Какая книга помогла прийти к вере? Личный опыт

Протоиерей Олег Переверзев, настоятель Введенской церкви г. Вязьма

В 1991 году мы вместе с моей девушкой попали под машину. За рулем был парень в состоянии алкогольного опьянения… Мне тогда было 19 лет всего, но нагрешить за эти годы я успел немало. Меня снесло, подруге задело ногу. Машина была не легковая – ГАЗ-53, так что собрали меня с трудом. И вот уж передумать всю свою бурную молодость выпало мне много времени на больничной койке. Как только я пришел в себя после операции, ко мне в палату стал наведываться следователь за показаниями. А в это время моя мама находилась на лечении в одном из курортов Кабардино-Балкарии. Узнав о том, что случилось, она поспешила вернуться, не докончив курса лечения. Когда она ехала в поезде, к ней заглянули молодые люди и предложили в подарок маленькую книжку в клеенчатой темно-синей обложке… Новый Завет, издательство «Гедеоновы братья» (многие, наверное, помнят такое издание). Не заезжая домой, мама по прибытии поезда, сразу пришла ко мне и положила на тумбочку эту книжку.

Я верил в Бога. Но не жил так, как Он учил. Для меня эта вера была даже неким модным «прикидом». Да и о заповедях евангельских я слышал краем уха (сами знаете, чему нас в школе учили)… Это было 6 июня 1991 года, когда я начал чтение Священного Писания. И, конечно же, я прочитал и то место, где Христос говорит: «Если не будете прощать людям согрешения их, то и Отец ваш не простит вам согрешений ваших»… До прочтения этих слов мне очень сильно хотелось справедливости. Я даже мечтал и фантазировал о том, как этот парень загремит у меня лет эдак на пять, и услаждался этими фантазиями. Теперь будто что-то переключилось внутри меня. Мои согрешения… И мне захотелось вдруг простить. Даже не из-за страха самому быть не прощеным, а потому что возникло желание сделать добро в противовес этой никому не нужной «справедливости». Просто простить, без условий.

Следователь удивился. Удивились и многие мои родные и знакомые. А мне было хорошо и свободно. На следующий год мы с подругой повенчались, а еще через три года я стал священником. Да, в 23 года. У нас двое детей, большой приход. Слава Богу!

Аннета Седова

Никогда не думала, что книга будет вести меня к вере путем длиною в жизнь. Пути Господни неисповедимы. Мне было лет 13-14, когда в моей жизни появилось крошечное Евангелие из папиросной бумаги в ярко-изумрудной дерматиновой обложке – подарок старшего брата, студента из Санкт-Петербурга. Лихие 90-е. Когда Русь обращалась в православную веру второй раз… Но до этого в нашем маленьком сером городке появились первые вестники Евангелия из Норвегии и Финляндии. “Методами тыка”, слабой веры, временных отступничеств и неофитства я шла к своему подлинному Отцу Небесному. Тогда не имело значения, что за часть религии была в моей душе: баптизм, адвентизм, протестантизм, евангелизм, пятидесятничество или православие. Главное, что искренне искала. Будет ли еще когда-то то отроческое чувство восхищения перед чудом, когда простым карандашиком отмечаешь евангельские потрясения и притчи… Это потом придет некоторая библиографическая деловитость в прочтении Библии (с опытом библиографа при Научной библиотеке СПбГУ), а тогда это было как в детстве, когда перед тобой открывался не просто этот мир во всей его изумительности и красоте, а Чудо. Чудо любви, чудо веры, чудо истины в реальной истории человечества. И помню, как прочитав такие насущные и простые слова: «Если вы будете иметь веру с горчичное зерно, и скажете горе сей: перейди отсюда туда, и она перейдет; и ничего не будет невозможного для вас» (Мф.17:20), я неистово просила Господа исцелить меня от глухоты. Сейчас улыбаюсь этому воспоминанию. Да, у меня с детства это. Конечно, мне не было дано исцеление. Я еще не знала ответов на такие вопросы. Это пришло потом.

Так сложилось, что книги стали моей судьбой. Моей работой. Всю жизнь они со мной. Всю жизнь шелест их страниц. Самые лучшие, самые дорогие по цене, самые красочные и самые добрые с их поиском вечного и разумного. И родители постарались, и последние новинки доверяли мне сами заведующие библиотек. Мне, школьнице. Спасибо им за то доверие! Наверно, видели эту ненасытную жажду. Вереницы. Целые библиотеки во всех городах, где только бывала за свою жизнь. И всегда инстинктивно больше брала те, в которых канвой шла евангельская нить, поиск истины. Это вся наша великая русская и зарубежная классика. Не счесть этих имен и названий. Конечно, болезнь наложила отпечаток на стремление найти. В скорбях да найдется отрада. Кто бы думал, почему Господь готовит тебе эти скорби. Знали бы для чего, не просили бы даже исцелений. Жало всегда должно быть.

А потом были стремительные годы юности, взрослости, сотни мелких бед и радостей жизни, годы отступничества. После особенной беды, когда Господь уже не желал, как сказал Клайв Стейплз Льюис, взывать ко мне лишь голосом совести, после паломничества к Серафиму Вырицкому в мою жизнь вошло во всем сиянии мое личное духовное торжество православия. Вдруг единым взмахом я отмела временно в сторону весь пласт светской книжной литературы, потому что поняла, сколь бездонны и животворящи наши сокровища духовной православной литературы. Надо заметить, что именно моя болезнь сподвигла читать ее с тем, чтобы найти ответы на все мои насущные вопросы с устойчивым приходом в нашу веру, в том числе как идут богослужения, их значения, значения таинств, жития святых, проповеди наших великих святых и деятелей Церкви. Никто не мог бы мне дать все равно такого полноценного разворота, не услышала бы, не вникла бы. Ну разве не всеведущ Господь? Иногда за этой радостью открытий забываю сейчас о самой Главной Книге. Каюсь. Но время от времени, и она продолжает быть в моих руках.

Великий пост это некий «стоп-кран», когда дается особенная молитвенная возможность прикоснуться к таким книгам как «Христианский смысл жизни» Иоанна Кронштадтского, «Радость покаяния» Антония Сурожского , «Слово о человеке» Игнатия Брянчанинова, «Радость моя» Серафима Саровского , «Исповедь» Августина Блаженного Аврелия. И уже знакомая классика по-иному откроет свои глубины.

Несказанную радость несет Шмелев «Летом Господним», Лесков – «Соборянами», сколько любви к семье в письмах из лагерных ссылок у Павла Флоренского, сколько душевного труда требует от меня внимать наследию Достоевского (снова и снова обращаюсь к нему), нам бы такого мужества и верности из «Лебединой песни» И. Головкиной. Ах, если бы с молоком матери, с первых колыбельных, с первых наших букв Евангельские мотивы и правды для всех без исключения впитывались в наши сердца – мир всегда сиял бы Пасхой.

Но, слава Богу, что нам дана милостивейшая надежда на Воскресение, на Царствие Небесное. Стоит только принять этот величайший дар любви, то чудо, что сквозит в книге и ее святом наследии.

Анна Мар

2011 год выдался для меня и моей семьи очень тяжелым. Весной перенесла операцию, а в начале лета погиб мой родной дядя, он был моим крестным отцом. В моей семье все крещены в православии, но в храм всегда все ходили только, когда им надо. Воцерковленные люди называют таких «захожанами», и я была из числа таких людей. Но после операции и смерти крестного внутри меня что то поменялось, и мне захотелось быть ближе в Богу, захотелось узнать больше о вере.

Библии в нашем доме никогда не было, но в наше время это не проблема, ведь все можно найти в интернете. Я долгое время жила в мусульманской стране и была подвержена их культуре и религии. Я нашла один православный интернет-магазин с книгами и церковной утварью и заказала несколько книг. Среди них была книга отца Даниила Сысоева «Брак с мусульманином», которая открыла мне глаза на многие вопросы, на которые раньше я не могла найти ответов. До этого я всегда думала, что не важно, в какой религии ты воспитан, если ты ведешь праведный образ жизни, то все равно попадешь в Рай. Эта книга для меня была необычайно интересна, по сей день я ее рекомендую прочитать всем своим знакомым, особенно тем, кто замужем за мусульманами.

После я стала читать больше, хотя раньше не особо любила чтение, а в Великий Пост впервые причастилась Христовых Таинств. Было очень страшно, и я долго собиралась, готовилась к этому, но это был самый счастливый момент в моей жизни.

В Великий Пост я стараюсь читать больше жития святых и другую православную литературу. В прошлом году оторваться не могла от книг архимандрита Тихона (Шевкунова) «Несвятые Святые» и Юлии Сысоевой «Бог не проходит мимо». А в этом году, так как учусь на епархиальных богословских курсах, готовлюсь к экзаменам и читаю Катехизис иерея О. Давыденкова и другую учебную литературу, а также творения батюшки Иоанна (Крестьянкина), очень люблю его перечитывать. Очень рада, что пришла к вере и Богу и молюсь за всех, чтобы все уверовали и пришли к Христу. Слава Богу за все!

Саша Дунаева

Три книги повлияли на мой приход к вере. Первая – Новый Завет (“Гедеоновых братьев” издательство, нашла в столе у бабушки, и что он там делал? Она же так и не читала его), и я поверила в Бога и крестилась. Вторая – «Несвятые святые», которую прочла около года назад, уже далеко уйдя от Бога в язычество. Книга тронула и пробудила то, что оставалось глубоко, словно свежим взглядом я увидела христианство, что оно еще живо. Третья книга – «Сила молитвы» митрополита Антония Сурожского. Его книги и записи внезапно откликнулись во мне, читала и слушала взахлеб! Моя вера словно возродилась, я вернулась не только к христианству, но и к православию. Теперь я вновь живу. Это если кратко. Ведь еще множество книг читаю, и буду читать – вот, к примеру, взяла Шмелева. Столько о нем читала и слышала, в том числе и на вашем сайте, что решила прочесть.

Людмила Триандофилиди

Читаю уже несколько лет вечером житие и поучения святых отцов, как древних, так и новых. Все рассказывается простым и понятным языком – кладезь бездонных советов и нравоучений. Как отмечал святитель Игнатий Брянчанинов, «писания святых отцов все составлены по внушению или под влиянием Святого Духа. Руководствующийся ими, без всякого сомнения, имеет руководителем Святого Духа».

А началом были Закон Божий и Библия. Сейчас – «Духовные беседы» преподобного Макария Египетского.

Вера Кульневич

Как это ни странно прозвучит, к вере меня привели книги Сергея Лазарева, именно они убедили что Бог есть. Ну, а потом, видимо, Сам Господь привел меня именно в православный храм. Перечитав позже своего «путеводителя», без сожаления выбросила в костер. Сейчас читаю книгу протоиерея Андрея Ткачева «Мы вечны! Даже если этого не хотим».

Ирина Денисова

Прочитала Евангелие от Иоанна и поняла, что Иисус Христос – это Бог. Человек не мог так говорить. Так поступать. И все. Это заставило приложить усилия для изучения христианства. Стало ясно, что христианство – это православие.

Читаю жития святых, «Христианский смысл жизни» Иоанна Кронштадтского, «Я полюбил страдание» святителя Луки Крымского, наследие святителя Николая Сербского (Велимировича), житие преподобной мученицы Елизаветы Федоровны Романовой.

Елена Гартунг

Всё началось не только с книг, конечно. Но в какой-то момент правильное направление мыслям придали до сих пор мои самые любимые народные рассказы Льва Николаевича Толстого, изданные под общим названием «Чем люди живы», с замечательными иллюстрациями художника Бориса Диодорова. Сейчас впервые внимательно читаю «Войну и мир» и поражаюсь неизменности этого мира.

В прошедшую неделю читала Покаянный канон Андрея Критского. Замечательно погружает в атмосферу поста.

Ольга Ариничева

Книга «Встреча» митр. Антония Сурожского помогла мне встретиться с Богом. Поэтому я очень почитаю владыку, смотрю передачи о нем и всегда молюсь о его упокоении. Обычно постом читаю Авву Дорофея.

