Про Сталина и Бога

Источник: Якутск Вечерний
|

Неожиданное решение Матвея Евсеева предоставить территорию своего предприятия для установки памятника Сталину многих озадачило. Особенно учитывая несовпадение идеологических платформ: ярко выраженный капиталист ставит памятник богу коммунизма. Особенно учитывая его партийный статус: единоросс, который на сессии чуть не подрался со всей оппозицией сразу из-за закона «О выборах», вдруг помогает рескому КПРФ. Особенно учитывая его прежние высказывания о Сталине как о недоучившемся семинаристе (см. стр. **). Особенно учитывая его недавнее паломничество в Иерусалим: привезти в Якутию Благодатный огонь, чтобы затем ставить памятник человеку, которого предали анафеме. Особенно учитывая, что в его роду были репрессированные в сталинские годы.

В общем, так много «особенного», что так и просится на язык: что вдруг нашло?! Неужто близость выборов совсем покоя лишила?

Матвей Николаевич согласился прокомментировать свое решение «ЯВ». Но вместо дежурного комментария получилось большое, очень неровное, а местами и весьма эмоциональное интервью.

— Матвей Николаевич, собственно, первый вопрос — очевидный: почему вдруг?!

— Я дал слово — я его держу.

— Коммунистам? Есть мнение, что памятник — заигрывание с «красным электоратом».

— Я слово давал не коммунистам, а ветеранам войны. У меня есть письмо от фронтовиков, в котором они просят способствовать установке памятника. Мэрия им отказала, в правительстве они поддержки не нашли, у коммунистов не получалось. Вот люди ко мне и приходили, мы сидели и здесь разговаривали. Старики говорили, что скоро умрут, но не увидят, как воздается должное памяти человека, под командованием которого они победили фашистскую Германию. Я просто не мог им сказать «нет».

— Если зашла речь про верность слову… как же быть с вашей цитатой в парламентской газете, где вы называли Сталина недоучившимся семинаристом, взявшим себе право карать и миловать? Нелестная характеристика.

— Ну, так не надо вырывать фразу из контекста. Он действительно недоучился, ушел с четвертого курса семинарии. И он действительно карал и миловал. Это наша история. Это надо помнить. Наша беда в том, что мы любим высматривать темные пятна в своей истории. Ни один народ себя так не критикует, как мы. А этим пользуются те, кто с нами конкурирует. За влияние, за ресурсы, за территорию. Нельзя плевать в свою историю, в свое прошлое. А Сталин и история России скованы неразрывно. И у многих народов так же. Какой кровавой была французская революция, но ведь французы ее отмечают как национальный праздник! А сколько она жизней унесла? Пришлось даже гильотину придумать, палачи не справлялись.

— Французы отмечают не революцию, а День взятия Бастилии. И они ведь не додумались ставить памятники Робеспьеру в Париже.

— Есть такие памятники! И Марату есть! Да и что Франция? Разве Китай — могущественная держава — когда-нибудь позволяет себе плохо говорить о своем прошлом, о своих вождях?

— В Китае это при всем желании нельзя сделать. Там государственная цензура.

— А еще — уважение к прошлому. У нас же в прошлое как ни посмотришь — всё плохо. Мы сами себя не уважаем, но хотим, чтобы нас уважали другие. Так не бывает. Сталин оставил после себя великое наследие. Как можно претендовать на это наследие и игнорировать роль Сталина в его создании? Памятник — дань памяти.

— Вы согласовывали свои действия с президентом? С руководством АЛРОСА? С секретарем регионального отделения партии «Единая Россия» Дмитрием Глушко?

— А почему я должен с кем-то согласовывать свои действия? Это во благо наших ветеранов. Они три года искали и не могли найти место под символ памяти. И я решил пойти навстречу. Коммунисты сейчас могут говорить, что хотят, но это не для них. Это в первую очередь для людей, которые хотят помнить историю своего государства.

— Ну, вообще-то, вы в какой-то степени фронтмен «Единой России», а «Алмазы Анабара» — дочерняя компания АЛРОСА. А Сталин — идол коммунистов. Так что вопрос не на пустом месте.

— Да куда там согласовывать?! В прошлом году у нас умерли 40 ветеранов, в этом — 10. Сколько их останется, прежде чем мы окажем им дань уважения? Для них это важно. Моя мама сегодня здесь была, на открытии памятника, она стояла и плакала. Это и для нее важно, а ей 83 года. Ее война в 14 лет сиротой оставила. И Сталин для нее — человек, который остановил эту войну.

— А еще есть сотни и тысячи людей, чьи отцы и матери попали под жернова репрессий. Которые после победы пополняли население ГУЛАГа… Они тоже плакали — в свое время.

— Моего деда по материнской линии репрессировали. Я в этом ничего не вижу. Потому что я знаю, что он был невиновен — его арестовали по ложному доносу. Соседи друг на друга доносили, а не Сталин ездил и хватал людей. Народу пришлось пройти через всё это.

— Таково было сконструированное Сталиным государственное устройство — на страхе и доносах. Или вы из тех, кто считает, что Сталин «ничего не знал»?

— Я знаю его дела. Я очень много читаю по истории. Это была трагедия. Трагедия целой нации и многих народов, в нее входящих. Трагедия эпохи. Но мы судим с позиции сегодняшнего времени — гуманного, спокойного. А если посмотреть на эпоху изнутри? Что было бы с растерзанной гражданской войной, окруженной со всех сторон врагами Россией, если бы у власти стоял гуманист, который не выжигал бы измену, не поднимал бы экономику — с кровью и надрывом? Выстояла бы она против могучих капиталистических держав? Или ее бы разорвали в клочья? Время рождает лидеров. Сталин возглавил СССР не потому, что он был такой великий и гениальный, как я уже говорил, он — недоучившийся семинарист. Народ выковал его, чтобы возглавил и спас от краха. В каждой эпохе рождаются такие великие люди. Что было бы с Македонией, если бы в ней не родился Александр?

— Она всё равно бы вторглась в Персию. Македонскую армию создал царь Филипп, он же был провозглашен Грецией гегемоном всех эллинских войск и подготовил всё для вторжения — вплоть до плацдармов.

— А как же бескрайняя империя Чингисхана? История явила его, и он создал величайшее кочевое государство. Кто бы еще объединил степи?

— Ну, например, Тогорил-хан, вождь кераитов. Благо он разгромил и монголов Чингисхана, и джераитов Джамухи. Добил бы вместо того, чтобы пировать, и история бы изменилась…

— Мелкая фигура!

— Чингисхан не считал зазорным служить ему и лет десять почитал как приемного отца…

— Но владыкой стал именно Чингисхан. История не знает сослагательного наклонения. Советский народ, русский народ поставил на Сталина. Создал Сталина. Не было бы его, не было бы и этого народа. И многих других. Малые народы и племена сохранились только потому, что русские выжили в затяжной войне, которая тянулась почти полвека, начавшись с Порт-Артура. Вот в этом полувековом горниле из войн, мятежей и революции и отлился Сталин. Как человек, ставший сам себе памятником при жизни.

— Поствеймарская Германия, проиграв Первую мировую войну, утратила всю армию, весь флот. Экономика была развалена. Нация подавлена. Часть территорий отобрали. И вот появился человек, «отлившийся в горне войн и хаоса». И в короткое время сплотил нацию, дал ей идею, переориентировал экономику, произвел индустриализацию, на пустом месте создал самую боеспособную армию в мире, в считанные недели захватившую всю Европу. Его боготворили соотечественники. И у него тоже вместо фамилии псевдоним. Гитлер. Он достоин памятника?

— Гитлер — масштабная фигура. Но сатаническая. Он и служил Молоху! Сатане! Противостоять ему могли только силы света. Только великая православная Россия!

— ?! Но СССР был атеистическим государством.

— А кто вернул в него церковь? Сталин вернул! Потому что Господь послал его народу в трудный час. Всё, что происходит в мире, происходит по воле Божьей.

— Вернул, потому что надо было поддержать моральный дух народа. А до этого Сталин лично объявлял пятилетку безбожия. Это тоже по воле Божьей?

— Да. Именно в тот момент так надо было сделать. Во что превратилась церковь при царе-батюшке? Спивающиеся, играющие в карты попы, безумный пророк-Распутин… Церкви необходимо было очищение, как и всему народу. И как народ она восставала из крови и огня.

— Почему же Гитлеру не потребовалось уложить в землю 7 млн соотечественников, чтобы восстановить мощь Германии? А у нас именно столько умерло от голода, вызванного коллективизацией и хлебозаготовками, инициированными Сталиным в 1930-е годы.

— Не было такого!

Архивные записи свидетельствуют об обратном. А Госдума даже специальным постановлением в 2008 г. признала организованный искусственно голод 1932-1933 гг.

— Ага! Когда вам выгодно, у вас Госдума хорошая. А когда нет, вы депутатов как только не критикуете… Ну а что Госдума? Мы не знаем, как там голосуют? Завтра они, если скажут, проголосуют за 30 миллионов заморенных Сталиным. А послезавтра скажут, что это всё было вранье и Сталин на самом деле святой! Но даже если такое было… значит, без этого было не обойтись. Могла ли страна выбирать? Экономическая блокада со всех сторон, необходимость индустриализации — тут не то что напрягаться, жилы тянуть надо было. Или что? Иначе бы весь народ после 1917 г. в едином порыве закричал бы: ура! ура! мы патриоты! и завтра пойдем и будем работать по 18 часов в сутки по своей воле! и во всем будем себе отказывать! Воля и жестокость иногда являются определяющими качествами.

— Это вы по своему опыту утверждаете? Про вас говорят, что вы как директор и волевой, и жестокий.

— Вот ты опытный обозреватель, скажи честно: «Алмазы Анабара» — хорошая компания? Сильная?

— Ну, не буду кривить душой — одна из самых успешных и рентабельных в Якутии.

— А почему? Потому что дисциплина!

— Сталинская?

— Железная! За что меня многие ненавидят? За то, что я не позволяю расслабиться, даже когда всё хорошо. Я точно знаю, во сколько у меня иные работники спать укладываются. Я также точно знаю, что самые высокие успехи — не повод расслабиться. Когда я пришел в «Алмазы Анабара», у меня было 3 тыс. карат в год добычи. Я сказал: в следующем году мы возьмем 100 тысяч. На меня посмотрели как на сумасшедшего. А взяли в итоге 130 тысяч. Инженеры почесали в затылках и говорят: ничего себе! командир, мы же так можем еще через год довести добычу аж до 150 тысяч и потом стабильно держать эту планку. Я ответил: не, еще через год мы доведем до 180 тысяч. И дальше будем только расти. Сегодня «Алмазы Анабара» добывают 4 млн карат. Такой рост и при плановой экономике мало кто видел.

— А вот что вы сделаете с рабочим, который план не выполнил? Уволите?

— Я не люблю увольнять людей. Со мной работают те, кто начинал 10 и даже 15 лет назад. Я разберусь с причиной невыполнения плана.

— Ну а Сталин бы расстрелял. Разница ощутима?

— Он не мог рисковать. Это было жуткое время. Борьба внутри партии, борьба с внутренними врагами в стране, белоэмиграция за границей, враждебное капиталистическое окружение. Если ты находишься во главе отары в кольце волков, приходится быть жестким и не позволять овцам разбредаться. Иначе сожрут всю отару. А как иначе? Бросить посох, сесть на землю и сказать стаду: а, разбредайтесь кто как хочет, я устал вас защищать?

— А вот вы — лично вы — согласны с тем, чтобы оказаться в числе тех, кто пострадал не потому, что виноват, а потому что «так надо»?

— Да. Я это готов принять. Я прошел бы это как чистилище и воспарил бы выше. Если нет моей вины — я чист и достоин и ничто на мне пятен не оставит.

— А родные и близкие останутся «врагами народа».

— Я уже говорил: всё, что происходит, — по воле Господа. Не только семьи — рода и целые народы проходят чистилище. Сколько испытаний Господь преподнес своему богоизбранному народу — сколько раз их покоряли, захватывали, угоняли в рабство? Это было его испытание.

— …а потом богоизбранный народ решил, что больше никому не позволит себя покорять, захватывать и угонять. Вооружился и перестал подставлять щеку. И сейчас несколько миллионов евреев время от времени «строят» миллиард арабов. Потому что они больше не хотят в чистилище.

— Потому что они прошли испытания и с ними Господь. Он сильнее, чем бронетанковые войска и ядерные боеголовки.

— У вас странное сочетание: Сталин и Господь, Якутск и Иерусалим. Вчера вы привезли Благодатный огонь из Иерусалима, а сегодня открываете памятник Сталину в Якутске. Вы знаете, уже говорят: Евсеев на почве пиара совсем голову потерял.

— Вы что, всерьез думаете, что мне нужны какие-то экстраординарные ходы в Якутске, чтобы у себя в Анабаре выборы выиграть? Это же смешно.

— Вашей партии пиар не помешает. А вы — один из немногих ярких единороссов, кого публика принимает.

— А какой здесь пиар? Вот привез я Благодатный огонь и — что сделал? Ни-че-го! А было бы для пиара, я собрал бы 30 журналистов в этом кабинете и рассказывал им, какой я хороший и благообразный, как я за огнем для якутян ездил. И крестился бы на камеру на фоне флага. А я никого не собирал и никому не рассказывал. Это сделано от души. Поэтому я здесь даже не собираюсь как-то оправдываться.

— А в прошлом году?

— Что?

— Этот год — выборный. А в прошлом вы ездили в Иерусалим за Благодатным огнем?

— Нет.

— Почему?

— Не дозрел. Не был готов. Не был достоин. Я и сейчас не уверен, что достоин, но когда-то надо было решиться… (Долгая пауза). А насчет Сталина… знаешь, почему он достоин памятника, несмотря на все страдания, которые принес?

— Почему?

— А вот представь ситуацию: человек получил рану, рана загноилась. Развилась гангрена. И чтобы спасти организм, надо отрезать руку. По живому. И вместе с гнилыми тканями — часть здоровых. И хирург делает эту операцию, проливая кровь и причиняя боль. Он козел, потому что конечность отнял, или ему надо памятник ставить за то, что жизнь сохранил? Сталин сохранил жизнь нации. Но без анестезии.

Беседовал Виталий Обедин

Поскольку вы здесь…

… у нас есть небольшая просьба. Все больше людей читают портал "Православие и мир", но средств для работы редакции очень мало. В отличие от многих СМИ, мы не делаем платную подписку. Мы убеждены в том, что проповедовать Христа за деньги нельзя.

Но. Правмир — это ежедневные статьи, собственная новостная служба, это еженедельная стенгазета для храмов, это лекторий, собственные фото и видео, это редакторы, корректоры, хостинг и серверы, это ЧЕТЫРЕ издания Pravmir.ru, Neinvalid.ru, Matrony.ru, Pravmir.com. Так что вы можете понять, почему мы просим вашей помощи.

Например, 50 рублей в месяц – это много или мало? Чашка кофе? Для семейного бюджета – немного. Для Правмира – много.

Если каждый, кто читает Правмир, подпишется на 50 руб. в месяц, то сделает огромный вклад в возможность нести слово о Христе, о православии, о смысле и жизни, о семье и обществе.

Темы дня
Пока не потеряла мужа и ребенка – исповедь ВИЧ-диссидентки
Как сделать историю интересной для подростков

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: