Походные зарисовки домоседа. Иронический этюд в веселых тонах (+ ФОТО)

Отче Наш, Иже еси на небесех… Такие родные и знакомые слова. Многие впитали их еще с молоком матери, кто-то нашел их на страницах самой главной для него книги – Святого Евангелия, иные впервые услышали в храме Божием за богослужением. А ребятам из военно-патриотического клуба «Дружина», созданного при приходе храма в поселке Просвет, поход на гору Верблюд в сопровождении священника предоставил возможность помолиться молитвой Господней, быть может, впервые в жизни.

Отъезд

– Ребята, кто крещеные? У всех есть крестики?

В ответ несколько рук протягиваются за желтенькими алюминиевыми распятиями, которые я достаю из хрустящего целлофанового пакетика. Автобус немилосердно подбрасывает на кочках, и надеть крестик на веревочку, да еще завязать узелок у ребят получается не сразу. А все подписи о прохождении инструктажа по безопасности получились на удивление однотипными – угловатыми и кривоватыми.

– Отец Дмитрий, а у меня никогда крестика не было, – говорит Сережа, мальчишка четырнадцати лет.

– А тебя когда крестили?

– Когда маленький был. Бабушка.

Как часто это бывает: крестили и забыли. Ну, ничего, напомним и наверстаем.

Между тем, никакое доброе дело не обходится без испытаний. И не зря матушка напевала мне вслед “Мальбрук в поход собрался”. Точно. Хватило лишений. Общепризнанно, что российская дорога не единственное отечественное бедствие, но зато размах его не знает границ. Да еще водитель ветхого автобуса ГАЗ, который я имел несчастье выпросить у сельсовета, избрал маршрут такой повышенной хитрости, что мы едва поспели к парому. Замечу, что в деле увеличения путевого времени достойно показали себя дорожные рабочие, вооруженные асфальтоукладчиками последней модели и полосатыми жезлами. Наивные, они пытались исправить многовековое положение дел.

Словом, дорога к месту общего сбора изрядно испытала и терпение наших коллег по патриотическому воспитанию, и силу наших молитв. К парому мы успели только молитвами новомучеников Оптинских и прозорливостью организатора похода А.М. Ларина (главы районного молодежного отдела), который назначил сбор на полчаса раньше необходимого. Думаю, не нужно пояснять, что в конце пути нас ожидало горячее дружеское приветствие команды, поспевшей раньше нас, а также инструкторов, проводников и организаторов похода.

На пароме

Какие различные эмоции может вызвать у мирных дачников и туристов вид трех десятков закамуфлированных подростков, нескольких военных инструкторов и одного бородатого мужчины в походной одежде, с рюкзаком и в скуфье?

Кто-то перешептывается с ближними, кто-то деловито проходит мимо: нас, мол, такой бандой не удивишь. Некоторые задают вопросы. Кто? Откуда? На скуфью стараются не смотреть, а возникшие подозрения удушают на корню.

Только один пассажир разговорился на популярную тему «грехов Церкви», решив отчего-то, что нашел во мне достойного слушателя. Он ошибся, а я пошел выгонять своих подопечных со сквозняков и удерживать от опрометчивой близости с бортами парома, сулящими непредусмотренное купание в холодной волжской воде.

Незадачливый же этот критикан остался на свою голову обсуждать пути русской Церкви с руководителем одного из военно-патриотических клубов нашего района Евгением. Женя, прошедший Чечню, крепко поверил в Бога, когда очнулся после многодневной комы из-за ранений, после которых не живут. А он живет. И не просто живет, а делает добро.

Сергей, тренер ВПК «Дружина» и прихожанин нашего храма, тоже заплатил долг Родине в рядах вооруженных сил, и теперь с полным правом учит детей тому, во что сам твердо верит. Мужество, честь, любовь к России, её истории, культуре и традициям – это то, что мы стараемся привить детям.

Получится ли? Верю, что получится с Божией помощью.

Высадка. Марш-бросок

Первый день похода решил не баловать нас излишне погодкой, пусть, мол, привыкают к суровой жизни. Полило как из ведра, лишь только паром отправился в путь. Подул ветер. Стало холодать. Правый берег хмуро встречал гостей хлюпающей под ногами грязью и раскисшими тропами, а мокрые деревья явно желали щедро поделиться с каждым проходящим под ними избытком влаги. Солнце, не желая смотреть на всё это безобразие, казалось, скрылось за тучами навсегда.

Высадились. Пересчитались. Заправились, подтянулись, проинструктировались и выдвинулись.

Знаете, как настоящий домосед, я иначе представлял себе походы. Мне виделась тропинка, заботливо ведущая в неведомую даль бодро пружинящего туриста, легко нагруженного рюкзачком, палаточкой и распевающего песню, от которой так легко на сердце. Приветливое солнышко, суетливый полет стрекоз, порхание бабочек. Дети срывают травинки и весело смеются. Ливень, лужи, мокрые ветки в лицо, тяжелый бег по скользким склонам – такое мне и в голову не могло прийти. Однако жизнь внесла свои коррективы, а наши детки оказались куда более выносливыми, чем мне представлялось. Темп, заданный инструкторами, выдержали даже младшие девочки.

Через 10 минут привал. Подтянули всё, что болталось, подвязали, что развязалось. Помыли тех, кто заляпался.

Зря боялся за детей. Какие-то семь километров аллюра по экстремально размытым горным тропам, небольшие моральные потери среди отряда (некоторые ребята хорошенько скатились по скользкому склону), падение в грязь единственных очков, и без того напрочь запотевших. И всё. Мы пришли, разбиваем лагерь, ставим палатки. Сергей, тренер нашего клуба, учит детей и показывает, что именно нужно ставить, что разбивать, а что рубить.

Лагерь

Поначалу дети немного растерялись. И пока каждый не получил четких и твердых указаний, мокрые топтались на пригорке. Кое-кто начал и переругиваться. Не беда – несколько отжиманий, и ругани как не бывало. А детям и в радость, еще просят. Евгений, тренер второго клуба, считает наши методы слишком мягкими. Действительно, мы с Сергеем буквально нянчимся с детьми. Они даже иногда путают нас, называя меня «Сергей Андреич-ой-отец-Димитрий». Любой родитель знает, что ребенок часто называет папу мамой и наоборот, не особо заботясь о точной формулировке.

Вскоре лить перестало, тучи разошлись, и весь лагерь превратился в большую сушилку для вещей. Тут и там на натянутых между деревьев веревочках, на сучках, камнях и пнях висели под лучами солнца мокрые куртки, кители, майки и рубахи. Мальчики постарше (проводники) взяли нескольких наших ребят и отправились за дровами, троих отправили за водой, а мы с Сергеем и оставшимися детьми принялись разводить костер. Немного пошипев и подымив для порядка, влажные дровишки, наконец, сдались, и несмело затрещал первый огонёк. Дело шло к обеду.

Оказалось, что шеф-поваром избрали меня (наверное, тайным голосованием). Пришлось кашеварить. Уточнив у жены по телефону соотношения крупы и воды для гречки и риса, раздал детям послушания – мерить, всыпать и помешивать. Потом добавил специй и смекалки, и вот оно! Готово!

Это не то, что вы подумали. Топором рубили всего лишь дрова, а скуфья просто сушится у костра. Детям моя стряпня понравилась. Вон как кушают.

А перед обедом мы все встали и помолились. Для большинства детей эта была едва ли не первая молитва в их жизни, и уж точно, первая совместная трапеза, благословленная иереем. Ребята неумело крестились вслед за мной.

Почти вся гора изрезана штольнями. Раньше в них добывали строительный камень, а теперь туристы используют их, как кому вздумается. Под одной из таких отвесных стен мы и встали. А под нами, метров двести вниз по лесистому склону – Волга.

Чудна Волга при любой погоде. Не знаю точно, долетит ли редкая птица до середины этой великой русской реки, или нет, но после обеда дети долетели по склону до самого берега на всех парусах.

Помыли посуду, обувь. Ну и сами тоже. Помылись нечаянно. Насмеялись вдоволь.

Первый бой

После обеда ребята играли в лазер-страйк. Наши разделились на две команды по семь мальчиков и одной девочке в каждой, да еще тренер и инструкторы. Итого по 10 человек в команде. Автоматы почти настоящие, с той лишь разницей, что вместо патронов – лазерный лучик. Страшно – каждые несколько секунд звучит сигнал – попадание. Пять попаданий – сирена – убит. Получается, что в настоящем бою мальчишек не стало бы уже минут через десять. Надеюсь, что эти навыки никогда не пригодятся им. А если случится, то помогут выжить.

Снимать я не стал, да и не смог бы. Смотреть тоже не остался, пошел наверх заваривать чай (10 литров).

Мальчишки и девчонки вернулись уже почти затемно. Все уставшие, но довольные. Сходили за водой, начистили картошки. Ужинали за полночь. Ночь выдалась спокойная. Безветренная и звездная.

Деревья чуть шуршали листвой, а мне сквозь сон казалось – опять дождь пошел.

День второй

На следующий день не стреляли, и горно-спасательную подготовку не проходили – скалы всё еще мокрые. Спокойно помолившись, позавтракали, собрались и отправились на Верблюд-Гору.

Скала под моими ногами носит название «балда», так её прозвали туристы за несчастливое внешнее сходство с головой верблюда, одногорбого или нет, не знаю. Какими-то 120-ю метрами ниже под горой мой рюкзак, в котором недостающие части моего облачения – подрясник, епитрахиль и прочее необходимое в походе – в тревоге ожидают возвращения хозяина, вдруг решившего уподобиться сэру Эдмунду Хиллари.

Вскарабкаться же на эту каменюку меня попросил Андрей Николаевич – инструктор по скалолазанью, по причине имевшегося в моём распоряжении относительно неплохого фотоаппарата. Тем более, что 16 «безбашенных» подростков нашего клуба (да еще в довесок моей кумы дочка) уже давненько залезли на сию крышу мира (эх, и запыхался я, пока добрался до них).

Та самая “балда”. Наверху – Сергей с организаторами похода. Заметили меня с камерой.

Вообще-то я высоты не боюсь. Но, честное моё слово, едва ли у кого еще так отдавалось болью в сердце каждое малейшее движение этих юных скалолазов.

Уже после спуска Ларин сказал мне, что, мол, работа у нас такая, и еще не раз мы… В общем, крепко сказал человек и в самую точку.

Возвращение

Оставшиеся километры до Ширяева, откуда нам предстояло отправиться в обратный путь, пролетели почти незаметно. От подножия Верблюда прямая и сухая дорога всё время вела отряд вдоль берега, и ноги бежали сами собой. Вон уже и пристань.

А вот мы с ребятами. Одолев немногим больше десяти километров, научившись ставить палатки и пользоваться спальными мешками, отведав полевой кухни и походного чая с чаинками и случайными букашками, наша «Дружина» возвращается домой из своего первого похода. И хотя обратного автобуса нам почему-то не дали, все окончилось хорошо, и это, думаю, еще не конец.

Постскриптум. Зачем это нужно

Святой апостол Павел говорил, что старался быть всем для всех. Некоторые теперь превратно понимают эти слова, стараясь уподобиться всем во всём. Я же, будучи православным священником, очень хотел бы найти дорогу к сердцам молодых людей, которые еще имеют уши слышать. Для того и открыл при нашем приходе военно-патриотический клуб, который позволяет мне быть для этих ребят «чем-то», понятным для них и близким, оставаясь при этом священником, и сохраняя христианскую совесть.

Автор текст и фото – священник Димитрий Кулаков, настоятель храма в честь иконы Божией Матери «Неупиваемая Чаша».

П. Просвет. Июнь, 2011.

Помоги Правмиру
Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!
Пожертвования осуществляются через платёжный сервис CloudPayments.
Похожие статьи
Ребенок не послушает духовника, если в семье все по-другому

Но есть родители, которым можно сказать: «Спасибо за детей»

«Мы у детей ничего не просим, соблюдаем конспирацию»

Как однажды многодетные родители получили в подарок 5 телевизоров

Как в пост не раздражать детей

Чтобы дом не превратился в психиатрическую клинику

Дорогие друзья!

Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!