Наталья Клыкова: Благотворительность без надрыва

|

Перед новогодними праздниками каждый год обязательно проходит множество ярмарок, вырученные на которых средства идут в помощь больным деткам, сиротам или другим нуждающимся. Ну, правильно, всем нужны подарки, а тут еще и есть некий налет доброделания – тоже приятно. Но давайте разберемся, покупка подарков – это для себя, для близких, для удовольствия, причем здесь благотворительность?

О том, как правильно организовать благотворительную ярмарку, приносит ли она какую-то пользу и для кого вообще существуют подобные мероприятия, ПРАВМИРу рассказывает организатор Благотворительных Базаров Наталья Клыкова.

Наталья Клыкова
Организатор «Благотворительных Базаров» сообщества «Конвертик для Бога». Базар проходит три раза в год – осенью, перед Новым годом и перед Пасхой.
Домохозяйка и практикующий психолог.
Воспитывает дочку-первоклассницу.

Все по-честному

– Наталья, как появилась идея проведения благотворительных базаров?

– «Конвертик для Бога» – это группа людей, которые собираются каждый месяц, уже знают друг друга по крайней мере в лицо, пьют кофе и кладут в конвертик какие-то средства для лечения того или иного нашего подопечного.

Вначале мне казалось, что «узок круг этих революционеров и страшно далеки они от народа». Но потом выяснилось, что среди моих подруг-рукодельниц много таких, у которых семейный доход небольшой, но зато на антресолях есть много материала для рукоделия, из которого они с удовольствием что-то сделают.

Мы подумали и решили: а давайте наделаем кучу всяких рукодельных мелочей – вышивок, вязания, игрушечек – и попробуем продать.

То, что мы принесли на первый базар, помещалось в руке. Это были какие-то «плюшечки» вышитые, открыточки ручной работы…

Мы разложили это все на столе в кафе, люди приходили на «Конвертик» и могли что-то купить. В результате за вечер мы собрали 60 тысяч и поняли, что это работает.

Фото: Алиса Липеровская

– Да. Было два маленьких пендибуля – это такие вышитые сердечки меньше ладошки, и они ушли за 5 тысяч. Просто потому, что это очень качественно сделанные вещи.

Но мы не «накручиваем» цены. Среди наших авторов много таких, чьи работы продаются в салонах, их имена ценятся. Но здесь на ценниках мы пишем себестоимость – ткань или нитки, краски, набивка, какая-то отдушка плюс работа. И дописываем: «Вы можете дать больше!»

Бывают очень пафосные аукционы, где игрушки ручной работы выставляются задорого. На мой взгляд, это, может быть, даже нечестно. Зачем завышать цену? Мы честно говорим, сколько вещь стоит. А если человек готов пожертвовать – это его порыв души.

Не мимо

– Цель базара – собрать как можно больше денег. Но не лучше ли потратить силы и время не на то, чтобы собирать эти лоты, украшать зал, придумывать какие-то лотереи и все остальное, а на то, чтобы найти людей, которые могут дать сразу много?

– Я бы так сказала: цель – собрать деньги, желательно, чтобы их было много. Но наши базары не рассчитаны на людей с очень большим достатком.

На Базары приходят те, кто не пришел бы на «Конвертик», потому что положить 300 рублей им кажется неудобным. А вот придти и купить игрушку за 300 рублей они могут. И для них очень важно, что они помогли.

И точно также важен и жертвователь, который принес сюда свой труд.

Автор не просит много, он просит, чтобы его работу перевели в 300, например, рублей. А пришел человек, который готов кроме этого дать еще что-то сверху – 100-200 рублей. И спасибо им обоим за это, и низкий поклон.

И 30, 50, 100 рублей, которые принесли эти люди, – на вес золота, потому что, если посчитать процентное отношение к их месячному доходу – это ощутимо. У нас сюда олигархи не приходят.

Вот эта цепочка – очень ценна. Потому что вот так, понемногу, мы набираем не такую уж и малую сумму, которая иначе бы прошла мимо благотворительности.

Фото: Алиса Липеровская

«Люди с улицы»

– Здесь есть уже определенный круг рукодельниц и покупателей, в рамках Базара тоже многие знают друг друга хотя бы в лицо… Есть некоторая замкнутость…

– Сперва, может быть, так и было. Люди с «Конвертика» и их друзья, рукодельницы и их друзья… Но потом я стала замечать, что я не знаю этих посетителей.

Как-то на кассе я даже у кого-то спросила, откуда они узнали про Базар, а мне ответили: «Просто по улице шли мимо, увидели табличку и зашли». О! Замечательно.

Потом я стала замечать, что вот тот человек «с улицы» опять пришел, и вон еще, и еще…

Они приходят, потому что знают, что будет праздник.

Обычно, когда собираются пожертвования, рассказываются какие-то грустные истории про детей, про то, как они болеют, как умирают… И многие люди не хотят посещать такие мероприятия, потому что после этого на душе тяжело. Люди стараются уходить от неприятных мыслей и переживаний.

А здесь люди пьют чай, разговаривают, бывает, кто-то даже сидит и вяжет или вышивает. Здесь нет подвига, жертвенности, какого-то героизма.

Знаете, это то, что было у Гали Чаликовой, которую мы все очень любим и продолжаем оплакивать, – это ощущение нормальных человеческих будней. Когда не происходит ничего сверхъестественного. Когда мы не прыгаем выше головы

Люди понимают, что можно очень просто, не прикладывая  каких-то особенных усилий, кому-то помочь. Здесь есть легкость. И посетители уходят с ощущением легкости. И приходят снова.

Для меня это чудо. Потому что практически все говорят, что сейчас люди стали агрессивнее, бросаются друг на друга на улице, вспыхивают, как спичка, от косо брошенного взгляда… Здесь я вижу другое. Хотя приходят те же люди, которых мы встречаем на улице.

Фото: Алиса Липеровская

Родители для родителей

– Кому помогают «Конвертик для Бога» и Благотворительные Базары? Для кого вы собираете эти средства?

– Мы не являемся зарегистрированной общественной организацией. Но мы дружим с фондом «Подари жизнь» и знаем об их нуждах.

Бывает, что Фонд не может помочь какому-то конкретному ребенку. По ряду причин. У них есть, например, определенные ограничения по уставу. И наши друзья говорят нам: «Ребята, вот такого-то мальчика или вот такую девочку будут оперировать, делать МРТ, ЭКТ или другие медицинские процедуры, которые стоят денег. Вы можете помочь?»

И мы собираемся, собираем деньги и идем вместе с этой мамой оплачивать лечение.

Если говорить на простом житейском языке, то одни родители дарят эти деньги другим родителям, попавшим в тяжелую жизненную ситуацию. А детям помогают врачи.

Ребенок не понимает, что такое деньги, почему без них нельзя. А в коридорчике сидит и плачет мама.

Часто говорят, зачем помогать родителям – у них есть друзья, или что же это за люди, которые за столько лет жизни не нашли себе друзей, готовых помочь? Но послушайте, у всех очень-очень разные жизненные ситуации. Ведь может быть очень много друзей, у которых точно также нет денег. У нас тоже в общем-то денег немного, но мы можем хотя бы чуть-чуть помочь.

Как-то приехала одна мама, очень гордая собой, что привезла с собой целое состояние. Пять тысяч рублей… Она думала, что она на эти деньги в Москве месяц, ну, не кутить, конечно, но как-то существовать будет. А когда она узнала, что ей надо сразу потратить 12 тысяч, с ней случилась истерика. Она не могла понять, как это, сколько это?.. Ведь многие приезжают из глубинки, у многих очень-очень мало денег…

И вот к этим мамам мы и идем.

Горе

Фото: Алиса Липеровская

– Вы говорите о благотворительности без героизма и без надрыва. Но ведь вы-то сами сталкиваетесь с горем, страданиями, смертью. Вам-то каково это?

– Я сама похоронила троих детей. У меня родились тройняшки, раньше срока, их очень долго пытались выходить, но не смогли…

Я знаю, что такое потерять ребенка. Я знаю, что такое материнское горе. Я уверена, что нельзя бросать родителей в такой ситуации.

Бывает, что врачи не могут помочь, и ребенок от нас уходит. Что переживает в этот момент родитель –  невозможно описать, и это передается ребенку, которому и без того плохо… Очень хочется, чтобы время, которое ему отпущено, он прожил с максимально возможным нормальным настроением. Можно купить ему игрушку, принести мультфильмы – как-то порадовать его. Иногда приходится быть исполнителем последней воли уходящего ребенка.

Три года назад под Новый год я приехала к 17-летней девочке. Она участвовала в творческом конкурсе одного популярного молодежного журнала со своим бисерным украшением. Итоги этого конкурса все никак не подводили, я позвонила в журнал, но там сказали, что результаты будут только в феврале. Я сказала им: «Ребята, победитель может не дожить». И они взяли какое-то время на раздумье.

Но у нас времени уже не было. И мне надо было сыграть роль. Я приехала в больницу как будто бы от этого журнала, чтобы вручить приз зрительских симпатий. Это было честно, потому что работа правда была потрясающей!

И вот мы сидели в боксе, трепались, планировали, что можем поехать в Японию, купить там бисер, еще что-то… Скажу честно, у меня ком стоял в горле, мы переглядывались с  мамой, а потом вышли и вместе рыдали в коридоре. Но с девочкой Катей я поговорила.

Дело было 28 или 29 декабря. На следующий день к ней на самом деле приехали из журнала. А 31 декабря, часов в 11, пришла смска: «Кати больше нет».

Это был не самый счастливый новый год в моей жизни.

Потом мы встречались с мамой Кати. Это был ее единственный ребенок. Она приходила к нам на Базар и приносила свои поделки.

Мне есть о чем помолчать с этой женщиной. Просто посидеть рядом и помолчать. Я знаю, что такое пережить своего ребенка. Это непросто.

Но я не делаю из этого ежедневной трагедии. Я пережила. Я знаю, как это бывает. И знаю, что когда рядом есть кто-нибудь, кто может просто подержать за руку и ничего не говорить, становится легче. И мне самой легче, потому что и она, когда меня держит за руку, думает также и про моих детей.

Быть родителем – это то, что объединяет вне зависимости от дохода, вероисповедания, национальности… И вот когда родителям становится не все равно, что происходит с чужими детьми, в мире что-то меняется.

Я очень хочу, чтобы дети не умирали. Но я не Господь Бог, не ангел, не волшебник и даже не врач. Но если я могу сделать хотя бы самую малость, которая может помочь, чтобы какая-то мама не плакала над гробом своего ребенка, я это сделаю.

И здесь неважно, что это – сто рублей, поделка, еще что-то. Это просто надо делать с надеждой.

Читайте также:

Православие и мир
Рождественский Благотворительный Базар: Никто не ушел без подарков (+ФОТО)

Александра Оболонкова

Пожертвования здесь делаются не денежные, а творческие – кто-то что-то смастерил и принес. Но ведь на игрушку не купишь лекарство и не прооперируешь ребенка. Поэтому Базар – это перевод таких благотворительных взносов в денежный эквивалент.

Православие и мир
Конвертик для Бога

Мария Свешникова

В это кафе Татьяна Краснова приходит раз в месяц. Она садится за длинный стол и ждет. Ждет, когда придут те, кто готов положить денег в «КОНВЕРТИК ДЛЯ БОГА». Татьяна никогда не знает, кто доберется. А пока никого нет, она размышляет о вечности, что нисколько не мешает ей сочинять послание к главам государств СНГ, напоминающее о заболевших детях.

Поскольку вы здесь…

… у нас есть небольшая просьба. Все больше людей читают портал "Православие и мир", но средств для работы редакции очень мало. В отличие от многих СМИ, мы не делаем платную подписку. Мы убеждены в том, что проповедовать Христа за деньги нельзя.

Но. Правмир — это ежедневные статьи, собственная новостная служба, это еженедельная стенгазета для храмов, это лекторий, собственные фото и видео, это редакторы, корректоры, хостинг и серверы, это ЧЕТЫРЕ издания Pravmir.ru, Neinvalid.ru, Matrony.ru, Pravmir.com. Так что вы можете понять, почему мы просим вашей помощи.

Например, 50 рублей в месяц – это много или мало? Чашка кофе? Для семейного бюджета – немного. Для Правмира – много.

Если каждый, кто читает Правмир, подпишется на 50 руб. в месяц, то сделает огромный вклад в возможность нести слово о Христе, о православии, о смысле и жизни, о семье и обществе.

Темы дня
Протоиерей Евгений Попиченко о суде, христианской любви и мертвых душах
О чем договорилась с мэром Москвы Нюта Федермессер

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: