Сколько культуре земли надо?

|

На входе в музей-усадьбу «Архангельское» с Ильинского шоссе стоят традиционные столбы со стрелками-указателями. Одна из стрелок – с надписью «театр Гонзаго» – указывает не на территорию, огороженную забором, а за ее пределы. От входа до театра идти не более десяти минут. Но ходить бесполезно – свежеотреставрированный театр Юсуповых, знаменитая в своем роде постройка великого театрального реформатора Пьетро Гонзаго и архитектора Осипа Бове 1817 года, сейчас закрыт для посещения, на территорию никого не пускают.

«Сам не знаю, почему так, – говорит стоящий на воротах молодой охранник Дмитрий. – В прошлом году здесь постоянно ходили толпы народа, были представления. А сейчас вот так вот. Говорят, тут какой-то спор о земле».

Споры о земле – больное место для музея, подтверждает сотрудница «Архангельского» Нина Ивановна, которая, правда, пообещала, что театр скоро откроется после зимы. «Раньше у нас была огромная территория – помимо того, что огорожено забором, музею принадлежали и участок с театром Гонзаго, и фарфоровый завод Юсуповых, ныне в руинах, и пейзажные парки со всех сторон этой ограды, – рассказала Нина Ивановна. – Сейчас почти все эти внешние участки, которые по праву принадлежат музею, находятся в руках посторонних лиц».

Сейчас вокруг земли под легендарным театром еще идет спор в судах; остальные земли – в частности, территорию острова на Москве-реке, принадлежавшую к усадьбе Юсуповых – за последние годы уже успели отторгнуть от музея-заповедника. Из 657 гектар земли, которые должны были принадлежать музею по двум правительственным постановлениям – федеральному № 388 от 3.04.1996 и подмосковному №156/18 от 30.05.2001 – в ведении «Архангельского» остались лишь 62 га. Что касается охранной зоны памятника, также определенной этими постановлениями, то ее наличие, по давней российской традиции, и вовсе игнорируют, жалуются сотрудники музея.

«По сути, от всей территории исторической усадьбы в распоряжении музея осталась лишь территория, огражденная забором, – рассказал председатель областного отделения московского отделения Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры Евгений Соседов. – Ограда эта достаточно случайного происхождения: когда-то именно эти 62 гектара были отведены под военный санаторий в Архангельском, на базе которого в позднесоветские годы и был учрежден музей. Помимо же этой «санаторной» зоны, музею никто ничего так и не передал».

Афиша фестиваля "Усадьба Джаз"

4 и 5 июня, во время проходившего в Архангельском фестиваля «Усадьба-джаз», активисты ВООПиКа проводили пикет со сбором подписей против застройки исторической территории усадьбы.

Подписей было собрано много, но часть посетителей была искренне удивлена – неужели юсуповская усадьба и, соответственно, заповедник не совпадают по своим границам с огороженной территорией?

– В том-то и дело, что Архангельское как имение уникально именно своей территорией, – убеждена Нина Ивановна. – Если бы не оставшиеся за санаторным «кордоном» театр, пейзажные парки, реликтовый лес, завод, то юсуповская усадьба ничем не отличалась бы от других значительных подмосковных владений российской аристократии. А наши размеры позволяют Архангельскому по-настоящему называться «русским Версалем», равняться с императорскими резиденциями под Петербургом.

С этим согласны и искусствоведы. «Для усадебных ансамблей крайне важно сохранять буферную зону по периметру – хотя бы потому, что в этом периметре заключаются видовые перспективы, – говорит Андрей Чекмарев из Общества изучения русской усадьбы. – Очень большая доля очарования Архангельского – в том, что это пока еще такое тихое, нетронутое место. Поэтому то, что застройка может подступить к самым границам юсуповских строений, конечно, нельзя назвать иначе, как безобразием».

От Кускова, Останкина и других больших усадеб ближнего Подмосковья Архангельское пока еще отличается в лучшую сторону, говорит Чекмарев. «Это последний пример большого усадебного ансамбля, не вошедшего до сих пор в черту города – в Останкине и Кускове атмосферу шереметьевской эпохи воссоздать уже решительно невозможно, а в Архангельском пока еще не всё потеряно», – полагает искусствовед.

Усадьба Архангельское

Кто именно рвется застраивать лакомые участки земли в Архангельском, точно не известно – наиболее популярна версия о «структурах, близких к олигарху Виктору Вексельбергу», ныне курирующему проект Сколкова. В любом случае, в таком «многозначительном» месте, как берег Москвы-реки на Рублевке (а Архангельское по реке совсем недалеко от основных резиденций российского руководства), для строительства нужны не просто большие деньги, но и хорошие связи на самом верху. «Не меньше, чем управление делами президента», – оценивают «вес» застройщиков жители поселка Архангельское. Они каждый день ходят через усадьбу от автобусной остановки, показывая паспорт с пропиской.

