Памяти отца Даниила Сысоева. По следам апостола Фомы: миссионеры в Киргизии

|

19 ноября 2009 г. 23:41 В Москве расстрелян настоятель церкви святого Фомы священник Даниил Сысоев

По преданию, в конце I века святой апостол Фома ходил из Палестины в Индию проповедовать язычникам. Шел он вместе с купцами по Великому шелковому пути. Во многих современных городах Азии сохранилась память о тех временах — в названиях улиц и площадей. В столице Киргизии Бишкеке на улице Шелковый путь (Жибек-Жолу) стоит кафедральный Воскресенский собор. Но со времен апостола православных миссионеров здесь не было, в отличие от протестантов и сектантов, которых в городе сейчас больше, чем мусульман с православными вместе взятых. Прошлым летом иерей Даниил СЫСОЕВ, настоятель московского храма святого апостола Фомы, отправился в Киргизию проповедовать Православие. В команду бесстрашных миссионеров взяли и корреспондента «НС».

На острие
«Ах, ты русский — езжай в свою Россию!» — небольшого роста киргиз кидается на высокого белокурого Гамира. Тот молча пытается отстраниться, но киргиз впечатывает Гамира в ворота его же дома и сильно бьет по челюсти снизу. На шум из дома выбегает дочь Гамира Айгюль и тут же получает кулаком по лицу. За Айгюль из ворот вываливаются уже все домашние и гости, в том числе православные священники — именно у Гамира собрались московские миссионеры, как раз только что закончился жаркий диспут с сектантами. Отец Артемий Долотов, клирик кафедрального собора в Бишкеке, в прошлом мастер спорта по единоборствам, быстро скручивает и связывает хулигана. Тот оказывается сильно пьян и тщедушен — и откуда в нем взялась такая сила?

«Вообще-то киргизы — народ добродушный. Но миссионеры всегда на острие борьбы с силами зла, — считает отец Даниил Сысоев. — Бесы активизируются и всеми силами пытаются помешать им, запугать…»

Фатиля, жена Гамира, утирая слезы и застирывая окровавленную рубашку мужа, просит москвичей: «Скажите этим вашим безмозглым скинхедам в Москве, чтобы прекратили убивать киргизов! А телевизионщикам скажите, чтобы перестали это показывать! Я татарка, Гамир тоже татарин, но у него русые волосы, и его принимают за русского. Раньше киргизы, татары, русские, немцы — все жили дружно, по-соседски! Но теперь каждый раз, когда у вас в Москве побьют какого-нибудь киргиза в метро и покажут это по телевизору, здесь начинается охота на русских!»

Цель миссии
Киргизия стала многонациональной в конце 40-х годов, когда республика превратилась в место ссылки протестантов и сектантов из западных областей Украины, Белоруссии, Бессарабии, Северной Буковины и Прибалтики. Именно тогда в страну приехали Свидетели Иеговы, пятидесятники (христиане веры евангельской, мурашковцы, субботствующие пятидесятники и др.), а также баптисты и адвентисты. На новом месте сектанты, конечно, начали активную проповедь. Больше всего сект на севере страны — в Бишкеке и окрестностях Иссык-Куля, где почти половина населения — послевоенные переселенцы. На юге — в районе городов Ош и Джалал-Абад — живут по большей части киргизы и узбеки, там сектантов меньше. Миссионеры планировали побывать и на севере, и на юге: Отец Даниил — активный участник и организатор диспутов с мусульманами. Но митрополит Ташкентский и Среднеазиатский Владимир, благословляя поездку, настоятельно просил направить свои усилия на борьбу именно с околохристианскими сектами. Что мы и сделали.

«Наша задача — сеять!»
«Пропустите нас, мы православные христиане и тоже хотим изучать Священное Писание!» — поднимая высоко над головой Библию, молодые люди во главе со священником протискиваются через охранников на молитвенное собрание харизматов-кузинцев. Зал забит. Большинство — русскоговорящая молодежь. С кафедры бойким голосом проповедует женщина средних лет. Заводя зал, она поминутно кричит в микрофон: «Аллилуйа!» Слушатели с одобрением поднимают руки к небу и отвечают ей хором: «Аминь!»

«У каждого из вас в руках должна быть Библия, — сказал перед вылазкой отец Даниил. — Надо заранее прояснить особенности вероучения сектантов, подготовить цитаты из Писания, опровергающие их заблуждения. На собрании разойдитесь по одному. Внимательно слушая проповедь, задавайте соседям уточняющие вопросы. Указывайте на противоречия между словами пастора и Библией. Ваша задача — не спугнув человека, заронить в нем семя сомнения, показать логические нестыковки. Наша задача — сеять! На дороге, на камнях, в терновнике, на хорошей земле — где-нибудь да взойдет. И не надейтесь на скорые плоды. Если вас выгонят — а вас обязательно выгонят, — не уходите далеко. Стойте на улице перед входом, задавайте вопросы. Говорите громко, чтобы привлечь внимание, — сектантские пасторы боятся, что их уличат на глазах их прихожан в незнании и несоблюдении Библии, а это именно то, что нам надо!»

После часовой проповеди начинается молитва. Все, кроме православных миссионеров, встают, протягивают руки к небу, точнее к крыше ангара, закрывают глаза и повторяют за пастором: «О Господь! Мы любим Тебя! Мы чувствуем Твое присутствие здесь! И мы хотим, чтобы Ты изменил наше сердце!» Это длится несколько минут, затем речь становится бессвязной, превращаясь в «говорение на языках». С людьми творится что-то неладное — они, запрокинув головы, бормочут всякую тарабарщину и покачиваются, переступая с ноги на ногу. Миссионеры тоже молятся — читают шепотом: «Да воскреснет Бог!»

Наконец пастор восклицает: «Господь открыл мне, что некоторые сегодня исцелились! Кто из вас плохо видел, снимайте очки — скорее! Откройте Библию на любой странице — читайте! Кто исцелился? Поднимайте руки! Одна, две, три! Благодарим Тебя, Господь!» Зал взрывается аплодисментами — служение удалось.

Апостол Вася
«Я изгоняла бесов, исцеляла, крестила, проклинала. У меня было 70 постоянных прихожан, которые слушали каждое мое слово, — рассказывает Нурия Хабибуллина, бывшая 15 лет пастором в харизматической секте Василия Кузина. — Вася присылал нам свои проповеди (то есть переработанные им американские проповеди), и мы должны были их заучивать. Мне это надоело, и я стала проповедовать не “по Васе”, а по Библии. Очень скоро служить мне запретили. Меня возмутило, что Вася ставит себя выше Библии, и я, уходя, постаралась увести всех, кого только смогла».

Василий Кузин, по рассказам бывших членов секты, до своего апостольства работал в Бишкеке сантехником, много пил и очень страдал от этого. Баптисты обещали исцеление от пьянства, и на некоторое время Вася завязал, но потом страсть вернулась, он разочаровался в баптистской церкви, объявил себя апостолом и помазанником и организовал свою церковь, харизматическую, с благодатными дарами, исцелениями, говорениями на языках и пророчествами. Сейчас, по официальным данным, у секты 10 тыс. адептов, по неофициальным — 30 тыс. «Под моим руководством было 150 человек, я был пресвитером у кузинцев, — рассказывает Евгений. — Меня выгнали за то, что я начал самостоятельно изучать Библию и задавал “сложные вопросы”. Мне не могли на них ответить и запретили “бесконтрольно” читать Писание».

И Евгений, и Нурия помыкались несколько лет по протестантским церквям, но пение под гитару уже не радовало душу, а примитивные проповеди, которые они недавно сами читали с кафедры, не давали пищи ни уму ни сердцу. «В Православной Церкви меня встретил Бог!» — говорит Нурия. И это действительно так, иначе, не понимая последования служб, языка молитвы и не имея возможности все это выяснить у вечно убегающих батюшек, она давно бы все бросила и ушла. «А меня поразила свобода, — сказал Евгений. — Наконец я смог свободно читать Библию, святых отцов и ходить в храм. Православная Церковь — для самостоятельных людей».

Кто идет в секты?
У девушки, выходящей с собрания, на бейджике написано имя: Чинара. Чинара выступала со «свидетельством о себе» — похоже на исповедь, только со сцены и перед всей общиной. Раньше у Чинары не было друзей. Родители развелись, она жила с мамой, но отношения были натянутые. Однажды мама призналась, что ходит в церковь и верит во Христа. Это был шок, ведь они с мамой киргизки и, соответственно, мусульманки. Но мама на глазах менялась, стала добрее, и Чинара решилась тоже узнать о Христе.

Она попробовала зайти в православный храм, но ее выставили за джинсы и непокрытую голову. Зато у кузинцев девушку приняли ласково, пастор уделил ей время и попросил со сцены всех заботиться о «новой овце». С тех пор жизнь и отношения с мамой начали налаживаться. Под конец своей истории Чинара сказала, что она теперь всех любит и особенно ей дорог пастор. Она, краснея, призналась, что от него даже пахнет иначе: «От нас потом, а от него благоуханием!» Пастор Джанибек подытожил молитвенное собрание: «Хорошо пахнуть должны все, поэтому я призываю истинных овец покупать косметику фирмы, чей лоток расположен на выходе из собрания. Вам именно сегодня делают скидку. Аллилуйа!»

«Сектантов можно поделить на две группы, — комментирует отец Даниил, — те, кто ищет правду, но заблудился, как Чинара, и бизнесмены, как Джанибек. Наша задача — искать первых, рассказывать им правду и привести в истинную Апостольскую церковь». Кстати, о Православии в сектах рассказывают как об изощренной форме язычества, там, мол, безумные старушки поклоняются изображениям. Поэтому даже честный рассказ о православной вере, без «наезда» на сектантское учение, может сыграть позитивную роль.

Шах и мат в споре об истине
Довольно скоро кузинцы принялись оборонять свои собрания от московских гостей. Миссионеров перестали пускать на служения. Сектанты изрекали с кафедры страшные проклятия на головы «врагов Христа» и призывали «не разговаривать с хулителями». Протестанты в Бишкеке тоже попрятались, изменили время и место обычных встреч, а некоторые даже «самораспустились на летние каникулы».

Но продолжались вечерние беседы по домам. Отец Даниил — талантливый богослов, и сектанты сами шли беседовать нескончаемым потоком: по одному и целыми делегациями. Разговор часто был похож на шахматную партию, где игроки по очереди, долго раздумывая и листая свои Библии, делают ходы: «Ин. 6, 37 — Только Бог может прощать грехи!»; «Нет, Ин. 20, 21-23 — Христос передал эту власть апостолам!». Сокрушительный шах сектантам, к которому приводят все многоходовки отца Даниила — Деян. 13, 2-3 — это апостольское преемство. Нет его у кузинцев! Нет преемства и у протестантов — так как ни Лютер, ни Кальвин, основоположники протестантизма, не были епископами и на них преемство прервалось. Апостольское преемство есть в той Церкви, которую создал Христос и которую «врата Ада не одолеют» (Мф.16, 18), — то есть в Церкви Православной. А мат в этой богословской партии из уст отца Даниила — это подсчитанные и записанные по именам 178 предшественников по преемству, начиная от св. ап. Андрея Первозванного и до Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II, который, в свою очередь, рукоположил отца Даниила.

Расскажи мне кто-нибудь, что столько людей готовы спорить день и ночь, неустанно, напряженно… об истине — не поверила бы. Оказалось, что догматическое богословие — это не книжная заумь, а живое, практическое знание, и к нему тянутся люди.

Tabula rasa
Большинство киргизов называют себя мусульманами. Но поскольку женщин в мечеть не пускают, они, не смущаясь, ходят в «христианскую церковь»: то за святой водой, то за гуманитарной помощью. «Мусульманином быть дорого, — вздыхают в порыве откровенности местные жители, — нужно соблюдать все посты и обряды, резать баранов, совершать намаз». Поэтому киргизы запросто уходят в секты, там комфортнее: Христос уже всех спас и никаких баранов и обрядов Ему больше не надо.

Ислам был принят киргизами и казахами как официальная религия в 1636 году. Но реальная популярность ислама у обоих народов невелика. В 1762 году казахи обращались к Екатерине II с просьбой «оградить их от пропаганды ислама и обратить в Православие»; подобные просьбы повторялись и позже. «Киргизы — племя даровитое, чуждое мусульманской инертности и мертвенности, способное к европейской культуре», — писал о них ученый-этнограф В. Липский. Однако за исключением отдельных миссионеров-одиночек, действовавших на свой страх и риск, без какой-либо государственной или церковной поддержки, никаких попыток христианизации кочевников предпринято не было. «Степные евразийские народы, в отличие от оседлых народов Центральной Азии, в культурном отношении все еще в значительной мере представляют собой tabula rasa, их можно приобщить как к европейско-христианской, так и к восточно-исламской цивилизации. Традиционная неприязнь степных народов к Востоку и печальный опыт исламского фундаментализма в соседнем Таджикистане, а также ориентация на Россию и Европу играют здесь большую роль», — считает научный сотрудник Института этнологии и антропологии РАН, к. и. н. Георгий Ситнянский.

«Если что», мы вас канонизируем
Возможно, апостол Фома, продвигаясь по Шелковому пути, побывал там, где теперь расположены города Ош, Джалал-Абад, Чолпон-Ата и Каракол. Посетить эти города решили и миссионеры. Разделившись на группы, они разъехались по стране. В Чолпон-Ате и в Караколе, курортах на берегу Иссык-Куля, до местных сектантов уже дошла весть о московских миссионерах и на собрания их не пускали, а в одном селе даже побили немножко, когда у местных кузинцев закончились аргументы. Пришлось этой группе направить свои усилия на катехизаторские беседы с местными православными, раскачать и заинтересовать которых оказалось не так-то просто. В Караколе лекцию «О семье и браке» миссионеры читали на поминках. «Иначе вы их потом не соберете», — прокомментировал с грустью местный священник.

Вторая группа, без священника, отправилась на юг, в Ош и Джалал-Абад. У этих миссионеров была тайная цель. Одна киргизская девушка, назовем ее Гульджамал, давно работающая в Москве поваром, познакомилась с православным молодым человеком и поделилась с ним, что ее мама умирает от рака. Молодой человек рассказал ей, что православные миссионеры как раз едут в Киргизию и могли бы заехать и покрестить ее маму, если она захочет. Так вторая группа оказалась на юге страны, который славен радикальными исламскими настроениями и даже открытой проповедью ваххабизма. Мусульман на юге 99 процентов. «Если что, я похлопочу о вашей канонизации», — ободрил перед поездкой о. Даниил.

В Киргизии общество держится на семье, и если человек отказывается от ислама, он автоматически отказывается и от семьи. Родные будут рады смыть этот позор кровью неверного. Его будут бить палками или камнями. Муфтий Кыргызской Республики Муратали ажи Жуманов сказал православным по этому поводу: «Мы не принимаем сектантов обратно — так что вытаскивайте их из сект и берите к себе, они для ислама –предатели». Отцу Сергию Хоришко, настоятелю храма в Джалал-Абаде, однажды пришлось хоронить за свой счет сектанта-кузинца, потому что семья от него отказалась, а харизматы сказали, что им мертвые не нужны (ведь они даже не молятся за умерших). Так он и пролежал две недели в морге, пока власти не обратились к отцу Сергию за помощью.

Вот в такое местечко приехали по просьбе Гульджамал миссионеры. Ее брат, старший мужчина в семье, как только увидел гостей, улыбнулся по-восточному хитро, сказал: «Ну, я пойду, попью кумыс» — и надолго исчез. «Иначе, наверно, ему, по местным ваххабитским законам, пришлось бы нас прирезать, вместе со своей мамой», — решили москвичи. Однако умирающая женщина все-таки захотела креститься, что и было тут же сделано мирским чином. Миссионеры оставили для Гульджамал, ее мамы и брата «беседы для оглашенных» на диске и объяснили, что новокрещеную Татьяну нужно будет еще миропомазать и причастить, о чем оповестили ближайшего священника. Он обещал тайно к ним съездить.

Итоги
За десять дней поездки миссионеры посетили около трех десятков собраний: харизматической секты Васи Кузина, пятидесятников, баптистов, пресвитериан, кальвинистов, Адвентистов седьмого дня, Свидетелей Иеговы. Покрестили двух баптистов, несколько баптистских и пятидесятнических пасторов готовятся выйти из своих общин и принять Православие. «А самое важное, — подвел итог отец Даниил, — это “поджигание” православного общества. Местная православная молодежь ходила вместе с нами, набиралась опыта. Многие из них сами бывшие сектанты, они знают Писание и смогут, после некоторой подготовки, вести библейские кружки при православном храме, а также грамотные дискуссии в сектах. Мы распечатали катехизис святителя Филарета Дроздова, который, как и прочую православную вероучительную литературу, здесь достать невозможно. Начали воскресную школу и школу по изучению Библии, местное духовенство согласилось принять эту эстафету и проводить такие занятия еженедельно. Опыт показывает, что очень многие сектанты ушли в свое время из Православной Церкви именно потому, что они не нашли в ней ни понимания, ни учения, ни слова Божия. Теперь эта ошибка исправлена».

По данным Киргизского агентства по делам религии, на июнь 2008 года по всей стране зарегистрировано 2174 религиозные организации, из которых 1800 исламских объединений, 44 православных храма, а остальные 330 — новые религиозные течения и верования. Но не все секты проходят регистрацию, поэтому реальная цифра значительно больше. По сведениям киргизской газеты «Кыргыз туусу», на апрель 2008 года в Киргизию приехали 1300 миссионеров (это только пожелавшие официально зарегистрироваться) из 54 стран для распространения своих учений. Православных среди них не было.

Текст и фотографии: Екатерина СТЕПАНОВА

См. также: За апостолом Фомой по Шелковому пути

Понравилась статья? Помоги сайту!
Правмир существует на ваши пожертвования.
Ваша помощь значит, что мы сможем сделать больше!
Любая сумма
Автоплатёж  
Пожертвования осуществляются через платёжный сервис CloudPayments.
Похожие статьи
«Секты – вон!» – это православная миссия?

Когда вместо того, чтобы проповедовать внешним, стоит заняться своим собственным устроением

В долганском поселке Якутии впервые совершено таинство крещения

Архиепископ Якутский и Ленский Роман также совершил в селе первую в истории литургию

По тебе будут судить о Церкви

Наша задача — «развернуть» людей к правильному пониманию веры, пробудить в них дух