Нарколог Алексей Шевцов о смысловом вакууме, формировании зависимостей и реальной помощи алкоголикам и наркоманам

Уже давно нет лечебно-трудовых профилакториев, но российская наркология по-прежнему ориентирована на запрет и запугивание, чаще всего зависимым людям врачи предлагают закодироваться. Алексей Шевцов, нарколог с почти 20-летним стажем, с годами пришел к выводу, что запретительные методики подходят далеко не всем. Гораздо важнее работать с личностью, со смыслами. Ведь почти всегда зависимость (неважно, алкогольная, наркотическая или игровая) начинается со смыслового вакуума. Подробно о своей концепции Алексей Шевцов рассказал Правмиру.

Алексей Шевцов родился в 1971 году. В 1988 окончил Московское суворовское училище, в 1994 — Второй медицинский институт. В 1994—2002 гг. работал в Национальном научном центре наркологии, в 2001 году защитил кандидатскую по химической зависимости. Потом работал в больницах, психоневрологических диспансерах, занимался частной практикой. В 2006—2010 гг. учился в Московском гештальт институте по специальности психология, в 2007–2010 — на курсе MBA в РЭА им. Плеханова. В 2012 году вернулся в Национальный научный центр наркологии. Сейчас пишет докторскую. Тема диссертации утверждена: «Стратегия оказания наркологической помощи».

Алексей Шевцов, кандидат медицинских наук, старший научный сотрудник Национального научного центра наркологии:

От смыслового вакуума до зависимости один шаг

Алексей Шевцов

Алексей Шевцов

— Если алкоголь воспринимается как лекарство — от стрессов, от депрессии, от бессонницы, от физической усталости — уже можно говорить о некоей зависимости. А как только появляются проблемы в семье или на работе — именно проблемы, связанные с алкоголем, — это уже четкий показатель, что зависимость есть. А начинается всё с того, что Виктор Франкл называл экзистенциальным вакуумом.

Есть место, которое человек занимает в жизни, а есть его потенциал. И если они не совпадают, и он это чувствует, образуется незаполненное жизненное пространство — смысловой вакуум. На это пустое место приходят разные зависимости: алкогольная, наркотическая, игровая (азартные игры). Может сюда прийти и психосоматика — разные болячки, от которых умирают. А могут быть страдания, связанные с криминалом, с родственниками, с какими-то приключениями. Со всеми этими случаями я как практикующий психотерапевт постоянно имею дело.

Один приходит и жалуется: «Пью (принимаю наркотики) и не знаю, что с этим делать», другой: «Я болею, врачи всё перепробовали, ничего не помогает, умираю», третий: «Череда дурацких случайностей-то, другое, пятое, десятое, — и не понимаю, как из этого выпутываться». Разные ситуации, разные проблемы, но знаменатель общий — страдание. Моя задача как врача-психотерапевта — расширить место, занимаемое в жизни.

Теперь непосредственно о наркологии. Приходит в наше отделение больной алкоголизмом, месяц здесь лежит, мы с ним что-то делаем. Изменится после этого его место в жизни? Скорее всего, нет, и в лучшем случае у него будет кратковременное облегчение. А вот если нам удастся сделать что-то такое, после чего его место в жизни несколько расширится, то уже можно говорить о качественной продолжительной ремиссии. И наоборот: что бы мы ни делали, если место в жизни человека сужается — минус семья, минус работа, минус какие-то обязательства, — вакуум расширяется, и человек начинает двигаться к подзаборному варианту.

Повторяю, зависимость случается, как только у человека появляется вакуум. Как это происходит на протяжении жизни? Рождается ребенок. Он пока никакого места в жизни не занимает. Потихонечку растет, развивается и достигает некоего пика: у него есть семья, свой бизнес. Мог бы еще подрасти, но… Потенциальное место в жизни выросло, а фактическое не очень. Думаю, ситуация многим знакома. Как только появляется вакуум, сюда приходит алкоголь, и вакуум начинает расширяться, а место, занимаемое в жизни — сужаться: человек теряет работу, теряет семью. Если ввести понятные критерии этих мест, занимаемых в жизни, мы получим то, чего до сих пор в наркологии не было — прогноз лечения и необходимый объем оказания помощи конкретному человеку.

Главных критериев три: степень ответственности человека, ценности и отношение к труду. В течение человеческой жизни все эти критерии очень сильно изменяются. По этим трем критериям мы предлагаем разделение на шесть целевых экзистенциальных групп.

Виктор Франкл говорит, что точечный смысл в жизни отдельно взятого человека специалист вряд ли может угадать. Но он может предложить ему определенную область, и велика вероятность, что точка будет там. То есть специалист однозначно может предложить образ ценностей. Сам Франкл с зависимыми пациентами не занимался, но в книге «Человек в поисках смысла» пишет о своих учениках, которые занимались алкоголиками и наркоманами. И он замечает, что с точки зрения экзистенциального анализа у алкоголиков и наркоманов большие проблемы — 90 процентов больных алкоголизмом и сто процентов (!) больных наркоманией не видят в жизни никакого смысла. Если им помочь обрести этот смысл, возможны коренные изменения.

Первая группа: наблюдающие

Итак, экзистенциальные группы. Первая — наблюдающие. Пример — древний шут. Что он делает? Работать он не умеет, ответственности избегает, живет за чужой счет и при этом умудряется выживать. Главная его сила, его плюс — наблюдательность. Благодаря ей, за счет нее шут живет. Увидел, что у кого-то шапка кривая, и давай всем рассказывать, и все смеются. До этого никто не замечал кривую шапку.

Любой наркоман в употреблении тоже будет относиться к этой группе. Нельзя сказать, что у него ответственность на нуле. Собственное выживание он себе как-то обеспечивает, но что-то поручить ему… Поручить, конечно, можно, но с полным пониманием, что он поручение не выполнит. Мои клиенты-наркоманы сами говорят, что если бы им предложили такую работу, что надо раз в месяц куда-то позвонить, и за это платили бы тысячу долларов, они всё равно потеряли бы работу. Всегда они живут за чужой счет: мамин, папин, родственников, еще кого-то… Наркоман в употреблении четко знает, к кому в этой ситуации, в этом его эмоциональном состоянии можно подойти, а к кому подходить не надо. Он обеспечивает себе только выживание и так устраивается в жизни.

В этой группе есть люди, не имеющие наркологических проблем. Типичная история: мама, папа — огонь, вода и медные трубы, а чадо лежит на диване и ничего не хочет. Заставить его очень сложно. У меня не один такой пациент. Что я с ними делаю? Потихоньку наращиваю ответственность.

А вот всем известный пример. Посмотрите на «Comedy club». Люди прекрасно устроились в жизни, они умеют остро наблюдать, продают свои шутки и получают за это неплохие деньги. При этом полное избегание ответственности. И работать они, собственно, не могут.

Исполняющие

В первую группу входит примерно 5 процентов от всего общества. Самая многочисленная — 55 процентов — вторая группа, исполняющие. Здесь уже степень ответственности выше. Они частично отвечают за плоды своего труда. То есть человек говорит: «Я сегодня в хорошем настроении, могу приготовить обед, сделать стол или табуретку. А всё, что я сделал вчера, можно выкинуть, потому что вчера я был в плохом настроении. И не знаю, какое настроение у меня будет завтра». Получается, что за плоды своего труда он частично отвечает, а за себя — нет.

Есть в этой группе люди, зависимые от алкоголя, наркотиков, азартных игр, но много и независимых, которые так и живут. Их ценности ограничены пресловутым «хлеба и зрелищ»: поесть повкуснее, выпить, пройтись по женщинам, взять, что плохо лежит — вот и всё, что им в жизни нужно. Они, конечно, понимают, что за «хлеб и зрелища» надо платить, поэтому работают, но безо всякого удовольствия, из-под палки, только в жестких рамках каких-то внешних обязательств типа трудовых контрактов.

У таких людей есть одна особенность — они виртуозно умеют находить место под солнцем. Их можно часто встретить при власти — если они задали себе в детстве вопрос «Кому на Руси жить хорошо?» и правильно на него ответили. У меня есть такой знакомый генерал, есть знакомый депутат, есть знакомый управляющий Московским округом. А ведь на самом деле по нашей классификации очень легко понять, кто этот человек, какое место он занимает.

Например, депутат будет якать, рассказывая о каких-то действительно конструктивных шагах, достижениях, а когда ему укажешь на конкретные неудачи власти, недоработки, просчеты, не моргнув глазом ответит: «А что вы дебилов набрали?». Так человек открыто показывает, что он только частично отвечает за плоды своего труда. Собственной жене он при этом может говорить: «Нарожала — сама и беспокойся». Зачем ему власть? Чтобы было очень много хлеба и очень много прикольных зрелищ. Вот это свое место под солнцем он будет защищать до последнего.

Наркология с такими людьми встречается редко. У них, как правило, высокое качество жизни. Он всем доволен, этот депутат: у него нет зависимости, нет страданий, живется ему припеваючи. В этой группе чаще бывает обратное соотношение реальности и потенциала — место, занимаемое в жизни, гораздо больше, выше, чем человек заслуживает.

Творящие

Третья группа — творящие. Степень ответственности становится еще выше. Человек уже в силах отвечать за плоды своего труда. Если, допустим, он столяр и делает столы, то на каждом столе готов поставить свое клеймо. И свою работу он будет делать качественно, независимо от того, как себя сегодня чувствует, какое у него психологическое состояние.

Много людей из этой группы работают в индустрии красоты: дизайнеры, компьютерные графики, программисты всевозможные. Область их ценностей — жить, продавая плоды своего труда. И качество жизни у них во многом зависит от того, насколько успешно эти плоды продаются. Например, если к модному стилисту записываются на три месяца вперед, у него будет очень высокое качество жизни. А другой стилист по каким-то причинам не востребован, и у него качество жизни отвратительное. И тогда высока опасность и депрессии, и какой-либо наркологической зависимости.

К сожалению, эти люди не умет управлять ни собой, ни другими. Не может человек гарантировать, что завтра у него будет хорошее настроение, а послезавтра — вдохновение. И если ему поручить управление другими, ничего хорошего не получится. Его просто не станут слушать, и проект далеко не уедет.

Но даже в случае наркологии такой человек может иметь хорошее качество жизни, если он откровенно признается: «Да, я не умею управлять собой» и осознанно вручит управление собой другому человеку, которого уважает.

Для меня здесь самый яркий пример — Высоцкий. Я считаю, что он был действительно супертворческим человеком, полностью отвечал за всё, что делал в искусстве, и жил, продавая плоды своего труда. Кого он слушался? Любимова. Пока сохранялся этот творческий тандем, качество жизни Высоцкого было очень высокое: писал новые песни, получал новые роли, ездил на гастроли. Как только они разругались, и Высоцкий перестал слушаться Любимова, меньше чем через два года он погиб. Рядом были люди, которых он мог бы слушаться, если бы захотел: друзья, в том числе и врачи, жена. Но никому он себя не вручил.

Действующие

Самый серьезный шаг — переход из третьей группы в четвертую. Четвертая группа — действующие. Всего, напоминаю, групп шесть, и в первых трех ответственность если и есть, то обусловленная внешне — только навязанные извне обстоятельства могут удержать человека в каких-то рамках. В четвертой группе появляется и внутренняя ответственность. Людям уже мало кто что-то навязывает, они сами структурируют свою жизнь, рабочие процессы. Начинают отвечать за себя, за членов своей семьи, за сотрудников, за производимые товары и услуги. Область ценности для них — дело. Это может быть достаточно сложная профессия — журналист, врач, юрист, архитектор, — а может и скромная.

