“Наших детей медицинский персонал называл “умирашками”

|
В Госдуме обсуждается вопрос о праве посещения пациентов, находящихся в реанимации. Хорошо это или плохо для больных и врачей? Мы собрали истории наших читателей, которые получили в ответ на материале о доступе родных в палаты интенсивной терапии. У них есть свой взгляд на то, могут ли они находиться рядом с близкими, которые переживают трудный период жизни.

Светлана Ц.: У меня есть опыт ухода за паллиативным больным в течение полутора месяцев. Отмечу, что персонал просто не способен ухаживать за больным так же хорошо и в достаточном количестве, как родной человек. Да, их можно вызвать кнопкой, они все сделают, что положено, но с живым родным человеком жить в больнице легче! Вот случай из жизни: я повела ребенка в платную клинику на лечение зубов.

Меня потрясло, что с ребенком обращались как с живым человеком, а не как с досадной помехой процессу лечения.

Хотелось бы, чтобы все врачи так же относились ко всем своим пациентам: качество жизни пациента ставили на первое место, а все остальное – на второе.

Алина М.: В связи с новым законом о трансплантации органов очень страшно и опасно оставлять родственников, особенно детей, без присмотра. Я очень хорошо помню, как мне было страшно и плохо ,когда я лежала в тяжелом состоянии в советской больнице одна.

Когда человеку плохо, близкие должны быть рядом.

А, если ситуация критическая, никто не имеет права лишать возможности обнять в последний раз и попрощаться с умирающим человеком.

Ирина Т.: Про микробы и “мешать будут” говорят только те, кто не попадал в подобные ситуации, у кого близкие не лежали в реанимации. Пустить близких к тяжело больному – это проявление простого человеческого милосердия и сострадания, ведь никто не будет отрицать, что поддержка близких важна для больного. Представьте: ребенок один в абсолютно чужой среде, ему страшно, он не понимает, что происходит. Никто о тебе не позаботится так, как близкий человек, никто так за тобой так не поухаживает. Я лежала в реанимации в роддоме, муж очень просился ко мне, но его не пустили, а мне даже некому было подать воды.

Не пускать близких к тяжело больным – это верх ожесточения, лицемерия, безумия.

Когда за тяжело больным человеком в реанимации нет элементарного ухода со стороны персонала, такому человеку уже не до микробов. Ведь даже стакан воды некому подать! Все проблемы со стерильностью успешно решаются в странах с развитой медициной: бахилы, стерильный халат, другие меры. Дело не в этом, а в том, что персонал больниц просто не хочет заниматься родственниками: вести учет, кто пришел, когда ушел, провожать родственников до палат, следить, чтоб все было по правилам.

Это совершается не по любви. Леность, равнодушие, нежелание решать проблему – это не по-человечески. Я уже не говорю о том, что больной человек нуждается не только в элементарном уходе, которого нет, но в моральной поддержке близких людей. Такие вопросы простым запретом не решаются.

Фото: http://news-vendor.com

Фото: news-vendor.com

Татьяна Т., подписавшая петицию: У нас тяжелобольной ребенок. Есть опыт нахождения в реанимации, и это – самое ужасное время. Даже не потому что ребенок тогда был в тяжелом состоянии (ведь у него неизлечимое заболевание), а потому что не было возможности быть с ним рядом!

Больше всего переживаю из-за того, что ему без меня очень страшно.

А мне очень страшно от того, что если он уйдет, меня может не быть рядом и я не смогу держать его за руку, чтобы ему не было так страшно.

Галина С., подписавшая петицию: Ровно год назад мой папа умер один в реанимации. Мы привезли его на “Скорой помощи” с кровотечением. Он был парализован и слеп. Его восстанавливали после инсульта. Динамика была положительная, даже врачи были удивлены. Зная, как он боялся оставаться один,мы сразу же поехали с нашей сиделкой (реанимационная сестра со всеми справками на руках). Я не могу назвать людей, которые нас встретили, врачами.

Эти люди гордо нам объявили: “это у вас в крутых больницах за деньги можно в реанимацию, а у нас будете как все”. Все слезы и уговоры не помогли.

Я просидела на лестнице 5 часов. Потом ко мне вышла женщина и сказала: а что вы здесь сидите? Он умер давно… Мой папа не заслужил такой смерти. Я знаю, что он просто остался один, и это его убило.

Людей нельзя бросать в таком состоянии.

Маргарита Л., подписавшая петицию: Однажды я сидела семь часов в вестибюле больницы в ожидании милости главврача. Ждала, чтобы он снизошел до рассмотрения вопроса пустить меня к ребёнку после операции. Ребенок звал меня все это время, а я сидела с другим (полугодовалым) ребёнком и не знала, за что такие мучения всем участникам ситуации? Меня так и не пустили ни в тот день, ни на следующий…

Фото: Открытые источники

Фото: Открытые источники

Светлана Н., подписавшая петицию: У меня в реанимации умерла свекровь. Пять дней она лежала в сознании, маленькая, беспомощная.

Нам не дали ни простится, ни поддержать, отказали даже в просьбе передать телефон на пять минут передать, хоть голос услышать и поддержать ее.

Такая бессмысленная жестокость по отношению ко всем: и к пациентам, и к родственникам. Получается, что человек попав в реанимацию полностью лишается человеческих прав, зависим от персонала и беззащитен перед ними. Напоминает тюрьму без права переписки.

Юлия Е., подписавшая петицию: Моя дочь осталась одна в реанимации после тяжелой операции. В три года! Ее привязывали, и она вынуждена была кусаться чтоб отбиться от врачей, а рядом не была меня, ее мамы, которая бы ее успокоила, объяснила все, ухаживала бы за ней в этот тяжелый период и защитила в случае необходимости. Она несовершеннолетняя, и я несу ответственность за все в ее жизни. Я, а не врачи!

Алена Б., подписавшая петицию: Почти два с половиной года назад мое сердце обливалось кровью, когда мой 19-дневный малыш был определен в реанимацию без меня. Я жила в те дни только один тот час, в который меня пускали его увидеть. Я уходила из больницы, оставляя там свое сердце. Все остальное время я не выпускала из рук телефон в страхе, что пропущу звонок из больницы. Это – невыносимо. И, более того, это невыносимо и для ребенка. Он там очень много плакал.

Персонал не скрывал от меня, что когда я ухожу, он больше не спит, он ждет меня.

Когда его отдали мне, пустили в стационар находится с ним, счастью не было предела! Да, я благодарна тем, кто его выхаживал. Но мне очень хочется, чтобы деток не разлучали с мамами. Вы не представляете, как он тянулся и прижимался ко мне, когда мы вновь встретились. Думаю, ему было больно и страшно без меня.

Надежда Г., подписавшая петицию: Я прошла через реанимацию со своим ребенком. Нас пускали один раз в день на два-три часа.

При этом наших детей медицинский персонал называл”умирашками”.

Фото: открытые источники

Фото: открытые источники

Екатерина А., подписавшая петицию: Я сама – мама, моя собственная мама ушла на моих глазах в реанимации, и не могу представить, какими доводами можно оправдать запрет на поддержку и присутствие близкого человека для больного человека, в особенности, ребёнка.

Никакие санитарные нормы не могут оправдать запрет на проявление тепла и любви к страдающим родным людям, тем более, в ситуации, когда помочь уже нельзя.

Елена М., подписавшая петицию: Я несколько лет проработала в реанимации. Три дня назад меня саму не пускали к отцу в тяжелом состоянии. Я чудом прошла. Отец прощался. Я нашла слова, прикосновения и сегодня его перевели в терапию. Он смеётся, думал, что конец.

У нас нет культуры взаимодействия с душой, уважения к смерти, как к важному событию с любовью.

Человек сталкивается с полным одиночеством, обесцениванием и стыдом. Иногда, чтобы выжить человеку нужна только любовь и вера, что стоит остаться и кому-то очень важны твои мысли, воспоминания и надежды.

Ирина А., подписавшая петицию: Я потеряла близкого человека из-за врачебной ошибки. Когда его отправили в реанимацию умирать, я не смогла поддержать его там хотя бы морально.

Представьте, как страшно умирать среди чужих людей, не понимая что с тобой происходит.

Реанимация – не лучше место для прощания с этим миром. А реанимация, в которую не пускают близкого человека – это гестапо. Ведь там ничего не происходит, никто не бегает вокруг тебя как в фильмах с чудесной техникой, не спасает. Ты просто лежишь среди стонов таких же несчастных. Я упросила пустить меня на 10 минут, успела сказать хоть пару слов, но этого не достаточно. Не достаточно! Не дай Бог кому попасть в нашу “реанимацию”.

Юлия М., подписавшая петицию: Мой сын за первые полтора года своей жизни трижды побывал в реанимации по две-три недели. Время посещений с 17:00 до 19:00, но нас ни разу не впустили вовремя, в лучшем случае часов в шесть, при этом довольно часто нас просили удалиться уже минут через 20 посещения.

Это были самые кошмарные моменты нашей жизни, – видеть своего маленького ребёнка максимум по часу в день, видеть его слезы и страх, когда приходишь и уходишь от него.

Самое страшное – видеть и понимать, что твой ребёнок никому не нужен из медперсонала, так как они очень заняты, и твой малыш в твоё отсутствие лежит в полном подгузнике, на мокрой пеленке с пересохшими губами и т.д. Ему больно, страшно и дискомфортно, а ты мучаешься от страха за него и бессилия, потому что абсолютно ничем не можешь ему помочь.

Дарья З., подписавшая петицию: Я родила дочку на седьмом месяце. Первые три дня, пока я лежала в роддоме, дочка находилась в отделении реанимации без меня. Когда меня выписали меня положили вместе с ней (в нашем перинатальном центре предусмотрены условия для этого), и ее состояние стало улучшаться на глазах. Она начала лучше набирать вес и реагировать на лечение (у нее была пневмония). Сейчас ей два года, и она ничем не отличается от своих сверстников, никаких последствий не осталось. В этом случае даже врачи признают, что совместное пребывание мамы и ребенка в реанимации дает лучший результат, ведь для малыша, особенно для новорожденного, мама – это весь мир!

Понравилась статья? Помоги сайту!
Правмир существует на ваши пожертвования.
Ваша помощь значит, что мы сможем сделать больше!
Любая сумма
Автоплатёж  
Пожертвования осуществляются через платёжный сервис CloudPayments.
Комментарии
Похожие статьи