«В семье сходят с ума не вместе, а по очереди»

, |
Семейный и личный кризис – что это такое? Как его распознать, и есть ли рецепты его преодоления? Что делать, если «в кризисе» – глава семьи? Эти вопросы стали темой обсуждения на очередной встрече «Семейного клуба», которая прошла 10 февраля в культурном центре «Покровские ворота». В разговоре участвуют: Екатерина Бурмистрова, детский психолог и семейный психотерапевт, Михаил Бурмистров, преподаватель Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета и священник Федор Людоговский, клирик церкви Ильи Пророка в Изварино.

Два человека в одном проекте

Что такое семья? Михаил Бурмистров заметил, что ее часто рассматривают как единое целое. Говоря об идеальной семье, подразумевают мужа и жену (а часто и детей), у которых общая жизнь и общие переживания. В этой идеальной ситуации люди понимают друг друга с полуслова, способны угадывать мысли и чувства друг друга, даже физически становятся похожи. Но нужно понимать, что за этой общей жизнью и единством стоят ее отдельные участники.

Семья – это проект как минимум двух разных людей со своей судьбой, поворотами, кризисами.

Прежде, чем обсуждать кризисы в семье, Михаил Бурмистров предложил помнить и учитывать необходимость разделения личного и общесемейного пространства.

Михаил Бурмистров, Екатерина Бурмистрова и священник Федор Людоговский

Когда семейный и личный кризисы совпадают

Какие люди ходят к психологу в России? Счастливые? Довольные? Практикующий психолог Екатерина Бурмистрова уверена, что нет: «Бывают перфекционисты, желающие, чтобы жизнь их была еще идеальнее. Но, как правило, за помощью обращаются люди с трудностями. В общем виде их можно описать, как людей в состоянии перехода от одного состояния к другому».

Кризис это и есть переход. Обычно этот термин мы знаем в приложении к экономике: что-то изменилось, стало хуже, чем раньше. Но в психологии семейных отношений кризис понимается иначе.

Кризис – это процесс, порой очень неприятный, процесс трансформации, резкого или пошагового перехода от одной формы осознавания и проживания проблемы к другой.

Любой запрос к психологу можно описать как кризис:

  • «маленький ребенок орет и отказывается вести себя прилично» – на самом деле это кризис взаимодействия;
  • «мы недавно женаты, а любовь уже прошла» – любовь переходит в зрелую, но сам переход очень мучителен.

Екатерина Бурмистрова

В жизни любой семьи всегда что-то происходит. Вместе с тем человек сам постоянно меняется – не нужно думать, что рост и развитие, переходный возраст бывает только у маленького ребенка.

Взрослые тоже растут, и их жизнь постоянно претерпевает изменения.

Постоянные перемены в семейной жизни иногда совпадают с другими личными изменениями. На практике редко бывает, чтобы в семье все одновременно и папа, и мама, и ребенок находились в кризисе. Господь милостив, поэтому соблюдается всегда некая очередность. Как говорили в мультфильме «Простоквашино»:

«Это только гриппом все вместе болеют, а с ума сходят по очереди».

В семье достаточно бывает одного солиста. Солист этот тот, у кого наиболее сложное и острое состояние «здесь и сейчас». Но если в ситуации с детьми и подростками есть хоть какая-то определенность, отчетливость в прохождении тех или иных этапов взросления, то в случае со взрослыми, увы, никаких правил нет совсем. Более того, кризис и заметить сложнее, чем с детьми – обычно взрослые обращают внимание на себя в самую последнюю очередь.

Священник Федор Людоговский: «Нам кажется, что проблемы подкатываются незаметно, на деле это не так. И понимаешь это почему-то задним числом. Чтобы обнаружить проблемы, достаточно немного замедлиться в своем беге, выкроить время, уделить внимание».

Кризис – это всегда тяжело, но кризис – не значит конец. Просто система переходит из состояния А в состояние В. Кризис – это лишь точка неустойчивости в этом переходе и момент неожиданно открывшейся свободы. Самое ценное в этом, что освободившись от чего-то, человек начинает свою жизнь переосмыслять.

Провал графа Толстого, или Стопроцентной гарантии не бывает

Михаил Бурмистров

Михаил Бурмистров

Михаил Бурмистров предложил в этой связи вспомнить сюжет из жизни графа Льва Николаевича Толстого.

Лев Николаевич был человеком, который основательно подошел к вопросу создания своей собственной семьи. Сознательно решил однажды оставить увлечения молодости, посвятить себя семейному счастью, дому.

Довольно взрослый человек (ему было тридцать четыре года) сделал предложение прекрасной Сонечке Берс. У них была не жизнь, а настоящая идиллия: семья, дети, богатство, сам Толстой замечательный начинающий автор, всё буквально цветет и пахнет, во всём взаимопонимание и чувства.

Но вот Толстой едет в Самарскую губернию покупать имение. Ночью, в гостинице, он как в яму проваливается в свои ощущения.

На ровном месте его постигает ужас бессмысленности жизни, возникает вопрос: зачем я живу, что я делаю?

Психологи назвали бы это состояние экзистенциальным провалом, внезапным кризисом среднего возраста. Он бежал, бежал, бежал и вдруг споткнулся: какое имение? Чем я занят? В чем смысл жизни?

Это событие переломило его жизнь и привело к серьезным конфликтам внутри семьи. Можно ли объяснить это внешним воздействием? Прекрасная семья была, всё возникло буквально на ровном месте. Нам важно понимать, что такое может быть с любым из нас.

Кстати, Толстой в каком-то смысле так и не вышел из своего кризиса. Судя по дневникам его супруги, вся последующая жизнь семьи была тесно связана с внутренним переворотом писателя. Очень важно понимать, что дело вовсе не в том, плохая ли семья, сложные ли отношения, но в том, что тайна жизни каждого человека может проявиться в любых условиях и неожиданно.

Екатерина Бурмистрова: «Когда всё хорошо внутри и снаружи, мы всё время чем-то заняты, проявляем какие-то усилия, стремимся к достижениям, и не можем задуматься и оглядеться по сторонам. Здесь важно осознавать, что любой кризис – это не только переход, но и остановка. Он наступает тогда, когда что-то внутри начинает мешать нам быть активным, продуктивным, продолжать бежать».

Кризис может быть порожден любыми внешними и внутренними обстоятельствами: личными неуспехами, неудовлетворенностью, проблемами во взаимоотношениях, болезнями, утратами.

И всегда кризис будет для вас новой возможностью.

Другое дело, что человек, который входит в кризис, может одновременно войти в пике. Переживания могут быть настолько острыми, интенсивными, неожиданными и разными, что вместо того, чтобы из гусеницы превратиться в бабочку, человек делается сумасшедшей или депрессивной гусеницей.

Очень важно научиться внимательно смотреть не только на себя, но и на тех, кто живет рядом с тобой. Нам только кажется, что все люди одинаково крепкие, сильные и со всем справляются.

Увы, у нас всё еще советское отношение к человеку. Человек это такой бодрый, идущий вперед пионер, которому никакие преграды не страшны и любую проблему он сумеет преодолеть.

Миф о семье: «православные», «гении» и отмазки

«Часто концепция жизни в семье мешает видеть личность и ее актуальное состояние», подчеркивает Екатерина Бурмистрова.

Существуют самые разные мифы о семьях. Например, о героической многодетной православной семье, регулярно посещающей храм и живущей по законам правильных книг, которые якобы гарантируют успех.

Есть миф о семье гениев: папа гений, мама гений, такие же дети, поэтому никаких проблем у них по определению быть не может. Такая самопрезентация и тем и другим мешает увидеть текущее состояние отдельного члена семьи.

В психологии семья понимается как система сообщающихся сосудов. Есть специальное упражнение, помогающее это понять на физическом уровне: участникам связывают руки и ноги веревками. Когда один резко поднимает ногу, второй теряет равновесие. Это не просто метафора кризиса. Мы действительно в семье очень связаны.

Любой кризис сильно затрагивает эмоциональную сферу, и может произойти настоящее заражение этими эмоциями остальных членов семьи.

Но вместе с тем слова «у меня кризис» могут быть очень удобной «отмазкой» для лени, банального нежелания развиваться, менять что-то в жизни. Например, все отстаньте – у меня подростковый кризис; не просите денег – у меня кризис среднего возраста; у меня постродовая депрессия – принесите мне по этому случаю побольше шоколада.

Может быть обратная ситуация: под кризис маскируются крайне серьезные вещи, например, клиническая депрессия. Человек и сам не осознает того, что пора лечиться, семья вокруг тоже не обращает внимания.

Определить, что происходит, можно только «изнутри». Чтобы распознать состояние, нужно иметь знание о себе, саморефлексировать.

В острой фазе экспертом по кризису могут стать люди, близкие по взглядам, жизненным событиям, ваши друзья, семья. Но лучшим экспертом всегда остаетесь вы сами.

