Радость тишины

|

Статья писателя и публициста Пико Айера в “The New York Times” об информационной перегрузке получила отклик среди читателей. Сформулированные проблемы и неожиданный вывод, к которому приходит автор, интересно обсудить и в контексте российских реалий.

Пико Айер

Примерно год назад я отправился в Сингапур, чтобы вместе с писателем Малкольмом Гладуэлом, дизайнером одежды Марком Эко и графическим дизайнером Стефаном Загмайстером выступить на конференции «Маркетинг ребенку завтрашнего дня».

Вскоре после приезда меня отвел в сторону директор агентства, которое нас пригласило на мероприятие.  «Прежде всего меня интересует, – начал он, и я уже приготовился услышать о какой-нибудь уловке нового поколения в рекламной кампании, – тишина».

Спустя несколько месяцев я наткнулся на интервью с неизменно современным дизайнером Филиппом Старком. Что помогает ему всегда быть на шаг впереди всех? «Я в принципе не читаю журналов и не смотрю телевизор, – рассказал он, возможно, несколько преувеличив. – И не хожу на всякие приемы и вечеринки».  Он подразумевал, что живет вне традиционных, общепринятых идей, «чаще всего один и далеко от цивилизации».

Примерно в то же время я понял, что те, кто готов расстаться с $2,285 за ночь в номере на вершине скалы в отеле Post Ranch Inn в Биг Сюр (штат Калифорния), отчасти платят за привилегию провести ночь в номере БЕЗ телевизора. Знающие люди утверждают, что будущее туриндустрии – это курорты «на краю света». Они стоят так дорого именно потому, что там нет интернета.

Неужели и правда дело дошло до этого? Наше поколение умудрилось пройти путь от бурных восторгов по поводу различных устройств, которые экономят время и значительно расширяют возможности, до желания избавиться от них – зачастую, чтобы вернуть время обратно себе. Чем больше появляется возможностей оставаться на связи, тем большему числу из нас хочется оказаться «вне зоны доступа». Подобно подросткам мы сначала ничего не знали о мире, и вдруг узнали слишком много буквально за одну ночь.

«Лагеря спасения от интернета» в Южной Корее и Китае пытаются спасти детей от интернет-зависимости.

Мои пишущие друзья платят немалые деньги за программу Freedom (свобода), которая позволяет отключить (на срок до восьми часов) соединение с интернетом – а еще недавно казалось, что свободу дает именно интернет.

В 2007-м году компания Intel провела эксперимент: каждый вторник она  предоставила своим 300-м инженерам и менеджерам «4 часа тишины» (по данным исследований, сегодня офисный сотрудник может спокойно работать не более трех минут, потом его что-то или кто-то отвлекает). В течение этого времени сотрудникам не разрешалось пользоваться телефоном или отправлять электронную почту, зато у них была возможность сосредоточиться и спокойно подумать. Большинство участников эксперимента рекомендовали внедрить такую политику во всей компании.

Среднестатистический американец проводит за компьютером не менее восьми с половиной часов в день, подсчитал Николас Карр в своей сенсационной книге «Мелководье». Это говорит о том, что с 2005 г. по 2009 г. количество времени, которое проводят  перед экраном взрослые американцы, выросло почти вдвое (количество времени перед телевизором, зачастую одновременно с компьютером, также постоянно растет).

Среднестатистический подросток в Америке отправляет и получает 75 текстовых сообщений каждый день, хотя одна девочка в Сакраменто умудрялась отправлять и получать около 10 000 сообщений ежедневно в течение целого месяца.

И вот я обнаружил, как рассказываю маркетологам в Сингапуре, что поскольку роскошь является производной от дефицита – это подтвердит любой экономист, – ребенок будущего будет стремиться получить прежде всего свободу, хотя бы на какое-то время, от мигающих устройств, потоков видео и пролистываемых заголовков, которые заставляют чувствовать себя одновременно опустошенным и переполненным информацией.

Желание остановиться и найти время и место подумать, разумеется, не ново.  Мудрые люди всегда говорили, что чем более внимательно ты относишься к текущему моменту, тем меньше времени и сил потребуется, чтобы осмыслить его в более широком контексте.

«Единственным средством, утешающим нас в наших горестях, служит развлечение, – писал еще французский философ Блез Паскаль в 17-м веке, – но в то же время в нем и величайшая беда наша, потому что оно-то, главным образом, мешает нам думать о себе». Он также знаменит своим высказыванием о том, что все беды человеческие берут свое начало исключительно в нашей неспособности тихо посидеть в комнате.

