О воле Божией и смерти близких

В беседе со спецкорреспондентом портала “Православие и мир” Тамарой Амелиной  протоиерей Алексий Уминский размышляет о том, как искать волю Божию, как связаны воля Божия и послушание духовнику, и том, как преодолевать трудные жизненные ситуации и искать Бога в самые скорбные жизненные моменты.

— Мы каждый день говорим в молитве: «Да будет воля Твоя». Но разве мы готовы эту волю принять? Ведь дальше, как правило, звучит: «Да минует меня чаша сия». Т. е. подразумевается некое условие — мы примем Божию волю, но далеко не всю.

Действительно, человек часто не понимает, что он просит, когда читает молитву «Отче наш».

Вообще, молитва «Отче наш» часто почти не осознается. Мы привыкли, что есть эта молитва, а какие слова звучат и что за этими словами стоит, это как-то немножечко отделено. Если задуматься над каждым словом этой молитвы, все может стать очень серьезным.

Если говорить о словах «Да будет воля Твоя», тут у людей возникает вопрос: «Что такое воля Божия»? Мы привыкли думать, что воля Божия для человека — какая-то тайна за семью печатями. И, чтобы эту волю узнать, надо к старцам каким-то поехать, причем, к особенным, кто тебя увидит и сразу волю Божию о тебе скажет, а ты еще и спросить ничего не успеешь. Такие вот представления. Даже паломнические туры есть «За советом к старцу».

Т. е. за всем этим коренится очень важная вещь — люди считают, что воля Божия им не доступна. Поэтому мы говорим «Да будет воля Твоя» часто почти формально, потому что это что-то особенное-особенное, то, чего мы о себе не знаем и что о себе надо выяснить.

Это проявляется, например, в таком: есть ли воля Божия покупать или продавать дом; есть ли воля Божия на ремонт в квартире. И очень часто люди к этому относятся очень серьезно, ссылаясь на Житие Амвросия Оптинского, когда к нему пришла бабушка и он ей сказал, как правильно кормить куриц. И теперь все духовные советы, вся воля Божия заключена в том, «как правильно кормить куриц». И, по большому счету, разрешение этой проблематики, как разрешение бытовых проблем, очень сильно вошло в христианское сознание. Почему-то кажется, что именно здесь и есть пик воли Божией. Хотя мне кажется, что в этом смысле волю Божию искать не надо. Ну, купишь ты машину, или не купишь… «А вот купил без благословения машину и попал в аварию», — тогда что значит, когда люди, покупая машины с благословением, попадают в аварии? И так во всем.

Мы ищем волю Божию как санкцию на какие-то свои идеи, проекты. Т. е. для себя мы уже решили и нам осталось только эту санкцию получить — поставить печать у духовника, священника, старца, чтобы воля Божия как-то себя проявила. Мы полностью ответственность с себя сняли, нам легко и просто. Мне кажется, что человеку достаточно своей собственной головы, своей собственной воли, чтобы принимать решения и брать ответственность за свои поступки.
«Батюшка, ехать мне в отпуск или не ехать?»

Если я вижу, что человек Великим постом собрался кататься на горных лыжах, то мне кажется, у христианина должно хватать собственного ума, что ему дороже — церковная служба, духовная настроенность или момент развлечения? Хотя бывают обстоятельства, когда нет возможности выбирать время отпуска, то все равно всегда возможно сопоставить свой отдых со своим духовным миром. Зачем спрашивать на это благословение? Чтобы кататься на лыжах спокойно, ни о чем не думая? А когда я говорю, что не надо бы этого делать, мне отвечают, что билеты-то куплены и, батюшка, от Вас уже ничего не зависит, как только сказать «Благословляю».

— Послушание — это исполнение воли Божией?

Поиск воли Божией сопряжен с понятием послушание. И тогда получается, что, если человек живет по послушанию, то он волю Божию исполняет, а если живет без послушания, то он воли Божией не исполняет. Наверное, это правильно в контексте строгой монашеской жизни, когда человек действительно уготовляет себя в полное отречение от своей собственной воли, но это еще не значит, что, отсекая собственную волю, человек гарантировано живет по воле Божией. Это вопрос его духовного руководства, которое берет на себя духовник.

А что касается жизни других христиан, которые о послушании знают преимущественно через аскетическую литературу, здесь все немножко по-другому. Здесь люди плохо себе представляют: что такое послушание, кому послушание, что стоит за этим словом и как с этим воля Божия соприкасается? Мне кажется, что должно быть так, чтобы человек сам умел слышать волю Божию. Потому что это прошение заложено в молитве всех христиан «Да будет воля Твоя». Это значит — воля была и ее надо услышать, ее надо принять и по ней надо поступить. К этому должна быть какая-то готовность у человека.

А слово «послушание» рождается в открытости человека для слушания, насколько человек может и привык слушать не только самого себя. Если человек вообще привык слышать других людей — слышать и вслушиваться. Это вещи очень серьезные. А если человек привык слышать только самого себя — свои собственные проблемы, свои собственные боли, свои собственные одолевающие желания, которые ставятся во главу угла,-то как человек может слышать что-то другое? Он не способен к слышанию, значит, в принципе неспособен к послушанию. А слух, он ведь развивается.

Слышание внутреннее тоже способно воспитываться, развиваться. И оно воспитывается, конечно, семейно.
Во-первых, оно воспитывается через послушание в семье, через послушание родителям прежде всего. И здесь очень важный момент: послушание — оно же взаимное. Когда мы говорим о послушании Богу, мы не учитываем того, что Бог находится в постоянном слышании нас, Он пребывает в постоянном послушании у нас.

В седальне 4-го гласа Утрени есть замечательные слова обращения к Богу: «/ и мне да будут на послушание / Божественная Твоя ушеса.(Антифон 2, глас 4.)

Т. е. «и да будут мне внимать / Божественные уши Твои». Мы же хотим, чтобы Господь услышал не только наши молитвы, но и нашу боль, надеемся, что Господь слышит и невысказанные наши мольбы, страдания, наши несоответствия,-то, что мы и сказать-то часто не можем, потому что в душе, бывает, такое творится, что и слов не подберешь. Иногда и слов не скажешь, только внутренне соберешь свое сердце, чтобы Бог его увидел и услышал. И вот этого послушания мы от Бога ждем более всего. И в этом смысле Бог, можно сказать, находится в послушании у человека. В постоянном послушании.

И когда мы говорим о послушании в семье, оно примерно так же должно складываться: когда родители очень хорошо слышат, что творится в душе у их собственного ребенка, очень хорошо это понимают. Не используют ребенка для своих родительских манипуляций, не стараются переделать и переламывать ребенка, чтобы получить то, что хочется им, а требуют послушания, потому что считают это правильным. Мы говорили о том, что дети хотят от родителей и если это обострить, то родители могут ждать послушания от своих собственных детей. Тогда это послушание взаимное. Послушание в открытости, в том, что ребенок умеет слышать, слушать, слушаться.

Ко всему прочему у родителей есть определенная власть, которую они могут использовать неправильно, а могут использовать во благо. И через это в ребенке рождается первейшее чувство умения слышать то, что происходит вокруг. Видеть и слышать правильно, реагировать на какие-то вещи, которые доносятся до слуха, по-разному. Когда доносится грубость, хамство и нецензурщина, уши свои закрывать. А когда есть крик о помощи, даже если внутренний, в глазах человека, на эту помощь сразу спешить. Эти вещи связаны со слышанием, они тоже связаны с послушанием — состоянием доверия и открытости. И, с другой стороны, со знаком различения доброго и злого. И следующая степень послушания — в церкви.

И что же еще можно сказать о послушании, о воле Божией? Тайна ли воля Божия для нас? Иногда священник может рассказать человеку некую тайну, как, например, врач раскрывает тайну нашей болезни. Что для этого он делает? Чтобы нас выслушать, врач говорит нам: «Разденьтесь». Человек себя обнажает, и врач тогда его внимательно слушает, потому что человек себя открыл, обнажил.

И священник тоже может услышать, если человек способен очень честно, очень открыто показать себя. Сам себя до конца он не видит, но показать себя он может. Священник вслушивается в него, вглядывается: «А вот это тебе надо срочно удалять». Так может сказать священник, как врач. Это тоже послушание. А квартиру менять — не менять, поступать в институт — не поступать, жениться — не жениться… Но ведь как-то же другие люди, кто живут вне церкви, — и женятся, и в институты поступают, и квартиры меняют. Почему-то они волю Божию не привлекают. А для нас вот именно в этом воля Божия должна быть.

Для меня всегда загадка, почему мы ищем волю Божию вот в этом, но не ищем ее в другом, что совершенно открыто, совершенно доступно и явственно — в самой ткани жизни церкви, в молитвах, которые мы читаем, в Евангелии, которое мы раскрываем, в Таинствах, которые для нас существуют. Вот она, Воля Божия, которая постоянно присутствует в нашей жизни. Только открой себя для нее, только постарайся как-то вслушиваться, постарайся слышать что-то кроме самого себя. И тогда человек будет говорить «Да будет воля Твоя», понимая, что ВОЛЯ БОЖИЯ — ЭТО ТО, ЧТО ВСЕГДА ВЕДЕТ ЧЕЛОВЕКА К СПАСЕНИЮ. Это не разрешение его сиюминутных проблем, не надо пристегивать волю Божию в таком утилитарном виде: «Поступаю я по воле Божией или против, если я иду в магазин покупать что-то или сажусь в поезд, чтобы ехать куда-то?» Какое это имеет значение? Если сердце твое лежит в направлении Горнего Иерусалима, тогда понятно, что так или иначе будешь вслушиваться в волю Божию, чтобы найти тот правильный путь в Горний Иерусалим, тогда Господь тебя поведет. А если человек будет искать в этой жизни, в этом мире удобные места по воле Божией, то это совершенно бессмысленно. Уж лучше тогда руководствоваться обычным жизненным прагматизмом.

Когда мы говорим: «Да будет воля Твоя», мы прежде всего призываем себя к некоему послушанию. Не столько привлекаем Бога, потому что воля Божия — только возьми, только руку протяни, а скорее всего мы это говорим, чтобы самим быть способными к этому слышанию, послушанию.

Воля Божия сопряжена с таким понятием как свобода. Для нас понимание воли Божией — это ограничение нашей свободы, потому что если воля Божия, то не моя. А если моя воля не совершается, то моя свобода ограничена. А по большому счету, мне кажется, это научение свободы, потому что слова воля и свобода — синонимы. И когда человек просит быть свободным свободой Бога, то это очень дерзновенное прошение, для этого надо быть свободным от того, что тебя здесь держит крепкими узами. Это может быть и грех, и мелкие привычки, да просто желание раствориться в житейском.

Если человек постоянно скрепляет себя желанием житейских благ, житейского устроения, то вообще-то воля Божия тут вообще ни при чем, потому что она о другом — она о свободе Горнего Иерусалима, она туда нас призывает. Мне кажется, что все равно, в каком мы учимся институте, в какой квартире мы живем, сделан ли у нас европейский ремонт или не сделан, что вообще в бытовом смысле нас окружает. Это непринципиальные вещи. То, что мы здесь ищем волю Божию — в разрешении наших земных проблем, значит, мы чего-то не понимаем, когда эти слова говорим.

— Мы часто делим волю Божию на ту, что относится к нам, и на ту, что для других людей. Как бывает легко советовать другим: «Терпи! Смирись!» Особенно это странно звучит, если у человека серьезные проблемы или даже беда. Какие слова можно говорить, если хочешь выразить сочувствие?

Да можно ничего не говорить, надо просто посочувствовать.

Если человек по-настоящему умеет слышать чужую боль, умеет сочувствовать, то здесь ничего придумывать не надо. Тут даже не о чем говорить.

-То есть найдутся нужные слова?

Конечно. Тут никаких приемов не надо. Сразу становится понятным, ощущается.

— Воля Божия… как принять ее, если теряешь близких? Недавно после 9-летней борьбы с раком ушел из жизни Александр Стронин, много делавший для сайта Вместе. На его отпевании в храме было очень тяжело видеть столько горюющих людей, особенно тяжело было смотреть на плачущих мужчин. Но как многие потом говорили, было поразительно, что на этом фоне скорби и горя его жена и сын стояли с какими-то нереально просветленными лицами. Это было большим утешением. И встал вопрос — это так потому, что Саша был таким человеком, и они рядом с ним обрели такой свет?

Нет, нет. Это то, о чем мы сейчас говорили. Господь слышит человеческое сердце. И это слышание Богом, Божие присутствие так наполняет человека в минуту горя, что человек так переживает, светло переживает. Никому невозможно это объяснить.

Недавно один человек меня спрашивает: «Как же так? Что же Бог? Неужели Ему трудно вмешаться?» Или когда у человека горе, как это объяснить? Это никак не объяснить.

Если это с тобой случится, ты можешь задать этот вопрос Богу. И Он тебя услышит. А пока это с тобой не случилось, и ты пытаешься понять за другого, ты никогда этого не поймешь. Это может понять только тот, кто находится сейчас в этом состоянии. Если он у Бога по-настоящему начинает что-то спрашивать, Бог его обязательно слышит и обязательно ему отвечает. Обязательно! Если человек готов к этому слышанию. Он все получает. Он все знает. Он все знает! И это внутреннее знание дает ему возможность горе переживать. А иногда человек задает вопросы Богу, а ответы слышать не хочет. Потому что он не привык слышать в принципе. Он только себя слышит. И тогда в горе человек может дойти до отчаяния, потому что он не слышит и не хочет ничего слышать кроме собственной боли.

— А еще люди могут же сказать…

Человек не ищет у людей ответа на эти вопросы. Либо он ищет обмана для себя. Люди могут сказать все, что угодно, особенно те, которые никогда не переживали горя. Но с такими вопросами человек к людям не обращается, он может к священнику подойти, если не совсем хорошо знает Бога. Когда людей спрашивают: «Почему это со мной», — значит, этот вопрос Богу не задан или человек не хочет получить правильный ответ на этот вопрос. И тогда, в принципе, никакой ответ ему просто не нужен, ему надо постоянно разжигать, разжигать, разжигать в себе это чувство, когда человек в отчаянии, это дает ему ощущение присутствия жизни.

— А какой совет…

Нет никаких советов. Здесь никаких советов никому не дашь. Человек, который переживает этот момент и который действительно находит у Бога ответ, он настолько становится умным и опытным, что ему никто никакого совета дать не может. Он и так все знает. Ему не надо ничего говорить, он сам все прекрасно знает. Поэтому этот человек в советах не нуждается. Тяжело тем людям, которые в такой момент не хотят слушать Бога и ищут объяснения, обвинения, самообвинения. И тогда это тяжело, потому что это самоубийство. Утешить человека, не утешенного Богом, невозможно. Вот что я хочу сказать. Конечно, утешать необходимо, надо быть рядом, очень важно в такой момент быть в окружении людей любящих и слышащих.

УТЕШИТЬ ЧЕЛОВЕКА, КОТОРЫЙ НЕ ПРИНЯЛ БОЖЕСТВЕННОГО УТЕШЕНИЯ, НИКОМУ НЕ УДАСТСЯ НИКОГДА, ЭТО НЕВОЗМОЖНО.

— После таких слов не знаю что больше сказать…

Тогда все, точка.

Беседовала Тамара Амелина.

Читайте также:

О воле Божей – беседа Марии Городовой с архиепископом Иоанном Белгородским

Как найти волю Божию – прот. Михаил Шполянский

Понравилась статья? Помоги сайту!
Правмир существует на ваши пожертвования.
Ваша помощь значит, что мы сможем сделать больше!
Любая сумма
Автоплатёж  
Пожертвования осуществляются через платёжный сервис CloudPayments.
Похожие статьи
Елена Караева: Помочь тем, кто потерял близких, можно, оставив их в покое

Журналист «Евроньюс» рассказала о том, как за рубежом освещаются крупные ЧП

Знает ли старец волю Божию о вас

Старцев превратили в подобие гадалок