Сергей Худиев о задачнике для русских православных

|
«Правмир» продолжает дискуссию о том, какой мы хотим видеть нашу Церковь. Сергей Худиев – о библейской этике, вызовах времени и понятии греха.

Собственно, сама постановка вопроса «какой мы хотим видеть нашу Церковь» кажется мне проблематичной – по двум причинам. Во-первых, Церковь принадлежит Богу, а мои хотения – это хотения неизбежно ограниченного и при этом грешного человека, со своими страстями, личным опытом, приязнями и неприязнями, теми или иными предпочтениями.

Сергей Худиев

Сергей Худиев

Мы ограниченные в своем понимании существа – это было бы так, даже если бы мы не пали – и мы могли бы видеть Божий замысел лишь отчасти, как отчасти видят его безгрешные ангелы. Но наше положение осложнено тем, что мы пали, существует огромная разница между тем, что мы хотим и тем, что нам нужно.

Во-вторых – это выглядит как некоторое требование, обращенное к Церкви. От других православных христиан ожидается, что они будут соответствовать моему видению.

Мне кажется это неверным – и потому, что я не имею на это права, и потому, что такое ожидание нереалистично. Отнюдь не глубокое смирение, а простой здравый смысл побуждает меня признать, что я отнюдь не самый мудрый, святой и духовно зрелый человек в Русской Церкви. Может быть, другие православные христиане не соответствуют моему видению того, как надо – и превосходно делают.

Впрочем, другие люди вообще никогда не соответствуют нашим ожиданиям, и это совсем не плохо – Бог сотворил их свободными, промысел ведет каждого из них тем путем, который именно ему предначертан.

Церковь существует не в контексте наших замыслов, а в контексте Божиего промысла – но мы можем, конечно, думать о том, что нам следует делать в рамках нашей ответственности. И я хотел бы тут отметить несколько вещей.

«Каждый из нас за себя даст отчет Богу» (Рим.14:12). Бог мог бы поставить меня патриархом. Или хотя бы епископом. Ну, на худой конец, известным и авторитетным священником. Но Бог, в своей бесконечной мудрости, счел, что мне все эти места не подходят, и поставил меня на мое место – то, где я нахожусь сейчас.

Я должен буду дать отчет за то, что я совершил на этом месте и использовал возможности, которые у меня были – а за то, как я использовал возможности, которых промысел мне и не предоставил, Бог с меня не спросит. У меня есть определенная зона ответственности, в которой я и поставлен трудиться.

Есть известный анекдот про то, как некая женщина говорит: «У нас в семье муж заведует глобальными проблемами – геополитикой, войнами, отношениями держав, а я всё больше по мелочи – детей накормить, в квартире прибрать». Эта мудрая женщина понимает, какие обязанности на нее возложил (и какие не возлагал) промысел, и старается исполнить свое дело как можно лучше.

Как член Церкви (и член общества) я наделен определенными дарами и именно их должен употребить во славу Божию. Это предполагает определенные обязанности по отношению к Церкви.

«Не станем же более судить друг друга, а лучше судите о том, как бы не подавать брату [случая к] преткновению или соблазну» (Рим.14:13). Соблазн фундаментализма и соблазн богословского либерализма – это, на самом деле, один и тот же соблазн – гордыни. Люди крайних взглядов видят большинство своих единоверцев как неправильных и недоделанных христиан, которых надо наставлять на правый, с точки зрения обличителей, путь, или от которых, в итоге, надо отмежеваться, раз уж они не наставляются.

Возможно, промысл Божий призовет меня к тому, чтобы обличать и порицать других православных христиан, иерархию или русскую Церковь в целом. Но для этого мне нужно быть уверенным, что именно таково мое призвание, и что я обличаю людей именно в уклонении от достоверной Правды Божией, а не от моих глубоко частных представлений о прекрасном или политических симпатий.

В Церкви всегда будут люди самых разных, в том числе совершенно чуждых и неприятных мне вкусов и предпочтений. Мне заповедано принимать их с любовью и смирением – тем более, что политические предпочтения вещь нестабильная – я сам не знаю, каковы будут мои предпочтения в этой области через пару лет. Мы здесь, чтобы научиться любить – и принимать других членов Церкви во всей их инаковости, потому что их принял Христос.

«Подвизаться за веру, однажды преданную святым» (Иуд.1:3). Тайны промысла Божия в жизни других людей от нас сокрыты, но вот истины веры даны нам в Откровении. Есть наши частные мнения и предпочтения – в отношении к которым нам важно осознавать их частность – а есть Божественное Откровение, которое не от нас исходит и не нам принадлежит. Мы лишь посланники, которые должны передавать его верно. И это спасительное послание говорит о том, что люди грешны и нуждаются в Искуплении, что это Искупление совершено Христом на Голгофе, и что люди призваны воспринять его плоды покаянием и верой.

Оно будет вызывать неприятие и враждебность и требования заменить его на другое – что с людьми и так всё в порядке, а любые разговоры о грехе, Искуплении или покаянии – это просто религиозные манипуляции чувством вины, с которыми следует покончить.

В наши дни Церковь сталкивается – и будет сталкиваться – с нарастающим давлением, имеющим целью заставить ее отказаться от библейской этики и, особенно, в области пола. Некоторые протестантские общины уже уступили этому давлению, и результаты налицо – они теряют паству быстрее всех.

Но дело не сводится к сексуальной этике; мир требует отказа от понятия греха как такового – просто в текущей культуре оказалось легче ломать христианскую этику, начав именно в этой области.

Люди требуют разрешения там, где Церковь всегда предлагала только прощение; и тут компромисс невозможен. Либо закон Божий свят, праведен и добр, а мы, бедные грешники, нарушили его и нуждаемся в прощении и восстановлении отношений с Богом и друг с другом, либо сам закон плох, выдуман глупыми, недобрыми и ограниченными людьми, и его надо заменить в соответствии с последними решениями светских инстанций. Но в этом случае Церковь нуждается не в «диалоге с обществом», а в самороспуске – что, собственно, на примере либеральных общин мы и видим.

Но главное – мы призваны верить в то, что промысел Божий совершает свою таинственную работу в Церкви – в том числе и через нас, и в Церкви осуществляются не наши, а Его планы – в которых мы участвуем в той мере, в какой ищем Его воли.


Читайте также:

Понравилась статья? Помоги сайту!
Правмир существует на ваши пожертвования.
Ваша помощь значит, что мы сможем сделать больше!
Любая сумма
Автоплатёж  
Пожертвования осуществляются через платёжный сервис CloudPayments.
Комментарии
Похожие статьи
Неизвестный земной лик Церкви

Не пришла ли пора заканчивать игры в неопатристику?

Задачник на XXI век для русских православных

Филолог и библеист Андрей Десницкий считает: чтобы что-то исправлять, прежде всего нужно задавать правильные вопросы.

Так нам и надо

Христианский мир в нашей стране ушел – и непонятно, с чего бы ему возвращаться