Патриарх в моей жизни

Протоиерей Игорь Прекуп - о первой встрече с будущим Патриархом Кириллом и о той роли, которую Предстоятель Русской Церкви сыграл в жизни простого священника.
Протоиерей Игорь Прекуп

Протоиерей Игорь Прекуп

Прошу прощения за несколько претенциозный заголовок. Я понимаю, что звучит, чуть ли не как «я в жизни Патриарха». И все же.

«А вот Кирилла любили», – сказал со вздохом Паша. Так я тридцать лет назад впервые услышал о нынешнем нашем Патриархе от своего сокурсника по институту и первоначального проводника по тропам христианского благочестия. Рассказывая о произошедшей около двух лет назад смене ректора ЛДАиС, он искренне переживал, как если бы сам был его чадом или, как минимум, семинаристом. Не знаю, почему, но это сердечное слово как-то ощутимо отпечаталось во мне: ректор, которого любили. А еще через пару лет я его впервые увидел и прочувствовал отношение к нему со стороны студентов Академии.

Случайно так совпало, что, будучи на тот момент воспитанником ЛДС, я находился в библиотеке, когда туда зашел архиепископ Кирилл. Я бы и не понял, что это он – тот самый «Кирилл, которого любили». Ничто в нем не выдавало «князя Церкви»: за столом сидел человек средних лет в рясе или подряснике, не помню; если и была на нем панагия, то ее не было видно. Я бы и не обратил на него внимания, если бы не тихая волна, прошедшая по библиотеке: «Владыка Кирилл, владыка Кирилл здесь!»

Он сидел за длинным библиотечным столом, облокотившись на него, перед ним сидел один из студентов Академии, а вокруг очень плотно сгрудились учащиеся. Студент о чем-то его расспрашивал, владыка отвечал. В этой сцене было, как говорится, прекрасно все: и непоказной, искренний пиетет молодежи, и простота 42-хлетнего архипастыря, в этих стенах теперь уже редкого гостя, о десятилетнем периоде ректорства которого все, кого я знал, вспоминали с теплотой и восхищением. Его живость ума, внимательность и естественность обращения приятно удивляли.

Епископ Выборгский Кирилл - ректор Ленинградской духовной академии. 1970-е гг.

Епископ Выборгский Кирилл – ректор Ленинградской духовной академии. 1970-е гг.

В следующий раз я увидел его на открытии Генеральной Ассамблеи Синдесмоса (всемирного объединения православных молодежных организаций), которая в 1992 г. проходила в России. В митрополите Кирилле, открывавшем ассамблею, обращала на себя внимание торжественность без официоза, и самое главное, было видно, что ему очень нравится находиться среди молодежи, ему нравится все, что вносит живую, разумную, созидательную и просветительную струю в церковную жизнь, все, что обнадеживает, отрезвляет, освежает ее.

А вот следующая встреча была уже по печальному поводу. В конце декабря 1994 г. митрополит Кирилл приехал в Эстонию, в надежде помочь урегулировать церковно-государственный конфликт (государственные чиновники в 1993 г. поддержали (чтоб не сказать инициировали) раскол в эстонском Православии, зарегистрировав раскольническую группировку в качестве правопреемной структуры, а Эстонскую Православную Церковь объявив «оккупационной»). Митр. Кирилл встречался в тот раз как с клириками и мирянами ЭПЦ, так и с министром внутренних дел Х. Арике. В нас теплилась надежда, потому что за два года до этого он совершил невозможное: договорился с правительством Латвии, убедив его проявить добрую волю и принять политическое решение, в итоге чего ЛПЦ, которую некоторые лица тоже пытались расколоть, была зарегистрирована без проволочек.

Но в Эстонию его с аналогичной миссией направили, к сожалению, аж спустя почти два года после первого объединенного демарша раскольнической инициативной группы и МВД, обозначивших жесткую отрицательную позицию в отношении пребывания эстонского Православия в лоне Московского Патриархата. В декабре 1994 г. наша ситуация уже прошла «точку невозврата», что проявилось в абсолютной недоговороспособности тогдашних властей Эстонии. Впереди были еще восемь лет глубокого поражения в правах, пока в 2002 г. ЭПЦ МП, наконец, не зарегистрировали – восемь лет напряженного труда владыки Кирилла.

Мы с ним в тот период пересекались несколько раз. И когда в 2013 г., во время его приезда в Эстонию, мы с о. Николаем Балашовым подарили ему в Пюхтицком монастыре сигнальный экземпляр нашей книги «Проблемы Православия в Эстонии», он меня узнал, проявив свою хорошо знакомую сердечную приветливость. Несколько его добрых слов, сказанных по делу, оказались для меня тогда очень важной поддержкой, не говоря уже о том, что он просто меня вспомнил, да еще и с такой непосредственной радостью. В его хорошей памяти я никогда не сомневался, но, учитывая колоссальное количество людей, с которыми он встречался за прошедшие годы, я бы не удивился, если он меня бы не узнал.

Святейший Патриарх Кирилл в Пюхтицком монастыре. 15 июня 2013 года. Фото: mospat.ru

Святейший Патриарх Кирилл в Пюхтицком монастыре. 15 июня 2013 года. Фото: mospat.ru

Это его умение сосредоточиваться на человеке, на его вопросе, ситуации, хотя бы ненадолго, но целиком, хотелось бы отметить особо. В тот приезд в 1994 г., несмотря на занятость, усталость и еще предстоящую на следующий день нервотрепку с министром (который во время встречи двух слов связать не мог без шпаргалок референта) – при всей этой нагрузке, он запросто принял приглашение нашего приходского старосты-храмостроителя С.И. Стеклова приехать в пригород Таллинна – г. Маарду, взглянуть на его детище: только-только возведенный наш приходской храм во имя Архистратига Божия Михаила. Казалось бы, он что, строящихся церквей не видел? До того ли ему было? Оказалось, что до того.

Я помню, как он ходил по территории, осматривал, находившийся в цокольном этаже, малюсенький нижний придел, освященный в честь прп. Серафима Саровского, где мы служили в то время, поднимался в тогда еще, по-моему, заставленный лесами большой верхний храм, как искренне радовался, ощупывая дубовые двери главного входа, хваля и здание за его величественность, и нашего старосту за основательный подход к делу. А потом он отправился к нему домой, где обратил внимание на его среднего сына, тогда весьма непростого юношу, и в разговоре с ним нашел очень точные для того момента, добрые, проникновенные слова.

Ну, и коль речь о Патриархе в моей жизни, было бы странно не упомянуть о том, что шесть лет назад он утвердил решение Общецерковного суда о снятии с меня запрета. Как и многие другие преобразования в жизни Русской Православной Церкви, направленные на ее оздоровление и, прошу не кидаться тапками, на ее рехристианизацию (насколько адекватно они осуществляются – это уже вопрос другого порядка, тут, как говорится, «учи сопромат»), само начало функционирования системы церковного суда, призванного ввести решение конфликтных ситуаций в каноническое русло – его прямая заслуга. Не было бы этой структуры – сидеть бы мне по сей день в запрете, и не факт, что я это перенес бы, не повредившись духовно или психически, как, впрочем, рисковал не выжить и физически, будучи без того весьма нездоровым человеком. Кроме того, и при положительном решении суда, Патриарх мог бы его не утвердить (и у меня до конца тогда не было уверенности, не достигнут ли своей цели, предпринятые в этом направлении усилия).

Поэтому не будет преувеличением сказать, что Патриарху нашему я обязан не только возможностью хотя бы время от времени служить, но и тем, что, милостью Божией, вообще жив.

Понравилась статья? Помоги сайту!
Правмир существует на ваши пожертвования.
Ваша помощь значит, что мы сможем сделать больше!
Любая сумма
Автоплатёж  
Пожертвования осуществляются через платёжный сервис CloudPayments.
Комментарии
Похожие статьи
То, что дает ему силы

Пресс-секретарь Патриарха Кирилла - о жизни Предстоятеля Русской Церкви, обычно остающейся за кадром

“Правмир” поздравляет Патриарха

Доброго здоровья и крепости сил, всесильной помощи Божией

“Считаю Патриарха своим духовным отцом”

Читатели "Правмира" поздравляют Его Святейшество с юбилеем