Молитва не должна быть тягостным долгом

Часть 2.

Читайте Часть 1 «К молитве нужно относиться творчески»

Молиться ли детям молиться по «взрослому» молитвослову? Как готовиться к Причастию? Как понять, что молитва – диалог, а не монолог? О чем молиться своими словами?

Мы продолжаем разговор с протоиереем Максимом Козловым о молитве.

– Отец Максим, если во время молитвы своими словами возникают какие-то удачные слова,  которые хочется записать и по ним потом молиться, можно ли так сделать?

– Запиши и молись, конечно! Молитвы, которые мы читаем в молитвослове, созданные великими святыми, так и родились. Они этими словами как своими молились. И кто-то, они или их ученики, когда-то записали эти слова, и они потом из личного опыта стали опытом Церкви.

Мы по большей части не можем претендовать на то, что наши удачи получат широкое церковное распространение, но, скажем, недавно возникшая, ставшая дорогой для многих православных христиан, молитва Оптинских старцев, молитва святителя Филарета, некоторые из молитв святого Иоанна Кронштадского – именно так и появились. Не нужно этого бояться.

– Многие родители говорят о том, что детям и подросткам некоторые из вечерних молитв совершенно непонятны и не близки. Как вы считаете, могла бы мать сама составить своим детям какое-то молитвенное правило?

– Это было бы очень разумно. Во-первых, потому что в иных случаях речь идет о грехах, которых дети не знают, и чем они позднее их узнают, тем лучше. Во-вторых, это молитвы в значительной мере соотносимы с опытом человека, уже прошедшего изрядный путь жизни, имеющего какие-то понятия о духовной жизни, о собственной немощи и о неудачах, которые в духовной жизни у нас бывают.

Главное, что мы должны стремиться воспитать в детях – это желание молиться и радостное отношение к молитве, а не как к чему-то такому, что необходимо делать из-под палки, как тягостный долг, от которого отвертеться нельзя. Главным в этом словосочетании будет слово «тягостный». К детскому правилу нужно относиться очень и очень деликатно. И пусть лучше дети молятся меньше, но с охотой. Из маленького ростка может со временем вырасти большое дерево. Но если мы засушим его до состояния скелета, то даже если это будет нечто большое, жизни в нем не будет. И потом придется с трудом все создавать заново.

– Батюшка, а если во время чтения последования ко Причастию первые десять минут читаешь и действительно чувствуешь, что молишься, а потом чисто чтение идет?

– Во-первых, нужно заметить, регулярно ли это с нами происходит. И если к этому есть некоторая тенденция, то благоразумно будет постараться правило к Причащению распределить на несколько дней. Действительно, многим трудно сосредоточенно прочитать сначала три канона , потом канон к Причастию, потом правило к Причастию, где-то еще поместить вечерние или утренние молитвы – это, как правило, больше регулярной нормы человека. Ну что бы те же три канона не распределить по двум-трем дням, которые следуют перед Причастием? Это поможет нам путь говения, приготовления пройти более сознательно.

То же самое: канон к Причастию прочитать вечером, молитвы перед причащением – утром. Дробить на большее количество частей – в этом нет ничего страшного.

– А если человек причащается каждую неделю, то как, по-вашему, нужно готовиться?

– Я надеюсь, что вопрос о мере приготовления к Причастию станет одной из тем соответствующей комиссии межсоборного присутствия. Многие из священнослужителей и мирян осознают, что невозможно перенести механически те нормы, которые сложились  в XVIII-XIX столетии при весьма редком причащении мирян – раз в год или в четыре многодневных поста, или чуть чаще – редко кто из мирян, в том числе весьма благочестивых, причащался тогда чаще. Не хочу сказать, что это непременно было плохо, но такова была тогдашняя практика духовной и таинственной жизни мирян.

Уже в советское время сложилась практика, при которой значительная часть наших мирян стала причащаться часто или весьма часто, до еженедельного причастия включительно. Понятно, что, если человек причащается еженедельно, неделю ему говеть невозможно, его жизнь будет целиком постом. Никоим образом не предлагая это в качестве нормы для всех, исходя из советов опытных священников, которых я знал в своей жизни, и из какой-то оценки пользы для людей на приходах, в которых пришлось служить, мне представляется, что если человек в воскресенье причащается, то пятница и суббота будут достаточными днями говения для приобщающегося Святых Христовых Таин. Есть канонические проблемы с субботой, но все же странно было бы отменять пост накануне воскресного причащения. Хорошо бы не пропустить вечернее богослужение накануне в субботу вечером, если жизненные обстоятельства сколько-нибудь это позволяют.

Скажем, для матери с детьми это, наверное, не всегда реально. Возможно, необходимости так часто причащаться нет, но есть стремление, а присутствовать на вечернем богослужении не получается. Или для человека, который много работает, отца многодетного семейства. Часто бывает, что такой человек не может отменить работу в субботу, но душа его просит Причастия. Я думаю, он имеет право прийти причаститься и без вечернего богослужения. Но все же если он предпочел в субботний вечер в кино сходить или еще куда-нибудь – то он предпочел досуг. Все же посещение кино, театра или даже концерта – не думаю, что могут быть путем приготовления к принятию Святых Христовых Таин.

Уж точно никто не должен никак отменять канон и молитвы перед Святым Причастием. А вот иные – то, что мы говорили о трех канонах и прочем – наверное, могут по совету с духовником каким-то образом распределяться по дням, заменяться иным усугублением молитвословий.

Главная задача молитвенного правила к Причащению – чтобы у человека хотя бы маленький, но был отрезок жизненного пути, в котором главным его ориентиром было бы приготовление к принятию Евхаристии. Каков в его конкретных жизненных обстоятельствах будет этот отрезок – на сегодня определяется скорее индивидуально самим человеком вместе с духовником. Какие-то более отчетливые ориентиры, я надеюсь, соборный разум Церкви даст в результате трудов Межсоборного присутствия.

– Вопрос от нашего читателя: «Христос говорил не уподобляться язычникам в многословии молитвы, а у нас все-таки молитвы достаточно длинные».

– Господь говорил это, прежде всего, для того, чтобы мы не молились многословно напоказ. Господь в этом фарисеев в значительной мере обличал.

При множестве слов, которые мы видим в наших молитвословиях, эти молитвы имеют три главных цели – покаяние, благодарность и хвалу Богу. И если мы на этом будем себя сосредотачивать, то это будет благая цель молитвы.

Много же слов часто нужно по одной простой причине: чтобы мы из девяноста – девяноста пяти процентов, которые для нас окажутся рудой, пять процентов алмазов для души все же обрели. Редко кто из нас умеет так подойти к молитве, чтобы зная, что она будет продолжаться три минуты, эти три минуты отсекши все житейские попечения сосредоточиться и войти во внутренние сердца своего. Нужен некоторый разгон, если хотите. И тогда в течение этого сколько-то протяженного молитвословия будет несколько вершин сосредоточения, какого-то движения души и сердца. Но если не будет этого пути, то не будет и вершин.

– Когда обсуждается творческое отношение к молитвенному правилу, большинство людей относится к этому болезненно. Это касается и поста, и много чего другого в церковной жизни. Как вы считаете, почему это происходит?

– Есть некоторая тенденция, наша русская, являющаяся оборотной стороной другой положительной тенденции – это тенденция к обрядоверию. Известно, что, по словам святителя Григория Богослова, у греков при общем богословско-созерцательном направлении склада души народа оборотной стороной этого было пустословие о высоком.  Известна фраза святителя, что нельзя на рынок прийти рыбу купить, чтобы не услышать  рассуждения о двух природах и о соотношении ипостасей. У нас у русских такой склонности к богословию до возникновения эпохи интернета никогда не было. Но была склонность скорее к священному, сакральному, возвышенному, воцерковленному бытию, ну и быту одновременно, в котором бы все соединялось в Церкви, все было бы церковно. Тот же Домострой в этом смысле очень показательная книга.

Но оборотной стороной является сакрализация до крайности обряда и всего, что связано с буквой. Покойный профессор Московского Университета Андрей Чеславович  Козаржевский любил говорить на своих лекциях еще в советское время, что если в Церкви священник вдруг скажет не «Отче наш» а «наш Отче», то его посчитают еретиком. Это правда так, для многих это может оказаться каким-то вызовом. Другое дело, с чего бы священник так говорил, но даже на уровне какой-то оговорки – посчитают, что это очень и очень странная и опасная тенденция. Так что я бы это связал с общим строением нашего русского менталитета.

С другой стороны, здесь некое понимание того, что не нужно колебать того, что прочно стоит (цитирую святителя Филарета), чтобы перестроение не обратить в разрушение. Человек, ищущий доброго устроения своей молитвенной жизни, всегда должен стремиться к предельной честности пред Богом и понимать, что он заботится о молитве, а не о ее сокращении. О ее наполнении, а не о том, чтобы себя пожалеть, не творчески что-то искать, а просто меньше молиться. В этом случае надо честно себе сказать: да, моя мера не та, которую я себе представлял, а вот эта – совсем маленькая. А не то, что «я нашел это путем творческого молитвенного поиска».

– Как можно почувствовать, что молитва – не монолог, а диалог? Можно тут на какие-то свои ощущения ориентироваться?

– Святые отцы учат нас не доверяться эмоциям на молитве. Эмоции – не самые надежный критерий. Вспомним хотя бы евангельскую притчу о мытаре и фарисее: довольным своей молитвой, правильным ощущением своего внутреннего устроения ушел не тот, кто был более оправдан Богом, как нам Христос-Спаситель говорит.

Молитва узнается по плодам. Как покаяние узнается по результатам – по  тому, что с человеком происходит. Не по тому, что я сегодня пережил эмоционально. Хотя каждому из нас дороги слезы на молитве и теплота души, но нельзя молиться так, чтобы вызвать в себе слезы или искусственным образом разогреть теплоту души. Ее нужно благодарно принимать, когда Господь ее дает как дар, но не чувства, а наши отношения с Богом должны быть целью молитвы.

– А если во время молитв чувствуешь усталость?

Амвросий Оптинский говорит, что лучше сидя подумать о молитве, чем стоя о ногах. Но опять же – только честно. Если усталость наступает после тридцатой секунды молитвы, если значительно лучше у нас получается молиться сидя в кресле или лежа на подушке, то это уже не усталость, а внутреннее лукавство. Если у человека пяточный нерв защемлен – ну так пусть сидит, бедный. Мама беременная – ну что ее мурыжить с ребенком, на 6-7 месяце? Пусть полулежит, как может.

Но нужно помнить: человек – существо душевно-телесное, психофизическое, и само по себе положение, устроение тела во время молитвы имеет значение. Я не буду говорить о высоких вещах, о которых никто из нас понятия не имеет – о том, как сосредоточить внимание в верхней части сердца, например. Я даже не знаю, где верхняя часть сердца находится и как там сосредоточить внимание. Но то, что почесывание в ухе или ковыряние в носу отражается на том, как мы молимся – это, я думаю, понимают даже не такие возвышенные мистики.

– Как быть с молитвами для новоначальных? Есть специальные молитвословы для них, но там не более понятные молитвы, чем в обычных.

– Мне кажется, новоначальных нужно, прежде всего, вот чему научить – чтобы для них молитвы стали понятны. И здесь хорошую роль могут выполнять молитвословы а) толковые и б) с параллельным переводом на русский язык. В идеале, чтобы это сочеталось: чтобы это был и перевод на русский язык, и какое-то толкование.

Скажем, до революции выходила серия по двунадесятым праздникам Н.А.Скабаланович, где был весь славянский текст службы праздника, параллельный перевод на русский язык и пояснение смысла того, что иногда недостаточно перевести. Я думаю, что если людям сделать текст молитвы понятным, то это снимет многие затруднения. А уж размер молитвенного правила – это дело такое, которое скорее индивидуально должно определяться.

– Можно человеку, только-только заинтересовавшемуся церковной жизнью, посоветовать молитву Оптинских старцев, например, в качестве молитвенного правила?

– Да, чаще всего новоначальных нужно скорее ограничивать от передозировки. Мой опыт говорит скорее о другом: новоначальные в неофитском рвении стремятся взять больше, чем они могут. Им скорее нужно сказать: «Читай вот это и все, миленький, потом когда-нибудь будешь больше молиться. Не нужно трех кафизм читать».

– Вопрос от нашего читателя: у него сложные отношения с отцом, они никогда не общались особенно близко. После воцерковления он почувствовал, что он не может разговаривать с Богом как с Отцом с большой буквы.

– Это какой-то специфический духовный комплекс, я бы сказал. Трудно говорить в отношении человека, которого я не знаю, тем более выносить какие-то суждения, которые могут критически говорить о его внутреннем устроении, но пусть он задаст себе вопрос: не происходит ли у него определенного рода абсолютизация личного опыта на масштаб Вселенной? То есть, не получается ли так, что если я в пределах моего бугорка и кочки имел некий отрицательный опыт, то не могу себя никак научить смотреть в иной перспективе, кроме как с этой кочки и с этого бугорка?

По этой логике, дети, которых мать бросила, не могут или не должны научиться любить Пресвятую Богородицу…  Мне кажется, здесь неготовность принять тот тяжелый, но зачем-то Богом попущенный этому человеку опыт, а не только неудачные отношения с собственным отцом. Но повторю: я так рассуждаю по трем строкам этого вопроса, проблема может быть значительно более глубокой, нужно больше человека знать, чтобы сказать.

– Батюшка, о чем молиться своими словами? Иногда говорят: не проси смирения, потому что тебе такие скорби пошлет Бог, что ты сама не рада будешь.

– Молиться нужно о едином на потребу. Почему, собственно, не просить смирения? Как будто нас в небесной канцелярии подслушивают, и если мы что-то такое скажем, то нам сразу: ах ты попросил, вот тебе палкой по голове, держи. Но если мы верим в Промысел Божий, а не в какое-то небесное КГБ, отслеживающее неправильные слова, то бояться просить правильного мы не должны.

Другое дело, что в иных случаях нужно сознавать цену молитве. Скажем, мать, просящая об избавлении от страсти наркомании своего сына, должна понимать, что это менее всего вероятно произойдет так, что завтра он проснется аки агнец, забывший о своих пристрастиях, трудолюбивый, воздержанный и любящий своих ближних. Скорее всего, прося об избавлении сына, она просит ему скорбей, болезней, тех или иных очень непростых жизненных обстоятельств, с которыми сын может столкнуться – может быть, армии, тюрьмы.

Цену молитвы нужно осознавать, но молиться, тем не менее, нужно о правильном и не бояться Бога. Мы верим в Отца нашего Небесного, Который Сына своего Единородного послал, чтобы верующие в Него не погибли, а не чтобы их всех приструнить каким-то правильным образом.

– А в чем вообще смысл просящей молитвы, если Господь и так знает, что нам нужно?

– Бог знает, но ждет от нас благого произволения. «Бог спасает нас не без нас», – эти дивные слова преподобного Петра Афонского в полной мере относятся и к молитве. А мы спасаемся не как кубики, которые переставляются с места на место, а как живые личности, как ипостаси, вступающие в отношения любви с Тем, Кто нас спасает. И эти отношения подразумевают наличие свободной воли и нравственного выбора от человека.

Читайте Часть 1 «К молитве нужно относиться творчески»

Поскольку вы здесь…

… у нас есть небольшая просьба. Все больше людей читают портал "Православие и мир", но средств для работы редакции очень мало. В отличие от многих СМИ, мы не делаем платную подписку. Мы убеждены в том, что проповедовать Христа за деньги нельзя.

Но. Правмир это ежедневные статьи, собственная новостная служба, это еженедельная стенгазета для храмов, это лекторий, собственные фото и видео, это редакторы, корректоры, хостинг и серверы, это ЧЕТЫРЕ издания Pravmir.ru, Neinvalid.ru, Matrony.ru, Pravmir.com. Так что вы можете понять, почему мы просим вашей помощи.

Например, 50 рублей в месяц – это много или мало? Чашка кофе? Для семейного бюджета – немного. Для Правмира – много.

Если каждый, кто читает Правмир, подпишется на 50 руб. в месяц, то сделает огромный вклад в возможность о семье и обществе.

Похожие статьи
В Москве помолятся обо всех нуждающихся в помощи

Божественная Литургия пройдет 1 октября в Храме Христа Спасителя

Вовремя подать Христу скальпель и зажим

Стать ассистентом Бога во время Успенского поста

Успенский пост: уйти от внешнего

Очень хорошо этим постом каждый день почитать акафист Матери Божией

Дорогие друзья!

Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: