Не ищите женщину

|

Не стоит превращать «женский вопрос» в искусственный водораздел между Москвой и Ватиканом

Не ищите женщину

Разномыслие между православием и католицизмом насчитывает не одну сотню лет. Эта разница во взглядах по многим вопросам дает пищу для ума церковным историкам, богословам и дипломатам, стимулирует развитие межцерковного диалога, о важности которого регулярно говорят Русской Православной и Римско-Католической Церкви. Отношения между православными и католиками развиваются очень динамично, современность делает их естественными партнерами и единомышленниками по множеству этических вопросов. Как же обстоит дело в не теряющем актуальность в наши дни вопросе о роли женщин в Церкви и обществе?

Некоторые западные издания, пишущие на религиозные темы, ищут повода, чтобы посеять раздор в отношениях между сестринскими Церквями, например, повесив на Русскую Православную Церковь ярлык «антифеминистсткой», противопоставив позицию Папы Франциска и Патриарха Кирилла по вопросу о роли женщин в обществе Церкви.

Однако мои итальянские коллеги, решающиеся делать поспешные выводы о якобы принципиальных разногласиях в оценке православной Москвой и католическим Римом места женщины в Церкви, очевидно, очень плохо осведомлены о подлинном положении вещей в Русской Православной Церкви на этот счет. Что ж, можно дать краткое пояснение того, как обстоят дела на самом деле. Пояснение в каком-то смысле «из первых уст» – от женщины, мирянки, чада Русской Православной Церкви, работающей в образовательных структурах этой Церкви и довольно хорошо знающей настроения, доминирующие в церковной среде в том числе и по «женской проблеме».

В первую очередь, стоит ответить на вопрос: а существует ли, собственно, в Русской Церкви сегодня эта самая «женская проблема»? И без особых колебаний на него ответить: нет, такой проблемы в современной жизни русского Православия не существует. Так называемый женский вопрос на повестке дня в церковно-общественной дискуссии в России не стоит – просто потому, что необходимость его задавать отсутствует. И возможные ответы на него заранее понятны.

Никакие специальные дискуссии о роли женщины в Русской Православной Церкви не ведутся. Этот вопрос может обсуждаться отдельными публицистами на уровне эссе в православных медиа; изредка – подниматься и до общецерковного уровня (во время ежегодных форумов Союза православных женщин), может даже подвергаться анализу исследователями-богословами в научных институциях, следствием чего становятся монографии профессоров православных университетов и академий об исторической роли женщины в Православной Церкви. Однако во всех этих дискуссиях никогда не заходит речь о необходимости фиксации некоего «особого статуса» женщины в Церкви, о недостаточности имеющихся у нее прав и возможностей и уж тем более о необходимости наделять ее какими-либо функциями в литургической практике, кроме имеющейся сейчас возможности петь и читать в храме за богослужением.

Почему об этом не заходит речи? Да потому что в этом нет необходимости. В каком-либо особом статусе, дополнительных правах и полномочиях в Церкви у современной православной женщины нет никакой нужды. Потому что имеющееся положение вещей, имеющаяся палитра возможностей – и для духовной жизни, и для творческой работы, и для социальной самореализации – у женщин в Русской Православной Церкви есть в достатке. Феминизм по природе своей действительно абсолютно чужд русской православной женской природе. Он даже не враждебен нам – мы просто живем вне данного проблемного поля. Бог миловал – здесь у нас ничего не болит.

В новой и новейшей истории русского Православия женщины играли и играют особую роль. В годы воинствующего атеизма и государственного безбожия в СССР общины редких православных приходов состояли в основном из верующих мирянок. Как говорят, веру в России в ХХ веке спасли церковные бабушки – тем, что упорно приходили на службы, хранили в сундуках Евангелие и иконы, тайно крестили внуков. Их духовный подвиг верности своей вере неизменно отмечает Святейший Патриарх Кирилл в своих проповедях.

И в современной жизни Русской Церкви женщины играют активную роль. Многочисленные социальные, благотворительные, издательские проекты инициируются и развиваются женщинами. Главные редакторы ряда успешных православных медиа – мирянки с прекрасным гуманитарным образованием. С недавнего времени женщины стали занимать ответственные позиции в синодальных отделах, структурах церковного управления. Тем, кто решил связать свой путь с наукой, открыт доступ в образовательные учреждения – православные университеты, общецерковную аспирантуру. Созидательная, попечительная энергия Марфы, сестры Лазаря, находит свое применение во многих сферах церковной жизни. Но и поприще Марии, которая «благую часть избра», не остается пустым – в Русской Церкви открываются новые женские монастыри, развивается иноческая жизнь.

То есть сегодня в Русской Церкви перед женщиной открыты практически все двери – кроме, разумеется, двери в алтарь. Однако никому и в голову не приходит требовать свободного доступа женщин к горнему месту. И женское священство для нас – совершенно немыслимая категория. В обоснование этого можно привести немалое количество теологических аргументов. Однако я выскажусь с обывательски-бытовой точки зрения – как одна из тех, кому феминистские организации пытаются навязать искусственные потребности в виде якобы необходимых дополнительных гендерных прав. Гармония мира – в его многообразии и иерархичности. Мудрость настоящей женщины – в умении распознать те изобильные блага, которыми Бог оделил ее именно на ее женском месте в системе мироздания, и грамотно их использовать во всей полноте бытия.

Дополнительных прав и особого статуса обычно требует тот, кто ощущает себя ущербным, ущемленным в чем-либо. Феминистические пляски у входа в алтарь главного православного храма Москвы – проявление той же самой глубокой внутренней неудовлетворенности окружающим миром и неспособности найти в нем свое подлинное место. Однако в Русской Православной Церкви у женщины нет оснований для того, чтобы переживать по поводу своей ущербности. Такое переживание было бы свидетельством неспособности самой женщины воспользоваться тем, что предоставляется в ее распоряжение в том числе и миром Церкви.

Поэтому в Русской Церкви нет нужды дополнительно «превозносить» статус женщины – он и без того высок и уважаем в той мере, в какой мы сами, женщины, в этом нуждаемся. Думается, права дочерей Евы – отнюдь не та тема, которую кому-то удалось бы использовать для противопоставления двух крупнейших христианских Церквей, сообща выступающих за сохранение в европейской цивилизации понятия о крепкой семье, о гармонично взаимодополняющих друг друга ролях женщин и мужчин в Церкви, обществе и государстве.

Елена Жосул,

заведующая кафедрой журналистики и PR Российского православного университета,

кандидат политических наук

специально для издания Vatican Insider

Понравилась статья? Помоги сайту!
Правмир существует на ваши пожертвования.
Ваша помощь значит, что мы сможем сделать больше!
Любая сумма
Автоплатёж  
Пожертвования осуществляются через платёжный сервис CloudPayments.
Похожие статьи
Мария Магдалина и ее посмертное терпение

Что же в действительности нам известно об этой святой мироносице?

Что такое женская красота и почему ее обожествляют люди?

Господь создал такую сокровенную внутреннюю красоту, которая перед Ним Самим драгоценна, не только перед людьми. Господь…

Женский «батальон смерти» скоро атакует киноэкраны

«Девоньки мои! Простите меня! И прощайтесь». О том, как русские женщины учились умирать и убивать в…