Общество анонимных расцерковленных

|

Добрый вечер, я Наташа. Последний раз я была на Пасху в Китае, в храме при русском посольстве. Там я впервые почувствовала себя в семье. Я не нашла такого отношения у нас, но очень хочу.

***

Я Антон и я захожу в храм часто. Мне нравится, что теперь у священников есть время для дежурства и можно прийти и поговорить с ними о том, что волнует. Мне кажется, что все изменения в Церкви очень правильны. Но я десять лет не был на исповеди, потому что я не могу выдержать пост.

***

Меня зовут Надя, я не хожу в церковь, но верю в Бога. Я пыталась начать ходить, но мои свечи все время гасят и снимают. И бабушке не по силам в Церковь ходить – очень дорогие свечи, не купить.

***

Это должна была быть жесткая дискуссия об очень маленькой вере в России и о двух церквях – официальной и Христовой –  по следам статьи Дмитрия Соколова-Митрича. “Русский репортер” собрал на своей встрече по средам Д. Соколова-Митрича, прот. Алексия Уминского, Владимира Легойду, Сергея Худиева, Андрея Рогозянского, протоиерея Андрея Юревича и многих-многих читателей. По формату официальные лица должны были отстаивать правильность реформ, мудрые священники говорить о проблемах, а светские журналисты задавать жесткие вопросы.

Не получилось.

Это получился разговор о боли. О том, бывают ли близкие людям епископы, о том, что к своему епископу не пробиться, о том, как умерла община при одном храме, о первой исповеди и первых месяцах священства. На третьем часу о. Алексий Уминский, завершая дискуссию, спросил зал:

«Расскажите, чего вы хотите от нас? Нам очень важен взгляд со стороны. Какими вы хотите нас видеть?»

После этого микрофон из зала не отдавали. Люди, в основном молодые, были поражены тем, как близко и ясно может быть то, что говорит священник. Они вставали и говорили про себя.

Вот моя боль.

Вот на этом я сломался.

Вот это мне мешает.

Я не думал, что вы сможете меня понять.

Но я вижу, что вы знаете, о чем мы.

Ответы были и простые, и сложные. Простые – если не венчают без денег, то надо написать об этом в Московскую патриархию. Сложные – о том, можно ли прийти к Богу, не видя отблеска славы Божией на лице ближнего.
Сегодня много говорится о расцерковлении и много проводится встреч с молодежью. Встреч, которые больше похожи на заигрывание. Презентации специально молодежных проектов – сайтов, смс-служб… Много есть дискуссионных клубов. Но их участникам едва ли нужны такие встречи – они сами кому хочешь что хочешь объяснят.

Где встретить тех, кому такие встречи нужны? Вконтакте? На светских сайтах? Повесим объявление о таком клубе – увидят ли его те, кому оно нужно?

Сегодня очень не хватает вот такого разговора – по душам, со священником, который понимает, – о своем разочаровании и обиде.

Не бегом, за три минуты на исповеди в большой очереди.

Не для тех, кто и так уже все знает и готов поймать священника за ошибками в цитатах.

– Я не думала, что такое бывает, но вижу, что меня понимают!

– Я почувствовала, как тогда в Китае, что я в семье…

– Перед исповедью, оказывается, не надо поститься?

А надо совсем немного.

Нам не нужно общество анонимных расцерковленных, формальное и структурированное, с программой, целями и задачами, куда родители бы сдавали в наказание своих нерадивых детей-подростков.

Но очень многим сегодня нужен вот такой разговор. Когда тебя слышат. Когда понимают.

***
Здравствуйте, меня зовут Катя, и я перестала ходить в Церковь. Я не встретила за несколько лет ни одного священника, который бы меня слышал, и с которым бы я могла искренне поговорить по душам.

Читайте также:

Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.
Похожие статьи
Два подхода к таинству причастия, или Как выйти из духовного тупика?

Еще раз о расцерковлении, а также о том, почему таинства «не действуют» на нас должным образом

Хорошо бежать со Христом гонимым

Как нам поймать край сияющей бездны

Дорогие друзья!

Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!