Пессимистическая оптимизация

|

Об оптимизации медицины с позиции мамы больного ребенка — Татьяна Любимова.

Скорая помощь

Сейчас в сети широко обсуждаются результаты последних «оптимизаций». В школах начался учебный год с массой сюрпризов для учеников, родителей и учителей, врачей ставят в тупик непонятными приказами, запрещающими госпитализацию и предписывающими отправлять достаточно тяжёлых больных лечиться в амбулаторный сектор, которого на деле уже почти не существует.

На самом деле, тенденция «оптимизации» за счёт населения была уже давно. Вызывать бабушке «Скорую» становилось сложнее с каждым новым годом её жизни, участковая врач старалась бабушку госпитализировать, а больницы стремились поскорее выписать. Аргумент же был один: «нежелательно, чтобы она умерла на моём участке /в нашей больнице».

В то же время развивались и наши личные отношения со «Скорой».

14 лет назад у сына первый раз был эпистатус. Саньке было 4 года. Диагноз труднопроизносимый, но вроде тяжёлой формы ДЦП. Накрыло на даче. За год до этого у нас напротив сосед умер — скорая физически не успевала доехать, инфаркт. И мы не стали никого вызывать, помчались на машине в ближайший город Волоколамск. Приехали. Тогда ещё сериал был, помните, «Скорая помощь», про будни американской медицины. Но вокруг нас, как в сериале, никто не забегал. В приёмной стояли трое врачей, спокойно смотрели на ребёнка в судорогах и лениво перебранивались с нами — зачем привезли в Волоколамск, а не на Шаховскую. Шаховская богаче, а у них ничего нет. И друг с другом препирались — кому в отделение ЭТО надо. В реанимацию брать не хотели — для взрослых только, детского ничего нет. Пока ругались, Санька сам вышел из статуса и заснул. Наконец, пришла старенькая доктор, безропотно взяла в детское отделение. И отправила мужа в аптеку за шприцами, катетером и… магнезией. У них, действительно, не было НИЧЕГО. Более- менее сложных детей везли в Москву. Нам укололи магнезию, уже для профилактики, и отпустили.

Через полтора месяца, опять на статус, вызвала «Скорую» уже в Москве. Увезли сразу в инфекционное отделение в клинике — врач нашёл лакунарную ангину. Ангины в больнице не оказалось, но анализы были не очень, долечивали в отделении, хотя так и не разобрались от чего. И хотели выписать, не разбираясь с судорогами. Еле уговорила, с огромным скрипом нас положили в психоневрологию.

Через два года, уже c пневмонией, в 25 мороза и метель, не дав одеть ребёнка с температурой 40, нас в машине Скорой с неработающим обогревателем снова привезли в инфекционку. Уже в другую. Водитель велел нам высаживаться, и 25 минут, на морозе, под снегом, с ребёнком в одеяле, мы стучали в железные двери бокса.

Наконец, нам открыли, отругали, что мешаем работать, забрали сына.

Потом вышел доктор и спокойно, глядя в глаза, сказал, что детям с нашим основным диагнозом интенсивную терапию не проводят — такой приказ.

Санька боец, выжил тогда… Спасибо докторам… Хотя, нас каждый вечер пускали минут на 10, особо добрые дежурные — на 15… Попрощаться. Так и говорили… Мы молились, я пела ему колыбельные… И на мониторах менялись цифры… Я уже давно научилась никогда не плакать при ребёнке. А потом выходили с мужем в темноту, я садилась в сугроб и выла. Просто выла, как волки.

10 лет назад после вызова, через 40 минут, приехали сразу две бригады — по поводу вызова и «на констатацию»…

Подождите сжимать кулаки. Бригада, которая так торопила, что мы не успели одеть ребёнка, дежурила уже больше суток. В это время была эпидемия гриппа, дававшая очень быстрые и серьёзные осложнения на дыхательные пути. И, несмотря на то, что они еле держались на ногах, а водитель крыл их на чём свет стоит, врачи, пока не передали ребёнка, были с нами, и стучали, и скандалили в приёмной. Они работали в условиях, которые были им созданы. Работали, как могли, вопреки всему.

На самом деле, есть ещё настоящие врачи, которые лечат, учителя, которые учат, человечные полицейские, готовые помочь и помогающие.

И их, на самом деле, большинство пока ещё, и ими всё держится несмотря ни на что, несмотря на унижения государства и создающийся в СМИ образ бездельников и мерзавцев (почему-то именно в этих, социально значимых, профессиях). И очень трудно работать по-настоящему и не озвереть в условиях, когда под видом оптимизации «эффективные менеджеры», на самом деле абсолютно некомпетентные в областях, которыми приставлены руководить, эффективно мешают и разваливают всё, на что ещё можно было опереться в работе.

Эти некомпетентные управленцы подозревают в некомпетентности тех, кем пришли руководить. Но они, руководители, как будто забывают, что кресло начальника не означает, что, сев в него, сапожник автоматически постигнет все нюансы профессии пирожника и всё, что он ни прикажет, будет исполнено глубокого смысла. И что, поёрзав, достаточно подёргать неведомые рычажки, и отлаженная когда-то система завертится с прежней силой. Чтобы рулить, надо всё-таки знать, как управляется машина и что она из себя представляет. Получается, что если машина едет куда-то не туда, кто виноват? Ну не водитель же. Винтики. Давайте винтики менять и контролировать!

И врачей, и учителей, и полицейских задёргали тучами бессмысленных приказов, инструкций и проверок. Как некая гнусь, которая вьётся, жалит и не даёт работать, чиновная мошкара забивается во все щели. Какое там творчество, какое там индивидуальное внимание к человеку — забудьте. Всё должно быть только по инструкции.

И ладно бы только проверяли, хотя от результатов проверки зависит зарплата.

Там, где требовалось только подмести, смахнуть пыль и вообще навести порядок, эффективные менеджеры, имитируя бурную деятельность, начали крушить стены и срывать фундаменты. Пока крыша ещё держится на шатких оставшихся столбах.

Пока ещё трудятся врачи, учителя, полицейские, военные. Пока ещё терпят. Пока ещё как-то стараются спасти каждый своё любимое дело. Надолго ли?

Но я всё равно хочу сказать СПАСИБО этим настоящим, незаметным, но от этого не менее прекрасным людям. Пусть хотя бы искренние слова благодарности будут им поддержкой в их поистине нелёгком труде.

И очень хочется надеяться, что эта оптимизационная свистопляска, наконец, закончится, и каждый сможет спокойно заниматься своим делом. Толку будет больше.

Помоги Правмиру
Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!
Пожертвования осуществляются через платёжный сервис CloudPayments.
Похожие статьи
Ученые бьют тревогу по поводу судьбы «Ленинки»

Главной библиотеке страны остро не хватает денег, и она находится под угрозой выселения

Минздрав исключает из списка анализов кровь и мочу. Что это значит?

"Правмир" разобрался, почему сокращают программу диспансеризации

«Ватрушка» как родительский кошмар: 15 вопросов травматологу о детских переломах

Можно ли не заметить перелом позвоночника и почему нельзя покупать коньки «на вырост»

Дорогие друзья!

Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!