Когда с появлением телеграфной связи и железной дороги люди поняли, что удобство важнее содержания, а скорость может компенсировать не самый лучший результат, Генри Дэвид Торо напомнил, что «если у кого лошадь делает милю в минуту, это еще не значит, что он везет самые важные вести».

Еще полвека назад Маршалл Маклюэн, который ближе других подошел к пониманию, как будут развиваться события, предупредил: «Если на человека слишком быстро обрушивается поток информации, он теряет контакт с самим собой».

Томас Мертон задел чувствительные струны в душах миллионов не только, когда заметил, что «человек создан для высшей жизнедеятельности, а именно, для покоя», но и когда воплотил свою мысль в жизнь,  отказавшись от суетной мышиной возни и уйдя в цистерианский монастырь.

Но сегодня их голоса тяжело услышать, ведь по CNN постоянно идут «экстренные новости», Дэбби только что выложила фотографии из летнего отпуска, и не умолкает телефон.

У нас почти нет времени заметить, как мало у нас времени (исследователи обнаружили, что на большинстве веб-страниц люди не задерживаются дольше 10 секунд). Чем больше на нас выливается информации (реалити-шоу, реформа здравоохранения, Танцы со звездами), тем меньше мы уделяем внимания ее отдельным фрагментам. Единственное, что мы замечаем, – различия между воскресеньем и понедельником, между общественной и частной жизнью, между тем и другим, вокруг которых раньше  строилась наша жизнь, исчезли.

Как верно подметил Торо, у нас становится все больше средств коммуникации, но нам все меньше есть, что сказать. Отчасти потому, что мы слишком заняты коммуникацией. И – как тоже мог бы сказать – мы торопимся так много успеть сделать в срок, что у нас не хватает времени жить.

Что же делать? Главный парадокс всех устройств, которые сделали нашу жизнь ярче, быстрей, длинней и здоровей заключается в том, что они не могут научить, как ими лучше всего пользоваться. Информационную революцию не сопроводили инструкцией по эксплуатации. Все данные в целом мире не научат вас, как работать с данными, а картинки не научат, как их обрабатывать.

Единственное, что поможет трезво оценить нашу жизнь перед экраном, – та ясность чувств и оценок, которую нельзя  найти ни на одном экране.

Возможно, поэтому все больше и больше моих знакомых, даже совершенно не религиозных, начинают практиковать йогу, медитации или тайцзы. Такие увлечения – не столько причуда нынешнего времени, сколько попытка найти то, что можно назвать мудростью прошлых времен.

Двое моих друзей-журналистов соблюдают «интернет-шаббат»: каждую неделю с пятницы по утро понедельника они отключают у себя интернет, чтобы вернуться к таким забытым традициям, как семейный обед или разговор.

Несколько месяцев назад оказавшись в Оксфорде за завтраком с группой юристов, я заметил, что разговор крутился исключительно вокруг регат, поездок верхом или бриджа – всего того, что позволяло им оказаться на несколько часов вне зоны доступа.

Другие мои знакомые стараются каждое воскресенье отправляться на длинные прогулки или «забыть» свои мобильные телефоны дома. В результате серии тестов, проведенных за последние несколько лет, ученые установили, как отмечает мистер Карр, что после некоторого времени, проведенного в тиши сельской местности, у участников исследования повышалась концентрация внимания, улучшалась память и в целом познавательные способности. Их ум становился спокойней и одновременно острей.

Более того, эмпатия, равно как и глубокие раздумья, появляются в результате (как обнаружил невролог Антонио Дамасио) «медленных» мозговых процессов. Тех самых, на которые в нашей жизни на высокой скорости так часто не хватает времени.

Я сам вынужден прибегать к эксцентричным и довольно жестким мерам, чтобы сохранить здравый ум и душевное равновесие и найти время для ничегонеделания (именно тогда я в состоянии решить, чем мне стоит заниматься все оставшееся время). Я не пользуюсь мобильным телефоном, у меня нет аккаунта ни в Твиттере, ни на Фейсбуке. Я стараюсь не выходить в интернет днем, пока не закончу работать над текстом, и я переехал из Манхэттена в Японию, в сельскую местность. Там я получил возможность много ходить пешком, а каждая поездка в кино становится целым событием.

Все это я делаю не из принципа или аскетизма; это – чистой воды эгоизм. Ничто не делает меня таким довольным, спокойным, свободным и счастливым, – как возможность с головой уйти в книгу, разговор или музыку и никуда не торопиться. Это больше, чем просто счастье:  это радость, которую монах Дэвид Штайндл Раст называет «счастьем, не зависящим от внешних событий».

Разумеется, я остаюсь на связи с внешним миром и знаю, что происходит. В прошлом году я побывал в Иерусалиме, Хайдарабаде, Омане и Санкт-Петербурге, в сельском Арканзасе и Таиланде, на пострадавшей атомной электростанции Фукусима и в Дубаи. Но увидеть мир в целом и понять, что с ним делать, можно только на некотором расстоянии.

Вот зачем я уже больше двадцати лет несколько раз в год приезжаю в один Бенедиктинский монастырь в сорока минутах езды от дома – зачастую всего на два-три дня. Я не хожу на службы,  я никогда не молился ни там, ни где-либо еще. Я просто гуляю, читаю, слушаю тишину и напоминаю себе, что только уехав на время от жены, начальства и друзей, я обретаю сам и могу дать им что-то ценное.

photosight.ru. Фото: Виктор Климов

В мой прошлый приезд в монастырь три месяца назад я встретил на горной дороге моложавого мужчину с трехлетним карапузом на плечах.

– Ведь Вы Пико, да? – спросил меня мужчина, представившийся Ларри. Я вспомнил, что мы с ним встречались 19 лет назад, когда он жил при монастыре и помогал одному из монахов.

– Чем Вы сейчас занимаетесь? – спросил я.

– Я работаю на MTV. В Лос-Анджелесе.

Мы улыбнулись. И поняли друг друга без слов.

– Я стараюсь привозить сюда детей как можно чаще, – продолжал он, окинув взглядом расстилавшийся голубой океан с одной стороны и коричневые горы Центрального побережья – с другой. – Мой старший сын, – он показал на семилетнего ребенка, бегущего по залитой солнцем пустынной горной дороге впереди мамы. – Он здесь в третий раз.

Я вдруг понял, что ребенок завтрашнего дня, скорее всего, будет гораздо лучше нас видеть не новое, но самое важное в этой жизни.

Перевод с английского  Ольги Антоновой специально для “Православие и мир”.

Читайте также:

Православие и мир
Христианин в большом городе

Протоиерей Николай Балашов

Просто призывать жителя мегаполиса, чтобы он оставался простым, сердечным и всем говорил «здравствуйте»? Это неблагодарная и бессмысленная задача. Выживание в условиях нашей пустыни требует других подходов и духовных навыков.

Православие и мир
[Видео] Куда уходит время?

Протоиерей Максим Козлов

Человек видит себя перегруженным и постоянно занятым, это род маски средневекового театра – личины, в которую хочется уйти: я занят. Я не успеваю с детьми общаться так, как должен, не потому что мне себя жалко и мне хочется отдохнуть дома, а потому что столько работаю, что не могу этого делать. Я не Цезарь, чего вы от меня хотите?

Поскольку вы здесь…

… у нас есть небольшая просьба. Все больше людей читают портал "Православие и мир", но средств для работы редакции очень мало. В отличие от многих СМИ, мы не делаем платную подписку. Мы убеждены в том, что проповедовать Христа за деньги нельзя.

Но. Правмир — это ежедневные статьи, собственная новостная служба, это еженедельная стенгазета для храмов, это лекторий, собственные фото и видео, это редакторы, корректоры, хостинг и серверы, это ЧЕТЫРЕ издания Pravmir.ru, Neinvalid.ru, Matrony.ru, Pravmir.com. Так что вы можете понять, почему мы просим вашей помощи.

Например, 50 рублей в месяц – это много или мало? Чашка кофе? Для семейного бюджета – немного. Для Правмира – много.

Если каждый, кто читает Правмир, подпишется на 50 руб. в месяц, то сделает огромный вклад в возможность нести слово о Христе, о православии, о смысле и жизни, о семье и обществе.

Похожие статьи
“Найден мальчик, помогите репостом!”

6 вещей, о которых надо подумать, прежде чем сделать репост

Когда один искусственный интеллект разговаривает с другим

Новый язык, изобретенный роботами, напугал людей

Учи матчасть, ничего ты не понимаешь в духовной жизни!

Михаил Бурмистров об истинном лице человека в интернете

Дорогие друзья!

Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: