Прот. Всеволод Чаплин: У о. Андрея Кураева два пути – покаяться или покинуть Церковь

В эфире еженедельной программы "Комментарий недели" на телеканале СОЮЗ протоиерей Всеволод Чаплин прокомментировал высказывания протодиакона Андрея Кураева.

Очень некрасивая и постыдная ситуация сложилась в последние дни Рождественского поста и дни празднования Рождества Христова в связи с реакцией протодиакона Андрея Кураева на его увольнение из Московской духовной академии, где он некоторое время преподавал в качестве профессора.

Увольнения такие имели место и ранее. В свое время отцу Андрею пришлось уйти из Российского православного университета, где ему и было присвоено звание профессора. Потом ему пришлось уйти из Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета. И в этих случаях – точно так же, как и в случае с Московской духовной академией, – и студентов, и преподавателей волновали его выступления и действия. В частности, действия, которые в решении Ученого совета МДА были названы эпатажными.

Я много раз слышал жалобы студентов и преподавателей тех учебных заведений, где преподавал отец Андрей, на то, что некоторые его высказывания противоположны тому соборному самоощущению, которое есть у нашей Церкви. Это касалось очень многих выступлений отца Андрея. Это касалось и оценки кощунства в Храме Христа Спасителя, и разговоров о том, что христиане якобы не имеют права призывать государство, чтобы оно ограничивало зло и поддерживало добро силой закона. Это касалось пренебрежительного отношения отца Андрея к святыням, периодически граничащего с кощунством. Это касалось и разговоров о том, что традиции благочестия устарели и якобы никому не нужны – а иногда они подвергались осмеянию и уничижению.

Периодически отец Андрей в ответ на критику и жалобы говорит, что в Церкви должно быть разномыслие, что не может быть соборной официальной позиции Церкви по общественно значимым вопросам. Вот это суждение очень похоже на те, которые в свое время приводили в свое оправдание лица, впоследствии ушедшие в расколы, секты и ереси.

На самом деле у Церкви есть учение, которое связано с общественными вопросами и является частью ее предания. Это определения Соборов, в том числе Поместных и Архиерейских Соборов XX и XXI веков. Это и документы, принятые Священным Синодом нашей Церкви. Эти документы основываются не на какой-то политический конъюнктуре – они основываются на самом деле на Священном Писании, на учении многих святых. Более того, даже отдельные высказывания Святейшего Патриарха, иерархов Церкви, людей, которые работают в тех или иных сферах церковной и церковно-общественной жизни, – все эти высказывания всегда соотносятся с Евангелием Христовым, с тем, что говорили и делали многие и многие святые, с тем, как себя ощущает соборное  тело Церкви, Тело Христово, с тем, как Церковь воспринимает окружающую реальность и что ожидает от нее.

Отец Андрей Кураев периодически пытался сказать, что есть некоторое различие между Евангелием и жизнью Церкви, между Писанием и Преданием. Предание Церкви – это не только то, что было сформулировано века назад, но и то, что имеет место сегодня. Традиция – это не только прошлое, это настоящее, прошлое и будущее. Говорить о том, что имеет место некоторое несоответствие и даже противоречие между Писанием и Преданием, – это значит не верить в Церковь, это значит не верить в Христа.

Подобные мысли отец Андрей высказывал много раз. С течением времени он стал высказывать их все чаще и чаще. И причина этому, скорее всего, в том, что он чувствовал и понимал, что большинство иерархов, пастырей и мирян, не приемлет того, что он говорит.

И ответом на это непонимание стало не желание покаяться, измениться, стать другим, а желание отомстить, настоять на том, что он не такой, как прочие люди, что он может рассчитывать на совершенно особое отношение, потому что у него в руках есть некие информационные возможности, он может громко бросить какие-то обвинения.

Практически открытым текстом в одном из интервью он привел примерно следующую мысль: как могли посметь меня тронуть? У меня в руках информационные возможности, я могу ответить! И он отвечает, чтобы отомстить. Так что не случайно кампания, которую сегодня показательно отец Андрей Кураев ведет в Интернете, началась примерно с середины декабря и была нацелена на то, чтобы предупредить: не смейте меня тронуть! Когда увольнение произошло, то кампания, конечно же, активизировалась. Наверное, и в этот раз людям Церкви он пытается сказать: как вы посмели тронуть человека, обладающего такими информационными ресурсами, который громко может бросать те или иные обвинения? Я не такой, как прочие. Я особый. Я требую к себе особого отношения.

Вот эта идея очень сильно присутствует в жизни отца Андрея Кураева в течение многих лет. Я хорошо помню, как отец Андрей Кураев, еще студент МДА, в то время, как остальные студенты либо учились, либо исполняли церковные послушания, проводил значительную часть времени в приемной ректора и в коридоре перед приемной, чтобы предложить какие-то проекты, предложить какие-то тексты.

Выслуживаться, показывать: я не такой, я отдельный от всех! Выслуживаться, показывая свою особость, добиваться особенного отношения – вот, что тогда, по-моему, составляло чуть ли не главную часть деятельности студента Андрея Кураева.

В 1991 году, став референтом Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия, отец Андрей практически сразу приступил к интригам. В августе этого года, когда окончилось неудачей деятельность Государственного комитета по чрезвычайному положению (ГКЧП), в момент, когда либеральная пресса и определенные политические круги практически шельмовали любого и требовали отставки любого, кто хотя бы частично, хотя бы в каких-то выражениях был заподозрен в поддержке деятельности ГКЧП, отец Андрей Кураев распространяет в среде светских журналистов популярных изданий написанный им текст, который предлагался в качестве основы для публикаций за чужой подписью. Это доказанный факт. В газете «Куранты», а затем и в интернете, Яков Кротов свидетельствовал, что Кураев предлагал ему такого рода текст.

Целью этой интриги было отстранение от должности по обвинению якобы в сотрудничестве с ГКЧП многих наших иерархов и замена их на людей, лояльных Кураеву, или на него самого. Интрига была раскрыта. Кураев был отстранен от работы референта Святейшего Патриарха. Также звучали обиды, также звучали разговоры о том, что он много знает и его нужно бояться. Правда, тогда эти разговоры не выливались в Интернет, а были кулуарными. В данном эпизоде ярко проявился характер этого человека, его горячее желание решать чужие судьбы, используя метод политического доноса.

С течением лет отец Андрей позволял себе все более и более развязные высказывания. Возможно, за этим стояла очень простая мысль: дайте мне хорошую должность, обеспечьте мне безбедное существование – иначе вы узнаете, как громко я умею ругаться. Чем дальше, тем больше эти резкие, принципиально расходящиеся с самоощущением Церкви выступления стали вызывать только усмешку и обратную реакцию. И то, что произошло с деятельностью отца Андрея в Московской духовной академии, – это очень логичное развитие событий. Это то, к чему отец Андрей шел в течение многих лет, все больше изолируясь от церковного организма, окружая себя подпевалами из числа некоторых представителей церковной и околоцерковной молодежи и теми людьми, которым он был выгоден как человек, который вроде бы изнутри Церкви выражал несогласие со многим из того, что она – как соборный организм иерархов, клира и мирян – говорит и делает.

 

Теперь протодиакон Андрей Кураев посвящает чуть ли не большую часть своего времени, в том числе время Рождественского сочельника и праздника Рождества Христова, распространению интернет-сплетен. Это именно сплетни. Тексты, которые он публикует и комментирует от своего имени или от якобы чьего-то еще имени, не содержат ни доказательств вины того или иного человека, ни официально сформулированных обвинений. Он говорит о грехе мужеложства. Если действительно такой грех существует в светском обществе или церковной среде, он должен быть обличен и должен быть наказан по нравственным принципам Православной Церкви. Однако для этого, если уж по крайней мере говорить о церковной среде, нужен церковный суд, который, по слову Самого Христа, не может не руководствоваться признаниями, показаниями двух или трех людей, которые при этом никак не могут быть анонимами.

Никакого суждения не может быть вынесено на основе сплетен или слухов. На основе кампании, которая совершенно определенным образом имеет отношение к мести уволенного преподавателя духовной школы. Было бы странно и страшно представить себе какие бы то ни было церковные решения, принятые под давлением кампании, которую сегодня ведет этот человек.

Его тексты, его блог – это сегодня отравленный и нечистый источник. Этот источник ни в коей мере не может принести какой-либо пользы церковной жизни именно в силу того настроя и того отношения к Церкви, которые сегодня из этого источника льются. Из этого источника не может исходить ничего отрицательного для настоящей церковной жизни, и уж тем более – из него не может исходить ничего положительного. Не случайно те, кто сегодня поддерживают отца Андрея Кураева, по крайней мере публично, – это в основном недруги Церкви. Люди, которые, будучи неверующими или маловерующими людьми, интерпретируют христианство в далеком от Евангелия ключе и одновременно пытаются установить контроль над церковной жизнью, получить доступ к тем решениям, которые в Церкви принимаются. Люди, которые пытаются заставить принимать эти решения под влиянием общественных кампаний, под влиянием очернения той или иной личности или поддержки той или иной личности.

Сегодня это влияние пытаются построить вокруг сплетен о личной жизни духовенства и мирян. Завтра могут начать ставить политические условия. Послезавтра – богословские или псевдобогословские. Но цель одна – заставить Церковь меняться по законам мира сего, лежащего во зле. Заставить Церковь принимать любые решения под руководством хорошо срежиссированных и прекрасно организованных общественных кампаний, подобных тем, которые были предприняты много раз на Западе для того, чтобы поставить Церковь под контроль. И, к сожалению, во многих случаях это удалось. Более того, многие кампании, начавшись с разговоров о более демократичном церковном управлении, о достижении справедливости в разного рода разбирательствах – очень быстро заканчивались тем, что из Церкви попросту попытались изгнать дух Христа, заставив ее служить обществу потребления и новомодным политическим идеям, которые пытаются принести на смену христианству. Да не будет этого с нами!

Я очень рад, что тот отравленный и нечистый источник, о котором я сегодня сказал, практически игнорируется верующими людьми. Он не повлиял на самоощущение Церкви. Будем надеяться, что никогда этого и не произойдет. Этот источник сегодня питает только тех, кто испытывает к Церкви недобрые чувства и пытается реформировать ее вопреки Евангельскому слову, вопреки наследию святых отцов. Я надеюсь, что архиереи, пастыри и миряне нашей Церкви достаточно сильно укрепляемы Божией благодатью для того, чтобы не дать возможности проделать с нами, того, что проделали с некоторыми западными христианскими или уже постхристианскими сообществами.

Мы должны слушать Бога, а не блоги. Мы должны руководствоваться Священным Писанием и Священным Преданием Церкви, а не переменчивыми веяниями времени, мира сего, которые всегда в истории для Церкви были разрушительными. Попытка оспорить единую власть Бога и поставленной Им иерархии столь же абсурдна, как и попытка представить себе, что в Царствии Божием будут партии, будут те или иные группы влияния, будут люди, которые бросят Богу вызов. Как только ты отвергаешь Божию власть, ты быстро оказываешься во власти антихриста. И об этом нам сегодня очень четко нужно помнить.

Что же будет с самим отцом Андреем? У него два пути. Первый, очень простой, предписанный Священным Писанием, предписанный Самим Христом – покаяться, измениться, стать новым человеком. Наверное, такой шанс все еще есть, потому что в жизни отца Андрея было много вдохновляющих проповеднических, миссионерских, писательских успехов. И, может быть, не потеряна еще возможность, вспомнив свою первую любовь ко Христу, понять что Он – это Его Церковь, и в любви к ней, без мести, без шантажа, без злобы можно восстановиться духовно. Этого бы я лично – как старый знакомый отца Андрея – очень хотел.

Второй путь – это приложиться к тем, кто точно так же в свое время, объясняя свои слова и действия благими разговорами, покинул Церковь и стал ее разрушать вместе с ее исконными недругами. Мы помним имена этих людей – Денисенко, Якунин, Дзюбан… Некоторые из них еще упоминаются в СМИ, некоторые почти полностью забыты. Когда-то о них говорили как о героях, именно потому, что они разделяли Церковь, а потом о них стали говорить с пренебрежением или перестали говорить вовсе. Очень не хотелось бы, чтобы этот перечень имен пополнился именем протодиакона Андрея Кураева. Путь к изменению открыт. Будем надеяться, что он не будет отвергнут.

 

Дискуссия:

 

Понравилась статья? Помоги сайту!
Правмир существует на ваши пожертвования.
Ваша помощь значит, что мы сможем сделать больше!
Любая сумма
Автоплатёж  
Пожертвования осуществляются через платёжный сервис CloudPayments.
Похожие статьи
Протодиакон Андрей Кураев ответил на обвинения прот. Всеволода Чаплина

Красной нитью через это и не только это выступление о. Всеволода (и не только его) проходит…

Забыть Кураева

За что отца Андрея - по его мнению - уволили из МДА? Что за череда разоблачений…