Медико-социальная экспертиза — пытка для инвалидов

Российские правозащитники просят правительство РФ реформировать систему МСЭ. А не проще её ликвидировать?

В прошлом году в администрацию президента РФ поступило более 130 тысяч жалоб на работу медико-социальной экспертизы: на некомпетентность и необъективность специалистов, на коррупцию и участившиеся ошибки. Каждую неделю Общественные палаты регионов регистрируют десятки обращений граждан.

Cитуация в системе МСЭ вышла из-под контроля – по словам председателя Комиссии по социальной политике, трудовым отношениям и качеству жизни ОПРФ Владимира Слепака. С этим согласна руководитель Межрегионального центра независимой медико-социальной экспертизы, доктор медицинских наук Светлана Данилова. Перед интервью Светлана Григорьевна прислала в редакцию письмо молодой женщины-инвалида, рассказывающей о своей поездке на очередную комиссию. Показала, чтобы журналисты понимали, с чем сталкиваются люди с ограниченными возможностями здоровья. Там нет никаких обобщений и анализа проблем, но есть обида, откровенность, да просто настоящая жизнь… Мы сразу связались с автором: можно ли опубликовать? «Почему нельзя? Я не возражаю», – ответила колясочница из Башкирии Людмила Симонова.

Фото: Александр Петросян/aleksandrpetrosyan.com

Фото: Александр Петросян/aleksandrpetrosyan.com

«Бабушка – инвалид, у неё сахарный диабет, а она 7 часов в очереди…»

«У меня I группа инвалидности с 2008 года. Травма шейного отдела позвоночника, нарушение функций тазовых органов, – поясняет Людмила Симонова. – Живу в селе. Сходила недавно к своему лечащему врачу, сдала анализы. Он написал посыльный лист и отправил в город к урологу, неврологу и так далее.

Людмила Симонова

Людмила Симонова

Еду в город Белорецк за сто километров. Врачи принимают в разное время и в разные дни – кому как повезет записаться. Мне пришлось неделю жить в городе, чтобы всех обойти. Проктолога не нашла, поехала в следующий город – Магнитогорск. Еще сто километров… Здание не приспособлено для колясочников, помещение старое, штукатурка отваливается, внутри сыро и холодно. Люди ждут своей очереди часами. С часа дня до семи вечера мы сидели с мыслью: «Когда же нас пригласят?». Одна бабушка пришла в 11 и ушла через восемь часов. Сказала: «Как смену отпахала». Другая плакала, умоляя ее принять. Старушка – инвалид, у неё сахарный диабет, ей кушать хотелось, а она 7 часов в очереди стояла. Работники МСЭ ходили мимо с каменными лицами и делали вид, что ничего не замечают.

В Белорецке с недавнего времени нет МСЭ, к нам приезжают эксперты из Уфы в определенные дни. Пришлось жить в Белорецке, ждать, когда приедут специалисты. Хорошо, родственники пустили, и хорошо, что у меня есть друг, который затаскивал меня на 3 этаж. А так не представляю, сколько пришлось бы мотаться из села в город по бездорожью (асфальта у нас нет), нанимать машину, потому что наши автобусы не оборудованы для колясочников.

В этот раз к нам приехали работники бюро МСЭ №6 Уфы. По моим представлениям, меня должны были пригласить в назначенное время в кабинет. Спросить, какие у меня проблемы, дать советы и рекомендации по поводу всего списка технических средств реабилитации, которые облегчили бы жизнь и помогли приспособиться, адаптироваться. Не зря же в индивидуальную программу реабилитации добавили слово «абилитация». Считала, что МСЭ должна работать для инвалидов, но ошиблась. Отсидела я в очереди, вызвали, посмотрели на меня и заявили: «Если переделываем ИПР, то половину того, что у тебя вписано, убираем, тебе это по новым правилам не положено. Лучше оставь старую программу и иди домой».

Как убирают? По какому закону? Оказалось, что мне не положена электроколяска, но я «шейница», руки плохо работают. Да, я передвигаюсь на активной коляске по дому, её легко складывать в багажник, поднимать со мной на третий этаж по ступенькам, когда бываю в городе у сестры, однако для прогулок по моей деревне без асфальта с ямами и кочками необходима электрическая коляска. И в 2012 году мне ее вписали в программу. Сейчас заявили: «Нас не волнует, где ты живешь».

Эксперты не согласились со многими решениями лечащих врачей, проигнорировали их рекомендации. Обращались со мной и другими инвалидами так, будто мы пришли к ним милостыню просить, хамили. Комиссия дала знакомой группу инвалидности, а потом вызвала ее в Уфу на повторное обследование. Мне дали месяц на обжалование решения в главном бюро региона. Но это будет огромная проблема – придется ехать уже не сто, а триста километров, тратить свои деньги, нанимая машину. Вот так помогают в нашей стране жить инвалидам, всё для них».

Светлана Данилова

Светлана Данилова

«Когда впервые услышала, что II группа инвалидности стоит 450 тысяч рублей, не поверила»

Беседуем с руководителем Межрегионального центра независимой медико-социальной экспертизы, доктором медицинских наук Светланой Даниловой.

– Светлана Григорьевна, всё, о чем пишет Людмила Симонова, – правда?

– Конечно. Российские инвалиды преодолевают столько препятствий, чтобы пройти комиссию, оформить статус или получить льготные препараты, что мама не горюй. Сейчас ведь невозможно попасть на прием к узкому специалисту, минуя терапевта, – он дает направления. Сначала идешь к нему, потом по врачам, дальше – снова к нему с результатами. Инвалид едет за 100 километров в один город, еще за сто – в другой. А, по идее, должен обследоваться и получать помощь по месту жительства. Задача МСЭ – не оспаривать диагнозы, установленные клиницистами, а определиться с ограничениями жизнедеятельности. У нас же эксперты меняют диагнозы, отменяют рекомендации врачей, говорят: «У пациента нет выраженных нарушений».

В Федеральном законе от 24.11.1995 № 181-ФЗ «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации» инвалидность трактуется как «социальная недостаточность вследствие нарушения здоровья со стойким расстройством функций организма, приводящая к ограничению жизнедеятельности и необходимости социальной защиты». В соответствии с этим, кроме экспертного освидетельствования, на учреждения МСЭ возложены обязанности по разработке индивидуальных программ реабилитации инвалидов и определению их потребностей в мерах социальной защиты.

– Это по закону, а как в жизни?

– А в жизни основная проблема медико-социальной экспертизы – длительность и сложность получения группы инвалидности и реабилитационных услуг для граждан с ограниченными возможностями через процедуру освидетельствования в учреждениях МСЭ. В настоящее время инвалиды часто отказываются от прохождения бюрократических процедур и решают проблемы за счет собственных средств. Законные права инвалидов ущемляются. МСЭ заставляет людей проходить ненужные обследования, собирать ненужные анализы, аргументируя это тем, что они якобы дисциплинируют инвалида: «Хоть раз в год он пройдет врачебную комиссию, иначе не заставишь». Но, по сути, бюро МСЭ сегодня – это сложный бюрократический аппарат, создающий различные препятствия и проблемы для инвалидов.

Вступление в силу приказа Минтруда России от 11.10.2012 № 310н «Об утверждении Порядка организации и деятельности федеральных государственных учреждений медико-социальной экспертизы» поставило под сомнение необходимость существования самой МСЭ как отдельной структуры.

Согласно пункта 4 данного закона необходимым условием формирования состава бюро является наличие не менее одного врача по МСЭ. При этом специальность врача не указывается…

– Неужели в бюро включен всего один медик, а остальные эксперты кто? Чиновники?..

– Когда были ВТЭК, в комиссии было три врача. Потом пробовали включать 5 специалистов. Сейчас работают три эксперта, один из них – по медико-социальным вопросам. Причем, из документации убрали уточнения о специализации врача. Специалисты в МСЭ не идут, так как невозможно получить категорию, она не учитывается.

Бюро МСЭ общего профиля освидетельствуют граждан с самыми разными заболеваниями, и каким бы грамотным ни был врач по МСЭ, хорошо ориентироваться во всех нозологических формах практически невозможно. А входящие в состав бюро психолог и специалист по реабилитации в вопросе установления инвалидности вообще не компетентны.

Кроме того, согласно правилам, утвержденным постановлением правительства РФ от 20.02.2006 № 95 решение о признании гражданина инвалидом либо об отказе принимается большинством голосов специалистов, проводивших МСЭ. При наличии одного врача по медико-социальной экспертизе сомнительна объективность такого голосования – основным условием признания лица инвалидом по сей день остается вид и степень выраженности нарушенных функций организма, которые может определить только врач по МСЭ (за исключением психических функций).

Иными словами, бюро МСЭ превращается в бюро по выписке справок об инвалидности, что значительно увеличивает коррупционную составляющую и существенно уменьшает объективность вынесенного решения.

– Инвалиды жалуются на низкий профессиональный уровень специалистов МСЭ в регионах. Говорят, что те даже диагнозы путают. Мама ребенка с тяжелым заболеванием недавно показала копию документа, в котором адреногенитальный синдром эксперты называют… сахарным диабетом. Где их готовят?

– В России экспертов готовят в интернатуре в Санкт-Петербурге – там есть институт усовершенствования врачей. И в федеральном бюро МСЭ. Уровень действительно низкий. Профессионалов мало: и руководители слабые, иногда бывает стыдно их слушать – не знают нормативных документов, плохо ориентируются в законодательстве, и экспертам в регионах не хватает знаний и компетенций для понимания и исполнения приказов Минтруда РФ. Это печально, потому что система МСЭ – абсолютная монополия. Ее решения невозможно оспорить. В досудебном порядке обжалование проводится в самой службе: одним составом, другим и далее надо обращаться в федеральное бюро, где зачастую присланные документы вообще не открываются. Я там защищала кандидатскую, докторскую и неоднократно видела, как проходят заседания, как эксперты не видят больного, не изучают документацию, а сразу берут за основу решения главного бюро региона. Решения меняются крайне редко. Иногда суды, рассматривая иски инвалидов, постановляют: проходите экспертизу в любом регионе по вашему выбору. А какой регион изменит решение после федерального бюро?