В этой группе у меня любимый пример — участковый Анискин: 35 лет на участке, знает каждую собаку, всем тут рулит и гордится этим. Человек на своем месте — он реализуется через любимое дело. Кто-то в этой же группе реализуется через бизнес, начав отвечать не только за себя, но и за того парня, привлекать к делу всех, кого возможно (жену — бухгалтером, детей — курьерами), потом передавать бизнес по наследству. И это тоже хорошо.

Для женщин здесь возможна реализация, когда женщина воспринимает семью как дело своей жизни. Тогда она как домохозяйка чувствует себя на своем месте, и у нее будет высокое качество жизни. Высокое, потому что фактическое место в жизни и потенциальное у нее совпадают.

А бывает, что человек сделал, как кажется со стороны, прекрасную карьеру, а совпадения нет, и начинаются проблемы. Один мой пациент рос-рос и достиг некоего пика: бизнесмен, 100 подчиненных, все материальные проблемы решил. Но ему скучно, уже хочется чего-то большего, и это не завышенная самооценка — он действительно способен на большее. Но не всё, хотя и многое, зависит от способностей, от трудолюбия. Иногда люди по объективным причинам годами идут к цели, иногда так и не достигают желаемого. Так вот, если человек в момент, когда внешне всё хорошо, но есть чувство неудовлетворенности, желание большего, начинает пить, он быстро теряет и ту ответственность, которую имеет. Происходит регрессия, вакуум постепенно увеличивается.

Алкоголизм

Управляющие

Следующий уровень — управляющие. У них степень ответственности еще выше. Человек отвечает уже не только за себя и за того парня, но и за то, что происходит в обществе. Конечно, не за все процессы, но ему вдруг становится не всё равно, в чем суть Закона об образовании, как проходят выборы, что с Химкинским лесом. То есть выбирает один или несколько текущих процессов, которые его заинтересовали. Далее у него есть два варианта. Можно взять бутылочку, пойти к соседу или позвать соседа к себе и на кухне обсуждать правительство, законы, Химкинский лес, ничего при этом не делая. Появляется алкоголь, а вакуум начинает расширяться, и довольно быстро.

Но если он начинает что-то делать, берет на себя реальную ответственность…. Может, вступит в партию, может, пойдет на митинг, может, просто начнет по выходным убираться в том же самом лесу или станет старшим по подъезду… Всё, что происходит вне моей квартиры, даже в подъезде — это тоже общественный процесс. Так вот, в этом случае его ответственность увеличивается, вакуум сужается, а смысловое поле расширяется.

Область ценности такого человека — масштабность деятельности. Он очень рад, если ему удается оставить какой-то след в истории. Тот бизнесмен, у которого начались проблемы с алкоголем и, как следствие, с бизнесом и со здоровьем, стал писать мемуары, и проблемы одна за другой ушли. Для чего такие люди будут писать книги? Чтобы оставить след в истории.

Человек из первой группы, скорее всего, книгу писать не станет, человек из второй группы наймет копирайтера, а книга ему нужна всё для того же — чтобы было больше хлеба и больше зрелищ. Для человека из третьей группы книга, если он ее напишет, будет творческим самовыражением, при этом мало кто эту книгу поймет и дочитает до конца. А человек из четвертой группы напишет книгу как некий бизнес-проект. Пример — Дарья Донцова: пирожки выпекает качественно, профессионально, читать достаточно интересно. Человек из пятой группы напишет книгу, чтобы «наследить» в истории. Ему будет очень важно, чтобы люди знали про него, про его друга Витьку, с которым он начинал бизнес, и т. д.

Как управленцы относятся к труду? Они служат за вознаграждение. На самом деле эти люди рождены для власти, но их туда редко пускают. В наркологии, в продвинутой наркологии, таких людей немало, хотя в обществе всего процентов пять. В жизни они разбросаны, им трудно друг с другом, потому что они очень принципиальны. Иногда вместе собираются в наркологических отделениях. Их действительно беспокоит происходящее в обществе, но, к сожалению, на тот момент у них амбиции по-прежнему большие, а ресурсов мало. Огромный вакуум занят алкоголем, болезнями, другими страданиями. Условно говоря, батяня-комбат. Генерал — человек из второй группы, на его место очередь, а батяню-комбата, который служит за честь и за совесть, близко к власти не подпустят. Но и из армии не выгонят, потому что если, не дай Бог, что случится, кто воевать будет?

Исследующие

Шестая группа — исследующие. Те, кто будет создавать идеологию, учить, лечить. Отвечают они за себя и за того парня, за процессы, которые происходят в обществе, а еще за баланс и гармонию. Их область ценностей — знания. Знания можно накапливать, трансформировать, передавать. Приставка «само» очень часто повторяется, если говорить об их развитии, росте: самомотивация, самоосознание, самообразование, самокритика. Сами они двигаются по жизни.

Итак, перечисленные мной шесть групп отличаются, прежде всего, по степени ответственности. Этот показатель можно изменить. Для каждого пациента определяется фактическая принадлежность к одной из групп и потенциальная. Тогда становится понятно, какой объем помощи необходим конкретному человеку. Задача-максимум — реабилитация. Далеко не всегда она может быть выполнена, в большинстве случаев потребует много времени, сил и ресурсов. В этом новизна нашего подхода — мы впервые предлагаем рассматривать наркологические проблемы с точки зрении ресурсов. Валяется алкоголик под забором — что для меня в этом факте главное? Ему есть, куда расти. Если этим грамотно распорядиться, всё будет хорошо.

Как переходят в другую группу?

Понятно, что человека, пришедшего в наркотическом употреблении, сразу в шестую группу не перетащишь. Кто то, может быть, постепенно дорастет до нее, а кто-то (и таких больше) остановится на второй. Как обеспечивается лифт — расширение фактического места в жизни? Мы потихонечку обучаем человека воздействовать на себя: многих надо учить отдыхать расслабляться, бороться со стрессами — ведь очень часто именно для этих целей используют алкоголь.

Очень важный момент — индивидуальное проявление синдрома патологического влечения. Каждый пациент должен понимать, как это проявляется именно у него, в чем для него самая главная опасность сорваться, и уметь с этим справляться либо при помощи лекарств, либо используя самостоятельные навыки, которым его обучат грамотные психологи или психотерапевты. То есть, осознание собственных эмоций и управление ими.

Чем выше группа, тем важнее становится искусство воздействия на других. Есть такая штука — эмоциональный интеллект (EQ). Это умение осознавать собственные эмоции, ответные чувства на них других людей и умение изменять свои эмоции, а соответственно и реакцию других. Есть логический интеллект (IQ) — умение решать задачи. Американцы сейчас говорят, что IQ важен при приеме на работу, а EQ пригодится тебе, когда ты захочешь сделать карьеру. Без понимания собственных эмоций и эмоций других ты карьеру сделать не сможешь. Управленческие навыки, которые дает профессиональное образование, для карьеры тоже необходимы, но не достаточны.

Как бывшие наркоманы другим помогают

Когда пациент более-менее продвинут в искусстве воздействия на себя и на других, в этом есть элементы достижения четвертой группы. Для каждого человека этот комплекс имеет свои размеры. Например, сейчас мы плотно сотрудничаем с Центром здоровой молодежи. Бывшие наркоманы объединились и создали благотворительную организацию. Ни чиновники, ни врачи, ни психологи им не помогали. Уже девять лет они работают, несколько тысяч людей пролечилось там, сейчас у них 35 филиалов, причем не только в России, но еще в пяти странах.

Когда я пришел к ним впервые, увидел, как моя теория, разработанная на единичных случаях, работает на практике. За время наркологической реабилитации они изменяют степень ответственности человека. Месяц просидел я у них в московском центре. Поступило 10 человек, из них восемь в первой группе, двое — во второй. А всего там 60 человек — я вел у них группу взаимопомощи. Один парень три месяца там, другой полтора года, уже консультирует других. Сборная солянка. Там два варианта: человек либо уходит из программы, либо начинает повышать свою степень ответственности. Ремиссия у тех, с кем я общался, от шести месяцев до восьми лет.

Несколько девушек — сотрудниц офиса — в третьей группе, все натуры творческие, но собой управлять не умеют, находятся под контролем старших товарищей. А большинство там уже в четвертой группе. Все они решили, что на данном жизненном этапе их главное дело — помогать другим наркоманам, то есть отвечать за себя и за того парня. А их верхушка управляет региональными филиалами, контактирует с властью — имеет ярко выраженные управленческие амбиции. Самый главный у них — помощник известного депутата.

Есть там даже несколько человек из шестой группы — они получили психологическое образование, формируют идеологию центра.

Если человек перейдет в четвертую группу, у него неплохие шансы на устойчивую и качественную ремиссию. Если до четвертой группы не дойдет, таких шансов гораздо меньше. Президент одного из региональных филиалов Центра здоровой молодежи рассказывает, что его на реабилитацию привезли в наручниках. Во время поступления он относился к первой группе, сейчас — к пятой. Этот путь он проделал за полтора-два года.

Падение и восхождение

Мой пациент, с которым я и сейчас периодически встречаюсь, поднялся до пятой группы из второй. Полковник милиции, он надолго уходил в запои, это постепенно привело и к диабету, и к гипертонии. Теперь он пишет мемуары, остался в системе МВД, но немножко сменил сферу деятельности, начал реально влиять на общественные процессы, получил возможность наследить в истории. Тут же изменилось качество его жизни, он почувствовал себя востребованным, на своем месте, перестал пить, и психосоматические болячки тоже выправились. Мы заполнили вакуум. Любой психотерапевтический случай объясним с точки зрения вакуума и всегда, если человек сам этого хочет и готов разделить со мной ответственность, мне удается каким-то образом расширить его место в жизни.

Один из самых давних моих пациентов окончил МГУ с красным дипломом, защитил кандидатскую, а с девяностых годов работает на кладбище. Не рядовым могильщиком — в его подчинении несколько бригад, он прекрасно зарабатывает. Но, как легко догадаться, не об этом он мечтал, когда учился, и работа не приносит ему морального удовлетворения. На момент нашей первой встречи у него, думаю, была первая или вторая стадия алкогольной зависимости.

Мы с ним приложили много усилий, чтобы вырвать его из профессионального выгорания. Он до сих пор работает там же, но получил второе высшее образование, выучил китайский язык, планирует заняться бизнесом с Китаем, и, наверно, это тоже будет какой-то похоронно-ритуальный бизнес. У него четверо детей, он построил дом. Кроме того, занялся общественно-политической деятельностью, вступил в одну из партий, участвует во многих благотворительных проектах. Человеку удалось компенсировать неудовлетворенность от доходной, но малоинтересной работы, чем-то интересным и близким. Это очень важный пример, потому что очень многим приходится зарабатывать на жизнь нелюбимым делом. В Москве среди работающих таких, полагаю, процентов 80.

А вакуум возникает именно от неудовлетворенности тем, какое место занимаешь в жизни, в том числе и рабочее место. Я часто рассказываю о водителе маршрутки из Таджикистана. Ярко выраженная вторая группа, и он своей жизнью доволен. Дома он имел хлеб и зрелища, в Москве хлеба и зрелищ стало чуть больше. У этого водителя очень высокое качество жизни. А есть у него друг, тоже из Таджикистана, тоже водитель маршрутки, но и выпивает, и проблемы с милицией то и дело возникают.

