О противостоянии греху

Владимир Соловьев писал: «У ада есть свой пленительный цветок и свое обманчивое сияние». Если бы не было вот этого «пленительного адского цветка», если бы не было этого «обманчивого сияния», то, вероятно, грех не был бы так соблазнителен. И часто, в особенности когда дело идет об эстетике, которая бывает истинной и ложной, надо быть очень вдумчивыми: что, этот цветок — адский, соблазняющий нас в грех и в падение, отводящий нас от Бога, или, наоборот, это — истинный цветок, благоухающий, призывающий нас в горнюю обитель?

«Радуйся, постом, поклоны, стоянием на молитве, бдением умертвивый плоть свою. Радуйся, умертвивый оную прежде, нежели она жива страстем бяше…»  — А мы часто обманываемся и пытаемся «все познать», «все испытать», поддаемся плотским влечениям. И сколько отсюда бывает бед, если бы вы только знали! Вот когда ходишь, принимаешь исповедь по тюрьмам, то видишь эту страшную полосу поддатия плоти и восхваления ее…

И что сейчас делают! Сейчас плотские страсти возводят в героизм, во благо, ставят в центр жизни. Сколько от этого идет несчастий! А преподобный Сергий этому противостоял с юности. Просмотрите себя, — а сколько мы поддаемся похоти плоти, причем не естественной, а противоестественной, и нас пытаются соблазнить плотскими страстьми, плотскими грехами все те картины, которые мы видим в развале газет и книг на лотках, на телевидении и тому подобное.

«Радуйся, умертвивый оную прежде, нежели она жива страстем бяше. Радуйся, мертву содеявый гортань противу принимания сластей. Радуйся, мертв сотворивый язык противу глаголания скверных, клеветных и ложных»…

А мы как обращаемся со своим языком? Язык — бич наш. Мы языком хвалим Бога, но им же и поносим ближнего. Языком, гортанью мы поем «Аллилуиа!» — и тут же, в тот же день, говорим слова непотребные. «Черное слово хуже мата», — говорят святые отцы. А сколько мы говорим всяких «скверных, клеветных и ложных» словес!

«Радуйся, мертвы устроивый уши противу слышания душевредных». А мы сплошь и рядом слушаем всякие неподобные песни, неподобные разговоры и развращаемся от них. Да, мы часто слушаем то, что не следует слышать, мы часто видим то, что не следует видеть, но это еще не грех. Это то, что преп. Нил Сорский называл прилогом, поводом к согрешению. Мы прошли мимо, глаз наш скользнул по какой-то фотографии или по какому-то непотребному изображению, — и мы прошли дальше и не запомнили этого.

Но когда мы останавливаем на этом внимание, то в нас уже появляется помысел. В прилоге мы не грешим, а в помысле уже грешим, когда останавливаемся на помысле, задерживаем его, потому что он нам в сладость… А как часто нам не хочется уйти от помысла, так как он нам сладостен, как тот самый «цветок ада». Мы начинаем разжигаться, мы уже не хотим освобождаться от него. И тогда помысел начинает овладевать нами, и мы входим в третью стадию — стадию пленения. Вот здесь нам уже становится чрезвычайно трудно, почти невозможно избавиться от душевредных мыслей, от желаний, опасных и для себя и для ближнего, потому что мы в самом начале допускаем этот помысел, услаждаемся им, а потом появляются и слова, и дела, и тяжкие прегрешения.

«Радуйся, мертве соделавый руце противу грабления и всяких зол творения. Радуйся, мертво сотворивый чрево противу объядения и пиянства. Радуйся, мертва соделавый трудами чресла своя противу нечистоты. Радуйся, мертве сотворивый нозе противу течения в путь грешников, и на совет нечестивых». А давайте мы эти хваления преподобному Сергию приложим к самим себе — и тогда перед нами обнажается сплошь и рядом наша греховная нечистота. И вот, мы просим, чтобы преп. Сергий был нам примером, чтобы он стал нашим духоводителем:

«Преподобный отче наш Сергие, моли Бога о нас!»

12 декабря 1992 г .

• Tweet
• 
•