Павел Парфентьев: Протест против гендерной теории – движение за право оставаться человеком

|

Во французских школах вводят «Теорию Жанров». Цель  новой концепции — изменить гендерный менталитет  и заменить природу мужчины и женщины социальными  ролями. Гомосексуализм подается как один из жанров отношений между людьми. По словам  обеспокоенных родителей, дети  буду подвергаться «обязательному официальному растлению» с 6 лет. Никакие родительские протесты  в расчет не принимаются.

Каковы перспективы этой «Теории жанров», в чем опасность такого предмета? Возможно ли совместить демократические «права для всех» и сохранить христианские ценности?

Комментирует генеральный директор АЦ «Семейная политика РФ», Председатель Межрегиональной общественной организации «За права семьи», Посол Всемирного Конгресса Семей к европейским структурам, Советник ВКС по международному праву прав человека Павел Парфентьев:

 Хотелось бы внести некоторое уточнение. «Теория жанров» – это переводческая ошибка из числа так называемых «ложных друзей переводчика». Дело в том, что и «жанр» и «гендер» на французском звучит одинаково как «genre». Правильно переводить в данном контексте – «гендерная теория». Специально уточнил у французских коллег.

Перспективы

Гендерная теория – это, по сути, радикальная идеология, а не научная теория. Реальных оснований у радикальных гендерных теорий, согласно которым «гендерная идентичность» человека не зависит от его пола и просто социально конструируется, попросту нет. Поэтому спор о ее введении в школах – это спор о том, будет ли там под видом науки преподаваться противоестественная и антисемейная идеология. И это трудно рассматривать иначе, чем как часть глобальных атак, которым сейчас целенаправленно подвергаются институт семьи и нравственные ценности в разных странах мира.

Совершенно понятно, что это вызывает самые серьезные протесты со стороны большой части общества, и прежде всего – со стороны верующих христиан. Протесты эти – абсолютно оправданны и, я надеюсь, они будут лишь усиливаться, структурироваться, становиться более профессиональными.

Сейчас, как я знаю от французских коллег, благодаря протесту общественности гендерное образование было формально отклонено властями, но попытки внедрить его «не мытьем, так катаньем» продолжаются.

Но этот вопрос вообще неверно рассматривать «в изоляции». Сейчас под вопросом целостный комплекс самых глубинных оснований человеческого общества – естественная семья, основанная на браке между мужчиной и женщиной, права родителей, право на жизнь с момента зачатия и до естественной смерти, право свободно исповедовать религию.

И все эти основы сегодня подвергаются очень серьезной, системной угрозе. Убежден, что все христиане и вообще все здоровые общественные силы самых разных стран должны сегодня объединиться ради того, чтобы эти основы общества сохранять и защищать. Не будет их – не будет и самого человека.

В чем опасность гендерного образования?

 В головы детям пытаются внедрить идеологемы, которые не имеют никакого реального научного основания, и при этом разрушительны для семьи, для общества в целом, для нравственности. Подобное «образование» на самом деле не образует, а разрушает.

Это своего рода аналог принудительного обучения атеизму в советское время – только еще более опасный. Утрачивая Бога, человек, сохраняя свои естественные основы, семью, рано или поздно вернется к вере – ну или его потомки. А тут речь идет о разрушении через систему образования всех естественных основ общества.  Это куда более глубокое разрушение, чем просто принудительная пропаганда атеизма.

При этом надо отметить, что подобное обучение против воли родителей, без их согласия, еще и серьезно нарушает одно из фундаментальных прав человека, прав родителей, предусмотренных международным правом. Речь о праве родителей выбирать вид образования для своих детей, обеспечивать им такое образование, которое соответствует их нравственным и религиозным убеждениям.

Это право уже довольно давно варварски нарушается в некоторых странах Европы – например, в Швеции и Германии, где государство преследует родителей, желающих учить детей дома, а не в школе, хотя это их право следует из международных норм. Нарушение его – это и внедрение в школы без согласия и против воли родителей радикальных социальных идеологий, подобных «гендерным теориям».

В частности, с христианским, иудейским, мусульманским вероучениями эти теории несовместимы. То есть идет сознательное отчуждение детей от взглядов и убеждений, передаваемых в их семье. Это является нарушением прав человека, причем общепризнанных.

Совместимы ли христианские ценности и права человека?

Безусловно, христианские ценности совместимы с правами человека. Скажу больше – невозможно без христианских ценностей сохранить в обществе свободу, права человека, равенство, подлинную демократию. Собственно, все эти ценности исторически обязаны своим появлением в европейском общественном сознании именно христианству.

То, что происходит сейчас – это попытка уничтожить подлинные права человека, подлинную демократию, поставив на их место искусственно сконструированные «новые ценности» типа пресловутой «сексуальной ориентации». Эта попытка однозначно нарушает действительно универсальные нормы международного права. Это своего рода лукавая идеологическая игра – нарушать права человека и обвинять в их нарушении тех, кто защищает семью, права родителей, человеческую жизнь, человеческую природу.

Не надо давать себя обманывать – если вдруг христианские ценности окажутся несовместимыми с «правами человека», значит, произошел подлог и речь не о правах человека, а о чем-то совсем другом. О какой несовместимости может идти речь, если свободное исповедание религии, в том числе в публичном пространстве – это как раз одно из признанных фундаментальных прав человека?

На самом деле растущее сегодня международное движение в защиту естественной семьи, брака между мужчиной и женщиной, основных родительских прав, права на жизнь от зачатия до естественной смерти – это самое актуальное и самое главное настоящее правозащитное движение наших дней. Это движение за возможность людям оставаться людьми, а человеческому обществу – человеческим. Можно ли придумать более важное право человека, чем право быть и оставаться человеком?

Не случайно, например, все больше людей во всем мире, включая экспертов, политиков, общественных деятелей, включаются в деятельность Всемирного Конгресса Семей – самой масштабной международной инициативы сторонников семьи, семейных и нравственных ценностей. В этом году прошел седьмой Конгресс в Австралии, в Сиднее (его организаторам и участникам, кстати, направил приветствие Святейший Патриарх Кирилл), а в 2014 году планируется восьмой такой Конгресс провести в Москве.

Как аргументированно отказать в усыновлении и регистрации однополого союза?

Надо ли в демократическом обществе давать право воровать, убивать или распространять опасные болезни? Нет, конечно. Неверно, что «в демократическом обществе надо давать право на все».

Стоит понимать простую вещь: чье-то право – это всегда ограничение прав и свободы кого-то другого. И в здоровом обществе, в том числе демократическом, всегда поддерживается баланс. Если задуматься об онтологии права, то в основе этого баланса очень простой принцип. Каждый человек, каждый субъект должен всегда иметь те права и свободы, которые ему нужны, чтобы оставаться человеком, следовать своему благому предназначению свободно – если он, конечно, не использует эти права для разрушения и во вред ближним.

И, с другой стороны, есть всегда границы личной свободы – закон защищает – и в демократическом обществе это так же верно – те ценности, на которых стоит и строится само общество, его природа.

Такими основаниями являются жизнь, семья с папой и мамой, семейное воспитание, свобода семьи передавать свои ценности ребенку – и все это должно защищаться законом. Не может быть «правом» то, что это разрушает. Онтологически правом вообще может быть только что-то благое, а то, что плохо по самой своей сути – например, признание однополых союзов семьей (а, значит, разрушение реального понятия семьи) – правом просто не может быть. Не может однозначно неправое вдруг стать «правом».

Из международных норм следует, что защита семьи, общественной нравственности – среди тех ценностей, которые как раз и устанавливают предел индивидуальной свободы. Без этих пределов просто не будет никакого общества, в том числе и демократического.

Не так давно я подписывал в качестве эксперта международный документ – международное обращение юристов разных стран о недопустимости превращения ребенка в товар, в вещь. А именно это и происходит, если мы решим, что существует «право на ребенка». Нет такой вещи как «право заиметь ребенка» и не может быть.

Это у ребенка есть право на семью, на отца и мать. Ребенок нуждается в отце и матери, а не в двух «мамах» или двух «папах». Усыновление гомосексуалистами разрушает это право ребенка – одно из главных его прав. Он просто превращается в предмет, увы. Это происходит всегда, когда мы уходим от естественной семьи и начинаем считать, что взрослый имеет право получить ребенка – это все приводит к вещам, уродливым с нравственной стороны и совершенно неосновательным с точки зрения философии права – таким, как суррогатное материнство, например.

Надо ли поддержать французов в их протесте?

Я глубоко убежден, что все серьезные и здравые общественные силы, просто разумные люди сегодня должны во всем мире сообща отстаивать семью, брак, права семьи и родителей, человеческую жизнь. Как же иначе? На кону – будем ли мы оставаться людьми. В своем приветствии прошедшему в 2011 году в Москве международному демографическому саммиту «Семья и будущее  человечества» Патриарх Московский и всея Руси Кирилл сказал: сегодня все здоровые силы должны объединить усилия в защиту семьи и нравственных ценностей. И я могу только с этим согласиться.

Я не люблю носить никакие значки, символы, футболки с логотипами. Но все чаще ловлю себя на желании приобрести значок или футболку с символикой La Manif pour tous – организации, координирующей во Франции протест против закона о легализации однополых браков и усыновлений. Конечно, я целиком поддерживаю этот протест – ведь он абсолютно, безоговорочно справедлив.

Это протест против разрушительной тирании нашего времени. Он так же справедлив, как был справедлив когда-то протест против рабства, а потом – протесты против нацизма. Может, даже еще более справедлив, поскольку тут еще более глубокие стороны человеческой природы и человеческого естества под угрозой.

Могу еще сказать, что наша организация готовит обращение в МИД с просьбой использовать международные механизмы, чтобы содействовать прекращению несправедливых полицейских репрессий против протестующих. И я знаю, что очень многие коллеги и в России, и в других странах поддержат это наше решение.

Понравилась статья? Помоги сайту!
Правмир существует на ваши пожертвования.
Ваша помощь значит, что мы сможем сделать больше!
Любая сумма
Автоплатёж  
Пожертвования осуществляются через платёжный сервис CloudPayments.
Похожие статьи
Жан-Франсуа Тири: Противостоять искажению человеческой природы нужно укреплением в вере

Есть замечательная бельгийка Маргарет Питерс, которая написала несколько книг о гендерной теории с католических позиций, но…

Священник Димитрий Агеев: Мы должны поддержать французов в защите их детей от узаконенного растления

Усыновление детей – не всеобщее право. Не могут усыновлять детей люди, ранее судимые, имеющие различные заболевания,…