Наталия Кабанова

Я очень старая, поэтому «Мастер и Маргарита» Булгакова, прочитанная в 1971 году за одни сутки, так как добыть книгу иначе не было никакой возможности. Дали импульс задуматься о реальности существования евангельских персонажей. И только потом, уже в 1977 году, было Евангелие, да и то потому, что на лекциях по научному атеизму нам очень подробно рассказали о христианстве. Вот как Господь даже через Своё отрицание приводит людей к вере.

Татьяна Глазкова

В университете читала Остромирово евангелие. Это был текст, где надо было найти и определить типы склонений и т.д. Возникал вопрос: почему запрещена Библия? Тезис «религия-опиум для народа» не устраивал.

Шли годы. В 1979 году в руки попало Евангелие. Читала сутки, не отрываясь. Трудно передать словами всю гамму чувств, охвативших меня тогда. И радость, и смятение, и безмятежность одновременно. Мир вокруг меня стал другим. Потом еще сутки я читала Евангелие, наслаждаясь каждым словом, каждой буквой в нем.

С тех пор прошло много лет. Верю ли я? Мне кажется, что вера стала неотделимой частью меня. А вот когда это произошло – я не знаю.

Алена Жилкина

Люблю читать. Я научилась читать в три года, в пять уже вовсю читала книгу А. Волкова «Волшебник изумрудного города”, а лет в 8 ко мне в руки попала детская Библия с очень красивыми иллюстрациями. И я начала читать. Многого не понимала, но читала все добросовестно и по порядку. И мне было очень интересно и хорошо. Когда были какие-то контрольные, я обязательно просила помощи у Господа, и Он всегда меня слышал.

Когда мне было 11, убили моего папу. Мама пришла в храм и привела нас с сестрой. Так в моей жизни появились Евангелие и молитвослов, подаренные бабушкой. Потом мы стали покупать православную литературу, и я забыла про фантастику и приключения. Больше всего я любила читать про настоящие жизненные истории, как например «Под кровом Всевышнего».

В этот Великий пост я начала читать с первой страницы (только не смейтесь) ту самую детскую Библию, с красивыми иллюстрациями, Евангелие и Псалтирь. Читаю и другие православные книги: жития, рассказы Шмелева, «Несвятые Святые»…

Елена Плещеева

Как ни странно, осознанно к вере я пришла, прочитав книгу эзотерика Свияша «Как быть, если всё не так, как вам хочется». Я стояла на остановке троллейбуса и думала, что же дальше делать. Денег нет, работать не могу, так как очень болен сын, с мужем тоже проблемы. Троллейбус задерживался, и я от нечего делать обернулась. Передо мной был прилавок с книгами. Эта книга бросилась мне в глаза сразу. На последние деньги я её купила. А когда прочитала, поняла, что всю свою жизнь шла не в том направлении. И как-то постепенно мои мысли стали меняться, я стала ходить в храм, читать молитвенное правило. В храме увидела столько православной литературы, стала читать именно ее, записалась в православную библиотеку. И вот сейчас, спустя двадцать лет, я не понимаю, как я могла жить без веры. И думаю, что у каждого свой путь к Богу, иногда даже такой странный как у меня. Сейчас я читаю жития и творения святых отцов, Евангелие, Псалтирь, Апостолов и кажется мне, что это самые интересные книги, мне с ними никогда не скучно. Читаю и православных авторов – прозу, стихи и думаю, что столько времени потеряно даром. И если бы не вера и помощь Божия, я не знаю как бы перенесла такое тяжкое испытание – потерю сына. А книги Виктора Лихачёва я тоже прочла, замечательные книги.

Великим постом читаю книгу издательства Сретенского монастыря «Чтение на каждый день Великого поста» и книгу «Нам оставлено покаяние» игумена Никона (Воробьёва).

Елизавета Цымбаревич

Книга «Лето Господне» Ивана Сергеевича Шмелева привела к вере. Эта повесть стала темой моей дипломной работой на художественном факультете ВГИКа. Недавно я сделала альбом с фрагментами текста Шмелева и моими эскизами. Во вступлении к этому альбому я и рассказываю, как повлияла на мою жизнь эта книга.

Как-то теплым июльским вечером, уютно расположившись в любимом выцветшем от солнца зеленом кресле на деревянном балконе старого дачного дома, я лениво открыла неприметный томик И. С. Шмелева. И чем дальше я читала, тем сильнее замирало сердце, и что-то родное, сокровенное наполняло душу. Шло лето 2009 года. Я только закончила 4-й курс института. Пора было выбирать тему для дипломной работы. На одном дыхании прочитала «Лето Господне». Простое и мудрое слово Шмелева затронуло что-то самое главное, что всегда было во мне. То, что я всегда знала, но отчего-то забыла. Возможно ли это нарисовать? Как воссоздать ушедший, но живой мир, передать дыхание московской старины, пропитанной исконными традициями? Как показать жизнь семьи и дома, полную сердечной простоты, «праздников, радостей, скорбей»?

Ольга Бурнаева

На приход к вере повлияла книга «Святое Евангелие с толкованием святых отцов». После ее прочтения изменились жизненные ценности, и начался мой путь воцерковления…

Прочитала книги «Сокровенный мир православия» В. Духанина, «Из времени в вечность: посмертная жизнь души» А.И. Осипова, «Несвятые святые» архимандрита Тихона (Шевкунова), избранные творения Луки (Войно-Ясенецкого). Сейчас читаю книгу Феофана Затворника «О покаянии, исповеди, причащении», в эту книгу вошли слова и поучения во дни Великого поста, очень хорошее духовное руководство.

Наталия Леонтьева

Преобразила душу книга митрополита Антония Сурожского «О встрече». Я читала всю ночь, и из глаз лились потоки слез. Со «встречи» началось наше с мужем воцерковление. Потом были еще и еще книги чудных православных мыслителей. Всех не перечислишь. Наша домашняя библиотека православной литературы все время пополняется. Но лишь книга «Несвятые святые» подействовала с той же благодатной силой, как и книги вл. Антония.

Елизавета Ерофеева

На мой, скорее не приход, а возвращение к вере уже в зрелом возрасте очень сильно повлияла книга святого праведного Иоанна Кронштадского «Моя жизнь во Христе». Наверное, это было как прозрение: то, что ты, казалось, всегда знал душой-христианкой, но не мог выразить словами… Знаю, что писался этот труд свыше, в минуты особого «духовного вдохновения», поэтому невозможно не чувствовать и не принимать в сердце каждую мысль, каждое слово, равно как и не стыдиться не следовать тому, о чем говорит, а иногда даже просит дорогой батюшка Иоанн. В этих дневниковых записках, собираемых годами, нашлись ответы на все мои вопросы и сомнения. Воистину ценная книга на каждый день Великого поста, после Евангелия.

Moya_zizn_vo_Xriste_enl

Никита Коробов

«Несвятые святые» архимандрита Тихона. Именно эта книга изменила ход моего мышления. У меня мама воцерковленная, и я с детства ходил в церковь, но не понимал, да и ходил, как мне теперь кажется, не так уж часто. Еще статьи протодиакона Андрея Кураева, конечно, сыграли очень позитивную роль. На воцерковление мое повлиял подарок от мамы в виде книги архимандрита Тихона, ссылки от нее же на статьи отца Андрея и, конечно же, Всемогущий Промысел Божий, который это всё и устроил. Слава Богу за все!

Екатерина Ремизова

Конечно, было бы ошибочно утверждать, что на мой приход к Богу повлияла одна какая-то конкретная книга. Ведь путь к Богу – это путь длиною в жизнь. Сейчас, оглядываясь на свою жизнь, я вижу как заботливо Господь вел и ведет меня по этому пути.

Последнее время я часто задумывалась, из чего состоит мой путь к Богу до сегодняшнего дня, до этого момента, и понимаю, что немалую роль в самом осознании этого пути и движения играют книги. Причем, как ни странно, книги, или, если брать шире, произведения искусства, так как тут еще и фильмы, и песни, и спектакли, и живопись, абсолютно разные по настроению и содержанию. Ведь Слово одновременно общее для всех и для каждого свое.

Я родилась в обычной семье и, хотя и была крещена на 40-й день от рождения, впервые вошла в храм и в физическом и в духовном смысле 18 лет отроду. В нашей семье были разговоры о Боге, мы отмечали Пасху, но что-то главное ускользало. И я отчетливо помню ту неподдельную детскую горечь от осознания того, что вот и еще одна Пасха прошла, а мы так и не пошли в храм, хотя мама обещала и честно туда собиралась на протяжении многих лет.

И были, конечно, появившиеся в перестройку книжки типа «Истории Ветхого Завета», и мультфильм «Супер-книга», но то главное Слово еще не прозвучало, все это было часть истории, правдивой истории, но все не про меня. В какой-то момент в доме появилась Библия, но, увы, тогда мое понимание того, что я пыталась прочитать и понять, лучше всего передают слова «белый шум». Вот уж истинно, «Очи имеют, и не видят, уши имеют, и не слышат……» (Пс.113).

Потом как-то мой папа, любящий хорошую рок-музыку, принес кассету с рок-оперой «Иисус Христос – Супер звезда». Музыка эта мне была знакома с детства, а фильм меня поразил и захватил своим содержанием. Мне не нравилось название этой рок-оперы, во многом ее подача, но я чувствовала, что там есть что-то про тот смысл, что я ищу. Я пересматривала и пересматривала фильм, по лицу катились слезы, я не понимала почему я плакала, но мне становилось легче. Я впервые почувствовала, что со мной говорят о Главном, на том языке, который я способна понять.

Потом была абсолютно захватившая меня влюбленность в роман “Мастер и Маргарита”. Я жадно впитывала историю, которую знала схематично, и которую так явственно и образно увидела в этой книге. Да, я видела, что слишком привлекательно изображены силы зла, им досталось куда больше красок, чем булгаковскому Иешуа Га-Ноцри. И все же, через сплетение красивых фраз и нагромождение образов, пусть «как бы сквозь тусклое стекло» для меня приступил Его лик.

Я больше не могла отрицать, что Этого не было, хотя и не понимала, что мне делать с этим осознанием. И с этим мне помогла сама жизнь. Выдался какой-то необыкновенно сложный Великий пост. Притом, что и постов я тогда не держала. О существовании их я узнала лишь потому, что моя мамочка второй год подряд с какой-то пугающей странностью больше чем на месяц, каждой весной перед Пасхой стала отказываться от семейных трапез с пельменями, предпочитая им ужасные вареные овощи без масла. К концу второго Великого поста моя жалость к маме по поводу ее поста превысила все возможные пределы. Кроме этого, нашу семью в тот период начали посещать различные достаточно серьезные скорби и испытания, финальным аккордом которых стала травма у моего младшего брата. Так в мою жизнь вошли еще две книги.

Первая книга – православный молитвослов. Он появился у мамы на исходе второго поста. И в момент, когда чаша моего терпения была переполнена, а болевой порог пройден, маленькая зеленая книжечка привлекла мое внимание. Я хорошо помню этот день. Я сидела на кухне, до смерти напуганная травмой брата и читала подряд все молитвы, которые мне там встречались. Каждое слово каждой молитвы отзывалось во мне болью и жаждой нового слова. Моя многолетняя безмолвная боль наконец обрела свое Слово. Я не помню, сколько молитв я прочла, сколько я так просидела, молясь и плача навзрыд – сейчас мне кажется, что вечность. Но я поняла, что Бог здесь, рядом со мной, в моем доме. И мне захотелось в Его Дом, хотя это и была мучительная и пугающая мысль.

Действительно, сейчас это странно вспоминать, но я, так плачущая в детстве по Божьему Храму, в 18 лет воспринимала поход в неизвестный и страшащий меня храм как вылазку на вражескую территорию. Так в моей жизни появилась вторая книга – «Мои посмертные приключения» Юлии Вознесенской. Да, сейчас я уже прочитала множество критических отзывов об этой книге, со многими я согласна, но все же я рекомендую эту книгу всем своим новоначальным и сомневающимся друзьям. Почему?

«Действительно, почему мне так захотелось в храм? В это собрание сектантов», – думалось мне, когда я стояла на своей первой всенощной. Страшно. И, наверное, не только мне, ведь моим бесам вполне спокойно жилось такое долгое время! До конца не осознавая, кто чей враг в данной ситуации, я поняла одно: врага нужно знать в лицо. Книга Вознесенской была как нельзя кстати. Я с жадностью впитывала новые знания. Церковное предание и опыт Церкви о жизни после смерти, бесах, мытарствах, описание неведомых мне Таинств… Вся та жизнь и понятия, к которым меня так влекло и, которые я решительно не понимала до этого, вдруг так просто и ясно, в виде сказки для взрослых, вошли в мою жизнь. И хотя жизнь Церкви казалась мне пугающе странной, я поняла, что хочу быть ее частью.

А дальше был мой первый и самый серьезный пост на Страстной седмице и первые исповедь и причастие в Чистый четверг. И, наконец, была та первая Пасха в храме, к которой так стремилась моя душа всю жизнь.

Вслед за первой Пасхой пришли другие книги. Это и «Камо Грядеши» Генрика Сенкевича, и прекрасные книги К.С. Льюиса – «Письма Баламута», «Хроники Нарнии», «Любовь», «Расторжение брака». Еще «Каждый день – Подарок божий» – дневник неизвестного священника – настольная книга императрицы Александры Федоровны, которая была с ней даже в Ипатьевском доме. Также «Встреча» митрополита Антония Судорожского, которая открыла для меня Книгу всех книг – Евангелие.

Евгения Новосельцева

С детства я любила читать. Уже в начальной школе я могла целый воскресный день просидеть одна дома с увлекательной книжкой. С восьмого класса у нас произошло разделение на профили, с этого времени я начала заниматься литературой профессионально, в десятом классе поступила в лицей при университете. Тогда произошла встреча с учительницей литературы Людмилой Николаевной Житковой, и, как бы громко это ни звучало, она перевернула мое мировоззрение.

Мне было 15 лет, и во мне был очень силен дух противоречия и желание казаться лучше, чем я есть, или даже быть не той, какой являюсь на самом деле. Этакий заблудившийся в жизни подросток, который сам не знает, чего хочет. С первого же урока Людмила Николаевна меня поразила, но поначалу это впечатление было неприятным. Она казалась посланницей из другого, более светлого мира, который я тогда цинично, по-базаровски, отвергала. Она ломала стереотипы, принятые в школьных учебниках, отвергала советские трактовки произведений, говорила о том, что русскую литературу не понять без христианства. И мне это не очень нравилось. Через какое-то время я почувствовала, что в ее словах есть какая-то высшая правда, еще недоступная мне, и решила понять, что это за правда. И тогда, я помню, стала читать всю нашу школьную программу сквозь призму христианства.

Мне стал открываться иной мир с иными чувствами и переживаниями. Помню, тогда в классике я искала Христа, Его правду. Можно сказать по-пушкински: это была настоящая «духовная жажда». Произведения, далекие от христианского духа, были для меня скучны, даже вводили в состояние душевной тяжести… Большим открытием для меня стал Ф.М. Достоевский. Можно сказать, что только благодаря ему я для себя приняла окончательное решение, что хочу жить по-христиански. Но до прихода в Церковь было еще далеко, еще два года… Прочитав «Преступление и наказание», я пришла к мысли: все мы преступники, все мы в чем-то преступаем заповеди, переступаем через свою совесть. Но, с другой стороны, каждому открыт путь очищения, изменения. На мой взгляд, в романе хорошо показано, как страшна жизнь в грехе.

Потом я читала «Войну и мир». У Толстого также много глубоких мыслей о вере. Например, в эпизодах, связанных с князем Андреем, – в известном небе под Аустерлицем, о встрече с Наташей, когда он был ранен, и, конечно, в его смерти. Все это сцены, которые говорят о прощении, примирении, о вечности, которая вошла во время… Духовные поиски Пьера, удивительный характер княжны Марьи, цельность Платона Каратаева – все это производило неизгладимое впечатление, было своеобразными семенами, плоды которых появились позже. С тех времен и до сих пор одной из моих любимых книг являются «Братья Карамазовы», в которой особенно люблю «Поучения старца Зосимы», они не раз спасали меня от уныния, депрессии.

Тогда же в школе я начинала потихоньку открывать и Евангелие, оно преображало, удивляло. Было ощущение, что все описанное – единственная и настоящая правда жизни. Потом я поступила на филологический факультет и стала углублять свои знания в области русской литературы (это была моя специализация). Помню, как была счастлива изучать древнерусскую литературу, хотя для нашего курса филологов и журналистов это был один из нелюбимых предметов. Во-первых, тексты читались в оригинале, на старославянском, преподаватель спрашивал строго, и те, кто читал на русском, не знал подробностей. Во-вторых, в основном это были произведения церковные, непонятные современному читателю. Но это меня и радовало: появилась возможность прочитать такие тексты, из которых потом вышла вся наша литература.

А последним толчком к приходу в храм стали две книги Майи Кучерской – «Современный патерик» и «Бог дождя». Наверное, это звучит удивительно: Кучерскую не все любят, некоторые открыто осуждают. Но для меня ее творчество сыграло большую роль. Прочитав эти две книги, я поняла: в Церкви такие же простые люди (не святые, как я думала ранее), со своими недостатками, ошибками, но вместе с тем другие, им открыта какая-то иная действительность. И тогда у меня отпала большая часть страхов, которая сковывала меня и мешала окончательно переступить церковный порог.

Павел Пушкарев

Книга в моей жизни сыграла не решающее значение. Однако, одной из первых книг, которые я прочитал, была книга «Отец Арсений». Она дала мне живой пример веры в довольно тяжкое время для православия в России, помогла мне более полно понять, что такое христианство. Именно благодаря ей я увидел, что христианство – это образ жизни, что вера – это огромный дар Божий человеку, и сохранить этот дар можно всегда, в любых обстоятельствах. Позже я читал, что о. Арсений – вымышленная фигура, собирательный образ, который включает в себя жизненный путь многих людей. И тогда, скажу честно, меня это очень расстроило. Но сейчас я понимаю, что неважно, был ли отец Арсений в реальности, как личность, или нет, важно то, что в этой книге собран огромный духовный опыт многих людей, который так полезен христианам в современном мире.

Зинаида Пачина

В 1994 году журнал “Литературная учеба” опубликовал сборник духовных очерков Анны Ильинской “Матушки земли Российской”. На дворе – “лихие девяностые”, дома – постоянно болеющий ребенок, и сама – на грани депрессии. А вот взялась читать… и успокоилась. Читала о православных подвижницах ХХ века и вспоминала свою бабушку – светлую, скромную до застенчивости, трудолюбивую. Вспоминала ее трудную жизнь, ее терпение и веру. В общении она была немногословной, мягкой, рассудительной… И через “призму жизни” и образ бабушки жизнь матушек из очерков вдруг стала такой близкой, понятной, ясной. И ясной стала их вера. Все разом в голове соединилось, легло по полочкам, и “как пелена с глаз упала”: так вот же, как я раньше-то не понимала, ведь все так просто, так удивительно. Пришла вера. В жизни появились новые книги – из церковной лавки.

По материалам сообществ читателей “Правмира” в социальных сетях Facebook и “Вконтакте”.

Словарь “Правмира” – Вера

Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.
Похожие статьи
Александр Архангельский: Люди и книги, которые меня сформировали

«Перед литературой стоять на коленях нельзя, она либо живая, либо нет»

Спи, Весея, спи!

И Паслен Жила из новой детской книги Дмитрия Емца «Древняя Русь».

Авантюрист Арцыбушев

Он молился и падал, любил и дрался, верил и никогда не предавал себя

Дорогие друзья!

Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!