столкнуться в относительно недалеком будущем. Играть журналистов тоже было совсем небесполезно: немаловажно попробовать оказаться в шкуре человека, который, скажем так, находится по другую сторону баррикад. Это, условно говоря, потому что еще одним из моих пожеланий было усвоить: общение ньюсмейкеров с журналистами — это дорога с двухсторонним движением.

Профессиональный журналист прекрасно понимает, что ньюсмейкер, будь то чиновник, священник или кто-то еще — для него важен как источник информации, и поэтому необходимо с ним установить хорошие отношения. А ньюсмейкер точно также должен отдавать себе отчет: от того, как он простроит отношения с журналистским сообществом, зависит, насколько потом его позиция будет присутствовать в медийном пространстве.

Какие типичные ошибки делали семинаристы и случшатели Общецерковной аспирантуры?

Было две именно типичные ошибки: даже люди с опытом, которые намного лучше отыграли похожую ситуацию, чем семинаристы, их не смогли полностью избежать.

Первая ошибка — когда человек на преcc-конференции начинает говорить с журналистами как со своими подчиненными. Если проанализировать реальные пресс-конференции чиновников и бизнесменов, эта особенность тоже часто бросается в глаза. Особенно чиновники старой формации, — они общаются так, как будто могут диктовать журналистам, что те должны написать. Почему-то и у молодых присутствует такая тенденция — и я не могу до конца объяснить, откуда она у них!

Журналисты же, в свою очередь (поскольку ситуация моделируется довольно острая), забывают, что их задача — получить максимум информации и адекватно донасти ее до читателя. И начинают вступать в полемику с ньюсмейкерами.

Таким образом, поле пресс-конференции превращается в дискуссионную площадку. Так делать нельзя, это непрофессионально, потому что нет задачи спорить и доказывать. Можно задавать острые вопросы, но они не предполагают дискуссии о ценностях на самой пресс-конференции.

Нет ли в игре такой опасности: большинство будет сидеть и наблюдать за процессом, а участвовать будут только горстка самых активных?

Это не опасность, это особенность любой учебной группы. За более чем 10-летнюю педагогическую практику я не помню, чтобы в дискуссии участвовала вся группа — все время кто-то более активен, кто-то менее. Это нормально.

Возможны ли ролевые игры в предметах, непосредственно касающихся специализации студентов духовной академии — богословия, гомилетики и т.д.?

Как я уже говорил, ролевая игра — разновидность практического занятия с одной особенностью: его участники берут на себя определенные профессиональные роли. А в гомилетике есть возможность произносить учебные проповеди непосредственно в храме, там ничего играть не нужно. Что касается богословских дисциплин, мне кажется, ситуативные игры тут не совсем к месту, хотя, наверное, можно на занятиях устраивать диспуты, тренируясь отстаивать разные точки зрения. Внести такой элемент здоровой софистики.

Игровой формат все-таки не везде уместен?

Игровой формат не везде подойдет, но он может быть востребован намного больше, чем сегодня. Пресс-конференция — это только одна актуальная модель из множества — в МГИМО, например, у нас было игровое собеседование при устройстве на работу, решение проблемных ситуаций группой сотрудников внешнеполитических ведомств и т.д. Ведь одно дело — громко возмущаться по поволу какой-то ситуации и совершенно другое — оказаться в ее эпицентре и постарасться аргументировано и спокойно доказывать верность своей позиции. А этому надо учиться.

Читайте также: Тренинги на службе Церкви

Беседовала Валерия Посашко.
Автор фото – Антон Щербина.

Помоги Правмиру
Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!
Пожертвования осуществляются через платёжный сервис CloudPayments.
Похожие статьи
Образование, каким оно должно быть

Педагоги, которые лучше всего помогают детям, — это те, кто ценит и изо всех сил старается…

Здесь дети весь урок решают один пример

Одна учительница поработала в Эвенкии год и многое поняла

В престижных школах детей травят больше

Надо ли переводить ребенка из школы в школу и как выбрать подходящую?

Дорогие друзья!

Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!