Будут ли пропускать их через эти земли новые владельцы территории? Неизвестно; но жители заранее немного напуганы и отвечать на вопросы не решаются.

То, что происходит с музеем «Архангельское» – а он уже скоро рискует оказаться в кольце коттеджной и отельной застройки – к сожалению, типично для российских музеев. На протяжении последнего десятилетия то тут, то там застройщики (обычно из местных властей и их приближенных) пытаются «откусить» земельные участки от знаменитых на всю страну или даже на весь мир видовых ландшафтов.

Абрамцево (там процесс активно шел в 2005-2006 годах, потом затормозился ценой снятия директора), Бородино (история развивается по сей день, землям легендарного поля грозит застройка), Куликово поле и окрестности Ферапонтова, Соловки… Одним из первых, кстати, был музей Ленина в Горках – большую часть его гигантской охранной зоны застроили еще в середине 90-х.

Помимо очевидного зла – то есть активности «рейдеров» и попустительства заинтересованных в коттеджах чиновников – в этом наступлении на «ландшафтное наследие» виновны отчасти и сами музеи. Хотя бы тем, что долгие годы не пытались каким-то очевидным для окружающих способом осваивать свои ландшафтные и охранные зоны.

«Музей особенно ничего не делал на этой территории. Ну, мы могли там что-нибудь построить…» – Нина Ивановна, рядовая сотрудница «Архангельского», видимо, не думала раньше о предназначении ландшафтных лесов и охранных зон. Ей просто обидно, что теперь земли достаются не музею, а маловнятным «олигархам» – такая почти классовая ненависть. Обывателю же сейчас трудно объяснить, зачем нужно сохранять суверенитет музея над лесами и руинами – при том, что музеи практически ничего не делают на этих лесах и в лучшем случае подновляет руины.

Хотя сделать музейное, то есть грамотное, распоряжение историческими ландшафтными землями еще и эффективным вполне возможно. Причем несколькими способами. Можно, как в «Ясной Поляне», продвигать не только музейные аттракционы, но и хозяйство – ведь исторический усадебный мир подразумевает и конюшни, и ухоженные сады, и тот же завод по производству (Штучного! Эксклюзивного! «Юсуповского»!) фарфора. А можно, как это делают по всей Европе, успешно зарабатывать деньги, размещая в исторических ландшафтах полигоны для исторических же игр и реконструкций. Призвать к порядку ролевиков и тем более серьезных военных историков – вполне возможно.

Однако и реконструкторское движение, и экотуризм в России развиваются как-то в стороне от важнейших и знаменитейших исторических усадеб. Возможно, дело в том, что музей, особенно федерального подчинения, как «Архангельское» – структура с крайне малой степенью свободы. Наши музеи зарегулированы многочисленными инструкциями так, что дышать самостоятельно практически не могут. Поэтому нет и официального сотрудничества таких музеев с неформальными любителями истории.

Точнее, иногда есть, но стоит это слишком дорого. Проходит ведь в том же «Архангельском» уже упомянутый «Усадьба-джаз». Если бы те, кто его организует со стороны музея, представили людям проекты «светлого будущего» на спорных окрестных землях – общественная поддержка музея была бы намного шире. Возможно, сейчас не пришлось бы и судиться.

Поскольку вы здесь…

… у нас есть небольшая просьба. Все больше людей читают портал "Православие и мир", но средств для работы редакции очень мало. В отличие от многих СМИ, мы не делаем платную подписку. Мы убеждены в том, что проповедовать Христа за деньги нельзя.

Но. Правмир — это ежедневные статьи, собственная новостная служба, это еженедельная стенгазета для храмов, это лекторий, собственные фото и видео, это редакторы, корректоры, хостинг и серверы, это ЧЕТЫРЕ издания Pravmir.ru, Neinvalid.ru, Matrony.ru, Pravmir.com. Так что вы можете понять, почему мы просим вашей помощи.

Например, 50 рублей в месяц – это много или мало? Чашка кофе? Для семейного бюджета – немного. Для Правмира – много.

Если каждый, кто читает Правмир, подпишется на 50 руб. в месяц, то сделает огромный вклад в возможность нести слово о Христе, о православии, о смысле и жизни, о семье и обществе.

Похожие статьи
«Нелюбовь» и «Аритмия» – в чем видна неумолимость жизни

И как любовь стала новой шкалой измерения мира

Папа – инвалид? Нет, папа – герой!

Художник Вреж Киракосян – о том, почему дочь всегда будет им гордиться

«В серых красках тех лет герои фильма источают свет»

Киноклуб «Правмира» провел закрытый предпоказ фильма «Мой лучший друг»

Дорогие друзья!

Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: