Он заразил меня ВИЧ и тщательно замел все следы

|
Девушка из Иркутска, которую специально заразил ВИЧ ее парень, добилась возбуждения уголовного дела. Уникальный случай в российской истории.

Сказал, что хочет семью и детей от меня

За год до знакомства с Алексеем у меня было очень болезненное расставание с парнем, с которым были серьезные отношения в течение семи лет. Мы разошлись из-за того, что я хотела семью, завести детей, а он готов не был.

Думаю, поэтому меня так подкупили слова Алексея о том, что он очень хочет создать семью, завести еще детей – у него есть сын от первого брака. Когда мы еще только встречались, Алексей просил меня присмотреть за маленьким сыном – такое доверие, признаюсь, меня тоже сильно расположило. Перед первой близостью Леша со смехом спросил: зачем, мол, предохраняться, как ты собралась тогда забеременеть?

Я уже долгое время мечтала о материнстве, и надо признаться, окружающие тоже давили: не только мама, другие родственники, коллеги и даже уборщица из компании, где я работала. Всем интересно, отчего к 30 годам женщина не родила ребенка.

Что привело к иллюзии давнего знакомства

После расставания со своим предыдущим парнем я заполнила анкету на сайте знакомств. Там изредка общалась, в том числе и с Алексеем. Ну как общалась: то он «лайкнет» мое фото, то прокомментирует. Я обычно немногословна, предпочитаю промолчать, чем глупость сморозить. Но однажды мне написал парень с другого аккаунта, с ним мы общались живее. В том профиле не было личных фото и минимум информации. Потом я предложила перейти в соцсеть, и он сам меня нашел, в личных сообщениях отправил свои фото. Тогда я и поняла, что он и есть тот первый «ухажер». Меня это никак не насторожило, подколола его, он отшутился. Сейчас понимаю, что было в этом настойчивом преследовании что-то нездоровое.

Он мне стал прямо душу изливать, рассказывать о том, как сильно переживает недавнее расставание с девушкой. На одном из присланных фото он был в белой каске строителя. Меня это заинтересовало, так как я работала в близкой сфере. Неглупый, юридическое образование, за границей много где побывал. На тот момент он был руководителем двух фирм, третью мы с ним вместе открыли. Он мне как-то признался, что планирует открывать еще одно дело, предложил помочь, а я, мол, так в этом соображаю!

После личного знакомства с Алексеем мы продолжили обсуждать его рабочие дела, в какой-то момент помогла ему найти и арендовать помещение. В общем, за несколько недель возникла иллюзия давнего знакомства.

С первых дней он окутал меня заботой, подвозил до работы и обратно, постоянно повторял, что ему нужны серьезные отношения.

Когда на работе у меня возник конфликт с одним из коллег, посоветовал увольняться. Сказал, мол, прокормит меня. В общем, с виду идеал надежного мужчины, с которым как за каменной стеной. Я, в конце концов, уволилась, решила отдохнуть от тяжелой работы. До этого я активно занималась карьерой, заработала сама на комнату в общежитии. И очень устала всего добиваться сама.

Когда Алексей стал настойчиво предлагать переехать к нему, я с радостью и благодарностью согласилась. Взяла на себя всю домашнюю работу, вдохновенно готовила, убиралась. В глубине души строила далеко идущие планы, которые он подогревал рассказами о том, как сильно хочет семью, как ему со мной повезло, вокруг ведь все девчонки такие ветреные. Называл постоянно супругой. Говорил, что еще сына хочет, Семеном назовет. А мне ведь именно этого и хотелось, думала уже: «Ну, Семеном, так Семеном».

Почему именно на четвертый день

При первой близости я настаивала на предохранении, он соглашался. Но в последний момент он заявил, что презервативов нет, да и как детей заводить. И слова его вроде бы так логично звучали и очень отвечали моему внутреннему желанию иметь детей. Я в итоге согласилась, подумала, что если откажу, он подумает, что я ханжа. Но я через себя все-таки переступила, уговорила себя.

Почувствовала, что заболеваю, я через полторы недели после нашей первой близости. Все симптомы напоминали обычную простуду, но что-то она затянулась, долго держалась высокая температура. А потом, день на четвертый моей «простуды» Леша неожиданно мне сказал: «Я на работу, а ты давай собирай вещи, не хочу, чтобы ты ребенка заразила». Мне было так плохо, что я и раздумывать о его странном поведении толком не могла. Хватило бы сил вещи собрать, да до дома доехать.

Там был еще такой странный момент (я уже после оценила). Почему не сразу, а именно на четвертый день он со мной “попрощался” и сказал собирать вещи: он дождался, когда у меня начнется цикл, видимо, для того, чтобы у меня не было возможности взять, так скажем, биоматериал. Чтобы возникли сложности с определением того, что именно он меня заразил.

1

Он сразу внес меня в «черный список»

Пока я точно не знала о сроке заражения, источнике, я себя корила: «Не дай Бог, если я притащила вирус из своих прошлых отношений!» Там же есть так называемое «окно», которое длится до полугода и во время которого вирус может не отобразиться в анализе. Предыдущие отношения у меня закончились за год с лишним до встречи с Алексеем, и я вновь обследовалась в попытке выяснить, почему мне не удается забеременеть. В числе прочих анализов сдавала и тест на ВИЧ – он был отрицательным. Но мало ли, в таком шоке всякое в голову лезет.

А потом-то вижу, что его поведение говорит об обратном: звоню ему – я в «черном» списке, пишу смс, в соцсетях – он не реагирует. Фотографирую выписку, отправляю – вижу, сообщение прочитано, но никакого ответа.

Что-то ненормальное. Я поставила себя на его место – если бы мне человек, с которым я только что жила, сообщил о таком, я бы примчалась, несмотря ни на что. А он, наоборот, скрывается.

Писала и звонила я не слишком часто, потому что пришлось постоянно ходить по врачам, чувствовала я себя все хуже и хуже. О том, что у меня вирус иммунодефицита, я узнала уже в инфекционной больнице, куда меня госпитализировали через месяц после нашего с Алексеем расставания. Сказать, что эта новость была для меня шоком – ничего не сказать. На меня обрушилось страшное чувство полного одиночества, похожего я никогда раньше не испытывала. Понимаете, этот диагноз меня сразу отделил от всех людей. Я ведь даже маме рассказать об этом не могу, боюсь, она не переживет.

Первое время корила себя, думала и о том, как это несправедливо, задавалась вопросом, почему такое случилось со мной. Чтобы отогнать эти мысли, я даже пошла на исповедь в церковь. В храм я и раньше заходила, но просто не случалось со мной такого, что мне понадобилось бы поговорить со священником, исповедаться.

Ответ профессионалов: унижение, отвращение, суеверие

После той кошмарной выписки из больницы я пошла уже в поликлинику. До этого я три года подряд ходила туда к эндокринологу, все выясняла, почему не могу забеременеть. Тогда оказалось, что у меня «скачут» гормоны. Но вот я пришла в поликлинику уже после инфекционной больницы, и эндокринолог видит в выписке формулировку «впервые выявлена ВИЧ-инфекция».

Прямо на приеме она начала меня «полоскать»: «Ты ходишь ко мне эти три года, нервы треплешь, а у тебя-то все эти жалобы из-за твоего ВИЧ!» Я прямо обалдела: «Я знаю, что это недавно произошло», – говорю. «Ты что, знаешь, кто тебя заразил?! Ты что, их считала?!» – закричала врач.

У меня, конечно, истерика там случилась от такого отношения, таких слов. Я выскочила из кабинета, написала главврачу жалобу.

Не зная об этом, эндокринолог приняла меня второй раз. Но тут ее из кабинета куда-то вызвали, она вернулась злая, взяла ручку шариковую и зачем-то нарисовала мне на груди… крест.

Я растерянная стою, спрашиваю: «Что вы делаете?!» Она: «Я знаю, что я делаю!» То есть это какой-то был странный поступок на грани суеверия и отвращения, и я испугалась…

И тут мне повезло – входит медсестра. При ней эндокринолог тут же успокоилась, говорит мне: «Все, я тебе пожелаю здоровья и удачи. Ты сюда больше не ходи, иди в свой СПИД-центр, там с тобой знают, что делать, есть хорошие специалисты. Всё! Все твои жалобы – это не эндокринология».

До сих пор я не получила ни одного ответа на мое заявление от руководства поликлиники. Мне звонила замглавврача, предлагала разрешить вопрос без письменного ответа.

Это, к сожалению, не единственный случай безобразного отношения медиков. Гинеколог меня осматривала – чуть ли не на метр отошла, видимо, опасаясь воздушно-капельным путем заразиться. Полицейские потом тоже довольно цинично обсуждали мою ситуацию: «Как так? Ты с предыдущим парнем рассталась в 2014 году, а с этим начала встречаться в 2016-м. Неужто никого между ними не было?!»

Я поняла, что он стоит на учете

Я уже знала, что способов заразиться всего несколько – инъекционный, половой, во время операции и передача от матери ребенку. Понимала, что у меня второй вариант, поскольку операций у меня не было и наркотики я не употребляю. Остался только вопрос – кто из них двоих.

Я назвала первого – специалист центра никак не отреагировала (прямо ответить, что человек есть в базе, конечно же, нельзя), а когда назвала Алексея – она как-то напряглась, а потом спрашивает: «У тебя есть доказательства того, что ты с ним жила?» И я поняла, что он стоит у них на учете. Тогда я не знала еще, что есть уголовная ответственность за умышленное заражение. Но тут же и узнала, когда специалист мне самой дала подписать бумаги.

В центре ко мне по-человечески отнеслись, много полезного сказали, предложили консультацию психолога. Сказали, что именно у меня остро инфекция проявилась, и скоро тяжелое состояние пройдет. А у большинства так не проявляется. То есть был риск того, что, если бы у меня не случилось этого гриппозного состояния, не выявили бы ВИЧ-инфекцию. Была бы носителем, как и многие, а спустя 7-10 лет, как это обычно бывает, резко почувствовала бы себя плохо. Тогда бы и узнала.

Сейчас, поскольку я знаю о вирусе, каждые три месяца сдаю кровь, специалисты смотрят показатели – если уровень СD4+Т-клеток в периферической крови падает до определенной границы, назначается антиретровирусная терапия. Принимая ее, ты понижаешь уровень этих клеток до нуля, практически до того уровня, когда ВИЧ вообще не определяется в крови. Так ты становишься незаразным.

То есть если бы Леша принимал терапию, он был бы незаразным! А так у него из-за срока заболевания и отсутствия лечения уровень клеток, вероятно, просто зашкаливает. Поэтому я так быстро и заразилась. Тем более, у зараженных мужчин самая высокая концентрация вируса именно в сперме.

Конечно, организм еще должен принять эту терапию. Есть несколько схем, подбирается подходящая. А после очень важно соблюдать правила, о которых предупреждают врачи, потому что вирус может выработать устойчивость к лекарству. Если ты, допустим, делаешь самовольно перерыв в их приеме даже на несколько дней, вирус успевает адаптироваться, и эта схема больше не подходит твоему организму. Привязка к терапии – пожизненная, постоянный прием лекарств по часам.

Фото: Ридус

Фото: Ридус

Он тщательно заметал все следы нашего знакомства

В чем заключается суть расследования по моему делу? Доказать сам факт наших близких отношений. Он попросту отрицает все, отрицает, что у нас была близость. На первой очной ставке он сначала сказал, что вообще не знаком со мной, а потом все отрицал по 51-й статье (ст. 51 Конституции РФ позволяет не свидетельствовать против себя). На второй очной он сказал: «А, да, это она. Знаю ее. Но близок с ней никогда не был».

Чтобы доказать, что я не только знакома с ним, но и жила у него дома, мне пришлось восстановить фото с телефона. Он их удалил сам буквально через несколько минут после съемки. Я тогда сделала пару селфи с Лешей на диване. Он взял мой телефон и удалил фотографии одну за другой. Сказал, не понравилось, как получилось. Тогда меня это не насторожило, это сейчас я понимаю, что он тщательно заметал все следы нашего знакомства, близких отношений. И семья тоже непростая, со связями в разных ведомствах. Меня регулярно предупреждали, что дело завести на него не удастся.

После первого отказа в возбуждении уголовного дела я стала вспоминать, какие доказательства у меня есть. Вспомнила про эти фото, мы там в домашней одежде – он в шортах, я в пижаме. Позвонила в фирму, которая восстанавливает удаленные фото, там потребовали 10 тысяч рублей без стопроцентной гарантии, плюс телефон надо было отдать на несколько дней. В итоге я погуглила, скачала одну программу, сама восстановила эти фото с телефона. Вот такими крохами, по кусочкам пришлось восстанавливать всю историю нашего знакомства и общения.

В заявлении я до мелочей описала всю обстановку в его квартире, цвет обоев, мебели, вспомнила даже рисунок на полотенцах. В общем, сейчас удалось доказать, что в его квартире я была, но придется еще сам факт близких отношений как-то доказывать.

С друзьями и семьей он меня тоже не знакомил, кроме сына, который показания давать в силу возраста не может. С моей сестрой не познакомился, хотя та приезжала несколько раз к его дому – под разными предлогами отказался.

Однажды к нему друг с женой приехал из другого города, мы запланировали все вместе сходить в кино. В последний момент он передумал, отменил нашу встречу, и мое знакомство с другом и его женой не состоялось. И так во всем. Он просто прятал меня от своих знакомых, и сам прятался – от моих. Очень продуманно себя вел.

Кто ж его посадит, разве что пальчиком погрозят

Дело все-таки завели, но ценой больших усилий. Сперва сказали: «Нет доказательств, что вы были знакомы». Когда я восстановила и прислала полицейским общие фото, мне опять говорят: уже трижды привозили его в отдел, каждый раз он отрицает интимную связь, доказательств нет. Хотя я всех его соседей, с которыми общалась, упомянула, в магазинах по соседству нас продавцы много раз вместе видели, через одну из них мы вообще ключи от его квартиры друг другу передавали.

После я этому полицейскому позвонила спросить совета, без намека на угрозы: «Что бы вы посоветовали мне делать в такой ситуации? Может быть, в следственный комитет обратиться или прокуратуру?» По-моему, эта идея ему не понравилась. Он вообще мне в итоге заявил: «Что теперь-то активничать? Идите пивка, что ли, выпейте». Меня это так разозлило, я говорю: «Мне что, теперь самой идти руки-ноги ему ломать?» А спустя несколько часов он мне перезванивает, говорит, что печатает протокол о возбуждении уголовного дела, есть информация.

Недавно была в прокуратуре, там мне со смехом сказали: «Девушка, вы что! Кто ж его посадит-то?! Ну, погрозят пальчиком: «Ты в следующий раз предупреждай» – и все!»

С одной стороны, ощущаю такое бессилие – столько времени и сил ушло только на то, чтобы возбудить это дело. И не самое приятное занятие – регулярно вспоминать это все, пересказывать раз за разом. Но мне помогает осознание того, что его надо остановить, посадить, чтобы он перестал заражать других людей. Ведь я не первая его жертва и, возможно, не последняя. Потому что на ум приходит столько моментов, подтверждающих, что таких девочек у него много было.

С его бывшей женой лично я не встречалась, но знакома: нашла ее уже после всего этого в соцсетях, аккуратно ее попросила: мол, мне нужна помощь, у нас в городе впервые завели уголовное дело по такой статье. Она мне ответила: «Ничем не могу вам помочь. Он – отец моего ребенка, помогает нам. Кроме этой помощи нас ничто не связывает».

Позже выяснилось, что двое моих знакомых учились с ним вместе. И от каждого по отдельности я узнала, что еще в школе о нем ходила слава наркомана. Когда в разговоре с одним из этих одноклассников совпали довольно распространенные имя-фамилия, я показала ему фото Алексея. И друг сказал: «Ого, он еще жив, что ли?! Он же героинщик».

Тогда я еще не знала, с какого года он стоит на учете в СПИД-центре. Уже потом дознаватель показал мне в материалах дела ответ из СПИД-центра о том, что он на учете с конца 90-х, терапию не принимает, периодически сдает кровь.

Что его мотивирует не принимать антиретровирусную терапию? Не знаю, может, это отрицание так у него проявляется. С виду он выглядит вполне здоровым человеком. Руки-ноги не отваливаются. Я ни разу не видела, чтобы он хоть одну таблетку принял.

Мне пожелали сдохнуть и обвинили, что я хочу денег

Есть у нас такие сайты знакомств, где можно указать свой ВИЧ-статус, найти себе друга. Я зарегистрировалась на некоторых из них, в группах в соцсетях. В одной из них, где зарегистрировано свыше 100 тысяч человек и самих ВИЧ-положительных, и их родных, медиков, я запостила сообщение с просьбой помочь опытом в моем уголовном деле. Спрашивала совета, как лучше поступить, искала схожие случаи.

Так меня там так «полоскали»: и желали сдохнуть, и говорили, что вот, самая умная нашлась, и обвиняли в том, что я просто денег хочу с него получить. И так весь день. Я уже хотела удаляться оттуда, но тут мне девочка одна из Нижнего Новгорода написала: «А я своего «дарителя» за это посадила на три года строгого режима». Она мне подсказала, что есть такое исследование – называется секвенирование. С его помощью определяют генетику вируса – насколько близко совпадение этих вирусов.

Нам с Лешей его сделали, результат – 99,9% совпадения генотипа. Я думала – все! Это неопровержимое доказательство! Что еще надо? Но потом мне сказали, что с таким генотипом пол-Иркутска ходит. Еще делали исследование на срок заражения: у меня на тот период было менее 9 месяцев, что лишний раз подтверждает его как «дарителя», а у него – более 9 лет.

Еще в сентябре я предлагала следователям пройти полиграф, подтвердить хотя бы три главных факта: что интимные отношения с ним у меня были, что мы жили вместе и что о своем ВИЧ-статусе он меня не предупреждал.

Тогда мне отказали: «Нетяжкая статья, зачем это надо?»

Недавно мне говорят, что сейчас мне обязательно нужно пройти полиграф, чтобы доказать, что в тот период у меня никого, кроме Алексея, не было. Так как он утверждает, что мы с ним «были вместе не круглосуточно и не жили одной семьей». Утверждает, что у меня якобы были плохие отношения с соседями, и поэтому он меня из жалости пускал к себе переночевать.

Я-то рада пройти полиграф, но известно, что многое зависит от того, как именно вопрос будет задан. Вот я и думаю, насколько объективно проведут этот допрос. С другой стороны, сделаю, что смогу, просто скажу правду.

За себя я сейчас не так уж и переживаю. В конце концов, все мы умрем когда-нибудь. Работаю сейчас на более спокойной работе. И планов на личную жизнь уже не строю.

3

Анонимность в случае с ВИЧ разумна, но распускает руки «дарителям»

Святослав Хроменков, правозащитник

Святослав Хроменков

Святослав Хроменков

– Дело на упомянутого Алексея заведено по части 2 статьи 122 УК РФ: «заражение другого лица ВИЧ-инфекцией лицом, знавшим о наличии у него этой болезни». Обвиняемому грозит срок до пяти лет. Он мог бы пойти по части 3 той же статьи, как заразивший умышленно нескольких лиц. Это уже до восьми лет заключения.

Но дело в том, что нет других девушек, готовых поддержать это обвинение. Хотя все говорит о том, что опасности заражения этот мужчина подвергал многих. Он и Елене рассказывал о том, что активно встречался и имел близкие отношения на протяжении нескольких лет со многими девушками, и другие доказательства есть. Но нет признаний самих пострадавших.

Свою бывшую жену, судя по ее ответам, он тоже заразил. Но, видимо, ей не хочется сажать в тюрьму отца своего ребенка, который их содержит. Поэтому она написала, что вступала с Алексеем в интимную связь уже после того, как он ее предупредил о своем ВИЧ-статусе. В это мало верится: даже если рассудить логически, какая женщина добровольно согласится забеременеть от ВИЧ-инфицированного? Она же не только собой рискует, но и своим будущим ребенком. Кто на это способен?! Это чистый случай, что ребенок здоров. А для нее это заявление было единственным способом оставить на свободе своего кормильца.

Кстати, вдруг кто из девушек узнал в этой истории, деталях или описании своего бывшего или нынешнего парня – можете смело звонить мне, ваши показания могут стать решающими в этом деле. Анонимность, безусловно, гарантирована.

Все-таки общество у нас в массе своей относится к ВИЧ-положительным негативно. Причем сразу, автоматически. Не разбираясь в том, как человек заразился. До сих пор среди россиян бытуют средневековые стереотипы о том, что можно заразиться вирусом, к примеру, поев с зараженным человеком из одной посуды. Так что анонимность для ВИЧ-позитивных – пока оправданная предосторожность.

И, к сожалению, во многом это распускает руки таким «дарителям». Они знают, что закон не позволяет ввиду интимности диагноза разместить их фото на баннерах.

Как должников, к примеру. Отсутствие широкого резонанса, мне кажется, и приводит к тому, что большая часть таких преступников остается безнаказанными. Но спускать такое нельзя. По сути, умышленное заражение другого человека вирусом иммунодефицита я бы сравнил с тяжким вредом здоровью, если не больше. Ведь человеку жизнь перечеркнули. Скорее всего, семью он уже не заведет, детей не родит. А в нынешнем обществе станет изгоем. Это даже больше, чем тяжкий вред здоровью – это вся жизнь, которую у человека сознательно отняли.

Помоги Правмиру
Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!
Пожертвования осуществляются через платёжный сервис CloudPayments.
Похожие статьи
Россиянам с ВИЧ могут разрешить усыновлять детей

Документ подписан премьер-министром РФ Дмитрием Медведевым

ВИЧ – это теперь часть меня, как рука или нога

Я попросила брата отвезти меня на кладбище, но потом передумала умирать

Комиссия РАН по борьбе с лженаукой займется ВИЧ-диссидентством и антипрививочными мифами

Член комиссии РАН по борьбе с лженаукой Александр Панчин проанонсировал темы будущих меморандумов

Дорогие друзья!

Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!