Протодиакон Андрей Кураев: Я не говорю «покайтесь», «смиритесь», «возликуйте»

В 2010 году в издательстве «Никея» совместно с «Арефой» вышла книга протодиакона Андрея Кураева «Дары и анафемы». Она быстро разошлась по прилавкам магазинов и библиотекам. В конце июля «Никея» повторила тираж, ответив этим на постоянные просьбы читателей о переиздании книги «Дары и анафемы».

Предлагаем вашему вниманию разговор с о. Андреем главного редактора издательства «Никея» Владимира Лучанинова, приуроченный к выходу нового тиража.

– Отец Андрей, многие считают, и я тоже отношусь к этим людям, что «Дары и анафемы» – одна из лучших Ваших книг. Но сейчас отношение к проповеди и попытке рассказать о христианстве людям светским у многих вызывает чувство пессимизма. Если раньше энтузиазма было много, то сейчас, видя проблемы, которые, с одной стороны, связаны с Церковью, с другой стороны — с самим обществом, не особенно желающим жить по христианским заповедям, его явно поубавилось. Что Вы можете сказать по этому поводу?

– Я никогда не стремился быть проповедником. В прошлом я слишком советский человек, и поэтому меня воротит от промывки мозгов и любого идеологического насилия, от попытки заблокировать какие-то источники информации и навязать свою концепцию.

С другой стороны, именно этот советский опыт позволяет мне сразу распознать, где начинается «развешивание лапши на уши», даже если это делается с голливудской улыбкой, а не с интонацией прокурора Вышинского. Поэтому я и сам боюсь превратиться в пропагандиста, равно как и стать артистом разговорного жанра.

Что касается первого, я  сознательно стараюсь общаться с людьми в жанре университетской лекции, которая предполагает определенную независимость и критический настрой аудитории. Я надеюсь, в моих книгах, статьях, публичных выступлениях нет интонации храмового проповедника, функции которого – назидание. Я просто пытаюсь ввести в кругозор человека некоторые историко-религиозные факты и законы. А вот как будет человек реагировать — это уже его дело. Поэтому в моей речи нет проповеднических императивов: «примите», «покайтесь», «смиритесь», «возликуйте».

Книга «Дары и анафемы» – это попытка восполнить то, чего так не хватает обычным учебникам истории религии. Дело в том, что когда мы берем в руки учебники по истории религии, которые пишутся светскими религиоведами, то имеем, на мой взгляд, два коренных недостатка.

Первое. Есть два способа написания книги по истории религии.

Первый путь: история религии  может выглядеть как история идей и верований. Это, скажем, подход знаменитого румынского религиоведа Мирче Элиаде. То есть мы рассказываем тот или иной миф и объясняем, что он значил и почему был так дорог для людей, для которых являлся реальностью. И в этом случае мы одинаково вживаемся вместе с читателем и в миф христианский, и в миф буддийский, и в миф исламский, и так далее.

Второй путь – это социология религии. Рассказывается не история идей, а история человеческих общин, и тогда мы узнаем о том, насколько трагическим и драматическим был путь определенной группы людей, в которой были и подлецы, и герои, и, конечно же, свои святые. И вот тогда мы, если будем честными, расскажем и об Антонии Великом, и об инквизиции, и о преследовании христиан при определенных режимах, и об охоте на ведьм в те времена в некоторых странах.

Но  честный учебник  не должен совмещать оба принципа под одной обложкой. Или, скажем так, если учебник их совмещает, то он должен оба принципа одинаково применять ко всем тем религиям, которые презентует. У нас же сегодня почти во всех учебниках религиоведения имеет место следующее: в главе про историю христианства рассказывается социологическая и, скорее, криминальная история христианства, зато глава про буддизм содержит самые восторженные аспекты буддистского мировоззрения, которые заведомо всем понравятся. Т. е. получается критический рассказ о христианстве и рекламный рассказ о буддизме.

Мне хотелось этот недостаток восполнить с помощью своей книги, поэтому в «Дарах и анафемах» выровнены несоответствия такого рода и приведены факты, скажем, о том, что слухи о веротерпимости буддизма и индуизма сильно преувеличены. Приведены реальные факты из истории и современности, которые показывают, что люди зачастую остаются весьма агрессивными существами, не преображенными, в том числе когда называют себя буддистами или индуистами.

Второй, гораздо более серьезный недостаток учебников по истории религии, это то, что из них совершенно непонятно, а что там, собственно, любить-то в этом христианстве, православии. То есть, если даже рассказ идет адекватный, без перевирания фактов, то он настолько скучный, что становится непонятно, откуда здесь взяться чувству любви? И любить так, что люди и жизнь отдавали и всю свою судьбу подчиняли этому служению. Почему шли в монахи? Откуда брались мученики? Что их влюбляло? Об этом из светских учебников не узнать. По крайней мере, я читаю эти книжки и не узнаю там своей веры, определяющий смысл своей жизни.

И вот поэтому каждый писатель пишет книгу, которую сам хотел бы прочитать. Так же и книга «Дары и анафемы» — для меня попытка восполнить эти две лакуны религиоведческой современной литературы. Я считаю, что эта книга — в некотором смысле, борьба за свободу человека, помогающая освободиться от расхожих стереотипов и штампов, формирующая более независимое от массового сознание и взгляд на мир истории религии и христианства.

Знаете, иногда за деревьями не видно леса. Иногда, перемывая косточки священникам, епископам, знакомым и незнакомым христианам, мы слишком легко забываем о том, чем мы обязаны христианству в нашей жизни. Если даже мы не церковные люди, мы все равно живем в христианской культуре. Что это значит? Что позволяет называть нашу современную культуру христианской? Вот это — одна из главных тем книги «Дары и анафемы».

– По сути, эта  книга может называться апологетической, потому что она, с одной стороны, говорит о христианстве в таком аспекте, в котором не сказано в учебниках религиоведения, а, с другой стороны, это апология здравого смысла, попытка посмотреть на вещи не через призму штампов, не предвзято, а – объективно и честно. Как Вы думаете, можно ли ее в полном смысле назвать книгой апологетической в понимании курса, скажем, богословских наук?

– Ну, собственно, что такое апология? Вопрос для меня стоит так: должен ли, скажем, христианин соглашаться с тем, как на него смотрят посторонние люди – на него, на его веру? Или же у него может быть свое, внутреннее переживание христианской веры, и, соответственно, он будет стараться объяснить его?

Вот я считаю, что я не обязан соглашаться со всей этой критикой, со всеми карикатурами, которые в наш адрес выливаются. Это не означает, что вся критика – заведомо недостойная, несерьезная и так далее. Это не так. Есть серьезная критика. Но дело в том, что жизнь все-таки не сводится к этим критикуемым аспектам, да и не сводится к ответам на эту критику. Как правило, критикуются-то вещи очень и очень периферийные для церковной веры и жизни. Вот очень хотелось бы, чтобы в этих мелочах, информационно липких, прилипающих, не потерялось что-то очень важное и дорогое.

Ну  и, кроме того, понимаете, мир религии – он настолько серьезен и глубок, что нельзя отдавать его на откуп двум-трем расхожим штампам, когда человек придумывает какие-то дешевые отговорки для того, чтобы закрыть для себя возможность интересоваться огромным интереснейшим миром христианства. Он может сказать: «Мне посредники для общения с Богом не нужны», и всё. Ай, как красиво звучит! И после этого – всё, значит, для тебя мир Сергия Радонежского и Андрея Рублева уже не интересен?

Или: «Бог у меня в душе». Тоже звучит красиво, но, собственно говоря, если бы эти слова – «Бог у меня в душе» – сказал Серафим Саровский в конце своего жизненного подвига, это было бы справедливо. А когда это говорит человек, который никогда в жизни ничего не сделал для того, чтобы Бог у него в душе оказался, не звал Его, никогда не произносил кровью сердца и с решимостью слова: «Боже, освяти мое сердце!», откуда Бог у него в сердце возьмется? Это же не плесень, которая сама собой появляется от того, что ты забываешь убираться.

Поэтому в каком-то смысле моя книга  «Дары и анафемы» – это протест против пошлости, против расхожих, липких штампов.

В издательстве «Никея» вышло 6-е, исправленное и дополненное, издание книги протодиакона Андрея Кураева «ДАРЫ И АНАФЕМЫ. Что христианство принесло в мир? (Размышления на пороге третьего тысячелетия)».

“Язычество не ушло в прошлое. Сегодня оно громко заявляет о своих претензиях к христианской вере, а порой ведет с христианством упорную и ожесточенную борьбу. Однако христианство за две тысячи лет не устарело. У читателя есть возможность в этом убедиться, сопоставляя вместе с автором книги реальное язычество и реальное христианство. Книга протодиакона Андрея Кураева адресована всем, кто скептически смотрит на христианство в современном мире”.

Книгу можно приобрести в интернет-магазине издательства и в православных книжных магазинах России.

Поскольку вы здесь…

… у нас есть небольшая просьба. Все больше людей читают портал "Православие и мир", но средств для работы редакции очень мало. В отличие от многих СМИ, мы не делаем платную подписку. Мы убеждены в том, что проповедовать Христа за деньги нельзя.

Но. Правмир — это ежедневные статьи, собственная новостная служба, это еженедельная стенгазета для храмов, это лекторий, собственные фото и видео, это редакторы, корректоры, хостинг и серверы, это ЧЕТЫРЕ издания Pravmir.ru, Neinvalid.ru, Matrony.ru, Pravmir.com. Так что вы можете понять, почему мы просим вашей помощи.

Например, 50 рублей в месяц – это много или мало? Чашка кофе? Для семейного бюджета – немного. Для Правмира – много.

Если каждый, кто читает Правмир, подпишется на 50 руб. в месяц, то сделает огромный вклад в возможность нести слово о Христе, о православии, о смысле и жизни, о семье и обществе.

Похожие статьи
Дневник бывшей атеистки: Бог – это музыка, которую легко узнать

Ты можешь уловить правила и начать подпевать этой песне

“Для ребенка сегодня чтение – это развлечение и удовольствие”

Почему современные дети читают не так, как мы в детстве

Людмила Улицкая: Первое Евангелие я купила у таможенника за 25 рублей

А за книгу Набокова отдала спекулянтке бриллиантовое кольцо бабушки

Дорогие друзья!

Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: