Молитва из сухого сердца Богу еще дороже

Разговор об исповеди, на которой постоянно, от воскресенья к воскресенью, из года в год, человек называет одни и те же грехи, продолжает протоиерей Федор Бородин, настоятель храма святых бессребреников Косьмы и Дамиана на Маросейке (Москва).
Протоиерей Федор Бородин. Фото Анны Гальпериной

Протоиерей Федор Бородин. Фото Анны Гальпериной

Всегда будет в чем каяться

Когда человек давно ходит в храм и действительно обнаруживает, что от одной исповеди к другой в течение долгого времени говорит одно и то же, это его обескураживает, расстраивает, огорчает. Есть люди, которые впадают от этого в уныние.

Мне кажется, что, в целом, в ситуации нет ничего страшного. Что такое христианская жизнь? Это «отложить прежний образ ветхого человека (…) и облечься в нового человека» (Еф. 4:22,24)

Но за этими простыми словами – колоссальная работа человека над собой, Бога над человеком в течение всей его жизни. То есть грехи, которые в нас живут, страсти, неправильные навыки выкорчевываются в течение всей жизни. И большинство людей так и не смогут до конца из себя их исторгнуть. Поэтому не надо от этого расстраиваться.

Вот мы каемся в грехе гнева. Но сегодня человек упрекает себя в том, что он кричит, бьет посуду, колотит ребенка в ярости. А через 25 лет напряженной церковной жизни он кается в том же гневе с большим сокрушением и болью, но теперь его ранит даже легкое движение раздраженья, которое он допустил.

Христос в Нагорной проповеди нам сказал о том, что даже мысленное движение греха есть уже грех. Поэтому, сколько бы мы над собой ни работали, каяться всегда будет в чем. И это нормально.

Необходимая помощь

Помимо этого надо понимать, что исповедь – это всегда встреча, это всегда действие двух: покаянное действие человека и, разумеется, Бога, именно Его действие.

Как таинство венчания не есть только «небесная регистрация», а Божий дар помощи в строительстве семьи, так и исповедь – дар помощи человеку в преодолении грехов.

Поэтому всё равно надо приходить и всё равно надо каяться, и ждать, когда милосердие Божие исцелит тебя от твоих грехов, приносить покаяние и смиряться с тем, что ты, может быть много лет, даже десятилетия, будешь ходить и каяться.

“Все как обычно”

Если человек живет напряженной покаянной церковной жизнью, то обычно он внимательно следит за собой, никаких тяжелых грехов не допускает, поэтому исповедь его довольно краткая. Человек видит, что у него болит, что он грешен, допустим, раздражением, обидой, завистью, осуждением. Он это и называет. А иногда просто скажет: «Всё как обычно». А священник уже знает, о чем он говорит.

Притом, с годами церковной жизни прихожанина, которые умножаются, умножаются и годы духовной жизни священника. Священник точно такой же немощный и грешный человек, который точно так же ездит к своему духовнику и точно так же сердце у него болит за то, что он не может справиться со своими грехами. И точно так же, из года в год он постепенно смиряется со своей немощью. И поэтому, может быть, 20 лет назад молодой священник и горел какими-то иллюзиями о том, что сейчас он тут всех быстренько исправит, начиная с самого себя, а потом уже обычно такого нет.

Господь знает о всех наших грехах значительно больше, чем мы сами можем не то что духовнику открыть, а даже просто самим себе сформулировать. Терпит и любит нас. Исповедь – это прежде всего и покаяние, и смирение: стыдно же в 200-й раз подходить к одному и тому же батюшке, которого ты знаешь, который тебя любит, который тебе дорог и ты ему тоже, и говорить всё то же самое.

Про охлаждение

У многих Святых Отцов есть удивительная мысль, что молитва, которую человек приносит Богу из сухого сердца, когда ничего не отзывается, Богу значительно дороже и в очах Его ценнее, чем молитва, творимая человеком, когда у него всё горит, всё спорится в духовной жизни. Плюс она свидетельствует о том, что даже в этом испытании, в этой сухости, в этой, может быть, оставленности, человек всё равно верен Богу. Мне кажется, этот принцип можно перенести на исповедь тоже.

Да, вот сейчас охлаждение, мы не можем заставить благодать Божью действовать в нас тогда, когда мы хотим. Для этого надо в ней жить постоянно, а это признак святости. В нас этого нет. Но мы можем свидетельствовать Богу: «Господи, я сейчас грешен настолько, что охладела душа моя, ничего у меня не получается, выдавить из себя ничего не могу, Ты лучше меня это знаешь, но вот моя верность Тебе и желание это преодолеть – в том, что я всё равно исповедуюсь, всё равно причащаюсь».

Когда у человека такое охлаждение, надо читать жития святых. Охлаждение бывает еще от того, что человек как-то успокоился и перестал бороться со своими грехами. И вроде ничего страшного не происходит, ну чуть-чуть раздражался, ну чуть-чуть, мысли допускал какие-то, ну ладно, ну ничего страшного, чего каяться. А ты сравни себя со святыми людьми и поймешь, что в тебе, как в каждом человеке, бездна падения. Это ведь тоже от того, что в нас притупляется острота видения – вот, что я погибаю, что мне необходим Христос.

Духовное охлаждение – это, с одной стороны, испытание: Господь оставляет человека одного, чтобы он смирился. А с другой стороны – это всё-таки следствие того, что человек не радеет в молитве, не радеет в покаянии. Потому что если бы мы видели по-настоящему свои грехи, никакого бы охлаждения на исповеди не было. Мы бы падали на колени каждый день и молились, и кричали бы просто от этой боли: «Господи, освободи меня от этого».

Помню, как отцу Кириллу (Павлову) на встрече со студентами в Московской семинарии, давно уже, очень, очень много лет назад семинарист задавал такой вопрос о том, что делать, когда внутренне всё охладело. Батюшка ему говорит: «А ты молись побольше». «Молюсь, ничего не помогает, – отвечает семинарист на это и еще на многие советы отца Кирилла. – Ничего не помогает». И отец Кирилл, который обычно сдержан, и грозно никогда никого не обличал, говорит: «Э, брат, в этом кроме тебя никто не виноват. Сам ты виноват, что дошел до такого охлаждения». Потому что у семинариста было такое состояние, что он всех обвинял в своем унынии. Поэтому в охлаждении надо и свою часть вины искать. И в этом тоже.

В Царство Божие войдет только смиренный

Господь борется с нашим охлаждением. У Него есть свои педагогические задачи по отношению к каждому из нас всё время нашего пребывания в Церкви, от вхождения в нее и до отпевания Господь ведет и воспитывает нас. В ответ на какие-то наши, может быть, ошибки, вопросы или какие-то неправильности, или, наоборот, успехи, Он подает нам то, что может нам подать. И целью воспитания человека у Господа является сделать его таким, каким он может войти в Царствие Божие. Несмиренный человек войти в Царствие Божье не может. Поэтому цель у Великого Педагога – привести человека ко смирению.

Как привести человека ко смирению, если он сам не хочет этого? Отступить и попустить, оставить его одного, наедине со своими силами и теми искушениями, которые вокруг. И человек падает. Ему горько, тяжело, страшно, больно. Но и следа от гордыни не осталось.

Например, идет Великий Пост. Человек выдержал всё: постился очень строго, ел очень мало, соблюдал устав, ходил на все службы. Приближается время Страстной седмицы, он с упоением ждет этого замечательного времени. Он внутри успокоен, всё хорошо. Вот Господь отступает от него и попускает ему в чем-то сильно нарушить пост, например, впасть в какую-то немыслимую ярость, накричать на кого-то. И человек смиряется. Он считает, что пост прошел впустую.

А на самом деле он подходит к Страстной седмице с самым главным результатом, с полученным опытом смирения и упования только на Бога. На милость Божью. С пониманием, что Господь тебе даст радость Страстной и Светлой седмиц не в ответ на то, что ты что-то сделал и потрудился, а просто потому, что Он благ и любит тебя. И действительно, такой человек будет слушать слова Иоанна Златоуста: “Войдите в радость Господа, постившиеся и не постившиеся”, и будет постигать эту радость, себя относя к последним.

Поэтому мне кажется, что если человек искренне трудится и хочет действительно стать хорошим христианином, Господь всё устроит. Так что тем или иным образом человеку откроется какой-то новый опыт, новая глубина. Надо только не ослабевать в стараниях, не опускать руки.

Записала Оксана Головко

Портал «Православие и мир» и независимая служба «Среда» проводят цикл дискуссий о приходской жизни. Каждую неделю – новая тема! Мы зададим все актуальные вопросы разным священникам. Если вы хотите рассказать о болевых точках православия, своем духовном опыте или видении проблем христианской жизни – пишите в редакцию, по адресу discuss.pravmir@gmail.com.

Понравилась статья? Помоги сайту!
Правмир существует на ваши пожертвования.
Ваша помощь значит, что мы сможем сделать больше!
Любая сумма
Автоплатёж  
Пожертвования осуществляются через платёжный сервис CloudPayments.
Комментарии
Похожие статьи
Кто оценит покаяние?

Исповедь как возможность пожаловаться

Какие грехи мы не видим?

Не надо ждать от исповеди и покаяния сказочного, немедленного разрешения проблемы

Ни дня без греха

Нужно учиться не столько исповеди, сколько покаянию