Кровавая дата

Войны на Балканах длятся с 1991 года, однако «Югославская война», начавшаяся 12 лет назад, в России запомнилась особенно. Отчасти дикостью, странной для конца XX века – когда одно цивилизованное с виду европейское государство хладнокровно уничтожает жителей другого – не менее цивилизованного и не менее европейского. Отчасти взлетом национального самосознания в самой России. «Поколение next», выросшее в 90-е годы и воспитанное на поклонении перед всем заокеанским, вдруг осознало, что американское – не значит лучшее, и почувствовало незнакомую ранее солидарность с братьями-славянами.

Как это было…

Официально поводом для начала войны были чистки, якобы устраиваемые президентом Югославии Слободаном Милошевичем в отношении косовских албанцев. «Был ли мальчик», то есть насколько на самом деле страшны были действия Милошевича, и можно ли было уладить ситуацию мирным путем, сейчас уже сказать трудно. Однако американцы, самовольно взяв на себя роль миротворцев всея планеты, стали решать проблему радикально. Журналисты, присутствовавшие на месте трагедии 12 лет назад, отмечают, что во время бомбардировок американцы уничтожали по большей части гражданские объекты.

«Точечные удары», которыми, видимо, авиация НАТО стремилась попасть лично в Милошевича, странным образом превратились в «лепешечные». Пострадала от них знаменитая табачная фабрика «Дуван» во втором по величине городе Сербии Нише. По странному совпадению в то же время на черном же рынке Югославии по бешеным ценам появился американский табак. Следующей целью стал Нишанский завод электроники – предприятие сугубо гражданское, выпускавшее, в том числе по итальянским лицензиям, телевизоры, пылесосы, стиральные машины и другую бытовую технику. Естественно, при отсутствии товаров отечественных повысился спрос на продукцию известных западных фирм. Не обошли вниманием летчики и мосты, точнее, автомобильные развязки (а в Сербии они очень современные).

Также в Нише без перерыва выводили из строя электростанцию, разбомбили фармацевтическое производство, не говоря уж о нефтеперерабатывающем заводе. В общем, везде открылись очень перспективные рынки. Жители Ниша в это время вынуждены были несколько месяцев жить в подземном торговом центре в духоте, среди болезней и эпидемий.

Помимо экономических причин эксперты для начала войны выделяют и политические. Заместитель председателя комитета Государственной Думы РФ по международным делам Наталья Нарочницкая в одном из своих телеинтервью того времени заявила:

– Это подступы к Персидскому заливу, к проливам, к новым нефтегазовым путям, это тыл НАТО, это природная равнина, которая позволяет танкам пройти в Салоники, не огибая Грецию по морю. Это все произошло не случайно, а является частью оси, которую Запад выстраивает, чтобы оттеснить Россию и от Балтики, и от Черного моря. Одним концом эта ось упирается в Югославию, а другим – на Кавказ.

«Милосердный ангел»

Как бы то ни было, первой жертвой военной операции НАТО «Милосердный ангел» стала трехлетняя Милица Ракич, жительница Батайницы – небольшого городка под Белградом. Когда бомбили аэродром в Батайнице, то трясся, по свидетельству очевидцев, весь Белград. Тогда, роковым вечером 17 апреля 1999 года, трехлетняя Милица была в ванной. Мать, Душица Ракич, лишь на минутку оставила дочку, чтобы разобрать ей постель. «Мама, охраняй меня!» – крикнула ей вслед Милица. Отец Жарко и старший брат Алекса в это время смотрели экстренный выпуск новостей по ТВ. Из-за ежедневных бомбардировок стекла в окне на кухне уже давно были выбиты, и оно было заколочено досками. А столовая теперь служила семье Ракич и гостиной, и спальней.

Было тихо, но вдруг гулкое эхо от разрыва запрещенной кассетной бомбы раскатилось по всей округе.

– Мой дом как раз напротив Ракичей, – вспоминал потом в свидетельских показаниях 70-летний Богдан Мирилович. – Я услышал взрыв. Потом – пронзительный крик. Это был самый ужасный крик, который я когда-либо слышал в жизни. Потом – причитание…

Осколки натовского снаряда раздробили маленькое окошко над ванной, разорвали белые занавески и искромсали всю плитку, а один из них попал прямо в голову девочке. Отец влетел в ванную – Милица лежала без сознания в луже крови. Подхватив ее на руки, Жарко сбежал вниз по лестнице и повез дочку в ближайшую больницу… Утром маленькое сердце Милицы Ракич перестало биться. Ей было три года, три месяца и восемь дней…

Всего за время бомбардировок было разрушено 7643 жилых дома, 300 школ, 53 больницы и 50 церквей или памятников. Особенно губительными для мирного населения оказались так называемые кассетные бомбы. В центре второго по величине города Сербии Ниша, например, 7 мая 1999 вся площадь между двумя мостами, рынком и междугородним автовокзалом была засыпана ими. На месте погибло 15 жителей, а как минимум 70 человек получили ранения. Ранения были многочисленными и тяжелыми, как, например, в случае одиннадцатилетней Сладжаны Анджелкович, на теле которой было насчитано более двадцати тяжелых повреждений.

«Миротворческая» миссия в Косово

Фотографии убитых. Приштина

Бомбардировки Сербии закончились 10 июня 1999 года, а затем в Косово, вытесняя российских миротворцев, вошли НАТОвские войска. Слободан Милошевич был отдан под суд Гаагского международного трибунала и загадочным образом скончался за месяц до вынесения приговора. В Косово же в это время начали хозяйничать американские войска в союзе с так называемой «Армией освобождения Косово» – организацией, которая самими же американцами считалась в свое время террористической. Впрочем, к европейской политике двойных стандартов за последние десятилетия все так привыкли, что уже ничему не удивляются.

После введения американских войск в Косово в 1999 году там продолжали верховодить экстремисты, организующие и поддерживающие криминальную экономику, основанную на насилии, грабежах и махинациях. В женском монастыре Дреница албанскими террористами были осквернены православные святыни 15 века, и это притом, что у США в Косово была оборудована огромная военная база «Бондстил» – крупнейшая со времен Вьетнама. Между прочим, именно к ней тянулся канал переправки героина, и в ее окрестностях нашли изнасилованную и убитую американским военнослужащим албанскую девочку.

«Не могут враги нас так убивать, как мы можем любить»

Серб Горан Бабич вспоминает подвиг своего друга, Мишо Чуровича, директора детского дома для детей с замедленным развитием, сумевшего защитить в те страшные дни своих подопечных.

Косово. Мальчишки

– Я видел двоих малышей, которые целые четыре часа держались за руки, прогуливаясь кругами по детсадовскому двору. Ходили без слов, так как не научились говорить, и свои чувства каждый выражал лишь тем, что сжимал ладошку товарища в своей ладошке, – с болью вспоминает Горан. – Вроде бы вернулся мир, но мертвые уже не воскреснут. Можно, конечно, однажды заново выстроить дома, мосты, школы и больницы, но не оживить заново убитых и не вытравить уже из детских душ вой громких сирен. Пока эти дети будут жить, в их сердцах будет поселяться страх от одного вида летящего самолета. Они будут всякий раз бояться ночи, которая им напомнит о сырости и гнили бомбоубежища, о нехватке воды и света, напомнит бабку, которая их, обезумевших вконец от ужаса, прятала подальше в шкаф, – заканчивает он.

– В нашем доме, когда выла сирена, все сразу целовали друг друга. Чтобы знать, что если случится самое худшее, – мы оставим этот мир в согласии и взаимной любви. Да и что нам оставалось? Только любить детей, своих и чужих. Так любить, чтобы в их душах наша любовь победила бы страх, ненависть и унижение. Ибо не могут враги нас так убивать, как мы можем любить, – рассказывает другой очевидец трагедии.

Косово: кошмар продолжается

После войны. Приштина

Прошло десять лет, как прекратились бомбардировки, но многие и сегодня не по своей воле не могут забыть, что такое война.

– После провозглашения независимости Косово и Метохии, наша жизнь стала еще тяжелее, чем раньше, – рассказывают Ненад, Милош, Югослав, Милица, Радмила, Мария и другие ученики Гимназии и Технической школы в Косовской Каменице и Ропотове в Косовском Поморавле.

– Все мои прогулки и развлечения сводятся к поездке на такси, ради безопасности, от дома до школы. Прогулки и девичьи мечтания возможны только между двумя школьными коридорами на первом и втором этаже, где мы общаемся, – рассказывает гимназистка Сладжана, а ее родственник Милош из Технической школы добавляет, что сразу после уроков они должны ехать на такси, оплачиваемом школой, прямо до дома. Пройтись по городу или сходить за покупками просто немыслимо.

Из-за всего этого девочки и мальчики в Ропотове, Стрезовце, Ясеновике, Бежевце и других поселках в Косовском Поморавле в один голос говорят, что такие ограничения и неизвестность, страх перед будущим их просто убивают.

– Очень тяжело, когда у вас ограничена молодость. Мы не имеем и 10% от того, что есть у наших сверстников в других районах Сербии. И материально мы тоже едва выживаем. Большинство семей моих друзей и подруг еле сводит концы с концами – рассказывает Светлана, отличница, мечтающая в следующем году продолжить обучение в центральной Сербии.

– Косово – это апартхейд, концлагерь, ГУЛАГ для сербов, – вторит детям белградец Небойша Николич.

Неизвестно, изменится ли когда-нибудь ситуация на Балканах, но очевидно, что бомбардировки Сербии и дальнейшие попытки урегулировать ситуацию в Косово при помощи НАТОвских войск не только не стабилизировали обстановку на Балканах, но довели страну до крайнего развала, нищеты и разгула терроризма.

Читайте также:

К 8-летию бомбардировок Сербии. Сербские песни и гимны

• Tweet
• 
•