Для меня как для психотерапевта это показатель того, что у друга есть вакуум. Ему надо куда-то расти. Может быть, открыть свое дело? Может, в свободное от работы время заняться самодеятельностью, выступать перед гастарбайтерами? Не знаю, но ему однозначно мало того, что есть сейчас. Социальный статус у друзей-земляков одинаковый, а запросы разные. В результате один всем доволен, у другого масса проблем. Вот с ним надо работать.

Одними запретами проблему не решить

Многие, кстати, обретают смысл в вере. В том же Центре здоровой молодежи я не от одного человека слышал, что именно воцерковление, духовный рост способствовали его ремиссии. Слава Богу! Но предсказать точку жизни конкретного пациента невозможно. У каждого свой путь.

К сожалению, для российской наркологии это принципиально новый подход. Большинство специалистов до сих пор используют только запретительные методики, самая распространенная из которых — кодирование. Я не говорю, что они совсем не нужны. Для пациента, который приходит к нам в первой группе, внешние рамки просто необходимы. Он не готов к длительной продуманной реабилитации. Пока не готов. Вполне возможно, что пройдет время, и у него увеличится ответственность, тогда с ним можно будет работать по-другому. А сейчас надо просто закодировать. Что такое кодирование? Это человеку говорят: «Тебе нельзя», — то есть задают жесткие внешние рамки. И многие из первой группы на начальном этапе готовы только к такому внешне обусловленному контролю.

Проблема в том, что современная наркология предлагает это всем, кто обращается за помощью, других методов у нее нет. Но с людьми из третьей-четвертой группы это уже не очень работает — с ними надо беседовать, понимать их внутренний мир, работать со смыслами. Поэтому, кстати, очень редко наркологам удается помочь творческим людям. Некоторые врачи даже признаются, что с творческими личностями трудно работать — у них, мол, амбиции. Есть амбиции, но есть и серьезные смысловые запросы, и глубокие переживания. Работать с этим интересно, но трудно. Запретить проще. Но и в работе с теми, у кого внутренние запросы минимальны, а интересы ограничиваются хлебом и зрелищами, трудно рассчитывать на хороший результат, то есть на длительную качественную ремиссию, если ограничиться запретительной методикой. Качественная ремиссия вероятнее, если человек вырастет, и у него увеличится ответственность.

Всем ли зависимым людям обязательно навсегда исключить из своей жизни алкоголь любой крепости и в любых дозах? В идеале — да. Но поскольку каждый алкоголик мечтает о контролируемом употреблении, фармакологи разрабатывают препараты, которые влияют на вторичное влечение. Есть первичное влечение, когда человек просто хочет пропустить рюмочку или выпить бокал вина, а есть вторичное — в результате утром просыпается и видит пустую бутылку, хотя планировал выпить рюмочку-две. Вот есть препараты — их разработали западные фармакологи, но уже года два Россия тоже использует эту программу, — которые влияют на вторичное влечение. Они избавляют от жесткой биологической потребности продолжить, пока есть что выпить и пока не упал. Но не всем такие препараты помогают, пятьдесят на пятьдесят. Поэтому, конечно, в идеале зависимый человек должен осознанно отказаться от алкоголя.

Сейчас я как раз пишу докторскую диссертацию по этой теме. Мне очень хотелось бы, чтобы такой подход в наркологии стал государственным. Пока мы проводим обучающие группы для сотрудников реабилитационных центров. Уже четвертая группа занимается у нас. Есть люди, которые готовы переходить от директивности к партнерству, видеть в алкоголиках и наркоманах не опустившихся людей, которых можно и нужно только запугивать, но личностей, с которыми возможно партнерство, сотворчество. Я верю, что будущее именно за такой наркологией.

Записал Леонид Виноградов

Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.
Дорогие друзья!

Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!