Мне было, что терять

Я вам хочу рассказать историю из своей жизни. Наверное, не очень счастливую, но во многом типичную, к сожалению и многому меня научившую, прежде всего, в духовном плане. А главное – позволившую еще лучше понять всю глубину Божественной Любви и Его заботы, Его поразительного всепрощения при всей нашей приверженности страстям и порой полнейшем окамененном нечувствии…

Случилось все минувшим летом. Тогда в моей жизни произошел коренной перелом. Из небольшого провинциального городка я переехала в Санкт-Петербург. События развивались стремительно. В мае я впервые попала в Северную столицу на курсы повышения квалификации, а в июне уже уходила с предыдущего места работы. Не было и мысли о том, что что-то я делаю неправильно. Напротив, все складывалось настолько гладко и удачно, что я не сомневалась в Его Промысле. А еще… Я с первого мгновения полюбила Петербург. Мне показалось, что никогда раньше я не жила настолько полной жизнью, как в этом городе. Что никогда раньше я так не чувствовала земли под ногами, что нигде раньше я не видела такого неба. Впрочем, нет. Такое небо и такие облака я видела только в одном месте – на Соловецких островах. И вот – в Петербурге. И еще никогда в жизни я так не молилась и не была так счастлива.

В таком состоянии безудержной эйфории нельзя не влюбиться в окружающий мир. В эту серую булыжную мостовую, в эту иссиня-черную поверхность Невы, в эти парусники и мачты, в эти… глаза…

Мы познакомились с Сергеем на третий день моего пребывания в Питере. Мы гуляли с ним по набережной, по узеньким мостам и широким проспектам. Он шутил без устали, а я смеялась не умолкая. И только когда возвращалась в гостиницу, замечала, что у меня болят ноги от пройденных километров. Но на следующий день летела к нему, как на крыльях. Три дня сказки. Мне нужно было возвращаться. Мы договорились, что в июне я возьму отпуск и приеду сюда снова. И это время пролетело незаметно. Звонки, смс, долгие просиживания в чатах… О своей воцерковленности я рассказывала ему постепенно. Он был не против. Вскоре его пригласили быть крестным, и я в силу возможностей давала ему наставления, как правильно вести себя в момент совершения Таинства, и что предстоит делать потом. Мой духовный отец молился за меня и благословил на переезд в чужой город.

А когда я приехала, немного решила дать себе отдохнуть, и приступать к поискам работы. Близился Сережин день рождения. В этот день он должен был официально представить меня своим родителям. «Я познакомлю тебя со своей мамой, и она будет просто счастлива», – улыбался он. Но все оказалось совсем не так. На следующий день мы не встретились. И через день тоже. А потом был довольно странный разговор. О любви, о доверии и об ответственности. Вернее, обо всем этом, только с приставкой не-. И еще о том, что некоторые провинциальные девушки имеют виды не столько на столичных парней, сколько на их квартиры и возможность таким образом устроиться в городе…

Он не обвинял меня напрямую, но намеки были ясны. Только когда Сергей мне это говорил, было чувство, что выполняет он тяжелую повинность. Что не свои слова произносит. И в глаза посмотреть не решается. В тот день мы решили прекратить отношения. Наш разговор я помню как во сне. Отчетливо запомнилось только, что чувство было двойственное. С одной стороны казалось, что это какая-то странная, непоправимая ошибка, а с другой – присутствовала полнейшая апатия. И когда он попросил сказать что-нибудь ему на прощание, я привстала на цыпочки и тихо пропела ему на ухо: «Благослови, душе моя Господа, благословен еси, Господи…»

А на следующий день я не встала с постели. И на следующий день тоже. Сил не оставалось. Аппетита не было. И лишь на третий день я сделала над собой усилие, чтобы дойти до ближайшего храма. Подворье Валаамского монастыря располагалось в 5 минутах ходьбы от дома, где я жила. Сергий Валаамский – небесный покровитель Сережки. Я молилась о нем. Но не просила вернуть его.

Тем не менее, через день он позвонил. И все началось заново. Только теперь уже все было по-другому. Как? Не могу объяснить. Я знала, что многое он мне недоговаривает. Что ведет двойную игру. Что родителям он сказал, что порвал отношения со мной, между тем наши встречи продолжались. И все потому, что я дико не хотела его терять. Хотя признавала, что это неизбежно. Я не хотела упускать напрасно ни единой минуты, проведенной с ним. А в свободное время не расставалась с томиком творений Ивана Ильина. Помню, как на меня повлияли его размышления. «Мыльный пузырь». О том, что есть в жизни незабываемо-прекрасные мгновения, как перламутрово-радужная оболочка мыльного пузыря. Мгновения очень короткие, но которые делают каждую секунду нашей жизни неповторимой. Я делилась с Сережкой своими открытиями, и он тоже заинтересовался этой, как он ее назвал, «теорией мыльного пузыря».

Когда я осталась у него ночевать, в моем рюкзаке лежала пластиковая бутылочка с мыльными пузырями. Помню, перед тем, как встретиться с ним тем вечером, я долго сидела на скамейке в метро, обхватив голову руками. И внутренне молила Бога, подсказать мне, как поступить. Какой подсказки я требовала? «Не прелюбы сотвори». Я знала это. И все-таки я не понимала, искренне не понимала – что плохого я собираюсь совершить? Напротив. По логике вещей все правильно, все верно. Я люблю этого человека и хочу познать его сущность до конца. Полностью раствориться в нем. Только я не отдавала себе отчета в том, что Бог может этого и не хотеть. Что если я изначально понимала, что брак маловероятен, – значит, нет на это воли Божией. Это я поняла уже позже, а в тот вечер…

Мне было что терять. Оставаться до 25 лет девственницей и отдать свою чистоту человеку, который не смог этого даже оценить… Он так прямо и сказал мне: «Что ты волнуешься? Вот мне все равно, был ли кто-то у моей девушки до меня, главное, что сейчас она со мной…» Это реалии сегодняшнего дня. Но повторюсь, это был мой личный выбор, и я в самом деле не понимала, что плохого совершаю.

На следующий день в полной мере испытала на себе последствия греха. И поняла, – дело не в том, как этот поступок оцениваешь ты сам. Это вопрос веры и доверия Богу и Его заповедям. И заповеди существуют не для того, чтобы Бог автоматически наказывал человека за их преступление. Наоборот – преступая заповеди, человек наказывает сам себя. Сам себя уничтожает. Чувство было такое, что моя душа раскололась на множество осколков. Меня преследовала невыносимая внутренняя боль, порой переходящая в физическую. В храме, где до этого я спокойно и радостно выстаивала длинные богослужения, уже спустя несколько минут у меня начинала кружиться голова, несколько раз я чуть было не потеряла сознание. То и дело приходилось присаживаться на скамеечку, к бабушкам. Слезы текли из глаз весь день, почти не переставая.

Тогда же Сергей сказал мне, что он меня не любит. И что не хочет нести за меня какую-либо ответственность. К душевным страданиям добавились вполне ощутимые материальные. На новом месте работы внезапно мне оставили смены только на выходных. Ко всему прочему, нужно было срочно подыскивать жилье, поскольку знакомые, в квартире которых я жила, возвращались из летнего отпуска. Я понимала, что в этой ситуации только Господь может помочь мне, но я, разбитая донельзя грехом впала в такое состояние, что не могла уже ни молиться, ни ощущать прежнего Его благодатного присутствия. И только, как взывает псалмопевец, из глубин души кричала: «Господи, Господи, услышь глас мой!»

Тогда я впервые задумалась, а что чувствует Он, когда нас поражает грех? Неужели Он остается безучастным и только свысока спокойно взирает на то, как Его творение корчится от боли? Мой личный опыт говорит, что нет, ни в коем случае. Несмотря на то, что я, как уже оговорилась, впала в состояние полнейшего окамененного нечувствия, Господь стал столь ясно проявлять Свою благость и заботу обо мне, грешной, как будто на моем примере подтверждал Свои слова: «Не оставлю тебя, и не покину тебя».

Как жила я все это время, как проходили мои дни – помню очень смутно. Действовала скорее автоматически. Помню, было все равно, что со мной будет. Преследовали мысли о смерти. И некто был готов услужливо их материализовать. Однажды переходила улицу и буквально в миллиметре резко затормозила машина. И снова Господь спас. Я же просто тупо пошла дальше.

А потом… Чудесным образом нашлось и жилье, и работа. И когда я говорю «чудесным образом», то совершенно не преувеличиваю. Квартиру в Петербурге я искала 3 месяца. Время выдалось самое горячее: лето и начало осени. Пыталась подыскать что-то и через друзей, и через агентства, пока же жила почти у незнакомых людей, которые отправились на море в летний отпуск. Когда они вернулись, результатом моих поисков по-прежнему оставался ноль. Они предложили пожить еще месяц и заблаговременно попросили оплату.

Тем вечером я несколько часов простояла в длиннющей очереди в женском монастыре. В Петербург привезли мощи Марии Магдалины и частицы Животворящего Креста Господня. Место моей новой работы находилось буквально в двух шагах от монастыря. Когда я возвращалась домой, было уже за полночь. В квартире горел свет. На столе стояло спиртное, молодые хозяева спать не ложились, дожидались меня и горели желанием поговорить. Впрочем, разговор был краток: «Забирай иконы и убирайся!» Естественно, о возврате денег и речи быть не могло. Нет, они не выгнали меня той же ночью на улицу. Дали срок – за сутки найти себе жилье. На следующий день я обзвонила всех, кто так или иначе мог помочь с жильем, но безрезультатно. Переступив через себя, позвонила Сергею. Он посочувствовал, но ничем не мог помочь. И когда я уже была на краю отчаяния, раздался телефонный звонок… Это было чудо.

Господи! Господи! Только Ты не оставил меня и не покинул меня! Несмотря на мое предательство. Мое ежеминутное предательство Тебя. Когда-то я была прилежной христианкой. А теперь… Я не могу даже вычитать утреннего и вечернего правила. Хочу! И не могу… Сама себе теперь напоминаю евангельского расслабленного и поражаюсь тому, как Господь все устраивает! Разве заслужила я Его милости? И все-таки…

Он устроил так, что я совсем не бедствую. У меня есть жилье и достойная работа. Внешне все благополучно. А вот внутренне усилие я должна сделать сама. Восстановить молитву и принести плоды покаяния.

Да, я знаю, что поступила глупо и безобразно. Именно безобразно. И глубоко сожалею. Но я по-прежнему люблю Сергея, хотя мы и не общаемся уже довольно продолжительное время. И я не исключаю, что не увидимся никогда. Мне просто страшно представить, что испытывает человек, который совершает смертный грех снова и снова. Поэтому, когда я делаю над собой усилие, и молюсь Господу насколько мне хватает духовных сил, я прошу и за него тоже, раздавленная нашим общим грехом. Прошу вас, вспомните и вы в своих молитвах рабу Божью Виринею.

Поскольку вы здесь…

… у нас есть небольшая просьба. Все больше людей читают портал "Православие и мир", но средств для работы редакции очень мало. В отличие от многих СМИ, мы не делаем платную подписку. Мы убеждены в том, что проповедовать Христа за деньги нельзя.

Но. Правмир — это ежедневные статьи, собственная новостная служба, это еженедельная стенгазета для храмов, это лекторий, собственные фото и видео, это редакторы, корректоры, хостинг и серверы, это ЧЕТЫРЕ издания Pravmir.ru, Neinvalid.ru, Matrony.ru, Pravmir.com. Так что вы можете понять, почему мы просим вашей помощи.

Например, 50 рублей в месяц – это много или мало? Чашка кофе? Для семейного бюджета – немного. Для Правмира – много.

Если каждый, кто читает Правмир, подпишется на 50 руб. в месяц, то сделает огромный вклад в возможность нести слово о Христе, о православии, о смысле и жизни, о семье и обществе.

Дорогие друзья!

Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: