Лучший город Земли. Экскурсия по Москве со священником Валерием Степановым

«…Оба мы меняемся в возрасте – Москва молодеет, а я старею. Молодость, ты была или не была? Кто ответит, куда ты делась?.. И только ветер в аллеях Нескучного сада заметает твои следы…»

(к\ф «Покровские ворота»).

О прекрасном городе, о любимых местах, о том, как меняется наша столица и какой она была в недавнем прошлом, мы беседуем с известным москвоведом, ведущим программы «Москва: мифы и легенды» на телеканале «Столица», священником Валерием Степановым, клириком храма святого Мартина Исповедника в Алексеевской слободе (Таганка).

Священник Валерий Степанов с Благодатным огнем.

Священник Валерий Степанов с Благодатным огнем.

– Отец Валерий, назовите, пожалуйста, пять своих любимых мест в Москве. Какие места Вы с неизменным удовольствием посещаете?

Первое – это Успенский собор Московского Кремля.

Еще диаконом очень много лет назад, во время учебы, в первые свои службы я испытывал это чувство, – вот на этом месте в течение многих столетий молились мои предки.

И я в числе многих-многих поколений священнослужителей тоже стою перед этим престолом и тоже приношу Богу молитвы за себя, за людей, за страну.

Это место, которое мистически связано со всем, что происходит.

Успенский собор Московского Кремля. Фото: prrk, photosight.ru

Успенский собор Московского Кремля. Фото: prrk, photosight.ru

Второе место – это храм отца Глеба Каледы в Высоко-Петровском монастыре, где происходило мое духовное возрастание. В этом монастыре, собственно, я был рукоположен во диаконы, а затем – во священники.

Высоко-Петровский монастырь. Фото: ШармAнка, photosight.ru

Высоко-Петровский монастырь. Фото: ШармAнка, photosight.ru

Первый храм, – это, как первая любовь, ты отдаешь все сердце. Потом сердце становится, как шагреневая кожа. Она сокращается, по кусочку отдирается, но храм, где ты духовно возрастал, – он становится твоей малой родиной. Поэтому с этим храмом, действительно, у меня связаны многие воспоминания, и с монастырем, и с людьми, которые пришли такие же молодые, как я. Наше общение переросло в глубокую дружбу на всю жизнь.

Третье место, как ни странно, это Перово, где, собственно, жила моя семья, где у нас была дача, на которую переселилась вся наша семья в годы революции. Мой прадедушка купил эту дачу, где жил с женой и восемью детьми. Там он и умер. Эти восемь детей друг друга поддерживали и вели по жизни.

На этой даче родился и я. На огромном пространстве жила очень большая семья. Я все хорошо помню, потому что мы жили в этом деревянном дачном доме, пока мне не исполнилось 5 лет.

Перово. Улица Плющева, дом 15/4. Снимок сделан между 1963-1965 годами. Фото: oldmos.ru

Деревянное Перово. Улица Плющева, дом 15/4. Снимок сделан между 1963-1965 годами. Фото: oldmos.ru

Это была деревянная Москва. Дачные окраины с особой культурой, отчасти я ее все-таки застал. Потом она исчезла. Сейчас о ней нет даже воспоминаний. Это место, где я родился в Москве, место, связанное с историей моей семьи. Там был огромный сад, от этого сада осталось всего лишь несколько деревьев. Мы потом с папой пытались несколько деревьев из этого оставшегося сада выкопать, когда разрушили дома, чтобы они росли у нас на новой даче, чтобы хотя бы вот таким образом сохранить память о том, что было. Это такая история рода.

Сейчас на этом месте пятиэтажные дома, которые строились тогда, когда активно застраивался этот район. Но патриархальный дух, который был там, конечно, уже исчез.

Четвертое. Места детства. Это, конечно, Пушкинский музей.

Пушкинский музей. Фото: ZorGu6onoK, photosight.ru

Пушкинский музей. Фото: ZorGu6onoK, photosight.ru

Я очень долгое время вместе с родителями ходил по воскресеньям в лекторий, который был в Пушкинском музее. Это место, где собирались мальчики и девочки из хороших московских семей. Мы там знакомились и дружили между собой. Завязывались какие-то отношения, даже романы. Я до сих пор помню девочку с виолончелью, с которой я познакомился. Она мне сказала: «А я живу на Хорошевке». Я тогда не очень понимал, что это такое. Посмотрел по карте – Хорошевка далеко, на окраине города. Потом я понял, что это какое-то статусное московское место.

Вообще, благодаря Пушкинскому музею я с многими людьми познакомился. И познакомился, конечно, с искусством, с таким его домашним восприятием. Все было так камерно, хорошо, очень близко. Пушкинский музей во многом стал моим домом, в который ты входишь без страха, входишь, как во что-то свое. Я благодарен, как многие москвичи, Ирине Александровне Антоновой, которая до сих возглавляет музей и старается в той или иной мере эту атмосферу поддержать, которая есть в Пушкинском музее, – это вне всякого сомнения.

– Лекторий до сих пор действует?

– Этот лекторий даже разросся! Там у них вырос целый детский городок. Появились помещения, открылась изостудия, множество разных кружков. Я делал о них программу – у них просто невероятный размах, очень много сделано.

Я делал программу в течение пяти лет об истории Москвы, о церковной истории Москвы. Конечно, столице не повезло, потому что многие места были обезображены, разрушены и сохранились, собственно, музеи, музеи-квартиры и храмы. Есть места, где сохранились интерьеры, где сохранилась какая-то историческая память.

Я застал еще то время, когда храмов в Москве было мало. Около каждого храма собирались какие-то молодые люди, такая маленькая общинка. Приход на престольные праздники в каждый храм очень многое значил. Я надеюсь, что кто-то напишет воспоминание об этой Москве, церковной Москве конца 70-х – начала 80-х годов. Но позже я старался отыскать все больше мест, связанных с новейшей церковной историей, с историей исповедничества, мученичества.

Вид на набережную Мориса Тореза и Кремль с кормы речного трамвайчика. Фотография сделана в июле 1980 года. Фото: oldmos.ru

Вид на набережную Мориса Тореза и Кремль с кормы речного трамвайчика. Фотография сделана в июле 1980 года. Фото: oldmos.ru

Ну, конечно, пятое место – оно особенное. Это – московский речной трамвайчик. Это традиция была у нас заведена родителями. Устраивался пикник, – мы брали бутерброды, садились на теплоход от Киевского воказал, ехали к Новоспасскому мосту, а потом обратно, ели бутерброды, а потом еще шли в кафе «Шоколадница» и ели знаменитые блинчики. Конечно, место, которое меня связывает с Москвой, – это московский речной трамвайчик.

Традиция не прерывается. Он и сейчас курсирует.

– Он курсирует, конечно. Но у меня она прервалась. Я ее пытался воскресить со своими племянниками. Мы старались каждый год прокатиться на этом речном трамвайчике. Но, кажется, все другое, привкус другой…

Скажите пару слов об архитектуре Москвы. Она очень сильно меняется, подвергается всяким изменениям. Многие здания просто исчезли с лица города. Человек приезжает в Москву. Какие бы здания вы рекомендовали посмотреть, – исторические московские здания?

– У меня специфическое мнение. Я думаю, что интересно смотреть конструктивизм и модерн, который еще остался. Это то, что имеет в Москве свою специфику, вне всякого сомнения. Может быть, это какие-то даже гениальные вещи, связанные с новым пониманием искусства.

Знаете, вообще считается, что авангардизм как явление был вызван исследованием русской иконы. В XIX веке открыли русскую икону. Это были черные доски, их начали расчищать, реставрировать тогдашними новыми методами, и вдруг увидели, что икона – она яркая, что там очень интересный сюжет, что это прямая и обратная перспектива. Многие специалисты считают, что это невероятно, что это толчок для развития нового искусства, которое, конечно, отходило от классики, от академической живописи, и воспринимало мир по-новому, в измененной перспективе.

В архитектуре эти же процессы происходили. Они имеют под собой, я уверен, религиозную подоплеку. Поэтому, конечно, XX век – всплеск буржуазной Москвы. Это очень интересно.

Потом, я думаю, нужно смотреть оставшиеся самые старые здания города. Это – Английский двор, который находится рядом с реконструированными палатами бояр Романовых в Китай-городе. Сейчас там филиал Музея истории Москвы. Они, собственно, времен Ивана Грозного. И это все, что осталось от столицы того времени.

Фото: onfoot.ru

Английский двор в Москве. Фото: onfoot.ru

Потом, конечно, в Москве надо смотреть нарышкинское барокко. Это храм Покрова в Филях, храм Николы Стрешнева. Все, что связано с русским пониманием западного искусства. Мне кажется, это интересно посмотреть.

Покровская церковь в Филях. Фото: Issahar, photosight.ru

Покровская церковь в Филях. Фото: Issahar, photosight.ru

Потом у нас наступает сложный период в истории, когда Петр I запретил строительство каменных зданий в Москве. В Москве было неуютно и совсем по-другому. Вообще, Москва совершенно иначе выглядела до пожара 1812 года. У нас очень мало зданий осталось этого периода. До пожара 1812 года и после пожара, когда Москву отстраивали, появился стиль московский ампир, несколько домиков сохранилось. Это тоже воспоминание о победных реляциях.

Наш москвич Чаадаев писал, что «Россия – удивительная страна, где каждая новая идея полностью вытесняет предыдущую, как-будто она растет на пустом месте». Мне нравится, что Москва все-таки эту теорию Чаадаева разрушает, потому что в Москве одно наслаивается на другое. И эти слои, эти идеи взаимодействуют между собой. Если бы, конечно, не сталинский план перестройки Москвы, вы бы увидели, как ни странно, какой гармоничный это город. Ну, что сделано, то сделано. Из песни слов не выкинешь. Это тоже явление нашей истории.

Дом на Котельнической набережной. Фото: Александр 'Vlasshole' Власов, photosight.ru

Дом на Котельнической набережной. Фото: Александр 'Vlasshole' Власов, photosight.ru

Очень многим, мне, в том числе, нравится сталинская затройка, сталинские высотки.

Фото:  Dimples, photosight.ru

Фото: Dimples, photosight.ru

– Вы знаете, а мне нет. Во-первых, в них неудобно жить. Я был в нескольких квартирах, они не очень удобные. Я живу в доме, построенном в начале XX века, как раз в стиле русского модерна, который переходил уже в конструктивизм. Я себя совсем по-другому в этом доме ощущаю.

Я был много раз в гостях в сталинских высотках. Знаете, какой-то неприятный привкус, так же, как и от дома Иофана, который построен на набережной. Пахнет кровью… Я понимаю, что, может быть, в градостроительном плане это было правильно, но…

В начале 30-х годов в Музее архитектуры проходила замечательная выставка, которая была посвящена планам постройки Дворца Советов. Разные проекты были представлены – западные и российские. Ночью ее посетил Сталин. Но в основе этого Дворца Советов, будущего символа Советской страны, – христианский храм, базилика. Это такая гримаса дьявола, который сам ничего не создает, а только гримасничает, пародирует то, что создает Бог…

Строительство Дворца Советов. Снимок сделан между 1938-1940 годами. Фото: oldmos.ru

Строительство Дворца Советов. Снимок сделан между 1938-1940 годами. Фото: oldmos.ru

Расскажите, пожалуйста, о концерте, который состоится в Вашем храме в рамках Дня города. Что это за концерт?

– Мы проводим в рамках Дня города концерт. Впервые у нас такой фестиваль – «Сорок сороков» – об истории города. Всего шесть храмов принимают в нем участие. В каждом храме будет своя программа.

У нас попытка такая: представить зрителю традиционное исполнение народных христианских песнопений и новое их прочтение. У нас будет трио Егора Стрельникова и ансамбль «Ихтис». Это ансамбль, куда входят несколько священнослужителей, церковных людей. Они с помощью акустических инструментов перелагают, осмысливают древнюю музыку. Это возможность познакомить публику с новым христианским искусством, потому что все-таки мы не законсервированы, мы наоборот, развиваемся, переосмысливаем свою историю, сохраняем ее и творчески подаем людям.

Концерт в рамках фестиваля «Сорок сороков»:

Концерт «Христианские песни славянских народов» с участием ансамбля «Ихтис» состоится у северных ворот храма святителя Мартина Исповедника 2 сентября в 18 часов.

Фестиваль “Сорок сороков: православные храмы в жизни города” в рамках празднования Дня города проводится впервые. Главная задача фестиваля – показать, что православные храмы играют важную роль в жизни столицы и как духовные центры, и как центры культурной жизни. Очевидно, что современная христианская культура нуждается в популяризации. Христианские художники и музыканты мало известны широкой публике.

Концерт «Христианские песни славянских народов» с участием ансамбля «ИХТИС» – одно из центральных событий фестиваля.

Название ансамбля «ИХТИС» (др.-греч. Ίχθύς — рыба) происходит от древнего акронима (монограммы) имени Иисуса Христа, состоящий из начальных букв слов: Ἰησοὺς Χριστὸς Θεoὺ ῾Υιὸς Σωτήρ (Иисус Христос Божий Сын Спаситель). Часто этот акроним изображался аллегорическим образом — в виде рыбы.

«ИХТИС» – молодой коллектив, его первый концерт состоялся в январе 2012 года, однако его лидер – Адриан Гусейнов хорошо известен в России и на Балканах как исполнитель духовных гимнов и народных песен.

2 сентября вместе с ним выступают: Михаил Полторак, Иван Жежерун, диакон Олег Осадчий, Сергей Ляховецкий, Петр Сурайкин (виолончель), Иван Смирнов (гитара), Михаил Смирнов (перкуссия).

В современной музыкальной обработке будут исполнены  православные народные духовные гимны и канты, рождественские песни и колядки в сопровождении акустических инструментов (виолончель, гитара, перкуссия). В репертуаре ансамбля произведения на русском, украинском, сербском, болгарском, церковно-славянском, греческом языках и на латыни.

Перед концертом со вступительным словом выступит священник Валерий Степанов, клирик храма свт. Мартина Исповедника.

Также информация здесь.

Информационная поддержка – «Журнал Московской Патриархии».

Кадаши: и снова бой?

Сто лет доброделания

«Простите мне, Ваше величество, я назову еще три здания в Москве, за которые всегда дрожу»

При Чичкине порядок был

 

Помоги Правмиру
Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!
Пожертвования осуществляются через платёжный сервис CloudPayments.
Похожие статьи
7 деталей архитектуры храмов Москвы

Как отличить храм XVI века от храма XVII века и в чем разница межу эклектикой и…

Врачи считают причиной вспышки кори в Москве отказ родителей от прививок

За июль 2017 года в столице зарегистрированы 12 случаев заболевания, все среди непривитых детей

Дорогие друзья!

Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!