Священник Федор Людоговский

Священник Федор Людоговский: «Многим даже не приходит в голову, что это также проблема греха внутри человека. Не умея осознать происходящих в себе брожений, отмахиваясь, ленясь как-то меняться, многие мужчины, например, начинают пить».

При этом каждому из нас важно иметь право на кризис, право на слабость. Культурные стереотипы, которыми мы живем, «мужчины не плачут», «мужчины сами должны справляться с проблемами», зачастую кончаются самыми печальными ситуациями, инсультами, например. Все мы должны понимать, что кризис это болезнь, состояние слабости.

Быть слабыми имеют право не только дородные женщины и хрупкие подростки, но и бородатые дядьки.

Все имеют право оказаться в состоянии обнуления, беззащитности, разрушения проектов, когда прежние ориентиры ничего уже не значат.

Что с этим делать?

Екатерина Бурмистрова убеждена, что признание проблемы – это 30% ее решения. Нет универсальных рецептов проживания кризиса, потому что любой кризис – ситуация индивидуальная.

Деструктивные «народные» способы выхода из кризиса:

  • заедание (женский вариант);
  • запивание (мужской вариант);
  • заигрывание;
  • погружение в соцсети.

Единственный относительно хороший вариант народного лечения – разговор по душам.

Это близкий разговор, когда общаешься не на внешнем уровне, а в простой застольной беседе рассказываешь, что с тобой происходит. Но это обоюдоострый инструмент. Ведь в разговоре можно и размыть свое состояние, в болтовне выпустить пар.

Екатерина Бурмистрова: «Пар на самом деле должен остаться внутри человека, чтобы провести полезную работу, дать то важное изменение, которое порождает кризис. Разговор может быть конструктивен лишь в том случае, если речь идет не о кризисе взрослого или между взрослыми, а о проблемах детей».

Разговаривать и понимать, что твои проблемы не уникальны вот самые очевидные ответы на вопрос, что делать в кризис.

Напомнить близкому, кто он

Случается, что кризис разыгрывается в одной области, а решать его человек пытается в другой. Например, в современной экономической ситуации очевидно, что многие потеряют работу. Проблема у человека в потере стабильности и работы, а он обращает внимание на проблемы с женой. Другой не справляется с детьми, их много, они шумные, но вместо того, чтобы решать эту проблему, он уходит в какую-нибудь зависимость.

Энергию кризиса полезно развивать в той плоскости, в которой он разворачивается.

Никогда не вредно человеку, находящемуся в кризисе, напомнить, кто он такой. Человек в кризисе теряет привязки, не понимает, где он. Как в песне:

Земля, земля. Кто я?

Ты – сокол.

Нужно напоминать человеку, кто он есть. Особенно это важно в случае с подростком, который ирокез выбрил, джинсы порвал, из школы ушел… И если в этот момент родители забывают, что это их ребеночек, которого они родили, растили, то приходится сложно. Какой-то чужой дядька, тетка чужая губы красит… Только память, осознание, любовь и понимание, что это тот же человек, что был до кризиса, может существенно помочь обоим.

В кризисе происходит разрыв идентичности. Человек перестает себя ощущать тем, кем ощущал раньше. Любовь помогает связать этот разрыв, или как минимум не увеличивать его.

Рецепт Михаила Бурмистрова – любящее внимание. Любое движение родителей в сторону подростков обречено на провал, это уже стало культурным стереотипом, подростку часто даже навязывается мысль, что родителя нужно оттолкнуть. А любящее внимание действительно работает, не только с подростками, но и со взрослыми.

Когда человек в кризисе, он оказывается в пустоте, где нет ничего. Лучшей помощью будет внимание, а через это ощущение, что всегда есть тот, кто любит тебя, обращен к тебе.

Фото: Тамара Амелина

Понравилась статья? Помоги сайту!
Правмир существует на ваши пожертвования.
Ваша помощь значит, что мы сможем сделать больше!
Любая сумма
Автоплатёж  
Пожертвования осуществляются через платёжный сервис CloudPayments.
Комментарии
Похожие статьи
Золушка 2.0, или Старая сказка на новый лад

Незримая ювенальная полиция все про тебя знает, и скрыть промахи не удастся

Дети нынче в моде, а отцы – нет

«Всё лучшее – детям» – откуда вы это взяли?

Как сделать так, чтобы муж услышал?

Почему инфаркты, инсульты нередки у 40-летних мужиков? Оттого что в нашей культуре есть запрет на выражение…