Прием 2009: итоги, проблемы, перспективы

Завершился набор 2009 года – первый общероссийский прием по результатам единого государственного экзамена.  Заместитель ответственного секретаря приемной комиссии филологического факультета МГУ доцент Анна Валерьевна Архангельская рассказала порталу «Православие и мир» о завершившемся наборе студентов по новому принципу.

– Анна Валерьевна, какие изменения принес прием по ЕГЭ в работу приемной комиссии?

Поскольку хочется начать с чего-нибудь хорошего, надо отметить, что многие экзаменаторы этим летом впервые за долгие годы получили возможность полноценно отгулять свой отпуск в июле-августе, не дробя его на части и не «захватывая» начало учебного года. Увы, нельзя сказать того же о работе приемной комиссии. Напротив, приемная кампания, обычно благополучно заканчивавшаяся к концу июля – самому началу августа, в этом году длится вплоть до начала учебного года.

a_arhangelskaja

Анна Архангельская. Фото Евгения Бендерского, источник: polit.ru

Казалось бы, прием по ЕГЭ, возможность послать документы почтой – все это должно было превратить сотрудников приемных комиссий в чистых бюрократов, перебирающих бумажки. Казалось бы, что проще: посчитали (да и то не сами, а компьютер), рекомендовали – получили оригиналы – зачислили – посчитали, сколько мест осталось – снова рекомендовали. На самом деле, все оказалось куда сложнее и гораздо менее предсказуемо.  Например, первые списки рекомендованных к зачислению на филологический факультет МГУ, факультет журналистики, факультет иностранных языков, в РГГУ, РУДН, ИРЯП, МПГУ и еще целый ряд вузов содержали достаточно большое количество пересечений. В результате КПД зачисления по первой волне оказался довольно низким (даже в университете по ряду специальностей были результаты в районе 50-60% от бюджетного плана приема). В дальнейшем приходилось учитывать эти пересечения при планировании дальнейших рекомендаций, чтобы в результате все-таки выйти из ситуации без потерь.

Возникла проблема возврата документов уже зачисленным: человек по второй волне поступил туда, куда ему больше хотелось, пришел забирать свой аттестат из вуза, зачислившего его по первой волне, а там ему говорят: «Нет, вы уже студент, студента нужно отчислять, а это долго, может быть, даже месяц». Надо сказать, большинство вузов все-таки не стали опускаться до таких методов. Но проблема от этого не становится меньше: отток зачисленных создает «дырки» в закрытии бюджетного приема еще более хаотично и непредсказуемо, чем если не приносят документы рекомендованные. Последним, в конце концов, можно позвонить и узнать, планируют ли они поступать именно сюда, но не спрашивать же всех зачисленных, куда они еще подавали документы и не уйдут ли, если все-таки туда пройдут.

– Абитуриенты могут подать документы в десятки вузов – как вы к этому относитесь – это дает возможность точно поступить или дезориентирует абитуриента?

Мне кажется, что по большей части дезориентирует. Среднее число вузов, в которые подавали документы наши абитуриенты, – от 3-х до 16-ти. Одна девочка пыталась доказать нам, что она должна сдавать экзамен по литературе, а потом призналась, что запуталась, где она поступает по ЕГЭ, а где – по экзаменам, поэтому на всякий случай приходит к началу экзаменов во все вузы, куда подала документы, чтобы случайно ничего не пропустить. Сплошь и рядом в ответ на телефонный звонок приходилось слышать по ту сторону трубки мучительные попытки понять, из какого же это вуза им звонят и что у них в этом вузе происходит (представляться не помогает, потому что в голове и у детей, и у их родителей все смешалось посильнее, чем в доме Облонских). А главное – все равно рано или поздно наступает необходимость принятия решения. И вот тут-то и оказывается, что к этому человек не готов. И именно тогда, когда решение принято, очень часто возникает желание «отыграть все обратно», вернуться к той ситуации, когда можно было с большим или меньшим комфортом сидеть на двух стульях и ничего не решать.

Наверное, это слишком резко звучит, но данная система воспитывает в людях безответственность. Поступил – но можно забрать документы. Заплатил – но можно вернуть деньги. Получается ощущение, что у любой ситуации возможен «откат». Когда возникла проблема с МГЛУ, который пытался не выдавать аттестаты зачисленным, я сказала, что отчасти могу их понять: они таким образом пытаются бороться за свой прием. Возмущенная мама сразу же с негодованием возопила: «Но они лишают нас выбора!!!» А мне все-таки по-прежнему кажется, что проблема не в том, что выбора нет, а в том, что его слишком много, в результате и у детей, и у родителей возникает неоправданное ощущение, что так и будет продолжаться всегда.

– Нередко можно услышать критику вузовских олимпиад, лишающих факультеты большой части мест. Справедлива ли эта критика?

Олимпиада олимпиаде все-таки рознь. Скажем, большинство победителей заключительного этапа Всероссийских предметных олимпиад, которые по закону имеют право быть зачисленными без вступительных испытаний, потом прекрасно учатся, идут в аспирантуру и блестяще устраиваются на работу. Думаю, что система олимпиад – вполне разумная альтернатива всеобщей «ЕГЭизации»: ЕГЭ воспитывает шаблонное мышление, олимпиада – творческое; ЕГЭ предполагает линейное сознание, олимпиада – гибкое; ЕГЭ уравнивает, олимпиада выделяет. И в крупных университетах ставка на олимпиадников более чем оправдана, как мне кажется. Не вижу ничего плохого и в вузовских олимпиадах (разумеется, если их целью действительно является отбор достойнейших): в современных условиях у вуза это единственная возможность непосредственно увидеть своего будущего студента. Конечно, нельзя допускать, чтобы весь набор состоял только из олимпиадников, но ведущие университеты должны иметь право зачислять по результатам олимпиад уж никак не меньше половины от плана приема. Но олимпиады, по которым предоставляются такие серьезные льготы, как поступление без вступительных испытаний, конечно, не должны быть вузовским «междусобойчиком». И разрабатываемые и применяемые сейчас критерии (число участников, охват регионов, творческий характер заданий и т.д.), как мне кажется, вполне правильный путь к тому, чтобы в конечном счете выработать тот список олимпиад, который будет максимально отвечать своим целям и задачам: отбирать максимально подготовленных в данной области, творчески мыслящих, талантливых и способных к профессиональному росту в этой сфере школьников.

– В чем состоит сложность приема абитуриентов, проходящих вне конкурса? Есть ли разрешение у этой проблемы?

В этом году основная сложность заключалась в том, что на целом ряде специальностей (особенно с небольшим планом приема) первый список рекомендованных почти целиком (или даже просто целиком) состоял из абитуриентов, поступающих вне конкурса. В результате люди с высокими баллами ЕГЭ оказались перед необходимостью либо ждать второй волны, либо подавать оригиналы документов в другие вузы. На факультете фундаментальной медицины оказался «за бортом» первого списка человек с 300 баллами из 300. Обострило эту проблему несколько не самых аккуратных телерепортажей. Обсуждать этот вопрос тяжело: речь идет о детях-инвалидах, детях-сиротах, о молодых людях, демобилизованных из армии (в том числе и о воевавших в «горячих точках»), о жителях чернобыльской зоны. Оставим в стороне вопрос «фальшивых справок» – для того, чтобы всерьез об этом говорить, надо располагать результатами проверки, которая проводилась и еще не закончена, но я не думаю, что там будут уж какие-то особенно потрясающие результаты. Представим себе, что все абитуриенты, поступающие вне конкурса, честно имеют на это право. Правильно ли, что   весь бюджетный набор предоставляется под реализацию этого права? Сможет ли учиться в университете человек с 21 баллом по математике? Кажется, чего проще: не сможет учиться – отчислим. Но ведь тот, кто, может быть, мог бы учиться, уже не поступил…

На сегодняшний момент предполагается, что в следующем году человек, поступающий на льготных условиях (будь то олимпиадник, проходящий без экзаменов, или абитуриент, по социальной льготе идущий вне конкурса), сможет воспользоваться этим правом только в одном вузе, куда он сразу должен представить оригиналы документов. Это, как мне кажется, отчасти решит проблему, поскольку в этом году количество льготников поражало воображение еще и потому, что и в этом случае одни и те же люди фигурировали в списках разных вузов. Наверное, должна быть более действенная система проверки: если есть федеральная база свидетельств ЕГЭ, по которой централизованно проверяются баллы, почему бы не создать единую федеральную базу льготных категорий. Думаю, многие наученные горьким опытом вузы в следующем году установят минимальный балл ЕГЭ хотя бы по профильному предмету – и этот минимальный балл будет достаточно высоким. Возможно, имеет смысл квотирование мест для таких абитуриентов (в процентном отношении к плану бюджетного набора). В любом случае, нездоровый ажиотаж вокруг этой проблемы только вредит ее разумному решению, которое должно представлять собой некий сложный компромисс между желанием вуза набрать максимально сильных и обязанностью цивилизованного общества помогать слабым.

– Абитуриент 2009 – какой он? Знает ли он, где хочет учиться и готов ли
к этому? Каким будет новый первый курс?

Главное, что меня поразило в этом году, – это то, на какие еще факультеты МГУ подают документы абитуриенты филологического факультета. Наряду с журфаком, ФИЯРом, ИСАА (что вполне ожидаемо и традиционно) в этом году фигурировали юрфак, экономический, социологический, мехмат, ВМК, физфак. Победительница олимпиады по лингвистике предпочла нашему ТиПЛу … химфак. Единственным факультетом университета, с которым у нас не оказалось общих абитуриентов, был географический. Мне кажется, что это – хотя бы отчасти – ответ на вопрос, знает ли абитуриент-2009, где он хочет учиться.

Еще мне кажется, что для набора этого года в большей степени характерна случайность. Если раньше человек готовился к поступлению на конкретный факультет, то теперь действует модель «куда пройду – там и буду учиться». И если в случае со специальностью «Филология» это, возможно, все-таки не совсем так (ЕГЭ по литературе, как известно, не относится к числу распространенных), то в случае ОТиПЛа с его довольно стандартным набором (русский язык – иностранный язык – математика), боюсь, процент случайности достаточно высок. Впрочем, время покажет…

Пожалуй, в этом году я впервые должна сказать, что почти не знаю нашего будущего первого курса в лицо. Когда люди проходят через подачу документов, экзамены и зачисление лично, складывается некий собирательный образ будущего первокурсника. Когда люди присылают документы по почте, оснований для складывания такого образа практически нет.

И все-таки есть некоторые вещи, которые меня искренне радуют. Например, благодаря тому, что абитуриенты получили возможность подавать заявление одновременно на разные формы обучения, нам впервые за многие годы удалось набрать потенциально сильное вечернее отделение, причем в полном объеме. Там оказались люди с высокими баллами, тогда как в последнее время на вечернем постоянно был недобор, а проходной балл соответствовал всем тройкам. Честно признаюсь, что эту пользу из нынешней системы я искренне надеялась извлечь, и нам это удалось.

– Идеальный механизм приема – это….

Ох, по мне идеальный механизм приема – это брать всех желающих, имеющих документ о среднем образовании. И жестко отсеивать на первой и второй сессии. Но – увы! – это совершенная утопия, потому что Московскому университету для этого нужны совершенно иные площади, а также техническое и кадровое обеспечение.

– Спасибо большое, Анна Валерьевна!

Вопросы задавала Анна Данилова

Помоги Правмиру
Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!
Пожертвования осуществляются через платёжный сервис CloudPayments.
Похожие статьи
Не сдал ЕГЭ? Пойдешь улицы подметать!

И что еще подростки услышат от родителей в ближайшие дни

Что говорить детям перед ЕГЭ?

Как детям и родителям справиться со стрессом перед экзаменами

Дорогие друзья!

Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!