Мы ушли от закона, но не пришли к любви

«Прошел день без доброго дела, да и что такого? Завтра или послезавтра Бог подаст, кому помочь. В чем печаль-то? Всем не поможешь. Сами концы с концами едва сводим: кредит на новую квартиру, свадьба детей, для матери лекарства, да и отдохнуть надо по-человечески. Во всем расход, а приход мал. В чем грех-то?» В неделю о добром самаритянине священник Константин Камышанов размышляет о том, на что призван обратить наше внимание этот евангельский сюжет.
Протоиерей Константин Камышанов

Протоиерей Константин Камышанов

Спутники утраты веры в Бога

Сегодня в храмах читается Евангелие о милосердном самаритянине. Сюжет прост. Вот плохие священник и левит. Они немилосердные и равнодушные. Они идут из Иерусалима в город греха Иерихон. Вот хороший иноверец. Он добрый и отзывчивый. И идет из Иерихона в Иерусалим. Иерихон и Иерусалим – символичный финал их путешествия.

Вывод: жестокосердные верующие для Бога хуже, чем добрый безбожник.

Господь хочет, чтобы мы обратили внимание на то главное, в чем люди угождают Богу – плод веры – добро. Чтобы мы задумались о собственной жадности и немилосердии и уяснили, что эти пороки – спутники утраты веры в Бога. Если мы сможем увидеть связь жадности и немилосердия с потерей веры, то нам непременно захочется избавиться от препятствия, отделяющего нас от Бога.

Отсекаются грехи на исповеди. Но что имеем в реальной исповеди на предмет милосердия и жадности? Чаще всего – ничего.

Дочь болеет, муж пьет

С чего начинается исповедь в нашем храме? Те, кто часто ходит в храм, почему-то забывают грехи. Чтобы не забыть (!), они записывают в дневник. И на исповеди любят говорить по бумажке, примерно по такому стандарту: «Согрешил: церковного и келейного правила неисполнением, хождением в храм Божий без усердия, с леностию и небрежением; оставлением утренних, вечерних и других молитв; во время церковной службы – согрешил празднословием…» Ну, и всякое такое виртуально-набожное.

Некоторые начинают исповедь гораздо предметнее: «Дочь болеет, муж пьет…» Другие, приходя на исповедь, вообще не знают, о чем говорить, и просят помочь исповедаться. Лидеры покаяния – нарушение десяти ветхозаветных заповедей: не чтил родителей, крал, гулял, завидовал, лгал…

Но есть у нас и совершенные прихожане, которые достигли ветхозаветной праведности и уже не знают, в чем каяться. По возрасту им блуд неприемлем, украсть дома у самого себя нельзя. Так, сплетни и осуждение. Такие и каются, и разводят руками: «Во всем грешен, а в чем – не знаю».

Таким говорю: «Слава Богу! Ветхий Завет мы одолели. Будем считать, что сегодня первый день настоящего христианства – торжества божественной Любви».

Что это такое – любовь и зачем она?

Любовь – это перенесение центра тяжести жизни с себя на Бога и на ближнего. А вот тут проблема. Зачем жить не собой и по себе, когда это очевидно выгодней?

Многие помнят отца Авеля Македонова из Рязани. Так вот, он про таких, зацикленных на себе, говорил так: «Раньше в деревне все дети были как бы общие. Любая мать ему нос вытрет, даст конфетку, а если надо – и заступится. А теперь? Пошла в магазин, купила колбасы, села у телевизора и сидит. И не нужны ей ни чужие дети, ни свои, и вообще никто на свете».

Вот так и мы. Мы ушли от закона, но не пришли к любви. Мы называем себя христианами, а на самом деле мы ветхозаветные фарисеи.

Брать – это понятно, потому что это мне

Мы хвалимся тем, что чтим закон и право славим Бога. Но ведь плохо чтим закон. Хуже фарисеев. Хуже мусульман. Намного хуже. Но и намного полнее берем у Господа талантов, которые не отдаем ни Господу, ни ближнему.

Брать – это понятно, потому что это мне. Отдавать – непонятно, потому что не мне. Любовь любовью, а деньги врозь.

Чтобы сделать такое большое доброе дело, какое сделал самаритянин, нужно быть к нему готовым. Нужно до этого сделать тысячу мелких добрых дел, чтобы, когда подойдет большое дело, взяться за него не раздумывая, на автомате. В человеке должна быть ускоренность добра, которая прививается ежедневным упражнением.

Но у нас как? Прошел день без доброго дела, да и что такого? Завтра или послезавтра Бог подаст, кому помочь. В чем печаль-то?

Ну, не помог тому или сему. Всем не поможешь. Сами концы с концами едва сводим: кредит на новую квартиру, свадьба детей, для матери лекарства, да и отдохнуть надо по-человечески. Во всем расход, а приход мал. В чем грех-то?

Почему мне надо любить этих людей, которые, может быть, и сами виноваты в том, что упали? Вот я люблю всех, а меня кто полюбит? Так ведь на шею сядут и ноги свесят. Самому мало. А почему я его должен кормить, слава Богу, у него родня и две руки есть. Пусть они его и кормят. А мне кто даст?

Добро требует укоренения. Без регулярного упражнения в милосердии сердце вянет, как цветок в горшке, который забывают поливать. Сердце сохнет и уже не в состоянии принять в себя Духа любви, ни к Богу, ни к людям, ни к себе. Оно становится таким, каким оно было у приснопамятного священника, идущего в Иерихон.

Такое сердце пребывает во тьме и медленно погружается во зло.

Закрыть лицо руками – «я в домике»

Как можно объяснить слепому, что такое свет? Как можно рассказать немилосердному человеку, что такое божественная любовь и зачем непременно надо всех любить? Экий максимализм и крайность! И как можно выбраться из тьмы на свет?

Тут тайна. Не мы выбираем Бога, а Бог выбирает нас. Он первый приходит абсолютно к каждому человеку и дает понять, что такое благодать. Он дает знать, как сладка жизнь в Духе Святом и как горька влюбленность в себя.

Бог никогда не оставит человека, который хоть немного тоскует о Нем и просит прийти и спасти его душу от зла.

А дальше – наш собственный выбор. Повернуться к Богу лицом, или закрыть лицо руками – «я в домике».

Первая рука, которая нам закрывает глаза – жадность. Вторая рука, закрывающая нам глаза – это бессердечие.

Фото: Владимир Осокин/rasfokus.ru

Фото: Владимир Осокин/rasfokus.ru

Христианство начинается именно с преодоления жадности и принятия милосердия. Это граница, отделяющая нас от всех тех, кто знает Бога, но считает, что любить Его не обязательно и не нужно.

Исповедь есть лакмусовая бумажка, которая обнаруживает, живет человек по Богу или по себе.

И каков результат? Я практически не слышу такого покаяния:

– Согрешил тем, что не искал добрых дел.
– Согрешил тем, что на жадность обменял любовь к Богу и людям.
– Согрешил тем, что не хотел Бога видеть нашим общим Отцом, а ближнего братом.

Так в какого Бога ты веришь? Что это за христианство без Христа?

Ответ читаем в Евангелии, в котором нам рассказывается о том, как ко Христу теснился народ, чтобы исцелиться во время Нагорной проповеди. А Он им говорит не о здоровье тела, а о блаженстве – здоровье души, которое достигается в трудах. Он говорит:

Блаженны милостивые, ибо они помилованы будут.
Блаженны чистые сердцем, ибо они Бога узрят.
Блаженны миротворцы, ибо они будут наречены сынами Божиими
.

Он говорит, а Его не понимают. Как и мы. Мы про болезни, про то, что дочь болеет, на работе всё не так. А в чаше выносят Тело и Кровь Христовы – залог Царства Небесного, которое нам на земле почему-то неинтересно.

Это не грех – молить Бога о здоровье или благополучии. Но вот если дочь не будет болеть, деньжата заведутся и на работе будет порядок, что тогда? Поделишься? Нет? Даже если предложат блаженство Царства Небесного?

– Возрадуйтесь в тот день и возвеселитесь, ибо велика вам награда на небесах.

Какая награда у бесплодной смоковницы? Нас смущает безверие. Будет ли Царство, неизвестно, а то, что деньги в кармане, известно наверняка.

Бог – отец, а люди и ангелы – братья

Какая примета того, что Господь посетил человека? Радость.

«Возрадуйтесь» – эти слова относятся к нашему настоящему времени и служат индикатором жизни в Боге и в любви к людям. Бог так устроил мир, что полной радостью мы можем радоваться, когда центр тяжести нашей жизни лежит вне «Я».

«Велика награда» – относится ко времени будущему. Если мы не верим ни радости, ни награде, ни словам Христа, ни Его воскресению, то что мы делаем в храме?

Это слова Самого всемогущего Бога, летящие к нам из глубин Вселенной, они сообщают нам о конструкции мира, принцип которой лежит в самоотдаче. Мы отдаем как человеческое, принимаем божественное. Закон мира мы изменить не можем. Если пойдем против рожна, сначала озлобимся, потеряем источник жизни и умрем.

Так сказал Бог. И слово Его крепко.

Мы плохо слышим эти слова, потому что сердце черствое, потому что жадность закрыла нам сердце, потому что лежащий на улице человек у нас вызывает брезгливость. Потому что на работе мы вместо братьев видим противников, потому что чужие дети нам кажутся противными, потому что мы никого не любим, как та бабушка с колбасой и телевизором.

Если сердце отозвалось на призыв Бога, можно спастись при помощи ума и припоминания. Вспомним, что мы все-таки назвали себя христианами, надели на грудь маленький крест, что при крещении восприняли благодать мало чем меньшую, чем ангелы и архангелы.

Вспомним, что Бог нам отец, а люди и ангелы – братья. И вспомним доброго самаритянина, который показался на страницах Евангелия и исчез. Мы не знаем ни имени, ни рода, ни звания. Но он остался в очах Господних прекрасным человеком. Вспомним и подумаем о том, какую радостную награду Господь определил этому человеку, когда он отъезжал из гостиницы, в которой положил избитого и израненного путника, сказав:

– Позаботься о нем; и если издержишь что более, я, когда возвращусь, отдам тебе.

Как должна была вспыхнуть благодать у него в сердце. Как обрадовался Господь его благородству и щедрости!

Картина Паулы Модерсон-Беккер

Картина Паулы Модерсон-Беккер

А мы пойдем из храма в мир

Те, кто прошел мимо страдальца, шли из Иерусалима. А мы пойдем из храма. Пойдем в мир. И будем жить среди людей, которым мы чем-то да нужны. И это прекрасно, когда мы нужны Богу и людям.

Скажут, что трудно быть добрым. Но это хорошо, что в жизни так много трудностей, потому что они – повод для реализации любви. Любовь, трудности, жертва Богу, благодать и блаженство соединены в одно целое и напоминают нам о словах Бога о том, что Царство Божие силой берется. Нашей силой, при помощи силы Божией, приносящей не только успех, но и благодать.

Благодать милосердия везде обильна. Людей, которым нужна наша помощь, мы сможем найти на работе, на улице, в больнице и дома. Нет ничего проще, чем найти тех, кто нуждается в помощи на пути в Царство Небесное, на пути в Иерусалим. Тех, кому мы можем послужить молитвой, деньгами, сочувствием.

Поэтому нам надо научиться настоящей исповеди христиан, приносящей благодать, любовь и венчающейся милосердием – плодом жизни в Боге.

– Согрешил, Господи, нелюбовью к Тебе и людям. Каюсь. Научи меня любви. Дай мне мягкого и чистого сердца. Дай мне Духа любви в этом веке и в веке будущем.

Аминь.

Помоги Правмиру
Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!
Пожертвования осуществляются через платёжный сервис CloudPayments.
Похожие статьи
Из Лествицы откроется, что все мы смертельно больны грехом

Но нужно не бороться с личностью, а лечить ее больную часть

Родиться от Бога

Наше сегодняшнее положение – это положение наемника в винограднике

Дорогие друзья!

Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!