Протоиерей Всеволод Чаплин: 200 храмов в Москве – это минимум

Программа «Комментарий недели» телеканала «Союз» от 22 марта 2014 года с протоиереем Всеволодом Чаплиным, председателем Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви и общества о строительстве новых храмов

Возлюбленные в Господе братья и сестры, дорогие друзья, здравствуйте!

Делаются попытки обострить дискуссию вокруг строительства новых храмов в Москве и в других городах, вокруг передачи религиозным общинам – разным религиозным общинам, конечно, в том числе, Православной Церкви – имущества религиозного назначения. 20 марта в Общественной палате состоялись слушания под очень нейтральным названием, вроде бы не имеющим отношения к вопросу строительства храмов. Слушания назывались так: «Вопросы градостроительной политики в области застройки парков и скверов капитальными объектами».

Вроде бы практически никакого отношения к строительству храмов и к спорам, которые вокруг такого строительства ведутся. На самом деле на слушания изначально хотели придти в большом количестве те, кто перемещались из одного района Москвы в другой, выступая против строительства храмов под самыми разными предлогами. Иногда под предлогом того, что храмы будут мешать местным жителям из-за того, что якобы будет много гробов с покойниками, много колокольного звона, большое скопление людей. Иногда выступления против строительства храмов пытаются обосновать экологической аргументацией. Иногда просто говорят, что храмы не нужны людям, имея в виду большинство населения или даже в целом население того или иного района, той или иной городской местности. Все эти выступления звучат достаточно давно, и они все вновь были озвучены на слушаниях в Общественной палате.

Надо сказать, что к слушаниям противники строительства храмов подготовились достаточно хорошо. Их пришло несколько десятков. О том, что слушания с нейтральным названием будут на самом деле посвящены строительству храмов, очень мало говорилось заранее. Тем не менее, удалось за неделю или чуть больше узнать о том, какие реально люди собираются придти на это мероприятие, и добиться того, чтобы около двух десятков православных верующих, которые принадлежат к разным профессиям, к разным слоям общества, смогли также принять участие и выступить. Я был первым выступающим со стороны тех, кто не поддерживает отказ от строительства храмов. И надо сказать, что противники такого строительства, в том числе люди, которые были приглашены политическими и политизированными организациями, оказались весьма и весьма агрессивными, буквально слова не давали сказать. Отчаянно хлопали, кричали и этим еще раз показали крайне низкий уровень своей культуры и крайнюю агрессивность в стремлении сделать так, чтобы голос Церкви, голос верующих людей, которые стремятся иметь храм рядом со своим домом, не был услышан. Чтобы этот голос удалось закричать, затопать, захлопать, зашикать. Сегодня, к счастью, так не получается. И общество все в большей степени начинает узнавать правду даже тогда, когда против строительства храмов  ведется организованная компания.

Надо иметь в виду, что люди, которые выступают сейчас против строительства храмов, это по большей части не местные жители. Да, местные жители попадаются, обычно это узкая группа в пять, семь, десять, может быть, пятнадцать и даже двадцать человек. Все остальные и наиболее активные люди – это, как уже было сказано, те, кто перемещается из одного района в другой. Те, кто устанавливает контакты через социальные сети, где есть небольшая, но очень деятельная группа граждан, призывающих остановить храмовое строительство везде, где оно ведется, используя самые разные аргументы. Используя юридическую эквилибристику и попытки нарисовать какую-то ужасную картину того, что представляет из себя храм. Попробуем ответить на некоторые аргументы тех, кто выступает против строительства храмов.

Первый: храмы разрушают зеленые зоны, ради их строительства вырубаются деревья, люди не имеют возможность гулять по паркам, люди получают какие-то закрытые территории, в которых нельзя будет проводить досуг. Все это разрушает возможности для нормальной жизни, которая связана с наличием определенного количества зеленых насаждений и с возможностями для проведения досуга.

В тех случаях, которые были представлены в Общественной палате, может быть, кроме одного случая, аргументы были явно сфальсифицированы. Нам показали сквер, в центре которого есть не засаженная деревьями забетонированная площадка и почему-то стали говорить, что появление на этой не засаженной площадке храма будет нарушать целостность зеленых насаждений. Очевидный абсурд.

Еще один пример, который достаточно часто приводится – это Гольяново. Я родился и всю жизнь живу в Гольяново. Это – один из самых зеленых районов Москвы. К нему примыкает большой лесопарк – Лосиный остров, где могут гулять люди, и это один из главных экологических ресурсов Москвы, так что район и весь северо-восток города не обижен зелеными насаждениями. В центре района есть пруд, вокруг которого когда-то был огромный пустырь и свалка. Сейчас этот пустырь и окружающие его территории немного облагородили, высажено небольшое количество деревьев, все остальное – это поляны, места, где устраиваются массовые гулянья, где собираются периодически молодые люди, причем некоторые из них ведут себя, мягко говоря, развязно. После их пребывания в этом месте обнаруживается гора пустых бутылок, шприцев и так далее. Вот на 1/20 примерно этой территории собираются построить храм. Территория огромная. Храм, вместе со связанными с ним постройками, вместе с его собственной территорией займет один маленький уголок на этом огромном пространстве. Рядом находится лес. Как я уже сказал, район достаточно зеленый. В нем есть, где погулять, в нем есть, где устроить массовые уличные мероприятия. И вот почему-то этот маленький уголок вызывает такую ненависть у целого ряда людей, выступающих против строительства храмов. Взамен предлагается отдаленный участок на опушке леса, рядом с кладбищем, где практически все занято какими-то частными постройками – ресторанами, гаражами, и так далее, которые предлагается снести, что также вызовет конфликт. И до этого места очень сложно добраться общественным транспортом, что для пожилых людей, для инвалидов, для людей, имеющих ограничения здоровья, является очень и очень серьезной проблемой. Как только было объявлено о будущем строительстве храма и был сооружен поклонный крест, а потом временная часовня, а потом временный храм, в этом месте стала собираться очень многочисленная православная община, которая живет насыщенной и полнокровной жизнью. Местные жители постоянно оповещаются о расписании богослужений, богослужения совершаются очень часто, община уже видна в культурном и общественном пространстве микрорайона.

И удивительно слышать еще один аргумент, второй аргумент противников храмового строительства, который сводится к тому, что храмы якобы никому не нужны. Храмы сегодня нужны, особенно в спальных районах Москвы и в спальных районах других городов, не меньше, чем нужны школы, больницы, детские сады. Когда я сказал об этом на слушаниях в общественной палате, поднялся большой шум. Люди говорили: «Нет! Храмы не нужны народу, ему нужны школы, больницы и поликлиники, но естественно было задать вопрос, и я его задал: школы, больницы, детские сады и поликлиники также нужны не всем. Они нужны детям и их родителям, людям, которые испытывают проблемы со здоровьем, есть какое-то количество людей, которое скажет: «Да, нам не нужны, ни спортзалы, ни школы, ни больницы, ни поликлиники». Точно так же есть какое-то количество людей, которым не нужны храмы, но это лишь часть общества. Так же как и те люди, которым нужны поликлиники и школы в большом количестве – это тоже часть общества. Людям нужно научиться понимать, что та или иная часть общества, особенно значительная, значимая его часть, имеет право на то, чтобы рядом с местом проживания человека находились те значимые для этой части общества учреждения – будь то храм, кинотеатр, стадион или что бы то ни было еще в этом роде, – которые этой частью населения востребованы.

И сегодня очень важно для православных людей ясно говорить о том, что храмы им нужны, выступать на разных уровнях, приходить на общественные слушания, встречаться со своими депутатами, писать письма, писать в интернете, выступать на местном, городском и общенациональном радио и телевидении, объединяться в группы поддержки строительства храмов. Без всякой агрессии, без того, чтобы повторять истерические методы тех, кто пытается закричать, захлопать, затопать священника, выступающего на мероприятии в Общественной палате. Без того, чтобы создавать новых врагов, но с тем, чтобы приобретать новых друзей. Вот так нужно, но очень активно нужно, и без стеснения, и без страха, и без сомнений нужно выступать в защиту тех храмов, которые строятся, и выступать в поддержку строительства все новых и новых храмов. 200 храмов в Москве – это минимум. Мы знаем из истории России, из жизни современных российских регионов, из истории и современной жизни многих православных стран, таких как Греция, Болгария, Сербия и иные, что храм живет полноценной общинной жизнью тогда, когда община составляет где-то несколько тысяч местных жителей, а не десятки тысяч и уж тем более не сотни тысяч, как это сегодня происходит во многих окраинных районах больших городов.

Наконец третий аргумент при отсутствии аргумента, третья позиция, которую можно было услышать на мероприятии в Общественной палате со стороны тех, кто пришел выступать против строительства храмов. Это была какая-то иррациональная ненависть. Эти люди практически никогда не выступают против строительства торговых центров, или увеселительных заведений, или фабрик, или каких-то еще учреждений, которые быстро окупаются и за строительством которых стоят коммерческие интересы. Ко мне буквально накануне упомянутых слушаний обратились жители одного из московских кварталов на улице Трофимова с просьбой выступить против строительства выставочного центра, а на самом деле, судя по всему, торгового центра, который буквально обезобразит улицу и сделает очень тяжелой жизнь нескольких жилых домов, которые находятся буквально в нескольких метрах от планируемого участка строительства. Об этих случаях, о которых нужно сегодня говорить, борцы за зеленые насаждения Москвы почему-то вспоминают в последнюю очередь, а о храмах говорят постоянно, и против них ведется достаточно ожесточенная борьба. Логики тут практически никакой не видно, кроме одной логики – логики врага рода человеческого.

Между прочим, на слушаниях были разумные представители организаций атеистов, организаций антиклерикалов, с которыми мы ведем определенный диалог, встречаемся время от времени, разговариваем без истерики, без скандала, без взаимных обвинений, в спокойном тоне. Вот эти люди знают, за что они выступают, но они почему-то не решаются отрицать право верующих на то, чтобы рядом с домом был храм, хотя иногда они говорят о том, что храмов стало слишком много, и говорят о том, что им не нравится присутствие Церкви в общественной жизни. Реакция этих людей была спокойной. А вот некоторые люди, которые почему-то так любят советское прошлое, в котором не было храмов, или считают, что у России должно быть другое не определяемое сегодня государством и обществом будущее, а будущее, согласное с мнением некоторой части западной элиты, вот эти люди почему-то иррационально кричали против. Будем надеяться, что и их просветит Господь, и что такое практически явное бесовское действие не будет в этих людях осуществляться навсегда.

Будем надеяться, что верующие смогут нестесненно молиться в храмах, которые не находятся слишком далеко от их дома. Будем надеяться, что конфликтные ситуации там, где действительно речь идет об интересах местных жителей, которые являются законными, объяснимыми и правильными, все эти конфликтные ситуации будут разрешаться мирно, через диалог церковных общин и церковных властей и тех местных жителей, которым есть, на самом деле, что сказать и которые считают себя правыми, а свои интересы ущемленными. Наконец, будем надеяться, что Господь образумит и до их кончины изменит к лучшему тех людей, которые сегодня, часто основываясь на ложных аргументах и на непонятных эмоциональных всплесках пытаются, в принципе выступать против того, чтобы храмы где-то еще в нашей стране появлялись, и чтобы была преодолена тенденция советского времени, которая приводила к тому, что людям не было возможности свободно и спокойно молиться там, где они хотят.

Мира, радости, помощи Божией в добрых делах желаю всем вам.

Поскольку вы здесь…

… у нас есть небольшая просьба. Все больше людей читают портал "Православие и мир", но средств для работы редакции очень мало. В отличие от многих СМИ, мы не делаем платную подписку. Мы убеждены в том, что проповедовать Христа за деньги нельзя.

Но. Правмир — это ежедневные статьи, собственная новостная служба, это еженедельная стенгазета для храмов, это лекторий, собственные фото и видео, это редакторы, корректоры, хостинг и серверы, это ЧЕТЫРЕ издания Pravmir.ru, Neinvalid.ru, Matrony.ru, Pravmir.com. Так что вы можете понять, почему мы просим вашей помощи.

Например, 50 рублей в месяц – это много или мало? Чашка кофе? Для семейного бюджета – немного. Для Правмира – много.

Если каждый, кто читает Правмир, подпишется на 50 руб. в месяц, то сделает огромный вклад в возможность нести слово о Христе, о православии, о смысле и жизни, о семье и обществе.

Похожие статьи
Владимир Ресин: Кризис не помешает реализации Программы «200 храмов»

За пять лет реализации «Программы 200» в Москве было построено 24 храма, сейчас ведется строительство 39…

Храм построили, а жизнь-то улучшилась?

О жизни после постройки храма по «программе 200» - протоиерей Алексий Батаногов

В Москве достраивают самый большой храм в рамках «Программы 200»

Строительство храмов по "Программе 200" реализуется полностью на пожертвования прихожан

Дорогие друзья!

Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: