О христианской нелюбви

|

Читайте также: Спор-площадка. Как не превратить спор в ругань

Заповеди Интернет-общения

Двенадцать лет назад я купил модем — и влип в мировую паутину. Жизнь сразу стала разнообразнее: скольких новых людей я узнал, во сколько дискуссий ввязался — об истории и о фантастике, о воспитании детей и о программировании баз данных, о правах потребителя и о глюках винды. Ну и, разумеется, о Православии, о Церкви. В 90-х, правда, православных сайтов и форумов было совсем немного, зато спустя несколько лет они размножились в геометрической прогрессии.

Но еще тогда я обратил внимание на странную закономерность: чем более возвышенным был предмет дискуссии, тем более нервным становился ее тон, тем больше случалось обид, тем чаще звучали личные оскорбления. О базах данных говорили спокойно, о книгах — уже эмоциональнее, о педагогике — на повышенных тонах, о политике — тут уже звучала артиллерия, о Православии… — вот тут уже бабахало оружие массового поражения. Православные воцерковленные христиане демонстрировали такое презрение к оппонентам, такую жестокость, так лихо швырялись обвинениями в ереси (а то и в сатанизме), что волосы вставали дыбом. Где же любовь к ближним, не говоря уж об элементарной воспитанности?

За двенадцать лет, впрочем, лучше не стало. Более того, с появлением блогосферы это «оружие массового поражения» стало поистине ядерным. Примеры у каждого перед глазами. Обличают постоянно. В экуменизме, в антисемитизме, в иудействе, в младостарчестве, в миссиофобии, в миссиофилии, в филокатоличестве, в апостасии, в апокатастасисе, в обновленчестве, в ретроградстве, в монархизме, в либерализме, в уранополитизме… и, конечно же, в ереси! Каждый сам себе Вселенский Собор, каждому видно, какой гнусный ересиарх расселся по ту сторону экрана!

Может показаться, что я сгущаю краски. Немало ведь есть в православном интернете замечательных, добрых, тактичных людей, никому не сказавших ни единого злого слова! Да, это правда. Может быть, таких даже и большинство. Только вот голос их почти не слышен, а крики, оскорбления, насмешки — этого «добра» в избытке.

А еще может показаться, что автор — «весь в белом», что он с неких заоблачных высот скорбно смотрит на все эти безобразия и пускает слезу. Увы, я сам во всё это давным-давно вляпался. Я тоже встревал в дискуссии, отпускал насмешливые комментарии, видел в оппонентах напыщенных ничтожеств или злобных врагов, которым спуску давать нельзя! Всё, что я наблюдал в сети, я мог бы увидеть и в зеркале — будь такое зеркало, которое показывает не тело, а душу. Самое печальное — что я вовсе не готов начать с понедельника новую жизнь и стать образцом корректности.

А речь ведь не только об интернете. В реальной жизни происходит все то же самое. Не столь, быть может, громко, не столь ярко — но происходит. Меньше скандалов — но ничуть не меньше равнодушия. Нам порой вообще наплевать, кто вместе с нами стоит в храме, кто вместе с нами, скрестив руки, подходит к Чаше. Интернет — это лишь надводная часть айсберга.

Стоит, однако же, разобраться, отчего всё это происходит. Почему православные люди зачастую так отвратительно, безлюбовно и бессовестно ведут себя и с ближними, и с дальними?

Ответ, лежащий на поверхности: грехи. «Стандартный набор джентльмена»: гордыня, честолюбие,  властолюбие… Ответ, столь же верный, сколь и банальный. Да, все мы, христиане, грешны. Да, наши грехи проявляются в наших отношениях с ближними и дальними. Да, с ними надо бороться, причем способы борьбы давно известны.

Но только ли в грехах дело? Нет ли каких-то других причин, относящихся уже не столько к состоянию души каждого из нас, сколько к окружающему нас пространству? Как в песне Галича: «Что-то нехорошее в воздухе». Ведь воздух (понимаемый, конечно, метафорически) влияет на душу, он либо провоцирует ее болезни, либо, напротив, исцеляет их. Апостол Павел писал: «Не обманывайтесь: худые сообщества развращают добрые нравы» (1 Кор. 15:33). Мне кажется, это не только про какие-то конкретные коллективы, но и про ту культурную среду, в которой мы все варимся.

А воздух — он ведь прозрачен. Одно дело, когда ты видишь в себе, допустим, грех осуждения, борешься с ним, следишь за собой, каешься — и все равно срываешься. И совсем другое — когда ты вовсе не замечаешь в себе осуждения, потому что на привычном тебе языке это уже называется иначе: принципиальность, гласность, гражданская позиция, «не могу молчать», «на войне как на войне», «называть вещи своими именами», и так далее, и тому подобное. Ты привык к этим словам, они на слуху, на языке и в сердце. Умом понимаешь, что существует такой грех — осуждение, но тут же успокаиваешь себя, что когда ты называешь X садюгой-инквизитором, Y — тупицей и неучем, а Z — тайным обновленцем, ты не осуждаешь людей, а обличаешь зло, и успокаиваешь себя словами апостола: «и не участвуйте в бесплодных делах тьмы, но и обличайте» (Еф. 5:11).

Думаю, здесь дело не в какой-то особой повышенной личной греховности (как известно, каждый из нас «из них же первый есмь аз»), а в тех стереотипах, что мы, воцерковившись, принесли с собой (и в себе) в Церковь.

А принесли мы — партийное мышление. Печально, но факт: оно свойственно большинству из нас, причем молодежи — не в меньшей степени, чем тем, кому за сорок. И неважно, как мы двадцать лет назад относились к коммунистической идеологии — партийное мышление было у всех. У кого-то советским, у кого-то антисоветским, но чертилось оно по одним и тем же лекалам. Есть мы — правильные, знающие истину, вооруженные передовым учением, призванные всех сделать такими же. Есть они — враги, отщепенцы, темные силы, замышляющие козни, им присущи все мыслимые и немыслимые пороки. Они — это, по сути, все, кто не мы. С ними — война до победного конца. Если враг не сдается, его уничтожают. Если сдается, тоже — для вящей безопасности. Лес рубят — щепки летят. Цель оправдывает средства. Грядущие поколения нам спасибо скажут.

Абсолютно неважно, какие конкретные формы такое умонастроение принимает. Неважно, коммунизм ли это, национал-социализм, демократия, либерализм, плюрализм, космополитизм, монархизм, постмодернизм или любой другой «изм». Важно, что мы, пропитавшись партийным мышлением, и Церковь мыслим по тому же принципу. Конечно, мы на словах всецело за любовь, милосердие, прощение, покаяние и так далее — но как доходит до дела, мы ощущаем себя «бойцами невидимого фронта», которые «на войне как на войне» и которым ради блага церковного все можно. Оскорбить, унизить, обмануть, предать — для блага же, не хухры-мухры!

Благо это, впрочем, мы — как это и свойственно партийному мышлению — понимаем весьма своеобразно. То есть  чисто рационально. Чтобы больше было храмов, чтобы рос процент воцерковленных, чтобы заткнулись наши противники, чтобы власть нас слушала и слушалась. Словом, даешь план по валу!

А кто с нами не согласен… Тот, разумеется, или враг, или дурак. Партийное мышление не предполагает права на ошибку. Как это так — признать, что вот этот человек, говорящий столь очевидные для меня глупости, может быть умным, честным и порядочным? Как это так — признать, что его заблуждения по данному вопросу еще не означают, что он заблуждается абсолютно во всем? И уж совсем невозможно — признать, а вдруг в тех глупостях, что он несет, есть какая-то частичная правда. Кстати, по той же причине мы так редко извиняемся перед неверующими за какие-то явные обиды, причиненные им церковными людьми. Нельзя же! Извиниться — это значит уронить партийный… то есть церковный авторитет! Мы не можем показать слабину! «Сила Моя совершается в немощи» (2 Кор. 12:9) — это же про апостола Павла, а не про нас.

Отсюда же — то, что я про себя называю «маркировка». Это когда, слушая оппонента, мы вовсе не вдумываемся в суть его позиции, а ищем в его словах некие «маркеры». Ага, прозвучало выражение «общечеловеческие ценности»! Ну теперь все ясно, это либераст, это космополит, мы на него наклеим соответствующий ярлычок и словесно уничтожим. А как иначе с этими либерастами? Или, к примеру, он процитировал Нилуса. Все понятно, черносотенец-антисемит, сейчас будет бить-жидов-спасать-россию, наклеим на него ярлычок и подвергнем остракизму. Наклеили ярлычки — и успокоились. Вписали для себя происходящее в некую схему, поступили по шаблону. А что перед нами живой человек — ну так где же его за ярлычком разглядеть?

И это вовсе не «детская болезнь левизны», не «неофитство». Партийное мышление сплошь и рядом демонстрируют люди, пришедшие в Церковь еще в советские времена. Демонстрирует, впрочем, и молодежь, которая с младенчества росла в церковной среде. Демонстрируют, причем не так уж редко, и священнослужители.

Такая вот болезнь нашего времени, «такой по столетию ветер гудит» (вновь цитирую Галича). Такой вот воздух — и вовне нас, и внутри. А вы думали, семьдесят лет советской власти остались в учебнике истории?

Вопрос: как будем лечиться. Вновь на поверхности ответ: молитвой, покаянием. Смирением и постом. И вновь все совершенно верно — с одной лишь оговоркой: партийное мышление прекрасно умеет приспосабливаться к любой форме. Можно молиться по три часа в день, исповедоваться за каждой всенощной, поститься до обмороков — и оставаться тем же несгибаемым борцом невидимого фронта. Не воином Христовым, а солдатом партии.

Наверное, для начала нужно понять: а хотим ли мы вообще лечиться? Партийное мышление — штука ведь психологически очень комфортная. Напрягаться особо не надо, и душу греет чувство высшей правоты, и совесть не царапается, и сердце не болит. В раю место забронировано — только вибрируй синхронно с линией партии… ой, то есть Церкви.

А вылечиться — это как выйти из душного теплого мирка на морозный воздух, где всё рядом: и горы, и пропасти, и ад, и рай, и ненависть, и любовь.

И Христос.

Царь царей, а не генеральный секретарь генеральных секретарей.

Читайте также:

Заповеди Интернет-общения

Спор-площадка. Как не превратить спор в ругань

Люди дотла

19 слов об интернет-общении

Клайв Льюис: «Если мы не протестуем, то играем злу на руку».

Полемика или дискуссия?

Дейл Карнеги: Единственный способ выиграть спор – не спорить

Мы становимся религиозно грамотными, но теряем доброту и любовь к людям

Интернет-зависимость, или азбука нового поколения

Понравилась статья? Помоги сайту!
Правмир существует на ваши пожертвования.
Ваша помощь значит, что мы сможем сделать больше!
Любая сумма
Автоплатёж  
Пожертвования осуществляются через платёжный сервис CloudPayments.
Похожие статьи
«Секты – вон!» – это православная миссия?

Когда вместо того, чтобы проповедовать внешним, стоит заняться своим собственным устроением

Кто оправдает ваш «праведный» гнев? Вы сами?

Архиепископ Гродненский и Волковысский Артемий – о беженцах и взрывах в Европе, героизации агрессии и связи…

Просить ли прощения в смс и соцсетях?

Нам трудно бывает посмотреть в глаза тому, перед кем виноваты — гордость мешает. Смс-ку отправить легче.