Никакой независимый эксперт не может подойти к службе, так как нет по закону независимой МСЭ – лицензия дается лишь федеральным учреждениям. Поэтому, сколько бы ни было заключение независимого эксперта объективным и справедливым, на изменение решения федерального учреждения МСЭ оно не повлияет.

– Общественная палата РФ предлагает рассматривать «ошибки МСЭ с точки зрения Уголовного Кодекса России» и приводит примеры коррупции в Ульяновской, Волгоградской областях…

– И коррупция есть, и, к сожалению, в регионах есть свои ставки. Я, наверное, тарифы на карту скоро повешу –  много жалоб от инвалидов. Помню, когда мне впервые сказали, что в Воркуте II группа инвалидности стоит 450 тысяч рублей, не поверила. А потом люди подтвердили. В той же Воркуте врача-хирурга взяли с поличным. Особенно страшно, когда вымогают деньги у настоящих инвалидов. Увы, это тоже часть системы. Ее нужно менять, но я уже не верю разговорам о реорганизации МСЭ. Три года назад такой вопрос уже поднимался, Минэкономразвития РФ просили подсчитать, во сколько обойдутся реформы. Насчитали много, написали много и ничего конкретного не предложили.

Никакая реорганизация МСЭ на данном этапе не сможет решить проблему. Примеры – крупнейшие регионы, такие как Краснодарский край, Ростов-на-Дону. Руководители несколько лет назад были сняты, а на местах специалисты первичных бюро как работали, так и работают. В службе ничего не изменилось. Монополия была и осталась.

Полагаю, что определением групп инвалидности может заниматься врачебная комиссия медицинской организации по представлению лечащего врача на основании данных первичной медицинской документации, без заполнения направления на МСЭ. В настоящее время лечащий врач представляет на врачебную комиссию пациента с временной нетрудоспособностью, инвалида с ухудшением состояния с целью назначения и коррекции лечения, лечебно-диагностических мероприятий. Поэтому председатель комиссии обычно осведомлен об особенностях течения заболевания таких пациентов. А специалисты бюро МСЭ определяют группу инвалидности, ничего не зная о пациенте (если речь не идет о переосвидетельствовании) и полагаются только на представленные медицинские документы и однократный осмотр пациента в течение нескольких минут.

Считаю целесообразным упразднить службу МСЭ, а проведение МСЭ возложить на врачебные комиссии организаций здравоохранения, тем более, что большую часть функций в той или иной степени врачебная комиссия выполняет в настоящее время. Реформирование потребует изменения порядка лечебных учреждений по проведению экспертизы нетрудоспособности, пересмотра функциональных обязанностей врачебных комиссий лечебных организаций первичного звена. Зато оно позволит сократить маршрут движения граждан с ограниченными возможностями, упростит процедуру освидетельствования, повысит качество и расширит объемы предоставляемых инвалидам медико-социальных реабилитационных услуг.

Ликвидация службы МСЭ путем передачи ее функций врачебным комиссиям медицинских организаций позволит:

снизить социальную напряженность среди инвалидов и граждан, первично направляющихся на МСЭ (будет исключена долгая процедура заполнения направлений на МСЭ и последующего освидетельствования в бюро);

сократить расходы федерального бюджета на содержание службы МСЭ;

снизить нагрузку на специалистов врачебной комиссии и врачей медицинской организации за счет исключения необходимости заполнения направления на МСЭ;

увеличить доступность экспертизы для населения, ведь врачебные комиссии существуют во всех медицинских организациях, тогда как бюро МСЭ создается из расчета 1 бюро на 90 000 человек, и граждане небольших населенных пунктов вынуждены за свой счет преодолевать значительные расстояния, чтобы добраться до бюро МСЭ;

исключить коррупционную составляющую со стороны специалистов бюро МСЭ;

законодательно утвердить независимую МСЭ.

Понравилась статья? Помоги сайту!
Правмир существует на ваши пожертвования.
Ваша помощь значит, что мы сможем сделать больше!
Любая сумма
Автоплатёж  
Пожертвования осуществляются через платёжный сервис CloudPayments.
Комментарии
Похожие статьи
В детской воде известных брендов нашли ртуть, микробы и хлороформ

Источники, из которых взята вода, загрязнены, либо нарушена технология розлива

В Красноярске инвалид-колясочник разрушил кувалдой бордюр, чтобы проехать к поликлинике

По словам мужчины, в 2013 году он обращался к мэру города с просьбой оборудовать участок пандусами,…

В Москве запустят маршрутное приложение для инвалидов

Программа сможет сама автоматически рассчитывать максимально удобный маршрут, задействуя разные виды транспорта