Ницца… При чем тут Иов?

Не хочу снова заглядывать за дверь, из которой сочится ад, но некоторые недосказанные слова, все же осмелюсь высказать. «Из раненого сердца, человек должен исторгать гимн радости», писал отец Сергий Булгаков. Не то, что я спою сейчас этот гимн, но в первой записи о Ницце, когда у меня пальцы по клавишам не попадали, я не смог выдать, кажется, ни одну радостную ноту…
Иерей Иоанн Димитров. Фото: seminaria.fr

Иерей Иоанн Димитров. Фото: seminaria.fr

В субботу после вечерней службы я все же осилил статью отца Сергия «Человекобог и человекозверь», которую так и не успел открыть в четверг вечером (замечательная статья, всем советую). Сейчас важна не критика Л.Н. Толстого отцом С. Булгаковым, а тот оголенный человек, о котором он говорит на первых страницах. От Августина до Толстого человек прошел долгий путь сбрасывания с себя духовной брони. В поисках себя человек объявил себя человекобогом: мы хороши такие, какие мы есть, нет, мы даже идеальны такие, какие мы есть; ну бывают промахи, ну, надо работать над собой… И вот так для человека промах становится натуральным, естественным, а значит ему – человеку – под силу его исправить, или жить с ним. А далее самоправедность и самоспасение, на которое так уповаем мы сегодня. Нет, не согласно догматам Церкви, а согласно догматам общества.

Ведь мы придумали сотни мер безопасности, бесконечное количество проверок, мы защищены со всех сторон, мы привыкли гулять, радоваться, кричать «гол» и дарить розы, когда за спиной «трое с автоматами» гуляют. Да, в Париже это так. И нас не удивляет, что у входа в обычную библиотеку стоят с ружьем и проверяют сумки. У нас такая броня! А оказалось, что «король-то голый», мы голые, незащищенные. И мы плачем и разрываемся, когда придуманная нами система самоспасения и сохранения дает сбой. И, к сожалению, сбои происходят не редко. Мы хотим стать человекобогом, сами себе все сделаем. Бог? Нет, ну конечно, верим, любим, чтим, но на земле же надо как-то все обустроить… Только вот слова «спаси и сохрани» на нательных крестиках куда-то делись…

Мне кажется, и я это подчеркиваю трижды, что мы забываем, что такое зло. Ведь это не просто безличная сила, это не просто блуждающая энергия. Зло – это воля конкретного, личного, разумного падшего существа, имя которому дьявол. Выражение «силы зла» стало как-то чрезмерно размытым и пустым. А врагу выгодно оставаться в тени, просочиться незаметно, как и террористу. «Спаси и сохрани» на нательном крестике направлены не против человеческих промахов и ошибок, а против тех, кто стоит у истоков зла.

В стремлении стать человекобогом человек остался голым, и уязвимым перед стрелами той самой «силы зла». Пронзенный ее стрелами, человекобог легко превращается в человекозверя. На что был похоже Мохамед Бухлель (водитель грузовика) в тот самый вечер, когда ездил зигзагом по Английской набережной? На зверя, пытающегося схватить как можно больше жертв… Судить и осуждать ни его, ни его соратников я не хочу. Пусть это делают те, кого общество наделило властью это делать. Но пусть делают. «Я не иначе узнал грех, как только посредством закона… закон свят» (Рим. 7:7 и 12), и он его нарушил.

Оголенный человек – уязвимый человек. Человекобог или человекозверь, принципиальной разницы нет. Оба они уязвимы и легко переходят из одного ранга в другой.

«Спасает и сохраняет» только Бог. Броню, которую человек сбросил с себя, для создания своей собственной, для самоспасения и самоправедности и есть та внутренняя защита, которая не даст ему превратиться в человекозверя и не даст ему стать жертвой дьявола. Не даст ему свою душу, даже если тому удастся забрать тело. Борьба эта ведется против «поднебесных духов злобы» (Еф. 6:12), а духовная опора человека – не в нем самом, а в Боге. В разговоре с Ним, в молитве и есть наша опора и наше утешение…

А причем тут Иов?

Просто вспомнился Ветхозаветный персонаж. Он также потерял всю семью (10 детей), всё имение, здоровье, общество (выведен вон из стана, из-за заразной проказы)… Но на это он реагирует как-то странно; воров и убийц он не ищет, не проклинает и даже не осуждает. И только повторяет «наг я вышел из чрева матери моей, наг я и возвращусь, да будет имя Господне благословенно» (Иов 1:21). Через некоторое время, после долгих разговоров с друзьями, которых Иов не понимает и с которыми он не согласен, он взывает к Богу. Сначала мольбой, потом криком, воплем, требованием, праведным бунтом, вызывая Бога на суд. Бог откликнулся, но ответа вразумительного не дал. И все же Иов что-то понял: «Вот я ничтожен, что я буду отвечать тебе? Руку мою полагаю на уста мои…» (Иов 39:34). Ответа Иов так и не получил, но что-то в его сердце шевельнулось, когда Бог обратился к нему. «Да не смущается сердце ваше, веруйте в Меня и в Бога веруйте» (Ин. 14:1). Не смутился Иов и, доверяя Ему, спросил. И Бог ответил что-то, чего словами передать невозможно. Но Иов, оправдывая свой бунт перед Богом, кротким голосом, как бы просит прощения: «Так я говорил о том, что не разумел, о делах трудных для меня, которых я не знал… я слышал о Тебе слухом уха, теперь же мои глаза видят тебя. Поэтому я отрекаюсь и раскаиваюсь в прахе и пепле» (Иов 42:3, 5–6).

Долгой и упорной молитве, с призванием «Утешителя, Духа истины», Господь, наверняка, ответит. Как Иову. Утешит, даже если разум не получит внятного ответа.

Может кто и скажет, что легко писать, когда твоя рубашка кровью не запачкана… Знаю. Но еще знаю, что у той же книги Иова есть пролог, в котором дается некий вразумительный ответ всем испытаниям Иова. Почему Бог допускает – я не знаю. А вот кто этого желает, кто зачинщик и исполнитель, я знаю. То самое личное разумное падшее существо, носитель зла. И свои замыслы он осуществляет через людей: через тех, кто ограбил стада и убил слуг Иова, тех, кто убил детей в Беслане, тех, кто… через людей слабых, отдаленных от Бога, через тех, в которых нет достаточно света Божья, любви Божьей, мудрости Божьей. И это черное пятно, недостаток любви, недостаток мудрости образует ту лазейку, через которую ад просачивается в мир.

Не стать бы человекозверем, не сдаться бы унынию, не дать бы злобе и насилию проникнуть в меня и через меня в мир… Ведь «все, что истинно и прекрасно, всегда полно всепрощения» («Братия Карамазовы», Кана Галилейская).

«Твой есмь аз, спаси мя, яко оправданий Твоих взысках». (Пс. 118:94)

Иерей Иоанн Димитров, клирик Трехсвятительского храма в Париже

Понравилась статья? Помоги сайту!
Правмир существует на ваши пожертвования.
Ваша помощь значит, что мы сможем сделать больше!
Любая сумма
Автоплатёж  
Пожертвования осуществляются через платёжный сервис CloudPayments.
Комментарии
Похожие статьи
Эльвира Китнис: То, что происходит в Европе, – это провал

Невозможно строить общество без учета особенностей религиозного мышления

Французы собрали деньги на скутер человеку, который останавливал грузовик в Ницце

Франк нанес Бухлелю несколько ударов по лицу через открытое окно кабины. Террорист пытался выстрелить, но оружие…